Всё в порядке, всё хорошо, я всё равно умру (хотя Пьеро этому препятствует)

Это была блестящая идея со стороны Шута: Подойти к вам без Пьеро в момент ложной уверенности, и тонко дать понять свои намерения. Всё шло по плану: он высказал свою угрозу, вы поняли и даже ответили: «Если вы решите что я вам не нужна, или что я причиняю вред другим…» И правда, хотя он этого и не показывал, он был в полном восторге. Вот оно! Вот тот самый момент, когда ты, мерзкий человек, позволишь проявиться своим скрытым мотивам в жалкой попытке самосохранения. Всё было тщательно продумано. Всё было спланировано. Всё было идеально. Однако как это часто бывает с людьми, вы не следовали сценарию. Вы не угрожали ему. Вы не притворялись ничего не знающим. Вы попросили чтобы Пьеро не увидел вашей гибели, если до этого дойдёт. И вот уже во второй раз за два дня, Шут оказывается перед Билетёром с чашкой чая, ещё более раздражённый чем накануне. «Я просто не понимаю» — Шут тяжело выдыхает, прежде чем снова отпить чаю — на этот раз, с розмарином. — «Они никак не могли заранее придумать ответ, не так ли? Может быть они были достаточно хитры чтобы предвидеть даже такое взаимодействие, и подготовиться соответствующим образом?» Обычно контролёр билетов не реагирует. Но на этот раз? На этот раз он видит приближающуюся спираль. «Шут» — замечает он, помешивая свою чашку. — «Может быть этот человек просто наивно ищет компании? В конце концов, вы же видели записи которые сделал Доктор». Шут недовольно промычал: «Неужели всё так просто? Разве не найдутся другие люди, способные удовлетворить такую ​​потребность?» Билетный контролёр отпивает глоток из изящной фарфоровой чашки, наслаждаясь вкусом прежде чем ответить: «Возможно, их тоже отвергли люди». На это Шут фыркает, но ничего не говорит отводя взгляд в сторону, а Билетёр слегка расслабляется. Возможно, именно это и нужно было услышать фиолетовому клоуну чтобы обуздать свой всё более глубокий анализ возлюбленной Пьеро. Возможно именно это ему и нужно было, чтобы смириться со всем этим. «Итак, если это действительно всего лишь наивный человек, то всё что нужно сделать: это показать им кто мы такие на самом деле» — улыбнулся Шут, его глаза заблестели в тусклом свете. «Им всё равно никто не поверит. Особенно если их отвергли, как ты говоришь». Билетёр вздыхает. Возможно нет.

...

