II
Так и прошло знакомство девы
С загадкой водной глубины,
Что прячет во чреве́ далёком,
На дне своём в песке поёном
Созданий страшных и суровых,
Прекрасных в грубости своей
Что держат серебра чешу́и
Заместо копий и мечей
Что песней грозной в бездне тёмной
Осветят путникам дорогу
Иль огоньками им проложат
Лишь путь во тьму и ад
Что кожей бледной и прозрачной
Заманят в дикий океан,
Где мягкость губ им поменять
Захочется на костный лязг -
Таков их буйный нрав
И где-то среди этих чудищ
Скрывается она:
В очах её лазури тёмны,
В губах была вся сила моря
А руки, нежные, блистали
Под грубым натиском прибоя
Густые власы, что черней,
Чем водросли на глубине,
Китовой Деве украшеньем
Служили вместе с подношеньем
Ей раковин нерукотворных;
То перламутровые камни,
Что светятся и без огранки
В короне на главе
Прозрачно тело Девы вод,
Глубоких, как и взгляд печальный,
Ведь соткано оно из волн,
Что шелестят маняще
Прошло уж больше десьти лет
С того курьёза нощного
И Героини знамя тлеть
Должно над городами тех,
Кто так смеялся над мечтою,
Ей Солнце перекрыв собою,
Девицу в землю забивал,
Авторитетом пренижал
Чтоб не забыли тех потерь,
Что Героиня нанесла
И даже спустя столько лет,
Столь много жертв, смертей и дней,
На поле боя проведённых,
Командным духом закалённым
Дух Героини устремлённый
Лишь в будущие перемены
И грозы, эдущие в пути,
Не отступает от молитв,
Что поздней ночью к ней вернётся
Объятая сияньем звёзд,
Одетая в морскую пену,
По устланому жемчуго́м
Пути из глубины океана;
Тень прошлого вдруг станет явью
И золото воспоминаний,
Взлелеянных в ночи сырые
И в дни молчания страстны́е,
Живой водою обратится,
Прильёт к устам уставшей девы
И снова холод мягких губ,
Наполненных подводным златом,
Свободы сладкий вкус подарит
Дополнит, оживит
Но то мечтами оставалось,
Ведь воротится не решалось
Дитя Любви и Океана
Как не звала бы её дева,
Как не ждала и не искала,
Ей сле́да нет во всём океане
Как будто она - сон
Но каждый вечер
Веря в чудо
Девица уходила прочь
Подальше от людского шума
От вечных распрей и забот
И пряталась она у моря
Где часто заходила вброд
Вопросы задавая во́лнам
О той, кого душа так ждёт
Чьё ледяное тело хочет
Прижать и больше не пускать
В глаза смотреть и горько плакать
К груди сверкающей прильнуть,
Услышав вместо сердца стука
Глубоководного потока
Журчанье; «Нет, мне не горестно ничуть,
Что девы нету сердцу милой,
Что рядом нет ключа любви,
Питающего волю к жизни,
Что нет поддержки и опоры
От странной, нежной, незнакомой,
Но сердцу близкой Девы моря...»
Заговорив себя на утро
Словами лжи и пустоты,
С покойным, безразличным ликом
К приказам возврощалась Дева,
Чьей власти нынешней границ
Сыскать сложней чем в океане,
Но за притворством ей не скрыть
Тоски и грусти глаз печальных,
Что под седой луной кристальной
В надежде слёзы льют
Своим привычкам неизменна,
В походах уходила дева
Всё так же в водяной поток,
Где до рассвета говорила
И обещанием поила,
Найти любовь ту неземную,
Что в верности ей поклялась
И испарилась в тот же час
***
И так продолжились скитанья
И дни бесцветных ожиданий,
Что кровию полны
Ту Героиню уже знали
Во многих странах,
Где свой ход
Нашли её кавалеристы,
Которые не первый год
Сопровождали Деву мира,
Что без грубейшей из всех силы
Победу заберёт
Отнюдь не меч её помощник,
Не щит, не копья, быстрота,
С которой головы летели
С плеч обессильнного врага,
А Слово, что объединило
Под руководством Девы мира
Тот первый батальон
Увидев Злато вместо крови,
Толпа сошла с ума
Люди кричали, ликовали:
«Чудесное дитя!»
«Ты к нам Богами послана́,
Твоё рожденье - это знамя
Грядущего Конца, зачатка Нового Рассвета,
Что унесёт нас прямо в Рай!»
