Пуля на двоих

Весенний день стоял душный и ленивый. Раскалённый асфальт за окнами словно плавился, занавески на кухне квартиры Филатовых почти не шевелились, и даже сквозняк не спасал от жары. Кристина  и Тамара сидели за небольшим кухонным столом, пили чай с лимоном и лениво болтали обо всём и ни о чём. — Ну что, Том, — с улыбкой сказала Кристина, поднимая чашку, — как тебе эта весна? — Если честно — с ума сойти можно, — фыркнула Тамара. — Я уже не помню, когда нормально спала. Всё липнет, всё жарко. То жарко, то холодно. Я не понимаю эту погоду. Они рассмеялись, но смех оборвался, когда телефон Кристины завибрировал на столе. Она мельком взглянула на экран — Витя. Сердце почему-то ёкнуло. Она быстро взяла трубку. — Привет, Вить, — сказала она привычно мягко, но улыбка тут же сошла с лица. — Крис, ты где сейчас? — голос Вити был жёстким, напряжённым, совсем не таким, каким он бывал обычно. — У Томы… Что случилось? — осторожно спросила она. Пауза на том конце была короткой, но тяжёлой. — Было покушение. На Белого и Фила, — сказал он тихо. — Они целы, но ситуация хреновая. Сейчас они залегли на дно. Тебе и Томкой нужно срочно исчезнуть. Мы подъедем минут через пятнадцать. Собирайтесь быстро, без лишнего. По спине Кристины пробежал холод. — Они точно живы? Не ранены? — выдохнула она. — Всё нормально. Но тянуть нельзя. Я отвезу вас на дачу. Там безопасно. — Хорошо… Мы будем готовы, — сказала Кристина и отключилась. Она медленно опустила телефон и посмотрела на подруг. По её лицу они всё поняли без слов. — Покушение на Сашу и Валеру, — сказала она, стараясь говорить спокойно. — С ними всё в порядке, но нам надо срочно уезжать. Прятаться. — Господи… — Тамара резко поднялась. — Когжа эе это всё закончится? — Я не знаю, Тома. У нас минут пятнадцать. Тамара уже металась по квартире, собирая самое необходимое. — Всё будет хорошо, — повторяла она больше для себя чем для Тамары. Время тянулось мучительно долго. Сумки хлопали, молнии звенели, часы на стене будто издевались, отмеряя секунды. Кристина то и дело поглядывала в окно и прислушивалась к каждому звуку в подъезде. Звонок в дверь заставил её вздрогнуть. Она почти бегом рванула к двери. На пороге стоял Витя. Лицо жёсткое, собранное, взгляд цепкий. — Готовы? — коротко спросил он. — Да, — кивнула Кристина. — Тогда пошли. Времени в обрез. Они быстро спустились вниз, загрузились в машину. Город мелькал за окнами — тёплый, шумный, живущий своей обычной жизнью, словно ничего не произошло. Витя вёл молча, крепко сжимая руль. — Вить… — не выдержала Кристина. — Насколько всё серьёзно? Он тяжело выдохнул. — Серьёзно. Но вы под защитой. Я за вас отвечаю, — сказал он спокойно, но твёрдо. — А Оля с Ванечкой? — спросила она, сжимая пальцы. — В безопасности. Не переживай. Когда они доехали до дачи, уже начинало смеркаться. Дом стоял тихий, окружённый деревьями. Вроде бы спокойно — и от этого ещё тревожнее. — Здесь побудете недолго, — сказал Витя. — Переждём, а дальше посмотрим. Ночью Кристинадолго не могла уснуть. Она слышала, как Витя проверяет окна, замки, выходит на крыльцо, возвращается. Тревога сидела внутри тяжёлым комом. — Вить, — тихо сказала она. — Скажи честно. Всё может быть хуже? Он подошёл, сел рядом, обнял. — Мы справимся, Кристин. Обещаю. Она слабо улыбнулась, сжала его руку крепче и наконец, почувствовав тепло его слов, заснула. На следующее утро солнце робко пробивалось сквозь шторы, обещая ясный день. Витя первым проснулся и тихо вышел на кухню. Он налил себе кофе, задумчиво смотря в окно, когда услышал за спиной шаги. Это была Кристина. — Ты чего не спишь? — спросила она, кутаясь в кофту. — Не могу, — честно ответил Витя, отпивая горячий напиток. — Нужно продумать, что делать дальше. Кристина подошла ближе, обняла его за талию. — Мы справимся. Главное, что мы вместе. Он повернулся к ней, его взгляд стал мягче. — Ты права, милая. Но я должен быть уверен, что всё под контролем. В этот момент на кухню вошла Тамара. — Доброе