Пуля на двоих

Спустя некоторое время Витя вернулся в квартиру. В одной руке — букет, наспех купленный по дороге, в другой — пакет с продуктами. Он ещё на лестничной площадке почувствовал неладное: дверь была не заперта. Сердце неприятно сжалось, внутри всё напряглось, будто кто-то резко дёрнул за невидимую струну. Он осторожно толкнул дверь и вошёл. — Кристин? — позвал он, стараясь говорить спокойно, но голос всё равно прозвучал настороженно. Ответа не было. Витя разулся, прошёл дальше. В гостиной было тихо. Телевизор выключен, в комнате — пусто. Он огляделся, словно надеясь, что она выйдет из соседней комнаты… Но Кристины не было. Он прошёл на кухню — пусто. Заглянул в спальню — кровать аккуратно заправлена, никаких следов спешки, но и её самой тоже нет. Тревога уже не просто колола — она накрывала волной. Он поставил букет и пакет с продуктами на столик в гостиной и ещё раз обошёл всю квартиру, медленно, внимательно, будто боялся упустить какую-то деталь. Всё было на своих местах… слишком на своих. И только в коридоре его взгляд зацепился за тумбочку у стены. Там лежал сложенный листок бумаги. Витя взял записку, развернул — и у него внутри всё оборвалось. Коротко, наспех, карандашом: «Тамара Смирнова у Кати. Я поехала туда». Он выругался сквозь зубы, сжал бумагу в кулаке и тут же достал телефон. Пальцы дрожали, когда он набирал номер. — Сань, — сказал он, едва Саша взял трубку. — Смирнова у Кати. Я знаю, где они. На другом конце повисла короткая пауза, а потом голос Белова стал жёстким: — Какого чёрта ты её одну отпустил?! — Да я… — Витя с силой провёл рукой по лицу. — Я буквально на минуту отъехал. Минуту, Сань. Вернулся — а её уже нет. — Чёрт… — выдохнул Саша. — Ладно. Собирайся. Я сейчас за тобой заеду. Поедем вместе. Я подключу Шмидта, парней тоже подниму. Не паникуй — найдём. — Хорошо, — коротко ответил Витя. Он сунул телефон в карман, быстро накинул куртку и вышел из квартиры, даже не оглядываясь. На улице было холодно, воздух резал лёгкие. Витя остановился у подъезда и стал ждать, вглядываясь в дорогу. Кристина подъехала к дому Кати резко, почти не чувствуя дороги. Сердце колотилось так, будто вот-вот вырвется из груди. Она вбежала внутрь, даже не оглядываясь, и почти сразу увидела Катю. Та сидела на полу у дивана, прижав колени к груди. Плечи дрожали, она тихо всхлипывала, будто старалась плакать беззвучно. — Катя… — выдохнула Кристина и бросилась к ней. Она опустилась рядом, обняла подругу, прижала к себе. — Катя, ты как? С тобой всё в порядке? Скажи мне… Но договорить она не успела. Резкий рывок за руку — и Кристину буквально сдёрнули с места. Она потеряла равновесие и упала на пол. В голове зазвенело. Она обернулась — и замерла. Перед ней стояла Тамара. Лицо искажённое, напряжённое, глаза горели странным, лихорадочным блеском. В этом взгляде было всё сразу: злость, страх, обида, ненависть, боль. Её руки дрожали, кулаки были сжаты, и в одном из них Кристина ясно увидела пистолет. Тамара криво усмехнулась — улыбкой, от которой по спине пробежал холод. — Ну здравствуй, Пчёлкина… — протянула она. — Давно не виделись. Узнала? — Да… — глухо ответила Кристина, поднимаясь на локтях. — Давно. Она внимательно посмотрела на Тамару и тихо, но твёрдо спросила: — Что тебе от меня нужно? Лицо Тамары перекосилось. — Что нужно?! — сорвалась она. — Ты убила моего мужа! Из-за тебя погиб Ваня! — Что?! — Кристина растерялась. — Ты