Marvel: Астральный эльф и академия магии

Прошло совсем немного времени по меркам богов. Сисильвана уже погрузилась в работу: чертежи её Академии обретали детали, списки необходимых ресурсов росли. Она проводила дни в архивах и на верфях Асгарда, а вечера — в своём демиплане, где Дух Башни и Игнис помогали моделировать структурную целостность будущего парящего комплекса. Она назвала его в черновиках «Астрариум» — Место Звёздного Знания. Всё изменилось в одну бурную ночь. Сисильвана находилась в одной из открытых обсерваторий, сверяя астрономические данные Асгарда с картами Земли, когда небо над Асгардом почернело. Не естественной тьмой ночи, а зловещей, сгущающейся магической тьмой. Послышались крики, боевые рога, рёв ледяных великанов. Вторжение из Йотунхейма. Она стала свидетелем всего. Яростную, но безрассудную атаку Тора на ледяных гигантов в их собственной цитадели. Гнев Одина, холодный и страшный. И наконец — церемонию изгнания в самом тронном зале. Она стояла в тени колоннады, наблюдая, как Один, чей гнев сменился ледяной, бескомпромиссной скорбью, лишает Тора сил, титулов и права на Мьёльнир. «Ты недостоин этих полномочий! Ты недостоин своего титула! И самое главное… ты недостоин семьи, которую предал!» Слова падали как удары молота. Сисильвана видела, как гордый бог грома съеживается, превращаясь в просто человека, и как разрушительная энергия Бифрёста уносит его прочь, в пустоту между мирами. Мьёльнир, заклейменный заклятьем, полетел следом. Зал замер. На лице Фригги была бездонная печаль. Локи стоял с нечитаемым выражением. Один, внезапно выглядевший по-настоящему старым, медленно повернулся и, проходя мимо, на миг встретился взглядом с Сисильваной. В его единственном глазе не было вопроса. Было напоминание. Договор. Всё кончилось. Враг был отброшен, но цена оказалась непомерной. Асгард погрузился в траур, замешанный на растерянности. На следующий день Сисильвану вызвали к Одину ещё раз. На этот раз в зале для частных аудиенций присутствовала и Фригга. «Он на Земле, — тихо сказала Фригга, её пальцы белыми от напряжения сжимали край стола. — Мьёльнир упал в пустыне на юго-западе той страны, что зовётся США. Тор… он где-то рядом. Он беспомощен. Он не помнит, кто он. Заклятье отца стёрло его память, оставив лишь суть.» «Твоё время пришло, Сисильвана Мирастрил, — сказал Один. Его голос был лишён прежней мощи, лишь властная усталость. — Ресурсы уже готовы к отправке в твой демиплан. Ты можешь переправлять их на Землю по мере необходимости. Выбери место для своей Академии. Начни строительство. И… будь рядом. Если ему будет угрожать смертельная опасность от чего-то, что он не может одолеть в своём нынешнем состоянии… помоги. Не открывая себя, если возможно.» «Я понимаю, — ответила Сисильвана. Она чувствовала груз этой ответственности. Но в нём была и свобода. — Я отправлюсь сегодня же. Игнис и Дух Башни помогут мне со сканированием местности.» Фригга подошла к ней и неожиданно взяла её руки. В глазах богини стояли слёзы. «Он упрям и горд. Но его сердце… его сердце золотое. Пожалуйста.» Сисильвана лишь кивнула. Обещаний она не давала. Но твёрдое намерение — да. Возвращение на Землю после лет, проведённых в сиянии Асгарда, было контрастным. Воздух казался густым, грязным, но… живым. Наполненным суетной, смертной энергией. Её демиплан, пришвартованный в тонкой складке пространства над Нью-Мексико, был в порядке. Первым делом она, вместе с Игнисом, совершила скачок к месту падения Мьёльнира. Увидев воронку и знаменитый молот в её центре, окружённый уже первыми любопытными и агентами Щ.И.Т.