Часть 25 Пир девяти светил
4 февраля 2026 г., 10:30
Зал Девяти Светил был таким огромным, что у Гвен закружилась голова. Стол, за которым они сидели, казалось, тянулся в бесконечность. Еда на нём дымилась, переливалась радужными переливами или тихо светилась. Она осторожно ткнула вилкой в кусочек чего-то, напоминающего жареную рыбу, но покрытого хрустящей карамелью из света. На вкус это было… как аккорд. Совершенный, чистый аккорд, отзывающийся теплом во всём теле.
Она сидела рядом с Мэри Джейн, которая уже вовсю болтала с парнем через стол — тем самым угрюмым канадцем, который представился просто «Джеймс». Гвен же наблюдала.
Она видела, как призрачная фигура в монашеских robes (Древняя, как прошептала ей МДЖ) пальцем выводила в воздухе сложные мандалы, и пространство вокруг её пальца слегка искривлялось. Видела, как Тор, бог из легенд, смеясь, ломал гигантскую булку хлеба о свой кубок, и крошки, падая, на секунду вспыхивали маленькими молниями. И видела её — Архимага Сисильвану.
Та сидела (или, казалось, парила) во главе стола. Её спокойствие было не неподвижным, а динамичным, как тихое ядро урагана. Когда она поднимала руку, чтобы наполнить кубок, вино само наливалось из графина через всю комнату, извиваясь рубиновой змейкой. Гвен ловила каждое её слово, каждое движение. Это была не магия фокусов. Это была грамматика мира, которой Сисильвана владела в совершенстве.
А ещё был тот человек в чёрном, с повязкой на глазу — Фьюри. Его единственный глаз был холодным сканером. Он ничего не ел, лишь пил воду. Его взгляд, тяжёлый и оценивающий, скользил по ученикам, останавливался на Сисильване, на Торе. Гвен инстинктивно выпрямила спину, почувствовав себя под микроскопом. Этот человек не верил в чудеса. Он искал угрозу. И, возможно, находил её в них самих.
— Боишься его? — тихо спросила Мэри Джейн, наклоняясь к ней.
— Нет, — соврала Гвен. — Он просто… часть нового мира. Мира, где за чудесами кто-то следит.
— А пусть следит, — МДЖ ухмыльнулась, и в её глазах вспыхнул тот самый скрытый огонь. — Скоро мы и сами будем творить такие чудеса, что ему придётся не следить, а проситься к нам в ученики.
В конце пира, когда в воздухе вспыхнули голограммы звёздных карт, Гвен почувствовала не просто восторг, а голод. Голод понять, как это работает. Как сложить буквы древних языков в команды для реальности. Как заставить гравитацию плясать под свою дудку. Она сжала пальцы под столом, чувствуя, как по ним бегут мурашки — её собственный, ещё дикий и неосознанный потенциал, откликающийся на магию, витающую в воздухе. Это было страшнее, чем гнев отца. И в тысячу раз прекраснее.
