You Could Call Me Babe for the Weekend

Уилл лежал, раскинувшись на кровати, откинув голову на подушки. Его волосы были взъерошены после сна, а брови под челкой сведены вместе. Дыхание сбивалось, а пальцы путались в волосах Майка. Теряясь в ощущениях, он на мгновение притягивал Майка к себе, а уже в следующее – отталкивал, когда эмоций становилось слишком много. Майк на это лишь тихо отзывался довольным звуком – он был готов следовать за Уиллом куда угодно. Конкретно сейчас его губы медленно двигались вниз вдоль живота, оставляя на нем поцелуи и влажный след от них, а руки скользили по изгибу талии и выше – по рёбрам. Казалось, Уилла разрывает – ему будто хотелось и смеяться, и стонать одновременно. Его тело накрыла дрожь, когда Майк легко обдал его влажную кожу прохладным дыханием, с довольством заметив, как та покрылась мурашками. Они проснулись не так давно – спальню заливал мягкий приглушенный утренний свет. Стояла уютная зима, а они вдвоем грелись под несколькими одеялами, ленивые и чуть липкие от общего тепла. Уилл рядом недовольно пробормотал, когда Майк перевернулся на спину, высвобождая руку из-под него. Вся конечность онемела. Он слегка потряс ею, пока Уилл, чуть надувшись, придвинулся поближе, уткнувшись носом в ключицу. Не сумев снова уснуть после нескольких минут, в течение которых руки Майка скользили вверх и вниз по спине, едва касаясь пояса его пижамных штанов, Уилл вернулся в сидячее положение. Он зевнул, вытягивая руки над головой. Когда рубашка приподнялась, взгляд Майка тут же зацепился за серебряный блеск в его пупке. Майк тут же повалил Уилла обратно на матрас, заставив того удивленно выдохнуть. Перекатив Уилла под себя, он оказался сверху и пресёк любые попытки протеста серией коротких отрывистых поцелуев. Раскрасневшись и едва сдерживая смех, Уилл в конце концов оставил все попытки освободиться и сдался, тепло улыбаясь в губы Майка и обвивая руками его за шею. Пожалуй, Майк чувствовал себя королём мира. И ему было плевать на всех и вся. Надувной матрас, который приготовила мама Майка, ни разу не пригодился. Уилл даже не взглянул на него – сразу бросил рюкзак у двери с вещами из дома и залез прямо к Майку на кровать. Они и в детстве делили одну кровать на двоих – во время ночевок и марафонов ужастиков. Но сейчас было всё иначе. Бедро Уилла оказалось зажато между ног Майка, а его рука медленно скользила по животу. Они уснули, крепко обнявшись, и проснулись точно так же. Уилл был таким милым во сне и совсем не хотел его отпускать. Даже если Майк во сне смещался или переворачивался, то всё равно просыпался с Уиллом – тот либо прижимался к спине, либо неуклюже вжимался в его объятия. Он никогда ни с кем так не спал. И это сейчас не про секс. Хотя он определенно хотел, чтобы всё зашло дальше. Но он понял, что всё серьезно, когда оказалось, что просто лежать, обнимая Уилла, ему уже вполне достаточно. По утрам ему нравилось переворачиваться и первым делом, открыв глаза, видеть Уилла. Дни пролетели, и сама мысль об окончании зимних каникул уже угнетала его. Он подозревал, что предстоящая разлука дастся ему тяжело. Ему и раньше было непросто. Ещё до того, как они решили быть… Вместе. Или как это вообще назвать? Чем-то между? Есть ли вообще слово для того, что между ними происходило? Больше, чем друзья, но не совсем пара. «Пока что», – сказал себе Майк. «Это ключевое слово». Ему до боли хотелось ясности. Готовясь к этому разговору, он то подбадривал себя, то впадал в уныние. Но он побоялся спросить Уилла об этом сразу после расставания с Карлтоном. Он знал, что Уилл из тех, кому нужно время, чтобы всё пережить и обдумать. И что он всегда был бережен и внимателен. Скорее