а, она лишь усмехнулась. Заклятье Одина было мощным. Даже она чувствовала его отголоски. «Достоинство». Расплывчатый критерий. Удивительно божественный. Затем она нашла и его. Тора. Вернее, человека, который им был. Он брел по пыльной дороге, растерянный, в потрёпанной больничной одежде, но с прямотой во взгляде, которую не стёрло даже заклятье. За ним уже следовали учёные — Джейн Фостер, Эрик Селвиг и Дарси. Сисильвана наблюдала с помощью магической ауры невидимости, стоя на уступе скалы. Вот он, твой подопечный, Один. В хороших руках. Пока что. Её миссия наблюдения началась. Но у неё была и своя. Пользуясь асгардской печатью, она начала осторожную, маскируемую телепортацию ресурсов: слитков уру-металла, уже зачарованных рунами прочности и лёгкости; кристаллов, способных аккумулировать солнечный и лунный свет; целых блоков живого асгардского камня, готового расти по заданным чертежам. Выбор места пал на удалённый, пустынный район в Аризоне, недалеко от границы с Нью-Мексико. Место с сильным геомагнитным полем и чистым небом, но вдали от глаз. С помощью заклинаний иллюзий и невнимательности она зарезервировала огромный участок земли через подставные компании, созданные Духом Башни в цифровых сетях Земли. И вот, в безлунную ночь, спустя неделю после падения Тора, Сисильвана приступила к закладке фундамента. Не в земле, а в воздухе. Она парила в сотне метров над землёй, окружённая парящими слитками уру и сияющими кристаллами. В центре композиции висело её собственное, меньшее по размеру, но не по мощности, Мейз-Глённ. Оно уже было активировано и пульсировало ровным светом. Сисильвана закрыла глаза, погрузившись в магию. Она не просто строила. Она программировала реальность, смешивая язык асгардских рун, эльфийские песни формы и торильские геомантические алгоритмы. Её голос зазвучал в ночи, разносясь на многие мили, но для обычного уха это был лишь странный, мелодичный ветер. «Inràs a’mahen astral… bindar uru-sjel… kor’tez Mìdgarðs loft…» (Астральные нити… свяжи уру-душу… впиши в небо Мидгарда…) Кристаллы вспыхнули, прочерчивая в воздухе линии сияющего фундамента. Уру-металл поплыл к ним, не плавясь, а текая, как жидкое серебро, заполняя начертанные формы. Камень за камнем, плита за плитой, в полной тишине и неземном свете, начало расти основание Астрариума. Оно было похоже на гигантский, перевёрнутый горный хребет или корону, парящую в небе. Работа шла несколько часов. Когда первые лучи солнца коснулись горизонта, в небе уже висел призрачный, полупрозрачный, но невероятно сложный контур нижних ярусов будущей академии. Это был лишь каркас, скелет, но он уже парил сам по себе, удерживаемый волей Ядра и вписанной в него магией. Сисильвана, бледная от истощения, но с горящими глазами, опустилась на землю. Игнис тут же принес ей флягу с эликсиром, восстановленным по рецептам Камар-Таджа. «Фаза первая завершена, Хозяйка, — доложил Дух Башни, чьё сознание теперь простиралось и на эту новую конструкцию. — Стабильность на 97,3%. Маскирующие иллюзии активны. Для наземного наблюдателя это будет постоянное, едва заметное миражирование.» «Хорошо, — прошептала она, глядя на своё творение, купающееся в лучах рассвета. — Это начало.» А в сотне миль к северу, в это самое время, доктор Джейн Фостер тряслась в фургоне, пытаясь доказать скептику-Тору, что то, что он видел в небе — не «атмосферное явление», а прорыв в её исследованиях. Тор же, всё ещё лишённый памяти, смотрел в сторону юга, где над пустыней висело странное сияние, и чувствовал смутное, необъяснимое щемление в груди, будто отголосок забытого грома. Сисильвана Мирастрил положила первый камень в своё будущее. И, сама того не зная, стала маяком в ночи не только для будущих учеников, но и для того, кому предстояло заново научиться быть богом. Игра началась на двух досках сразу, и она была в центре обеих.