Истории Черноземья

Крики. Запах железа. гарь. Резкая боль. Тишина. Было ранее утро. Абсолютная темнота. Что-то сидело у Ельца на лице. — Тьфу, Горка! — он аккуратно поднял пушистую кошку и посмотрел ей в глаза. — Ну я же просил тебя так не делать. — Мяу. Крепость вздохнул, аккуратно спустил кошку на пол и сел. Кошмары — обычная часть жизни таких долгожителей, как он. Он потянулся и зевнул как раз вовремя, чтобы осознать присутствие нескольких других городов под своей дверью. Раздался стук, Елец спешно натянул шапку на волосы и вышел в сени. Отперев дверь, он увидел у порога три силуэта. Крепость приложил руку ко лбу козырьком, чтобы рассветное солнце не мешало разглядеть новоприбывших. Кто-то внизу кашлянул и шаркнул ногой. — Белгород на Северском Донце, глава будущей белгородской черты, — низенький, но пытающийся выглядеть максимально серьёзно город-крепость, протянул руку. — Елец, ээ, на Быстрой сосне, — он ответил на рукопожатие. — Это мои помощники, — продолжал мелкий городок, указывая на высокого и чернявого низкого. — Курск на Тускоре. — Ооооо, тот самый!? — встрепенулся Елец. — Вы знакомы? — спросил мелкий эээ Бе.. Белгород, да. — Нет, но мне всегда было интересно, как выглядит глава той самой Курской тьмы, которому я поставлял товары, — Елец улыбнулся и посмотрел на Курска, ожидая такой же реакции вроде: "Оо, ты тот самый Елец, да, помню тебя, как жизнь-житуха?" — увидел, как тот нахмурился и отвернулся. — Не помню тебя, — зазвучал спокойный баритон Курска, — к тому времени я отошёл от дел. Узнал про тебя много позже, ходит о тебе слава... — Воронеж! Как дела? Чего это ты так долго не объявлялся? — перебил Елец и полез обниматься. Мелкий Белый с недоумением переводил взгляд с одного на другого, сам Воронеж ошарашенно замер от неожиданности. — Мы... Мы ещё не знакомы лично! — говорил последний то ли оправдываясь, то ли констатируя факт. — Обижаешь своего бывшего учителя, как не стыдно, — сказал Елец, отпустив его и выпрямившись. — Я первый раз тебя вижу! — тут уже Воронеж начал беспомощно и недоумённо бегать глазами от одного взрослого к другому. — Ну ты и дурашка, — сказал Елец, — мы же оба на Дону батюшке, я тебя нашёл, учил годик-полтора, и потом уехал, а ты чем отплааа... — он кашлянул, поняв, что всем неловко от его слов, хотя он и говорил правду. — Ну то есть, кхм... Реки... Наши... впадают... — неуклюже продолжил он. — Кажется, я понял, в чём дело, — спокойно заговорил Курск, — в каком году ты уехал? — Эээ... в 98? Или седьмом? Уж больше полувека прошло, думаешь, я помню? — Так вот, из-за кого мне пришлось делать дополнительную работу,— заключил Курск. — Вы заходите пока, — сказал Елец, отчего-то он ссутулился после таких суровых слов того самого Курска. — Что стоять у порога... Проходите, располагайтесь в моём скромном доме, поди, устали с дороги. — он попытался улыбнуться, но вышло криво. — Сейчас позову кого-нибудь из своих людей, еду сварганить, заодно расскажите, что вас сюда привело. — Когда Елец волновался, он начинал тараторить. Он вышел на несколько минут, видимо давая указания людям. Трое неловко стояли какое-то время в комнате и переговаривались, Горка начала тереться об ноги Воронежа. — Так зачем вы тут? — спросил Елец заходя в комнату уже переодевшись, шапка всё ещё скрывала его волосы. — Курск, насколько я помню, по ту сторону дикого поля, Воронеж ниже по течению Дона, а ты, юная крепость, вообще непонятно где для меня. — Мы делаем осмотр крепостей и мест, как я уже говорил, для новой черты, — Снова очень серьёзно заговорил юный город. — Ооо, и