Long Awaited Revelry - Sylus POV

Непреодолимая сила встречает неподвижный объект.

Сайлус приводит МС к Филипу в Odd Workshop.

Ночь в зоне N109 пахнет выхлопными газами и порохом. Я паркую мотоцикл у двери, прислоняюсь к нему, закрываю глаза и вдыхаю знакомый воздух. Сегодня прохладно. Это немного остужает мою кровь. И всё же я не могу избавиться от чувства разочарования. Зачем ей так обострять ситуацию? Мне не придётся долго ждать. Филип должен знать, что делать. Если кто-то и может исправить последствия вмешательства Эвер, то это он. Он работает над эволюционными связями. Возможно, её сила сейчас слишком слаба, чтобы резонировать с моей. Есть шанс, что её можно усилить. Мефисто сообщает мне, что она ест, и я чувствую, как расслабляются мои плечи. Я провожу пальцами по рукоятке мотоцикла. Сосредоточься. Я смотрю на зону N109 — сверкающие небоскрёбы, окутанные неоновым сиянием, которые так напоминают мне Тарус. Ещё до катастрофы с хроноразрывом невысокий холм, на котором я стою, ценился как смотровая площадка. Благодаря труду жителей Линкона руководители биотехнологических компаний обзавелись роскошными поместьями вроде этого, откуда они могли наблюдать за своими владениями. Теперь они принадлежат мне, как и все смотровые площадки. Когда-то я был заперт на срок более шестнадцати сотен лет. Почему же теперь всего десять минут кажутся мне вечностью? Дверь за моей спиной скрипит, и я жду, пока она отойдёт на несколько шагов, прежде чем снова взглянуть на неё. Моё сердце бьётся в груди — так же честно, как всегда вёл себя мой хвост. По крайней мере, теперь они оба невидимы. Она раскраснелась от вина, но её организм, по крайней мере, усваивает питательные вещества из еды. Я бросаю ей шлем. — Мы что, будем любоваться видами и слушать звуки зоны N109? — в её голосе слышится самодовольство. — У тебя что, девять жизней? Любопытство сгубило кошку, - я завожу мотоцикл. — Тогда мне не стоит идти, - в её голосе нет страха — только вызов. Она всегда умела переворачивать мои слова с ног на голову и бросать их мне в лицо. Я делаю паузу, снова испытывая раздражение, а затем усмехаюсь. Сейчас у меня нет времени на словесные игры. Я беру шлем, который она протягивает мне обратно, и надеваю его ей на голову, застёгивая под подбородком. — Тебе нравится торговаться, не так ли? - я поворачиваюсь и сажусь на мотоцикл верхом. Моя сила окутывает её, легко поднимая и усаживая позади меня. По крайней мере, её испуганный вскрик доставляет мне удовольствие. — Но ты ещё не прошла квалификацию. Девушка кладёт руки мне на талию, но не убирает их по собственной воле — особенно когда я жму на газ и мчусь в тёмную ночь. Она крепче сжимает меня в объятиях, и в шлеме раздается ее прерывистое дыхание. — Разве в зоне N109 нет ограничений скорости?!