утро, — сонно произнесла Тамара, усаживаясь за стол. — Как думаете, долго мы здесь будем? — Пока рано загадывать, — ответил Витя, поставив перед ней кружку с чаем. — Но я на связи с Саней. Он сказал, что ситуация стабилизируется через пару дней. Тамара нахмурилась: — А что конкретно случилось? Нам бы знать, от чего скрываемся. Витя вздохнул и сел рядом: — Ничего серьёзного, просто разборки с одним из воров в законе. Девчонки, не волнуйтесь — всё под контролем. В двух словах: слава богу, всё обошлось, но теперь его люди могут попытаться выйти на нас. Кристина встревоженно посмотрела на Витю: — Ты уверен, что нам здесь безопасно? — Да. Здесь нас не найдут. Это место надёжное. Днём Витя уехал в город, чтобы встретиться с Сашей и обсудить дальнейшие действия. Кристина осталась с Тамарой на даче. Они пытались отвлечься: играли в карты, готовили обед, гуляли по саду. Но напряжение не отпускало. — Крис, — вдруг сказала Тамара. — А ты не боишься? Кристина задумалась, прежде чем ответить: — Боюсь. Конечно, боюсь. Тмара слабо улыбнулась: — Мы сами их выбрали. Вечером Витя вернулся, на его лице было видно слабую улыбку. — Хорошие новости, — сказал он, входя в дом. — Ситуация под контролем. Пару дней, и можно будет возвращаться. Кристина обняла его, чувствуя, как с её плеч падает груз тревоги. — Это хорошо, — прошептала она. — Всё будет  хорошо, — ответил он, притянув её к себе. Прошло несколько дней День начинался спокойно, почти обманчиво тихо. За окном было светло, воздух казался свежим, и ничто не предвещало беды. Кристина хлопотала на кухне, расставляла чашки, собиралась приготовить завтрак, когда из соседней комнаты донёсся резкий звонок телефона. Витя ответил сразу, и уже через несколько секунд Кристина уловила, как меняется его голос — он стал глухим, собранным, тревожным. — Катя?.. Что случилось? — спросил он. Кристина замерла с тарелкой в руках. Сердце неприятно сжалось. Она не слышала слов в трубке, но интонации Вити она всё поняла. Прошла всего минута, но показалась вечностью. Витя вошёл на кухню, и по его лицу всё стало ясно ещё до слов. — Крис… — он тяжело вздохнул, подбирая слова. — Вить, не молчи. Что произошло? — тихо, почти шёпотом спросила она. Он опустил взгляд. — Татьяны Николаевны не стало… Сегодня ночью. Кристина словно потеряла равновесия. Она прижала ладонь ко рту, чувствуя, как к горлу подступают слёзы. — Господи… тётя Таня… — вырвалось у неё. — Катя только что звонила, — продолжил Витя. — Саша уже знает. Валера, Космос — тоже. Кристина медленно опустилась на стул. Перед глазами сразу встал Саша. — Нам нужно ехать к нему, — твёрдо сказала она. — Конечно, — кивнул Витя. — Я сейчас свяжусь с ребятами. Уже через час они были в квартире Беловых. Там собрались свои — без лишних слов, без суеты. Валера сидел молча у окна, Космос нервно ходил из угла в угол, Катя вытирала глаза. Саша сидел на диване, сгорбившись, будто на него разом навалился весь мир. — Саш… — Кристина осторожно подошла ближе. Он поднял глаза — пустые, потухшие, полные немой боли. — Спасибо, что пришли, — хрипло сказал он, притягивая её к себе. — Мы рядом. Всегда, — тихо ответила она. Витя сел рядом с другом, положил руку ему на плечо. — Как ты? — спросил он без лишних слов. Саша криво усмехнулся. — Как видишь держусь… Не знаю. Она ведь всегда была рядом… мамочка… — Ты не один, Саш, — твёрдо сказал Витя. В комнате повисла тишина — тяжёлая, плотная и тягучая. Каждый думал о своём. Лишь спустя время Катя тихо предложила поставить чай, чтобы хоть немного разбавить эту гнетущую пустоту. День похорон выдался холодным и серым. Небо затянуло тучами, моросил мелкий дождь, будто сама природа скорбела вместе с ними. На кладбище собрались только самые близкие. Саша стоял неподвижно, не отрывая взгляда от свежей земли. Его лицо было каменным, но глаза выдавали то, что он тщательно скрывал — невыносимую боль. После прощания все разъехались. Саша вернулся в квартиру матери и решил остаться там. В комнатах стояла тишина, в