Не от рожденья Героини
Струилась в её венах haema*,
Что жидким золотом одета,
Лишь после кроткого обета,
Что заключили Дева мира
И Дева морских волн;
Смешалась тогда кровь Сирены
С обычной плотью человека
И часть её, фрагменты моря
Теперь таятся в данном Богом,
Пронзённом горем и мечтою,
Сердечке девы небоглазой
Что подперев собою ясный,
Кровавым пламенем поя́сный,
Свод Неба и Земли,
Святое имя получила
Но не хотела Героиня
Быть формой для людских грехов,
Что место своё отвоюют
Под пологом её трудов,
Нацеленных на созиданье;
Её великие деянья
Веропоклонникам, что пьяны
В своей немой, забывной не́ге,
Отда́ны были б на закланье
Во имя, верящих в изгнанье
Любых неверящих, слепцов
Пока над девой маложавой
Собрались горы; величавы
Те люди ей казались раньше,
Теперь посмотрит -
Что Змея под лапой у Слона;
Судьбу её решить хотели,
И песни лживые ей пели,
Что под защитой и оградой
Свет благородный и отрада
Живых всех будет незапя́тна
И ввек сохронена
Другие говорили смело,
Что первозданные обеты,
Что отданы Богам вершинным,
Лишь в их сердцах имеют в весе
Груз больше, чем вино; прелестней
Деве беловласой был бы ночлег
И от ненастий защита у людей,
Что чтили бы её как Бога
Не пленницей, а гостьей
Была б она у них
А были те, что называли
Сосудом мерзости и мрака
"Посланницу небес"
Что своей кровью золотой
Проложит путь совсем иной,
Не в Рай, как жаждется народу,
В котором места нет ни ссорам
Ни слёзам, ни беде
Но вместо окриков народа
Пред девой появилась снова
Спасительница, что с пучин глубоких
Дух вытащила одинокий,
Направив в правый путь
Но бестелесна была Дева,
Лишь силуэт её лица
В толпе пронёсся незаметно
И испарился без следа
И в голове раздался голос,
Что шёпотом прибрежных вод
Плёл мысли бережный поток
И дева вспомнила слова,
Что говорило ей тогда
Подлунное Дитя
Всё, что до поцелуя
В те губы, что нежней, белей,
Чем воска нежная скульптура
И воска точно не живей
Всё, что до тонкого касанья,
И до прерывного дыханья
Всё то, что было сном гремучим
Вдруг оказалось явью
Но снова испарилась Дева,
Как капли на траве с утра
Лишь стоит Солнцу на них глянуть -
Они исчезнут навсегда
Из транса вышла златокровка
И обезумевшей толпе,
Что её делит, как добычу,
Дала на размышленье пищу
Дословно рассказав
Слова посланницы безногой
В конце добавив и немного,
Вкратце, от себя
«...Богами послана мне участь -
Вести вас всех на смертный бой!
Не прятаться по закоулкам
И погребам своих послов!
Претит мне в страхе зарываться
Под землю, как червю
Пока за мною будут гнаться
Те отпрыски, с кем даже знаться
Позорно Королю!
Не будет здравый предводитель,
Решений, мнений повелитель
Сидеть на гру́де золотой
В шелка одетый и вскормлённый
Трудом сограждан обращённых
В сгорбаченных рабов,
С трудом своих бы отличивших
Вельможей от врагов!
Не сможет Царь - Наместник Бога,
Смотреть, как каждое его слово
Во зло оброщено
И губит тех, кто так же скован,
Как он, Божественным мечом -
Жить в этом мире безобразном,
Терпеть, молится и мечтать,
Что явится тот Император,
Что в руки власть возьмёт не даром;
Прольёт он вражескую кровь
Не ради глупых унижений,
Не ради дерзких устрашений
А для защиты отче дома,
Что вся его страна
Труслив не будет и отважно
Схватив коня за поводья́
Он ринется под гомон страшный,
Не бросит храбрый свой народ!
И если пасть ему придётся,
В крови златой он захлебнётся
Не от руки врага,
А от меча того, кто сможет
Тирана свергнуть, ведь не в мочь
Герою вечно оставаться
Лишь вестником добра
Он либо канет в лету храбрым,
Не сломленным врагом коварным,
На поле боя смерть принявшим
За жизнь и мир своих сограждан
Иль доживёт до той поры,
Когда не для защиты слабых
Он будет отправлять солдатов
В войны кровавом иле мрачном
Души оставлять
Сошёл с ума бы гений боя,
Пошла бы кругом голова
От совершенного величия
И от лихого безразличия
С которым годы власти Бога
Оставили его на троне
Свой век кошмара и безумия
Тихо доживать
И обезумевшей король
Подпустит близко лишь того
В чьей преданности усомниться
Означило б ему смириться
И в одиночестве забыться
В немыслимой тоске
Ах, нет, нет друга для монарха,
Есть только правая рука,
Что вместе путь его кровавый
Пройдёт с ним до конца
Соперник за короны славу,
Второй во власти человек,
Доверенный, надёжный враг,
Чьей славы флагу развиваться
Мешает преданность и нежность
К вчерашнему Царю
Он не из мести, не из жажды
Разящим и точёным взмахом
Пронзит и исказит того
Пред кем он раньше приклонялся
И перед кем на кон поставил
Судьбы трагичной достояние
О коем знали только он
И сердца его Царь
Пролив слезу перед деянием
Перевернувшем бы игру
Он вытащит кинжал из ножен
Одним движением осторожным
Пронзит он грудь Царя
И вместо ненависти страшной
Лицо монарха поразит
Покой и нежное звучание
Подземной тишины.