***

Я паркую мотоцикл, и она отдёргивает руки, как будто увидела змею. Попытка вести себя вежливо, похоже, вызывает у неё ещё большее раздражение, поэтому я использую туман, чтобы снять её с мотоцикла. Когда её ноги касаются земли рядом со мной, я бросаю на неё суровый взгляд. — Если хочешь избежать неприятностей, веди себя прилично. — А если я откажусь? Она и так меня мучает, но продолжает провоцировать. Конечно, продолжает. Мой туман уже клубится вокруг неё, опутывая её смертоносными щупальцами. Если она хочет вести себя как ребёнок, то и обращаться с ней будут соответствующе. Подобно тому, как от борьбы птицы когти кошки впиваются глубже, её попытки вырваться из моих объятий только усиливают хватку. — Мне больно! — жалуется она. — Тебе будет ещё больнее, — говорю я в ответ на её вопрос. Всё это будет уже в прошлом, когда к ней вернутся воспоминания. Я ставлю её на ноги и отворачиваюсь, прежде чем ненависть в её глазах вонзит ещё один кинжал в мою душу. На этот раз она идёт за мной. Я толкаю тяжёлую металлическую дверь мастерской и вхожу в помещение, наполненное резким химическим запахом промышленных смазочных материалов. Вдоль всего помещения стоят верстаки, каждый из которых предназначен для какого-то конкретного проекта. По ступенькам можно подняться к широкому окну в дальней стене, за которым находится платформа с телескопами и ящиками. Остальная часть мастерской заполнена таким же нарочитым беспорядком: схемами, запасными частями, голографическими экранами и многим другим. — Кто там? — спрашивает Филип. — Если хочешь что-то заказать, принеси свой собственный Протокор. Я не приму ничего, что не соответствует высоким стандартам. Я опускаюсь на стул у верстака и беру электрический нож, чтобы хоть как-то отвлечь свои руки и глаза от мучительного голода. — Мистер Сайлус? Обычно вы не наносите неожиданных визитов. — Я привёл тебе подопытного кролика. Пришло время для твоего проекта по изменению эволюционной связи с живым объектом, — рукоять ножа скользит по моим пальцам. Не я стал причиной, по которой он начал этот проект, но у меня было предчувствие, что он может пригодиться. — Погоди… ты хочешь меня изменить?! - она бросает взгляд на дверь и делает шаг назад. Я захлопываю дверь с помощью своего тумана. Она смотрит на меня, и в её взгляде вспыхивает ярость. Филип говорит успокаивающим тоном. — В таком случае, давайте я сначала посмотрю. — он жестом подзывает её к себе. Я опускаю взгляд на нож и постукиваю лезвием по тряпке для чистки, которую, как я только что понял, держу в руках. Должно быть, она лежала у меня в кармане. Филип подводит её к диагностическому креслу Evol — большому устройству с сенсорными кольцами позади кресла и металлической лентой, которая обхватывает её запястье и тихо жужжит, проводя измерения. Она шёпотом молит меня о союзничестве. — Сэр, вы ведь не собираетесь меня менять, верно? Я всего лишь обычный эволвер. Всегда такая дерзкая. И всё же она думает, что шёпота будет достаточно, чтобы я не услышал её слов. Филип вздыхает. — Пытаться торговаться со мной бессмысленно. Никто не может переубедить Сайласа, — его тон внезапно меняется. — …У тебя резонансный Эвол? Я чувствую на себе ее взгляд. Наэлектризованный нож в моей руке наводит на меня скуку, поэтому я отбрасываю его в сторону. Мне нужно чем-то еще занять свои мысли. — Они что-нибудь делали, пока меня не было? — я снова смотрю на нее, затем мои глаза скользят по полу. — Ничего особенного, — говорит Филип. — Всего два взрыва — один в северном пригороде, другой в районе Блумшор. Она смотрит на меня с пониманием. Так вот о чём она говорила со своей так называемой семьёй. Я отвечаю Филипу. — Они просто выпустили кучу некачественных продуктов. Тьфу, я их переоценил. Я надеялся, что по возвращении меня ждёт более интересное задание. Не эта… ерунда. Модифицированные протоядра, Flux Nexuses… неоригинально и скучно. Филип качает головой. — И после всех этих бесстыдных выходок и беспорядка они хотят сделать из тебя козла отпущения. — О чём ты говоришь? — спрашивает она. — Кто-то другой устроил эти два взрыва? — О боже, ты выглядишь разочарованной, - я усмехаюсь. Еще одна тайна, которую слишком легко раскрыть. Ты можешь придумать что-нибудь получше. — Вместо