Пьеро сидит в своем сценическом шатре, точа ножи с необычайным рвением. Его любимая здесь. С ним. Она с ним, и она никогда не уйдёт, и от этого он готов взлететь до небес. Пока она не узнают о тёмных сторонах цирка, и пока Шут не причинит вреда, всё будет прекрасно. Даже комментарии Арлекина не смогли испортить ему настроение, думает он про себя. Конечно же, словно чувствуя что о нём кто-то думает в радиусе 5 км, Арлекин решает что это идеальный момент чтобы проскользнуть в шатёр красного клоуна, широко улыбаясь. «О, Пьерооооо~ Я тебя искал~» *Ты прекрасно знаешь где меня найти, если захочешь* — думает Пьеро, но он слишком доволен чтобы раздражаться, даже когда Арлекин распластывается по полу и на своих необработанных ножах. «Скажи мне пожалуйста, когда ты собирался сказать мне, что пригласил своего маленького питомца пожить у нас? Мне обидно». Он широко улыбается, выгибаясь как кот, требующий внимания. «Ты не против если я как-нибудь возьму её на время?» И вот так внезапно, прекрасное настроение Пьеро исчезло. Одним быстрым движением он подносит нож к горлу зелёного клоуна, хмурясь когда тот лишь шире улыбается. «Задел за живое, да?» — хихикает он, держась за живот словно его буквально не перерезали на артерии. «Ну же Пьеро, ты совсем не умеешь воспринимать шутки, да?» Красный клоун не удостоил его никаким ответом. «Итак, скажи мне — протяжно произносит Арлекин, скрещивая ноги на полу, — чем ты занимался со своим маленьким человечком, а? Какими извращениями ты предавался в кромешной темноте?» Хватка Пьеро на лезвии ослабевает, в его сознании мелькают образы: твоя обнажённая фигура которую он ещё не видел, залитая светом свечи перед ним:раскрасневшаяся, дрожащая, связанная, смотрящая на него с любовью, похотью и тоской. Арлекин разразился смехом, не обращая внимания на то что от судорог на его кадыке появилась тонкая красная полоска. «О, это бесценно! Такого простого замечания достаточно чтобы тебя взбесить?» Он снова рассмеялся, смех был злобным и едва слышным из-за прилива крови к голове Пьеро. Сделав последний хрип, Арлекин выпрямляется, выскальзывая из-под лезвия ножа. «Блестяще, правда. Как же я рад что отклонил предложение одного фиолетового клоуна». Это конечно вызывает у Пьеро беспокойство и любопытство, но Арлекин лишь ухмыляется и подходит к входу в палатку, крича позади себя: «Постарайся сохранить им жизнь, Пьеро. Это действительно очень весело». И вот Пьеро снова остаётся один в своей палатке, с ещё большей энергией точа ножи, подпитываемый тревогой, желанием увидеть тебя, и тёмным стремлением на котором он не смеет сосредотачиваться слишком долго, чтобы совсем не потерять самообладание. Было бы гораздо легче сделать это, если бы вы не были вершиной искушения, плодом так крепко держащимся в его руках, но ещё не созревшим чтобы его откусить, почувствовать сочную мякоть под его зубами и ощутить сладкий сок, стекающий по языку и подбородку. Ножи. Заточка ножей. Фокус.

...