всего, это был первый раз в его жизни, когда он не подумал о последствия – когда он целовался с Майком на полу в подвале. Чувства Уилла к нему перевесили здравый смысл. Насколько эта мысль приносила ему удовольствие, настолько же она вгоняла его в тревожность. Особенно в этой странной неопределенности, где поцелуи были вполне допустимы, но секс и ещё одна фраза «Я люблю тебя» могли стать перебором. Найдя подвеску, которую Майк выбросил в бездну подвала, Уилл с серьезным видом снял трубку кухонного телефона и набрал Карлтона, одарив Майка многозначительным взглядом – чтобы тот не подслушивал. Повинуясь, Майк ушёл ожидать за угол в гостиную. Его живот скручивало, стоило вспомнить, каким настороженным выглядел Уилл. Он был слишком хорошим человеком, и вина от совершенного ими постепенно разъедала его изнутри. Майк старательно держал рот на замке. Любые его сомнения меркли на фоне Уилла – тот долго ковырял ногти, пока его не прорвало на слезы, и он не проревел в руках Майка три часа после расставания с каким-то левым парнем. В таком хрупком состоянии его нельзя было просить о большем. Майк приказал себе быть терпеливым и принимать то, что Уилл и так ему даёт. До этого он не осознавал, насколько ему важны эти отношения, пока сама эта возможность не повисла на волоске – в пределах досягаемости. Они не могли находиться в этом состоянии вечно. Рано или поздно они должны были перейти на новый уровень. …Так ведь? К счастью, даже если Уилл и не торопился дать их отношениям точное название, то он с большим энтузиазмом проявлял себя в постели. Он был тот ещё зачинщик: мог за ужином медленно провести пяткой по ноге Майка, или превратить самые невинные поцелуи в настоящее соревнование. Эта новая сторона Уилла, который всегда казался таким скромным, оказалась настоящей неожиданностью. Он постоянно флиртовал с ним, но скорее по-милому, чем с расчетом. Впрочем, Майк и не сомневался, что всё изменится, когда им станет комфортнее друг с другом. Уилла пробила дрожь, когда язык Майка скользнул вокруг серебряной штанги в пупке, а губы сомкнулись на шарике, игриво потянув. Бёдра Уилла дёрнулись вверх, ища трения. Его ноги напряглись. Он чуть не вырвал Майка волосы с корнем, дёрнув его назад к своим губам. Майк неуклюже скинул с кровати тяжелые одеяла, а Уилл обвил его ногами. Прижавшись к нему, Майк ощущал всю его дрожь, каждый сбитый вздох. Эти вялые сонные поцелуи, такие влажные, ленивые, идеальные, быстро стали его любимыми. Со сбившимся дыханием Уилл откинулся на простыни. Его припухшие губы растянулись в смущенной улыбке, а в уголках глаз собрались мелкие морщинки. Майк смотрел на него с довольным видом. «Это всё я», – думал он. За последние дни они буквально не отлипали друг от друга, Майк не мог держать руки при себе и даже не пытался. Он немножко поигрался с резинкой на пижамных штанах Уилла, приподняв бровь в немом вопросе. «Умоляю. Пожалуйста. Позволь мне». Уилл опустился, прикусив губу, колеблясь. Слишком. Слишком. Слишком. Майк тут же убрал руку, оставив её зависшей между ними. Уилл выдохнул, не отводя взгляда от лица Майка – он был полностью открыт и ждал его дальнейших действий. Майк никогда не хотел напугать его, или заставить думать, что у него только одно на уме. Но боже, как же он этого хотел. Уилл медленно кивнул и его щёки залились румянцем, когда Майк с готовностью потянулся к нему за поцелуем, стянул штаны, и… Раздался телефонный звонок. Они оба дёрнулись от неожиданности. – Забей, – прошептал Уилл в губы, даже не удосужившись открыть глаза. Он быстро пришёл в себя, раздраженно выдохнув и притянув Майка к себе обратно. Казалось, он целовал его чуть назло, прихватывая нижнюю губу