того, чтобы искать правду, ты предпочла бы проглотить ложь, которая заставляет тебя чувствовать себя лучше. Я думаю, эта жизнь еще не научила ее ненадежности общественного мнения. Филип вздыхает, когда кресло с жужжанием отпускает её запястье. — Боюсь, она не подходит на роль реципиента. Её эволюционная связь совершенно нормальна. Подавлена только сила. — Кто-то установил глушитель? — Не думаю, что дело в технике. Я встаю и подхожу к ней, отбрасывая в сторону тряпку для уборки. Она откидывается на спинку стула, поднимая руку между нами. В её глазах страх — и решимость. Она всё ещё думает о нашей сделке. — Это не моя вина. Я прекрасно резонирую с другими. Не сводя с неё глаз, я прислушиваюсь к Филиппу. — А то, что я просил тебя изменить? Как тебе это? — Это было сложно, но максимальный запас энергии был увеличен в десять раз. Филип нажимает на кнопку на своём запястье, и дверь позади нас открывается, пропуская мою новую игрушку. Модифицированный Странник похож на гуманоида и в ширину, и в высоту — это массивная груда брони. Доставить его Филипу в целости и сохранности было интересным и полезным испытанием. С тех пор прошёл почти год. — Ты правда собираешься это использовать? Я позволяю своей энергии течь к модифицированному Страннику, и реле управления, разработанное Филиппом, реагирует на мое Изменение. Странник просыпается с импульсом Метафлюкса, рассыпанные бумаги разлетаются по полу. — Она подавлена, верно? Тогда ей просто нужна небольшая стимуляция. Я жестом приглашаю её встать со стула. Она колеблется, готовая бросить мне вызов, и я выпускаю в её сторону струю красного тумана. Она закрывает рот и встаёт. — Хорошо. Я подвожу ее к автомату и ставлю перед ним. — Боишься? Тогда тебе следует отступить. — Кто сказал, что я боюсь? Я улыбаюсь, но она этого не видит, и делаю шаг навстречу модифицированному Страннику. — Что, хочешь посмотреть, как я сражаюсь в одиночку? Она спешит ко мне. Её всегда так легко спровоцировать. Странник оживает, когда я перестаю управлять им напрямую. Как и любое существо, загнанное в угол, он будет бороться за выживание. — Чёрт, я не могу установить резонанс, — шипит она, глядя на щит Протокора Странника. — Ещё не поздно отступить, — дразню я её. Она уже выпускает очередью пули в тело Странника. Теперь она целится без промаха. Мы с ней похожи — ни один из нас не отступит перед вызовом. Я занимаю позицию перед Странником, чтобы он не мог стрелять в меня. Это не шуточная драка. Опасность должна быть реальной, иначе ничего не получится. Когда энергетический заряд Странника попадает мне в плечо, боль тоже оказывается реальной. Воспользовавшись тем, что я отвлёкся, Странник бросается на неё. Она слишком медлительна, чтобы увернуться, и удар Странника приходится по её руке, оставляя кровавую рану, но она даже не морщится. Она полностью сосредоточена на текущей задаче. Пока я разглядываю её, она замечает лазейку. — Сайлус, сейчас же! Её тело помнит то, что забыл разум. Моя сила нарастает, нацеливаясь на слабое место и наказывая Странника. На несколько сладостных мгновений я растворяюсь в нашей гармонии, наслаждаясь сложностью борьбы. Но я не могу забыть о своём истинном предназначении. Она всё ещё слаба после нескольких дней без сознания, и её силы быстро иссякают. Она не ожидала, что её мышцы так быстро откажут, и, не рассчитав уклонение, спотыкается и отступает назад. Я отступаю в сторону, позволяя Страннику воспользоваться моментом её слабости. Энергия собирается в его руке-пушке, и я вижу, как её сияние отражается в её глазах — вместе с настоящим страхом смерти. Тот же взгляд я видел в её глазах в Бездне. В последний момент я перехватываю управление оболочкой, отключаю луч и отхожу в сторону. Я выхожу вперед, наклоняюсь, чтобы схватить ее за запястье. — Измени ее энергетическую связь прямо сейчас. Сделайте ее настолько сильной, насколько это возможно, — это должно сработать. Мне надоело ждать. — Мы договаривались не об этом! — жалуется она, пятясь назад. Я поднимаю её руку, прижимаю её к стене и снова переплетаю свои пальцы с её. — Расслабься. Ты справишься. В моём тоне слышится нетерпение. Скоро всё снова будет хорошо. Она просто излишне усложняет себе путь к цели. Филипп позади меня