До конца пути

О неожиданных гостях, которых никто не звал и,

о девушках, что прячутся в библиотеке.

Она совершенно забыла про ботинки. Не то чтобы она никогда не видела гномов, конечно видела. У дяди столько книг, что она просто не могла не увидеть пару картинок с ними. Да что там картинки, она обожала читать про их культуру больше, чем всё прочее, но разве это важно сейчас? Она почти побежала домой, чувствуя, как сердце бьётся быстрее обычного, но по дороге и вовсе думала, что ведёт она себя крайне глупо. Думала, что это просто гномы. Что в мире хватает странностей и без них. Но почему-то в голове снова и снова возникал образ спокойных светлых глаз, с чуть приподнятой бровью. А ещё золотистые волосы с мелкими косичками то там, то тут и даже на усах. Он выглядел странно. Не то чтобы не похож на гнома, нет, тот второй на гнома походил куда меньше, что совершенно не мешало ему быть симпатичным. Этот просто смотрел как-то странно, а на неё так обычно не смотрят. Да что там, на неё вообще стараются не смотреть, а тут… Неизвестное чувство тревоги не давало ей спокойно закончить дела, потому она и кинулась домой так спешно. Возможно, всё дело было в том, что в это самое время, Бильбо Бэггинс стоял у стола и принимал первых нежданных гостей. Дом встретил её непривычным шумом: глухие шаги, чужой голос, звон посуды. Она замерла на пороге, не заходя сразу внутрь, прислушиваясь. — Дядя? — тихо позвала она. Ответом ей был громкий, тяжёлый голос, явно не принадлежавший хоббиту, который о чём-то спрашивал, и, она была этому рада, обращался не к ней. Иса поняла, что голос доносится из кухни и она, крадучись, не снимая обуви подошла к кухонному проёму. Лицом к ней стоял раздражённый и напуганный Бильбо, а вот спиной к ней расположился… гном. Мощный и мускулистый гном с лысой головой и густой, слегка спутанной, бородой. На руках видны шрамы и татуировки, а одежда, как кожаная броня с меховыми вставками, ремни с оружием на груди. Прямо настоящий воин. «Надо же, и дома гном» Бильбо наконец заметил её и вздрогнул, а затем быстро, как мышонок юркнул к ней: — Ты уже вернулась? Она кивнула, хоть и немного неуверенно. — Я не купила ботинки. — Ну ничего, ты пришла вот и прекрасно! Замечательно! — он заговорил слишком быстро, — А теперь, будь добра, пройди… э-э… к себе. Или… куда-нибудь подальше. Я позову, если понадобится. Он говорил это тихо, почти умоляюще, подталкивая её в проход подальше от кухни. Не нужно быть слишком умной, чтобы понять, что Бильбо ужасно переживает из-за незваного гостя, и ещё больше переживает от того, что Исса может с ним столкнуться. Потому она и не возразила. Просто кивнула и прошла вглубь норы, туда, где редко бывали гости. В библиотеку. Там было темно и тихо. Запах бумаги и пыли был привычен и успокаивал. Она устроилась за стеллажом, откуда было видно часть гостиной и вход в нору, а вот саму Иссу от любых взглядов скрывали стеллажи с книгами. Если не знать, меж каких книг смотреть, то и с её стороны вряд ли можно было бы разглядеть хоть что-то. Но Иса не в первый раз вот так пряталась от гостей и потому прекрасно знала, что и как видно с её необычного дозорного пункта. В дверь позвонили. — Я же сказал, что не желаю никаких приключений! — вспыхнул Бильбо, идя по коридору, но дверь всё же открыл. На пороге стоял ещё один гном. Пожилой гном, со совершенно белыми волосам и такого же цвета, длинной бородой, спадающей на грудь. Лицо овальное, морщины под глазами, глаза серые и взгляд очень доброжелательный и умиротворённый. — Балин, к вашим услугам, — поклонился он и вошёл в дом. — Добрый вечер, — поприветствовал гнома Бильбо, с некоторой осторожностью. — Да, так и есть, — ответил гном, рассматривая небо, — хотя скоро может пойти дождь. Этот гном, а Исса не сомневалась, что так и есть, очень ей понравился. Что-то в нём было такое особенное — тёплое и уютное, и чувствовалось даже издалека. Ей очень захотелось с ним пообщаться, ведь наверняка именно такие гномы знают все