вы хотите взять меня к себе!? — обрадовался Елец. — Я с радостью! — Мы пока присматриваемся, последнее слово за Белгородом, — остудил пыл Воронеж. — А ну... В любом случае, располагайтесь — немного рассеяно махнул рукой Елец. Так вот,— снова заговорил Курск. — Может, ты слепец и не видишь, но у мелкого седая прядь. Когда мне поручили работу, я проверил документы, и в 98-м его спалили черкасы. А ты, ду... кхм.. ты не подумал съездить и проверить всё ли в порядке, доложил, что крепость найдена и обучена, и никого не волновало, что это не так, на протяжении более десяти лет, пока воевода случайно не обмолвился о его отсутствии. — Курск снова сердито взглянул. — Так меня решили дёрнуть на дополнительное обучение малолетней крепости. Елец сглотнул, он не ожидал, что это утро превратится в допрос и перечисление его ошибок. — Честно сказать... не люблю я ездить на юг лишний раз, да и думал, если что — сам письмо пришлёт или приедет... — он неловко улыбнулся, но стыд начал доходить до него. — Тогда, будем снова знакомы, Воронеж на Воронеже? — Елец протянул руку. Сам юный город всё ещё был глубоко погружён в мысли, новые знания нахлынули и снесли его хрупкое равновесие, как в тумане он ответил на рукопожатие. Они молчали какое-то время. — Ты... старше, чем я думал... — Бел город встревоженно поглядывал то на своего помощника, то на Ельца. — А ты думал, мне сколько? — спросил последний. — Не знаю? Как Оскол? Чуть старше нас?.. — Белг уже сам пожалел, что спросил. — Оскол жив!? Он был в моих землях! — Елец снова оживился. — Это. Это не тот Оскол, о котором ты мог подумать. И он был в моём княжестве, чтобы ты на него претендовал, я не помню, — остановил его Курск. — Извините! Но я очень хорошо помню, кто входил в моё княжество, а кто нет! Я слишком долго работал, чтобы его получить и забыть кто живёт на моих землях! Кхм... так как там Оскол? — спросил Елец. — Мёртв. — Аа...Ну, не удивительно. — Подожди... ты так спокойно это говоришь? — Белгород вдруг то ли рассердился, то ли возмутился... не из-за предшественника его новой.. неприятной знакомой, нет — кажется, смерть всё ещё была для него больной темой. — Все, кого я знал в округе - мертвы. — пожал руками Елец. Если их всех нет, то почему бы Осколу не быть мёртвым? — говорил он спокойно, но огонёк в глазах, появившийся после упоминания старого знакомого и надежда, что он в порядке, потухли. — А и как там та девчушка тёзка Оскола?— продолжал как ни в чём не бывало Елец. — Я честно надеялся, что её просто назвали таким же именем, а не.. Ну.. Заменили прежний Оскол.. Вы её знаете? Белгород помрачнел: — жива здорова. Воронеж занервничал, часть дороги его брат просто жаловался на эту Оскол и слушать ещё не хотелось. — Так сколько тебе? — спросил юный город. — Вот это прости, Воронеж на Воронеже, — сказал Елец, — не знаю, не помню, меня много позже грамоте обучили, но когда я появился, слава о курском княжестве уже гуляла. Мелкие крепости удивлённо посмотрели на Курска, тот промолчал. — А вы собственно друг другу кто?.. — спросил Елец, немного расслабившись. Попытался разрядить обстановку, но снова добился обратного эффекта: три гостя отвели взгляд и нахмурились. К счастью, как раз в этот момент его люди принесли на стол еду из того, что было. Пока еда стояла нетронутой, Курск холодно ответил: — Я их бывший наставник. Сейчас мы товарищи по службе. — Хахах... яясно, — Выдохнул Елец. все перекрестились и принялись за еду. Они просто молча ели некоторое время, а Елец думал, что это очень странное утро. У него давно не было так много гостей..