зубами. –  Уже, – прошептал Майк в ответ. Ну или попытался, ведь Уилл его практически жевал. Звонок прекратился, когда жадные рваные поцелуи перешли в тягучие и чувственные. Лёгкое жжение от укусов Уилла тут же сменилось долгим медленным движением языка. Хоть раньше он и смущался и колебался, теперь его рука проскользнула под штаны Майка, двигаясь уверенно, медленно проводя по очертаниям его тела. Он улыбнулся прямо в губы Майка, когда тот застонал, с удовольствием вжимаясь в его ладонь. Рука Уилла обхватила его полностью, между ними пульсировало острое, неистовое напряжение, и тогда… Майк едва не взвыл, когда телефон зазвонил снова. Он скатился с Уилла, осыпая всё вокруг руганью и игнорируя его сонные ворчания с шаловливыми руками, и кое-как выбрался в коридор. Он схватил трубку, чуть ли не выдернув её с кухонной стены, и прорычал сквозь зубы: –  Ну что ещё?! На той стороне раздался безумный и знакомый голос: –  Уилл! Пожалуйста, не клади телефон! «Господи, только не это». –  Позвонишь сюда ещё раз, и тебе конец, – огрызнулся Майк, наматывая телефонный шнур на кулак, лишь бы не врезать по чему-нибудь. Этот тип реально пытался снова сойтись с его… Парнем. Лучшим другом. Или как там. Ладно, они пока ещё не пара. Но это не важно! Ведь этот тип вновь пытался сойтись с его Уиллом! –  Надеюсь, я выразился предельно ясно. На пару секунд Карлтон замолчал, а затем холодно произнес: –  Это Майк? Он произнёс его имя с таким презрением будто это была грязь. Как будто он прекрасно понимал, что происходит и что именно он только что прервал. Уилл уже рассказывал, что они с Карлтоном так и не провели ни одной ночи вместе, поэтому Майку не нужно было представлять, что они могли там делать. Чего нельзя было сказать о Карлтоне. –  Да, он самый, – небрежно ответил Майк с довольной ухмылкой на губах. Ему было почти жаль этого бедолагу. Майк не был уверен, как много Уилл рассказал Карлтону об их отношениях… То есть, дружбе… Но и так было ясно: Карлтон явно чувствовал угрозу, признавался он в этом Уиллу или нет. На его месте Майк бы чувствовал то же самое. К счастью, он был не на его месте. И уже не будет. –  Дай мне поговорить с Уиллом, – сказал Карлтон. – Я знаю, что он у тебя. Мне просто нужно узнать, что я сделал не так. «Господи. Ну и тряпка». –  Слушай, чувак, – вздохнул он, подбирая слова. Его и так уже угораздило пережить трёхминутное расставание с Уиллом Байерсом по телефону во время зимних каникул. – Ты ничего такого не сделал. Просто Уиллу нужно дать немного времени. Вы увидитесь в универе, когда он отдаст тебе подвеску. Он на секунду задумался и бросил вдогонку: –  Но даже не думай прижимать его вопросами! Карлтон раздраженно фыркнул, будто это всё было полным абсурдом. Хотя это он явно и собирался сделать, если звонок пойдет не по плану. Боже, в каких-то деталях они с Майком до пугающего похожи. У Уилла явно был типаж. –  Пожалуйста, дай мне поговорить с ним. Майк отвёл трубку от уха, чтобы беззвучно выругаться. –  Чувак, ты до жути навязчивый. –  А ты, значит, нет? – бросил Карлтон с вызовом. – Уилл рассказывал, какой ты временами навязчивый и ревнивый. И я сразу понял, что ты станешь для нас проблемой. Но он даже слушать не хотел. Теперь понимаю, почему. Глаза Майка с подозрением прищурились. Уилл бы никогда про него такого не сказал. Ну, или… Он бы точно не сформулировал это таким образом. А ещё его выбесил этот тонкий укол в сторону Уилла – будто он соучастник в преступлениях Майка или вроде того. Он мог нести любой бред в сторону Майка, но Уилл – это запретная территория. –  Позвонишь сюда ещё раз – и я выдерну телефон из розетки. И не смей соваться к Уиллу домой. Хоп тот ещё псих, и у него