легенды, песни и сказания. К тому же он и без этого, скорее всего, оказался бы приятным собеседником. Тарисса слышала, как Балин говорит о чём-то с Двалином (Именно так он обратился к тому гному, что уже был на кухне, и, кроме того, назвал его братом). Бильбо тоже что-то нервно говорил, но что именно, она не разобрала, потому что происходило это всё где-то в стороне кладовки. Затем раздался новый звонок и дверь вновь открылась, под нервный вздох Бильбо — Фили и Кили, к вашим услугам, — поклонились они. Исса замерла. Она узнала их сразу. Темноволосый — Кили, с той же живой улыбкой, быстрыми движениями, лёгкостью в жестах. Он вошёл с улыбкой на лице, будто пришёл к себе домой. И второй — Фили, светловолосый, серьёзный, внимательный. Его взгляд скользнул по комнате, цепляясь за детали, будто он изучал его на предмет опасности. Она затаила дыхание. Он посмотрел в её сторону, но не заметил, хотя ей почему-то показалось, что он почувствовал её взгляд, потому что сразу напрягся. Бильбо начал было припираться, и не хотел пускать их в дом, но выходило плохо, и потому через минуту он уже стоял нагруженный разным оружием, которое всучил ему Фили, и попутно кричал на Кили, чтобы тот перестал соскребать грязь с ботинок при помощи фамильного сундука. Исса чуть засмеялась, и хоть гномы вели себя неприлично, в глазах обоих блестели какие-то заговорческие огоньки, будто они специально вытворяют всё это. Дальше всё произошло быстро. Один звонок и в дом ввалилось сразу несколько гномов, а вместе с ними и Гэндальф. Исса не успевала рассматривать необычных гостей, которые тут же подскочили и начали устраивать целый пир, накрывая стол посреди гостиной. Один был совсем старый, со слуховой трубкой, седоволосый с длинной бородой и совершенно спокойный. Другой — коренастый, с густой рыжей бородой и серьёзным выражением лица. Ещё один необычный гном привлёк её внимание, он был с тёмными растрёпанными волосами и странной бородой. Лицо его казалось несколько диким, взгляд острый. Так и, к её огромному удивлению, у него из головы торчал кусок боевого топора. Рядом с ним стоял весёлый и добродушный гном с тёмными волосами и шапкой с ушками. Лицо у него было мягкое, улыбчивое, на столько улыбчивое, будто он и не замечал, что у его товарища в голове был топор. Часто мимо них проходил и ещё один, это был крупный гном с пухлым лицом и смешной рыжей бородой в виде бублика. Исса заметила его, когда он тащил весь сырный запас Бильбо, и когда бедный дядя предложил ему хоть нож взять, другой гном, что в шапке сообщил бедному хозяину, что нож не нужен, и гном с бубликом вместо бороды один всё съест. На этом гномы не заканчивались. Был один с забавной прической. Все его серые волосы были чудаковато переплетены, так что было уже и не разобрать, где у него заканчиваются волосы и начинается борода, а лицо у него было спокойное и слегка строговатое, что не удивительно, ведь пока все гномы таскали мебель и еду, этот гном делал ромашковый чай. Тарисса даже чуть расстроилась, что не может выйти, потому что ромашковый чай она очень любила. К слову, рядом с ним крутилось ещё два гнома: один худощавый с заострёнными, чуть хитрыми чертами лица и с смешной причёской похожей на звезду, а второй, молодой с прямыми волосами и аккуратной короткой бородой. Лицо у него было мягкое и доброжелательное, даже слишком. Он казался слишком милым и молодым для всей этой гномьей компании. Исса хихикала в своём укрытии, наблюдая как дом наполнялся голосами, смехом и топотом. Они ели, пили, двигали мебель, и Бильбо с каждой минутой выглядел всё более потерянным, что её невероятно смешило, хотя дядю и было жалко, но совсем немного. Она наблюдала из своего укрытия, не двигаясь, иногда даже не дыша, и ещё чаще замирала, когда слышала, как они называют друг друга по именам. Иссе хотелось запомнить по имени каждого. А когда Гэндальф сам начал их причислять и пересчитывать, она и вовсе, чуть не бросилась за листком, чтобы записать. Когда гномы наелись и