с ума сошла? Это не я. Его убил Самойлов. Эдуард убил Ваню! В следующую секунду Тамара с размаху ударила её по щеке. Звук удара эхом разнёсся по комнате. Катя вскрикнула, рванулась вперёд: — Перестань! Не трогай её! Она попыталась оттолкнуть Тамару, но та резко развернулась и ударила Катю. Та упала, ударившись о край дивана. — Самойлов? — злобно выкрикнула Тамара. — Да ты что несёшь, дрянь?! Эдик не мог его убить! Они были друзьями детства! Это твой муж его уничтожил! Она шагнула ближе и резко приставила пистолет к голове Кристины. — Маленькая сука… — прошипела она. — Это твои последние минуты. Кристина замерла, дыхание сбилось, глаза наполнились слезами. — Тамара… — всхлипывая, прошептала Катя. — Что она тебе сделала? За что ты её так ненавидишь? Тамара вдруг усмехнулась, почти с удовольствием. — За что? — переспросила она. — Ну что ж… расскажу. Она опустила пистолет и прошла в гостиную. Там, на диване, лежала фарфоровая кукла с маленьким мешочком. Тамара села, взяла куклу в одну руку, пистолет — в другую. — Мы с Эдиком и Ваней знакомы с детства, — начала она. — Детский дом. Ваня и Эдик стали лучшими друзьями. Вместе подняли бизнес, уехали в Москву… А дальше — ты. Она посмотрела на Кристину с кривой усмешкой. — А ты знаешь, что твой муженёк со мной даже не спал? Как бы я ни старалась — в постель он ко мне так и не попал. — Что ты несёшь?.. — прошептала Кристина, чувствуя, как холод пробегает по спине. — Это мы с Ваней его напоили. По приказу Самойлова, — спокойно продолжила Тамара. — Эдик хотел, чтобы ты его бросила. Хотел тебе отомстить. Ты даже не представляешь, как он тебя ненавидит. Я знала, где ты будешь в тот вечер — годовщина смерти дяди, клуб… Всё было рассчитано. Она говорила всё быстрее, будто срываясь: — Я подсыпала ему в бокал капли. Особые. Когда он начал терять сознание, я позвонила Ване. Мы вместе его раздели. А потом я ждала. Представления. Видела бы ты своё лицо, когда застукала нас… Это того стоило. Кристина, всхлипывая, прошептала: — Сука… — Да, — кивнула Тамара. — Я сука. Но дальше план должен был продолжить Эдик. Только всё пошло не так. Она резко подняла глаза. — Но главное — ты. Я ненавижу тебя. Это из-за тебя Ваня умер! — Нет… — прошептала Кристина. — Его убил Самойлов. Он и Регину убил… Тамара нахмурилась. — Про Регинку… может, ты и права. — Она замялась. — Но Ваню не трожь. Он не мог убить своего лучшего друга. — Ты настолько веришь Самойлову, что не видишь очевидного, — тихо сказала Кристина. — Верю, — резко ответила Тамара. — Он вытащил меня из такой дыры, что я ему по гроб жизни обязана. Катя вдруг вскочила: — Не трогай куклу! Не трогай её! — Как скажешь, — холодно ответила Тамара и со всей силы швырнула фарфоровую куклу об пол. Кукла разлетелась на осколки. Из мешочка высыпались маленькие белые полупрозрачные камни. Тамара посмотрела на них, потом — на Кристину. — Ну что ты чувствуешь? Это только начало. Она подошла ближе, её лицо оказалось совсем рядом. — Сейчас ты познаешь всю мою боль. И в следующий миг она резко развернулась и выстрелила в Катю. — КАТЯ! — закричала Кристина. Тамара схватила её за волосы. — Зря ты приехала в этот город, девочка… Раздался ещё один выстрел. Хватка ослабла. Тамара пошатнулась и упала. Перед ней стоял Самойлов с пистолетом в руке. — За что… — выдохнула она, падая. Кристина обернулась, увидела Самойлова — и рванулась к Кате. Та была в сознании. — Катя… — Кристина