откашливается. — Мистер Сайлус… Я думаю, есть… ещё одна причина, по которой она не может резонировать. Нахмурив брови, я откидываюсь на спинку стула и слушаю Филиппа, устремив взгляд в угол между полом и стеной. Он бы не стал прерывать меня без веской причины. — Видите ли… её Эвол особенный. Он использует волны, генерируемые магнитным полем человеческого мозга. Возможно, оно создаёт отталкивающие волны, направленные против вас. Вот почему она не может резонировать с вами. — Переходи к сути, — огрызаюсь я. — Если вкратце… На подсознательном уровне она либо отвергает вас, либо боится вас, либо… испытывает к вам отвращение. Мой разочарованный выдох переходит в резкий вдох. Отвращение? — Даже если она изменится, вы не сможете резонировать с ней, пока она… враждебно настроена по отношению к вам. Я с трудом сдерживаю вздох и снова перевожу взгляд на неё, вглядываясь в глубину этих глаз, которые запечатлелись в моей душе. Мы всегда играли в игру, пытаясь убить друг друга, но… отвращение? Серьёзно? — И мистер Сайлус… Если трансформация не удастся, она будет полностью уничтожена. Сначала нам нужно устранить причину… — Это значит… - я снова беру её за запястье и тяну к себе. Почему ты не можешь вспомнить? — Проблемы в ней. — Ты… отпусти меня! Я едва слышу, что она говорит. Я сжимаю её сильнее. Теперь я не могу отвести от неё взгляд. Зачем она так со мной поступает? Как только мы войдём в резонанс, она вспомнит. Она должна вспомнить. — Кстати, — смело вмешивается Филип. — У меня в кладовке есть стабилизатор Evol. Я попрошу её попробовать его[1]. Мне нужно взять себя в руки. Филип прав. Не важно, что ярость и боль скапливаются в моей груди, зудят под кожей, как пойманный зверь. Я делаю вдох и отпускаю ее запястье. И все же я не могу отвести взгляд от этих глаз. Она спешит к Филиппу, и он ведет ее наверх. Я провожаю ее взглядом. Она оглядывается в последний раз, прежде чем исчезнуть. Я вздыхаю ещё глубже и откидываюсь на спинку стула у верстака, пинком отправляя отброшенный нож в полёт по полу. Я возвращаюсь к более практичным мыслям, пытаясь унять беспокойную энергию, бурлящую в моих венах. Я был прав, когда сказал, что это та же самая девушка, с которой тогда работал Филип. Каждый раз, когда они убивали её, хотя её тело и выживало, она теряла воспоминания… Может быть, именно поэтому ей сейчас так сложно получить к ним доступ. Ты всегда будешь связан со мной. Навсегда. Её собственные слова. Мы обещали никогда не предавать друг друга. Я бы предпочёл, чтобы она выдала меня всем моим врагам, чем… чем это. Если бы я только нашёл её тогда. Всё сложилось бы совсем по-другому. Например, от Филипа остался бы пепел. Как и от всех, кто когда-либо прикасался к ней. Но насилие нужно использовать стратегически, и сейчас больше пользы от Филипа живого, чем от мёртвого, несмотря на моё разочарование. Стены мастерской внезапно кажутся слишком тесными, душными. Я встаю со стула, и он отъезжает за мной. Я не смогу мыслить здраво, пока во мне кипит кровь. Она вспомнила, как сражалась бок о бок со мной. Это было так близко к успеху… Я выхожу на улицу, чувствуя, как под кожей бурлит сила. Я поворачиваюсь и наношу удар по ближайшей стене. Энергия сгущается вокруг моего кулака, а затем рассеивается в разбитом бетоне. Тяжело дыша, я упираюсь рукой в стену и прислоняюсь к ней лбом. Всё идёт не по плану. Десятилетия поисков и ожидания, и… если бы я рассказал ей обо всём этом, она бы посмеялась мне в лицо. Или, что ещё хуже, подыграла бы мне, чтобы успокоить. Она должна помнить. Она либо отвергает тебя, либо боится тебя, либо… испытывает к тебе отвращение. Я сжимаю кулак, прислонившись к стене. Другая моя рука поднимается, чтобы ущипнуть себя за переносицу. Может, это не она... Но у неё такие же глаза, такое же лицо, такой же в точности запах, как будто она явилась прямиком из моих воспоминаний. В прошлый раз она без колебаний выбрала быть моей. В прошлый раз единственным другим вариантом для неё была смерть. — …Тц. Я делаю глубокий вдох сквозь дрожащие легкие. Я проделываю отличную работу, доказывая, что овладел собой. Я поклялся, что больше не позволю своей жадности взять надо мной верх. Ты лучше, этого. Я уже не тот молодой дракон, каким был раньше. Если мы начинаем