напились, Бильбо совсем вышел из себя, и стал жаловаться Гэндальфу. Какого было удивление бедного хоббита, когда эти нежданные гости стали перекидываться его посудой и стучать столовыми приборами. Неожиданно зазвучала песня, яркая, звонкая и смешная, гномы убирали посуду так, будто пытаются разбить всё окончательно, доводят бедного хоббита до панической бледности. Она никогда не слышала ничего подобного. К своему собственному удивлению, Тарисса обнаружила, что ей очень нравится гномья компания, и она сама бы не отказалась сейчас покидаться дядиной посудой. Но посуда уже была убрана, гномы громко смеялись, и шутили, как вдруг снова постучали. Исса насторожилась в своём убежище. В дом пустили ещё одного гнома. Высоковатый для гнома, с тёмными волнистыми волосами, местами с проседью и с густой, но не слишком длинной бородой. У него были тёмные глаза и сам он казался очень властным и мрачным. — Гэндальф, ты говорил, что этот дом не трудно будет найти. А я заблудился. Дважды. Я бы вообще не нашёл этот дом не будь знака на двери, — заговорил гном. — Знака, — возмущённый Бильбо тут же подскочил к двери, — Там нет никакого знака, её красили неделю назад. — Там есть знак, я сам его поставил, — с лёгкой улыбкой заявил волшебник, — Бильбо Бэггинс, позволь мне представить предводителя нашей компании — Торин Дубощит. Исса целиком и полностью обратилась в слух. Она так много слышала об истории этого гнома, что теперь ловила каждую фразу гномьих разговоров. — Значит, это и есть хоббит, — заговорил Торин, оценивающе рассматривая Бильбо, — Мистер Бэггинс, вам доводилось сражаться? Меч или топор — что предпочитаете? — Я весьма недурно кидаю каштаны, если хотите знать, — отвечал хоббит, и в каждом его слове слышалось раздражение, — но я пока не пойму, к чему этот разговор. — Так я и думал. Он больше похож на торгаша, чем на вора… Тут Торин был, несомненно, прав — Бильбо Бэггинс был совершенно приличным хоббитом, и от клейма «вора» был далёк. Куда дальше, чем от этого клейма был торгаш, но это уже другое. Правда, Исса не понимала, к чему все эти сравнения. И ей бы хотелось услышать продолжение, вот только теперь гномы ушли на кухню, что затрудняло подсматривание. К тому же и говорили они совсем тихо, как какие-то заговорщики и девушка ловила лишь отголоски разговора. Эребор. Ключ. Взломщик. Вор. Контракт. Она не сразу поняла, что именно произошло только увидела, как Бильбо взял в руки огромный развёрнутый пергамент и стал быстро бегать по нему глазами, изучая написанное. Затем он неожиданно побледнел, сильнее обычного, его пальцы задрожали, когда он читал строки, написанные мелким, безжалостным почерком. — Испепеление… — выдохнул он вдруг, слишком громко. — Ну да, — отозвался Бофур, тот, что в шапке, Исса запомнила его голос, — моргнуть не успеешь, как он спалит тебя живьём. Бильбо тяжело вздохнул, кажется ему стало дурно… — Расстроился? — Да, немного, — хоббит вновь сделал глубокий вдох, — мне не хорошо. Исса занервничала и немного выглянула из укрытия. Теперь она лучше видела происходящее. А Бофур продолжил: — Представь себе печку с крыльями. Вспышка света, жгучая боль и пуф… Ты уже горстка пепла. Гном был невозмутим, рассказывая подобное, а вот девушке стало дурно. Богатое воображение уже нарисовало ей неприглядную картинку. Кажется, тоже самое произошло и с Бильбо. Гномы с любопытством посмотрели на хоббита. — Я в порядке, — сказал Бильбо. И упал. Она не помнила, как вскочила от страха. Не из-за дракона, из-за дяди… Обычно он стойко выдерживал даже самых наглых гостей и самые страшные новости, а сейчас ничком лежал на полу своего дома. Книги зашелестели, от того, что она резко вскочила, выбегая, она зацепила стул и он противно скрипнул в наступившей гробовой тишине, и в следующий миг она уже выбежала из своего укрытия, забыв о тишине, о просьбах Бильбо и, о том, что её вообще не должно здесь быть. — Дядя! — крикнула она, падая рядом с ним на колени. И именно в этот момент все гномы увидели её.