есть пушка. Он со злостью швырнул трубку, и, ворча себе под нос, отправился обратно вверх по лестнице. Уже в комнате Майк мысленно оплакивал, что Уилл снова натянул рубашку и пригладил свои волосы. Он сидел, скрестив ноги, укутав ноги в одеяло. Он и так выглядел немного подавленным, а припухшие губы и красные следы на шее делали его ещё более жалким и печальным. Сердце Майка сжалось от этого вида. –  Кто звонил? – спросил Уилл. Хотя и так прекрасно знал ответ. Карлтон названивал им уже несколько дней. –  Телемаркетёр, – соврал Майк. Бровь Уилла слегка приподнялась вверх. –  Ты всем телемаркетёрам угрожаешь пушкой Хопа? –  Только самым назойливым, – ровно ответил Майк, присаживаясь рядом с ним на край кровати. На какое-то время повисла тишина. Уилл нервно перебирал пальцы на коленях. –  Я думал, он к этому времени уже сдастся… Уже ведь несколько дней прошло. Майк глянул на него искоса и фыркнул: –  Ты думал, он просто так сдастся и откажется от тебя? «Уилл, пожалуйста. Не заставляй меня защищать твоего бывшего». По правде, он был бы меньшего мнения о Карлтоне, если бы тот так не боролся за Уилла. Но, как бы то ни было, его так взбесила вся эта ситуация, что если Карлтон ещё раз сюда позвонит, то Майк точно сдаст его Хопу. Уилл опустил голову, закрыв лицо ладонями. –  Я чувствую себя таким мудаком, – простонал он. Майк обнял его за плечи. Уилл всё ещё и прятал лицо в ладонях, но всё равно немного придвинулся ближе. Майк не знал, какие слова подобрать, чтобы стало хоть немного легче. Они поступили отвратительно. Но если для Майка это было лишь способом добиться своего, то для Уилла нет – ему нравился этот парень. Настолько, что они начали встречаться. Честно говоря, влезть между Уиллом и Карлтоном оказалось куда проще, чем он ожидал. Ему почти даже и не пришлось стараться. Признаться в своих чувствах, – или если быть точнее, неуклюже выпалить их в порыве эмоций, – и понадеяться на лучший исход оказалось самым простым вариантом. Но если бы это не сработало, то он бы пошёл дальше и применил куда более сомнительные методы достижения целей. –  Да ладно, перестань, – произнёс Майк, слегка толкнув его и стараясь разрядить обстановку. – Я думал, мы уже решили, что мудак здесь я. –  Я должен перезвонить ему, – решился Уилл и кивнул, словно соглашаясь с самим собой. Он Майка вообще не слушал. – Я должен выслушать его. Возможно, это поможет ему как-то нормально отпустить всё и поставить точку. Уилл взглянул на Майка, в надежде найти поддержку, но тот лишь шокировано на него уставился. «Уилл, вот серьезно… Тебе реально нравится вот так надо мной издеваться?» –  Ни за что. Это ужасная идея, – выпалил Майк до того, как подумать. Если Уилл и Карлтон будут пересекаться в универе, то их общение должно ограничиваться вежливыми кивками. Иначе Уилл извинится перед ним и снова окажется в объятии его рук. Уилл свёл брови вместе. Он выглядел так, будто хотел сгрызть себе ногти – ровным рядом, как в мультиках. –  Что ты имеешь ввиду? – спросил он. «Да блин…» –  Уилл, «отпустить всё и поставить точку» это миф, придуманный мозгоправами, чтобы высасывать деньги из клиентов. В реальности это невозможно. Что бы ты ни сказал, легче ему от этого не станет. Уилл всё так же сидел в растерянности. –  Я всё же думаю… –  И что случится, если он вывалит на тебя все свои чувства? Ты снова вернёшься к нему? Уилл нахмурился. –  Нет, конечно. Майк мысленно выдохнул с облегчением. –  Отлично. Значит Карлтон зазря сотрясал воздух, и теперь вы оба в паршивом состоянии. –  Я уже в паршивом состоянии, – указал Уилл, заметно помрачнев. На мгновение он уставился в пустоту, а затем скинул с себя одеяло, из-за чего рука Майка