Не стану я от смерти бегать
И вас не брошу никогда
И мне немыслима та дикость,
С которой приняли вы близость
"Грядущего Конца"!
Когда нам рассказали Боги,
Что полюбили нас жестоко,
И смерти нашей так хотят,
Что во все стороны Пророков,
Которым не сдержать порока
Их светлой, мёда цвета, крови
Отправили для нас
Чтоб судьбы наши осветили,
Друг с другом и людей стравили
Всевышних чтобы позабавить
На путь фальшивый понаправить
И, вышедший из под контроля
Вдруг заимевший силу волю,
Род человека всемогущий,
Супро́тив буре в путь идущий
С лица земли был срезан в корень
И впредь не бушевал
Да, Девы, лик чей одинарен,
Пришли, разрезав небеса,
Лишь для того, чтобы возглавить
Паломничество в бездны Ада,
Что Завтром обзовут!
Но Завтра ждёт лишь грязь и морок!
И принесли нам их Пророки
На крыльях-витражах
Мы не позволим им так громко
Словами лживыми дорогу
Нам прорубать к Реке Террора,
Где путь последний обрели
Уж много тех, кто их грехи
На свои плечи взял
Не дам я этим лже-провидцам,
Что спрятались за детства лица
Ходить и смуту наводить!
И, если Вы - тот бравый воин,
Что смертью правых пасть готов и
Мир свой защитить от гноя
Божественного испытанья,
То речь моя - вам эпитафья,
Что душу храброго солдата
В мир жизни возвротит
Пусть в моих венах та же мерзость
Что отчеканивает верность
Созданий Бога их Творцам,
Неумолимым гордецам,
Создавшим на потеху
Эхо - отраженье быта,
Присущего верховным
Миров родителям дородным
Под их приказы не согнусь,
Не поведу вас к "Новой Жизни",
А к окончанию капризной,
Эпохи, названной Богами
Веком Золотым!
Нас откормили те столетья,
Что проносились опроме́тью
Наполненные изобильем,
Достоинствоим и милосердьем
Подарком стали года мира,
Когда бой смертный был лишь мифом
Болезни - выдумкою жуткой;
Но выучили мы науку,
Что все блага на этом свете
Ведут лишь к почевальной мессе
По миру без потерь великих
И без уродств всех многоликих,
Что Бедствием зовут
И жизни медленный поток
Наскучил грозным исполинам
И Солнечных лучей цветами
Решили они разукрасить
Наш дивный, старый мир
Раздор и Смерть к нам воротились,
Океан и Твердь соединились,
Романтика и Разум смолкли,
И тихо смотрят так, как волки
Голодным глазом за добычей,
Богами посланною пищей,
Из темноты своих укрытий,
Не укрывая слю́нных нитей,
Стекающих с клыков
Врата и Время в свете лунном
Заснули, неважны им судьбы
Детей, за облаками скрытых
И спящих в жерновах событий,
Что их раздоэро́бят на частицы,
Нарушив строй миров
Тогда придёт Порядок новый,
И соберёт их всех в готовый,
Цельный организм
С Небес он спустит знамя власти,
И подчиняться судным стра́стям
Не будет человек!
В веках Коварство запечатав
Он на могиле крест поставит
Тысячилетиям Титанов,
Что правили до Эры Новой,
Где во главе углов покорно
Стоит создание того Бога,
Что на плечах своих гигнатских
Держит белый свет
Но новый обладатель слова,
Что для Столпов сильней закона,
Не сможет самолично бросить
Вызова врагу
И в одиночку не заступит
Он на защиту ваших судеб
Так встаньте рядом с ним!
И вместе отвоюем право
На жизнь без мести и обмана
Создателей, безумных жаждой
Уничтожить нас!
Не поддадимся на уловки,
Которыми так манят ловко
Нас златокровые убийцы!
И свергнув прежние порядки,
Что есть и были мерзки, гадки,
На пьедестал взойдёт не только
Возглавший армию в короне,
Но и весь род людской с главой,
Украшеной венцом оливы
Как украшают плоды сливы
Деревья в летний зной!.. »
Глагол стремглав в толпе раздался
И отразился в головах
Далёким эхом, и слова
В людском рассудке раздавались
Как проповедь; она не думала прерваться,
Текуча мысль, как река,
Ей не было конца и края
И нескончаемы те строки,
Что божие отро́ки
Услышали тогда
Растаяли все иноверцы,
И стоило ей замолчать,
Как божья Дева долголетья
Людскою власти на планете
Была на руки поднята
И так на трон и принята