подползла к подруге. — Сейчас… сейчас… Увидев кровь, она побледнела, глаза закатились, и она потеряла сознание. Самойлов поднял пистолет, направил его на Катю… но в этот момент с улицы послышались голоса и шаги. Он выругался, опустил оружие, подхватил Кристину на руки — и исчез. Катя осталась одна. Витя едва успел выйти во двор, как к подъезду почти одновременно подъехали машины. Впереди — тёмный мерседес, за ним ещё две, без фар, будто старались не привлекать внимания. Из первой машины вышел Саша, рядом с ним — Космос. За рулём сидел Шмидт, сосредоточенный, с каменным лицом. — Поехали, — коротко бросил Саша. Витя сел на переднее сиденье, дверца захлопнулась, и колонна тут же тронулась с места. — Шмидт, — резко сказал Витя, не оборачиваясь, — едем в особняк Кати. Я уверен, что они там. Саша нахмурился, повернулся к нему: —  Так, стоп. Что вообще произошло? — жёстко спросил он. — По порядку. Машина мчалась по пустым улицам, а Витя, сжав кулаки, заговорил — быстро, сбивчиво, но по делу. — Я отъехал буквально на полчаса. За продуктами… и ещё за цветами. Хотел Кристине подарить. Сказал ей, что ненадолго. Вернулся — квартира тёмная, дверь не заперта. Кристины нет. Телевизор выключен. И записка… — он тяжело выдохнул. — В записке написано, что Катя у Тамары. И что Кристина поехала к ней. Саша резко выругался сквозь зубы. — Ну ты и заварил, Пчёл… — мрачно сказал он. — Ты понимаешь, что если Томка их к себе затащила, она просто так не отпустит? — Та я понимаю, но...— глухо сказал Витя. Саша посмотрел на него внимательно, почти жёстко. — Никаких но... Потому что для неё всё уже решено. Она думает, что это мы убили её мужа. Не Самойлов — мы. И мстить она будет не тебе. Она будет мстить Кристине. Через неё. Через Катю. Он замолчал на секунду, потом добавил: — Я не знаю её точный мотив, — продолжил Саша уже тише. — Но нутром чую — искать их надо именно там. Машины свернули к особняку. Уже издалека было видно — калитка приоткрыта. — Чёрт… — прошептал Витя. Они выскочили из машин на ходу. Бегом ворвались во двор, потом в дом. Внутри царил хаос. На полу, в гостиной, лежала Катя — бледная, окровавленная, едва в сознании. Чуть поодаль — неподвижное тело Тамары. Рядом — осколки фарфоровой куклы, а по полу рассыпаны мелкие прозрачные камни, блестящие в свете люстры. — Катя! — Витя рухнул рядом с ней на колени. — Катя, слышишь меня? Что случилось? Где Кристина?! Космос тоже подбежал, пытаясь остановить кровь, придерживая Катю. Саша тем временем, не отходя от тела Тамары, поднял с пола мешочек, высыпал несколько камней на ладонь и поднёс их к свету люстры. — Пчёл… — медленно сказал он. — Ты это видел? Это… алмазы, что ли? Брюлики, походу. — Да к чёрту эти брюлики! — сорвался Витя, даже не глядя на него. — Скорую вызывай! — Уже вызвал, — отозвался Космос. — Едут. Саша кивнул, аккуратно собрал камни обратно в мешочек и убрал его в карман. Катя вдруг слабо пошевелилась. Глаза приоткрылись. — Витя… — прошептала она. — Она… у него… — У кого?! — наклонился к ней Витя. Катя с трудом вдохнула: — Поспешите… она у него… И потеряла сознание. Витя резко поднялся, лицо побелело. — Шмидт! — крикнул он в сторону выхода. — Поднимай всех! Ищите Кристину и Самойлова! Всех пацанов — на уши! Он повернулся к Саше: — Надо найти их. Любой ценой. Саша молча кивнул. По его взгляду было ясно: игра перешла в открытую фазу. И времени у них почти не осталось.