соскользнула, и поднялся на ноги. –  Я сегодня переночую дома. Хочу увидеться с мамой, и… Обдумать некоторые вещи. У Майка внутри всё оборвалось. –  О как, – произнёс Майк. Уилл запихивал одежду в свой рюкзак, не поднимая на него взгляд. – Хочешь, я с тобой поеду? Уилл замотал головой, закидывая рюкзак на плечо. –  Я перезвоню тебе. Просто… Мне нужно какое-то время побыть одному. Уилл направился к двери, и Майк сжал зубы, лишь бы не сказать лишнего. Остановившись у порога, Уилл развернулся к нему и мягко улыбнулся. –  Я позвоню тебе. Если ты, конечно, не вырвешь телефон из розетки. Майк сумел выдавить из себя в ответ слабую улыбку в ответ, но она скатилась с лица быстрее, чем он того хотел. Ему не хотелось расстраивать Уилла, он просто… Хотел. Очень. Они должны были провести остатки зимних каникул вместе, исследуя новые возможности, которые открывали их новые взаимоотношения. Конкретно Майк был более чем готов исследовать новые стороны Уилла в своей кровати. Видимо он выглядел так же жалко, как и ощущал себя. Потому что Уилл развернулся к нему обратно и, положив руку на щёку, прильнул с поцелуем. –  Увидимся, – сказал он ему прямо в губы. Это прозвучало почти как «Всё в порядке», но вот только в голове тут же всплыло тревожное «Пока что». Как только дверь закрылась, Майк тут же откинулся на кровать, сердито пнув ногами воздух. Он не мог перестать думать, что вновь всё испортил. Что, если Уилл сейчас вернётся и домой и решит, что не хочет больше с ним быть? Что рядом с Майком он чувствует себя виноватым? Или что из-за Майка он чувствует себя паршиво? …Как и Эл когда-то. Из-за него. Эта мысль ударила по нему как кувалда. Ему захотелось накрыться подушкой с головой. Вот же чёрт! Подъезжая к Уиллу на велике, Майку казалось будто бы он снова школьник. Было уже поздно, до нового года – буквально несколько часов. Он и так тянул дольше некуда: мотал круги по комнате, изводя себя мыслями о том, чем там занимался Уилл, о чем он размышлял. Сразу после ужина, когда терпеть уже не было сил, он вылетел за дверь, и едва запрыгнув на велик, тут же помчался по улице. К тому моменту, как он пронёсся через весь город и завернул на подъездную дорожку к дому Хопа, у него уже сбилось дыхание. Он швырнул велик в сторону (колёса всё ещё крутились, не успев остановиться) и и лихорадочно постучал в дверь. –  Здравствуйте, миссис Байерс, – выдохнул он, когда дверь открылась.  Джойс с удивлением оглядывала его – полусогнутого, опирающегося на колени. – Я могу зайти? Мне нужно поговорить с Уиллом. –  Конечно, дорогой, – сказала она, давая ему пройти. – Ты мог бы и позвонить. Хоп бы подвёз тебя на пути домой. Лицо Майка скривилось. –  Не думаю, что я готов к ещё одному разговору с ним. Джойс сочувствующе кивнула, похлопав его по плечу. –  У вас с Уиллом всё в порядке? – Надеюсь, – слегка с грустью прошептал Майк. Джойс казалось из-за всех сил сдерживалась, чтобы не ущипнуть его за щеку, но совсем чуть-чуть. –  Уверена, что у вас двоих всё наладится. По-другому не бывает. Майк постучался в комнату Уилла и заглянул внутрь – тот сидел на кровати со скетчбуком на коленях. Он выглядел слегка удивленным, но не расстроенным его визиту. Он сохранил на стенах некоторые из вещей Эл, прикрепив их скотчем, а также добавил некоторые украшения от себя в разных местах. Майк всегда чувствовал себя в этом доме немного зажатым после смерти Эл, но сейчас всё ощущалось… Спокойно. Уютно. И Уилл, и Эл смогли сделать это место своим домом. –  Привет, – произнёс Уилл, удивленно приподняв брови, и отложил скетчбук в сторону. Он был только после душа: щёки порозовели от пара, а волосы на кончиках всё ещё были влажными. На нём была одна из