К тому моменту когда вы с Доктором заканчиваете ухаживать за бесчисленным множеством растений и цветов, вы более или менее приходите в себя от тревоги, которая охватила вас во время общения с Шутом. Последующие расспросы Доктора о вашем психическом и физическом состоянии не помогли, но на этот раз он не стал так сильно настаивать, предпочтя прочитать вам очередную длинную лекцию о каком-то ярко-синем цветке с названием, которое вы вряд ли сможете запомнить. Где-то между 4-м и 5-м рядами зелени вы спрашиваете Доктора, почему Шут кажется, так сильно вас ненавидит. Небольшая ненависть была бы понятна — вы ведь в конце концов, это в, — но это кажется немного чрезмерным, даже если весь смысл цирка в том чтобы быть жутким и всё такое. Человек в маске не даёт вам вразумительного ответа, просто говорит что это ничего личного. Это порождает больше вопросов, чем даёт ответов: насколько вероятно что клоун ненавидит всё чёртово человечество? Доктор, должно быть чувствует что вы слишком много думаете, потому что начинает задавать вам вопросы о каждом растении, заставляя вас оставаться в настоящем моменте, и не погружаться в свои мысли. «Думаю он бы меня меньше недолюбливал если бы я не была такой бесполезной, понимаешь?» — наконец вздыхаешь ты стряхивая пыль с, как тебе кажется гортензий. «Но что мне делать? Я не артистка. Я не создана для сцены». Доктор напевает своим странным мелодичным голосом, наполняя пипетку какой-то жидкостью, которая светится в тенях почти неоновым светом. «Скажите, вы ведь никогда не видели моего выступления, правда?» Вы смущённо пожимаете плечами. «Нет. Думаю у меня так и не было возможности из-за похищений, нервных срывов и всего остального». «Мой метод несколько необычен», — бормочет он, щёлкая пипеткой. «Люди подписывают отказ от претензий, затем входят в место где я их закрепляю и провожу осмотр. Многих это пугает, а полученные данные оказываются захватывающими». Вы замечаете что Доктор больше не ухаживает за растениями, а смотрит перед собой, рассказывая обо всём. «Иногда мне попадаются особенно странные люди, за которыми я…» — Он обрывает себя, откашливаясь. «За которыми можно сказать, я слежу». «Чёрт возьми», — вы полусмеётесь. — «Звучит ужасно. Довольно интересно, на самом деле». При этих словах Доктор оживляется, и поворачивается к вам. «Да это так, не правда ли? Остальные члены команды не понимают всей сложности происходящего, даже если и одобряют результаты. Какая жалость». «Правда, это выглядит чертовски круто. Атмосфера тоже кажется отличная», — говоришь ты ему, чувствуя как на твоём лице появляется легкая улыбка. Он смотрит на тебя дольше, чем это принято в обществе, хотя ты уже привыкла к этому. «Вы упомянули, что хотели бы найти применение своим навыкам в цирке, верно?» — тихо спрашивает он, слегка наклонив голову набок. Он действительно очень похож на птицу в которую переодевается: вы бы не удивились, обнаружив под этим нарядом пару чёрных крыльев.  «Да, а что?» «Несколько лет назад я надеялся на помощника. На кого-нибудь, кто бы помогал мне в моих выступлениях — говорит он. — Сначала я надеялся что дурак окажется достаточным, но они мало на что годятся, кроме самых простых задач». Эта фраза хотя и кажется безобидной, вызывает тошноту. Однако когда доктор продолжает, это чувство быстро сменяется шоком. «Возможно вы захотите мне помочь, дорогая?» Вы моргаете, затем с глупым удивлением указываете на себя. «Я? Я… вам правда не нужно этого делать. Я ценю вашу жалость, но…» «Жалость?» — замечает Доктор, словно слегка забавляясь. «Не волнуйтесь, мной не движут подобные эмоции. Я просто хочу улучшить своё выступление, и я считаю что вы станете прекрасным дополнением, если будете так же хороши в этом, как и в уходе за моими образцами». Теперь вы чувствуете что вот-вот расплачетесь, несмотря на всю простоту ситуации. Поэтому вместо того чтобы говорить, вы просто киваете. Доктору этого достаточно, он выходит из-за угла и напевает простую мелодию, пока вы стоите среди растений. Когда он возвращается, у него в руках маска и что-то чёрное, что он осторожно кладёт вам в руки. «Я заказал их для дурака. Надеюсь, они хоть немного тебе подойдут». Первым делом берёте маску, которая выглядит практически идентично маске Доктора. Надев её, вы обнаруживаете что у вас удивительно большое поле зрения: похоже, ваш вопрос «как чёрт возьми, он видит в этой штуке?» получил ответ. Далее — перчатки: латексные и слегка свободные, но не слишком. Наконец появляется эта мешанина из чёрной ткани. Вы просовываете голову в отверстие, но ваша голова упирается в тупик. Вы слегка барахтаетесь в этой штуке, маска ворона не облегчает задачу, пока не чувствуете как чьи-то руки направляют вас сквозь эту мешанину ткани. «Вот, милая» — шепчет он, когда ты наконец снова видишь свет. «Всё подходит?» «Да» — отвечаете вы, поворачиваясь чтобы посмотреть на поверхность большого металлического шкафа. В отражении вы видите уменьшенную и более неуклюжую версию Доктора, смотрящую на вас в ответ, со всеми его линзами. Настоящий Доктор кладёт руку вам на плечо, стоя так что если бы вы были более склонны к самообману, это выглядело бы почти гордо. «А ты знаешь как называется стая ворон, милая?» — спрашивает Доктор спустя мгновение, глядя на тебя сверху вниз. Вы встречаете его взгляд. «Убийство, верно?» «Да, именно так. Мы ведь отличные убийцы, не правда ли?» Вы чувствуете как у вас в груди становится жарко. Не из-за романтических жестов, не из-за утешения, вызванного болью и не из-за странных намёков. Ваше взаимодействие кажется почти нормальным. Похоже что посреди вихря перипетий цирка, оказавшись между тем кто тебя любит и тем кто тебя ненавидит, ты мог найти нечто иное. Возможно,вы только что обрели друга.