которой не было её шагов, её голоса, её запаха свежей выпечки. Пустота постепенно обволакивала его, затягивала всё глубже. Прошла неделя. Кристина не выдержала и пришла к нему сама. Она позвонила в дверь — тишина. Тогда, вспомнив про запасные ключи, тихо вошла. Квартира была погружена в вязкий полумрак. Тяжёлый воздух пах алкоголем и застоем. Пустые бутылки стояли прямо на полу и на столе, словно их уже давно перестали замечать, вещи были разбросаны где попало, создавая ощущение полной заброшенности. Саша сидел на диване, сгорбившись, небритый, с осунувшимся лицом и потухшим, пустым взглядом, устремлённым в никуда. — Саш… — тихо и осторожно позвала Кристина, присаживаясь рядом, стараясь не спугнуть его. — Зачем ты пришла? — безразлично бросил он, даже не повернув головы, будто её присутствие не имело значения. — Потому что мне не всё равно. Ты так себя угробишь. Он резко выдохнул: — А как мне жить, Крис? Делать вид, что ничего не произошло? — Нет. Но и прятаться в бутылке — тоже не выход, — она кивнула на коньяк. — Ты же сам это понимаешь. Он молчал. — Это не поможет, — добавила она тише. — Ты нужен нам. И ей бы не понравилось видеть тебя таким. Саша закрыл лицо руками. — Я знаю… — глухо сказал он. Кристина села ближе, осторожно взяла его руку в свою руку. Она чувствовала, как напряжение и пустота в нём буквально переливаются в воздух вокруг. — Саш… — тихо сказала она, чуть дольше задержав взгляд на его лице. — Ты не один. Мы рядом. Я и… она. Мы тебя не оставим, понимаешь? Он не шевельнулся, только тяжело вздохнул, сполз с дивана и опустился на пол, прижав колени к груди. Глаза были мокрые, но слёз он не давал. — Я просто… устал, — пробормотал он, будто боится, что эти слова услышат стены. — Устал от всего этого дерьма. От себя. От того, что вокруг. Кристина опустилась рядом на пол, почти касаясь его ногой, не пытаясь говорить слишком много. — Я понимаю… — тихо сказала она. — Но знаешь, что реально… помогает? — он слегка поднял глаза на неё, и она продолжила: — Когда кто-то рядом, кто верит, что ты можешь выбраться из этого. Я верю, Саш. Мы верим. Он закрыл глаза и наконец позволил себе короткий, горький смех. — Верьте… — шепотом сказал он. — А мне всё равно. Я всё равно… — Нет! — резко, но без крика вмешалась Кристина. — Тебе не всё равно! И мне не всё равно! Слушай меня, Саш. Ты не должен растворяться в этом. Ты не один. Саша посмотрел на неё, и в его взгляде впервые за долгое время промелькнула искра. — Я буду рядом. Мы все будем рядом. Ты слышишь меня? Мы не дадим тебе пропасть. Саша закрыл глаза и впервые за весь этот вечер позволил себе заплакать — тихими, сдержанными слезами, которые он держал в себе слишком долго. Каждая капля, казалось, уносила с собой тяжесть, которую он носил внутри. Кристина сидела рядом, не говоря ни слова, не пытаясь что-то исправить или утешить словами. Она просто осторожно обняла его плечо, давая понять: рядом есть человек, который готов терпеть вместе с ним, разделить его боль. — Спасибо, Крис… — тихо пробормотал он спустя долгую паузу, — за то, что не ушла… за то, что осталась рядом. И прости меня… за то, что тогда считал тебя виноватой, за то, что презирал тебя. Мне Пчёлкин рассказал мне, что тогда на самом деле произошло. Прости, что вел себя как мудак… Кристина мягко сжала его руку и твердо ответила: — Всё в порядке, Саш. Я давно тебя простила. И зла на тебя не держу. Саша слегка улыбнулся в ответ, и на секунду в комнате стало казаться чуть светлее. В этот момент квартира, хоть и погружённая в полумрак, с запахом алкоголя и сигарет, внезапно казалась чуть теплее. Тишина перестала быть пустой и давящей — она стала особым пространством, где двое людей могли медленно начать собирать свои разбитые души. Саша впервые за долгое время не прятался от боли. Его уязвимость была настоящей, живой, и это было маленькое, но важное начало. Начало того, что, возможно, однажды поможет им вновь почувствовать себя целыми, несмотря на всё, что случилось.