старых футболок Майка. Это хороший знак. –  Привет, – тихо сказал Майк в ответ, неловко войдя в комнату и прикрывая за собой дверь, чтобы дать им немного уединения. Он был готов расплакаться и умолять о прощении, если Уилл решит бросит его. Казалось, будто они всегда оказывались в той или иной версии такого сценария: например, когда Майк колотил дверь его дома под дождем, или та неделя в Леноре, когда Майк ещё не понимал, почему отсутствие Уилла так сильно разъедало его изнутри. –  Зачем ты приехал? – спросил Уилл. Майк сглотнул. –  Я… Я хотел… – осёкся он, нервно постукивая пальцами по ноге. Он заставил себя отойти от двери и нервно пошатываясь направился в сторону кровати. Уилл раздраженно выдохнул и дёрнул его за запястье вниз, из-за чего кровать скрипнула, когда он сел. –  Я облажался, – выпалил Майк в ту же секунду, когда их глаза оказались на одном уровне. Как будто он не мог по-другому. Красивые, нежные, каре-зелёные глаза Уилла покрылись красными по краям, как будто он ревел весь день урывками. Майк съежился от одной мысли, что Уилл всё это время пролежал здесь вот так, изводя себя мыслями. –  Облажался? – спросил Уилл, чуть наклонив голову. –  То, что мы сделали… Это было ошибкой. Майк сразу понял, как ужасно это прозвучало, но было уже поздно. Лицо Уилла тут же исказилось, и он выдернул руку из ладони Майка. –  Погоди! Я не это имел ввиду! Я… Я про себя и про то, как я ко всему этому подошёл! Ты потрясающий, правда, просто невероятный, лучший из лучших, и мне нужно было подождать, пока вся эта история с Карлтоном не разрешится. Я повёл себя эгоистично и снова причинил тебе боль. Прости меня, Уилл. Уилл сидел с приоткрытыми губами, как будто всё это время он хотел вставить хоть слово. Уголки его рта дёрнулись вверх в подобии улыбки, когда он произнёс: –  Я не злюсь на тебя, Майк. –  Правда? –  Ладно, злюсь, – уточнил Уилл, – но я не собираюсь с тобой расставаться. Сердце Майка радостно дрогнуло, когда Уилл повалил его на кровать и растянулся рядом, положив голову ему на плечо. Примерно с минуту они лежали в тишине, уставившись в потолок. Наконец Уилл продолжил: –  Мне не нравится, что мы причинили боль другому человеку, добиваясь своего, и… Я так же не хочу, чтобы ты из-за этого стал думать хуже обо мне. Майк повернулся к нему, всматриваясь. Нахмурившись. –  Почему я должен думать хуже о тебе? Уилл пожал плечами в своей типичной небрежной манере, но именно это его и выдавало – что ему не всё равно. –  Карлтон был моим первым парнем. И после него буквально сразу же – ты. И это всё как-то наложилось друг на друга. Я не хочу производить впечатление, что я… Легкодоступный. Майк лежал в полнейшем шоке. –  Это последнее слово, которым я бы тебя описал. Но Уилл был непреклонен – его тёмные глаза умоляюще и неотрывно смотрели на него. И он был таким красивым под приглушенным светом прикроватной лампы. –  Я бы никогда не изменил тебе. Ты же понимаешь? Я не такой. Майк взял его за руку в попытке успокоить. –  Конечно, я знаю, – заверил Майк его. – Слушай, я понимаю, что ты себя весь накручиваешь, потому что ты самый добрый человек на свете. Но вы встречались с Карлтоном всего-то пару месяцев. И он даже ни разу не был в Хокинсе. Погрустит неделю, но ничего страшного. –  Просто мне так стыдно, – признался Уилл, его лицо было совсем бледным. – А тебе нет? «Ну как сказать…» –  Я бы сделал то же самое. Снова, – сказал Майк, по сути не ответив. Ему было жаль, что Уилл чувствовал себя виноватым. Но этим всё и ограничивалось. –  Боже, – нервно выдохнул Уилл, закрывая лицо свободной рукой. Затем он рассмеялся, то притягивая его к себе, то наоборот отталкивая, будто не зная, что из этого