с нуля, то… мы начинаем с нуля. Моё дыхание выравнивается, и я поворачиваюсь, чтобы прислониться к стене и откинуть голову на бетон. Я смотрю на мерцающую тьму Протополя, словно могу разглядеть за ней звёзды. Но именно в Туннеле Глубокого Космоса я нахожу то, что ищу, — переплетение, спираль времени, которая связывает наши жизни в каждой итерации на протяжении всей вечности. «Сайлус, эти драгоценности и оружие скучны. Если ты хочешь пробудить во мне желание, тебе нужно подарить мне что-то редкое. На этот раз я хочу… твоей любви». Я недоверчиво смотрю на неё, а потом смеюсь: «Любовь демона? Что ты собираешься делать с тем, чего не существует?» Она не выглядит удивлённой моей реакцией: «Если чего-то не существует, значит, оно ещё более ценно.» Я вздыхаю: «Говори. Что значит по-настоящему любить человека?» Ты когда-нибудь любила кого-нибудь? Эта опустошающая, изматывающая боль в груди… Одно лишь это чувство не может быть любовью. Но готовность снова и снова терпеть эту боль столько дней, месяцев или лет, сколько потребуется, чтобы дать ей шанс выбрать… на этот раз по-настоящему… Возможно, это самое близкое к любви чувство, на которое способен такой злодей, как я. Рядом шуршат перья. Больше нет времени на развлечения. Мефисто садится на руль моего мотоцикла и бросает окровавленную тушку крысы, оснащенную оборудованием для слежки, рядом с колесом. — Насколько близко? Ворон отвечает, что может проецировать голографическую карту с помощью своих модифицированных глаз. На экране отображается время, прошедшее за последний час, а по знакомым улицам движется ряд светящихся точек. Если я хочу отдать ей Эфирное ядро, мне нужно расставить множество фишек до аукциона Протоядра. Нужно сосредоточиться. В переулке неподалёку мелькает тень — маленькая девочка думает, что хорошо спряталась. Она мне кого-то напоминает. Ребенок, достаточно смелый, чтобы находиться здесь в одиночестве, может находиться только под защитой одного человека. По сведениям Мефисто, Элизиум — наш следующий пункт назначения. Я достаю из кармана монету и бросаю ей — ее глаза расширяются от темноты, когда она ловит ее в воздухе. — Когда девушка выйдет отсюда, предложи ей что-нибудь продать. Тень кивает. Я оставляю Мефисто следить за ними, а сам сажусь на мотоцикл. Мне не нравится оставлять её одну, но так я смогу посмотреть, что она будет делать, если предоставить её самой себе. Может быть, я даже буду приятно удивлён. Мотоцикл набирает обороты и выезжает на тёмную улицу. Пора поубивать крыс. _________ Примечания/комментарии автора по лору: * Внутриигровые материалы/ресурсы не дают однозначного ответа на вопрос о том, как именно работает постоянная темнота в Зоне N109. На заднем плане изображены звёзды/луна, но в «Земле затерянных» говорится: «В настоящее время в этой области наблюдаются значительные возмущения протополя, создающие массивный вихрь магнитных полей. Это искривляет и преломляет свет, делая невозможным прямой вход». Он навсегда окутан тьмой «. В разделе Deepspace > Глава 6 > 01 Легендарный Люмьер называет барьер «туман и странники». В конечном итоге я решила использовать протополе, блокирующее/отклоняющее весь свет, поскольку это наиболее просто с точки зрения знаний. Учитывая постоянное световое загрязнение, вы реально не могли видеть звезды в любом случае. И мне нравится напряжение, которое возникает из-за того, что в этом месте вечная ночь, но при этом не хватает луны и звёзд, так что это одна из причин, по которой Сайлус покинул Зону N109. В любом случае, я уже достаточно наговорилась. *Для боя с модифицированным Странником я использовала некоторые внутриигровые реплики из сцены сражения! Они тоже выделены жирным шрифтом. Я решила, что стоит добавить несколько коротких тематических шуток. *«Ты всегда будешь связан со мной. Навсегда». Это цитата из главы 9 «За гранью облачного падения», часть проклятия MC 🥲 * Выделенная курсивом цитата, которая начинается со слов «Сайлус, эти драгоценные камни и оружие скучны…», взята из главы 5 «За гранью облачного падения» и является вариантом диалога «твоя любовь». (Другая — «твоя душа», и она тоже прекрасна.) * Если вам кажется, что я слишком легко отделалась от Сайласа… не волнуйтесь, дальше будет ещё интереснее. 😅