хуже. Раньше они так не возились, так как Уилл казался чуть более хрупким, чем другие. Но всё же Майку нравилось, что Уилл не боялся толкаться и взбираться на него сверху. В итоге он оказался на спине, а Уилл навис прямо над ним. Наклонясь ближе, он убрал пальцы с шеи Майка, их носы едва касались друг друга, но за поцелуем он не тянулся. Пока что. –  Ты меня тоже прости. Я не должен был быть с ним, зная, что у меня до сих к тебе есть чувства. Майк покачал головой. –  Не извиняйся. Я знаю, что вёл себя как ревнивый придурок. Просто… Пожалуйста, давай не будем все рушить, даже толком не начав. Я не хочу, чтобы ты когда-либо чувствовал себя паршиво рядом со мной. Лицо Уилла дрогнуло в непонимании. –  Я и не чувствую. Ведь я люблю тебя, – искренне сказал он, будто сама мысль о другом причиняла ему боль. – Даже когда ты ведёшь себя как ревнивый мудак. Майк выдохнул. Его сердце бешено забилось в груди. Уилл впервые сказал ему эти слова. Но казалось он даже не заметил, продолжив дальше: –  Иногда ты такой придурок, что хочется врезать тебе, но… Ты заботишься обо мне. И я никому не доверяю так, как тебе. Всё, что случилось тем вечером – я хотел этого. –  Я заметил, – мягко выдохнул Майк, с удовольствием вспоминая, как Уилл задыхаясь, произнес «Я хочу тебя». Ну а теперь в этот разрастающийся список добавляется тихое страстное «Я люблю тебя». –  Замолчи, – тихо сказал Уилл, мягко толкая его в грудь. На его щеках проступил румянец. – Главное то, что ничто не изменит моего отношения к тому, что мы вместе. Поэтому давай уже перестанем извиняться друг перед другом? Майк молчаливо кивнул, и Уилл сдвинулся в сторону, прижимаясь к нему всем телом и перекидывая через него ногу. Прикрыв глаза, Майк опустил голову и зарылся носом в его волосы. –  Забавно получается, – рассеянно произнес Уилл спустя какое-то время. За окном вдали доносились звуки новогодних салютов – они то трещали, то затихали, сходя на нет. – С ним я провел всего два месяца, а с тобой… Всю жизнь. Вначале, мне казалось, будто я предаю тебя, а не его. Майк улыбнулся, явно гордясь собой. –  Правда? – самодовольно спросил он. Уилл закатил глаза и прижал ладонь к его лицу, не давая поцеловать себя. –  Сделай хотя бы вид, что ты не настолько доволен. –  Да ладно тебе, – практически заныл Майк. – Будь моим новогодним поцелуем. «Будь моим парнем. Будь моим всем. Просто… Будь моим.» –  Ну ты и хитрец, – подразнил его Уилл, – до полуночи ещё рано. –  Значит до этого времени мы будем целоваться нон-стоп, – ответил Майк с видом «Ну это же очевидно, Уилл. Ну давай». – Ты ведь всё ещё хочешь целоваться со мной? Тёплые полные нежности глаза Уилла смотрели на него, не отрываясь. –  Если после всего этого тебе не стало предельно ясно, то я хочу не только целоваться. –  Не только? Аккуратнее со словами, Уилл, – максимально тихо прошептал Майк, когда его рука скользнула под край футболки Уилла. – А то ты мне сейчас идей подкинешь. Уилл на это мягко и снисходительно улыбнулся, проведя пальцем вверх по шее до подбородка. Он поддался вперед, будто его потянули, и их губы зависли в миллиметрах друг от друга. С каждым словом Уилла Майк всё острее чувствовал его присутствие в воздухе: в движении его губ, в тени ресниц на ореховых глазах. Это было завораживающе. –  Не думаю, что тебе нужна моя помощь с идеями, – прошептал Уилл. –  Ты даже не представляешь, какие идеи у меня уже на уме, – признался Майк, не подумав. Он был слегка не в себе от резкой волны жара, накрывшей комнату. Уилл тоже поддался этому теплу, устраиваясь сверху на нем. –  Ну расскажи мне, – сказал он, наклоняясь ближе. Руки Майка тут же поднялись и охватили его бёдра. – Во всех деталях, рассказчик.