Гарри Поттер. Годы спустя после битвы с Волдемортом. Шепот теней нового зла.

В те дни, когда надежда казалась хрупкой, как мантия-невидимка в руках первокурсника, каюта на "Хозяине Океана" превратилась в арену отчаянной схватки — тесную, душную, где воздух дрожал от магии, как в Выручай-комнате в час нужды, но полной ужасов, что не снились даже в самых мрачных уроках Защиты от Тёмных Искусств. Шкаф боггартов — потрёпанный, деревянный, с ручками, что скрипели, как старые двери в Хогвартсе, — изрыгал тьму: виртуальные дементоры хлынули наружу, их плащи из цифрового тумана шевелились, словно под ветром в Азкабане, глаза-линзы вращались рунами, дыхание высасывало не радость, а сам код жизни, оставляя пустоту холоднее Поцелуя.Гарри Поттер — шрам жгло, как в старые времена — выкрикнул: "Экспекто Патронум!" — олень вырвался серебристым вихрем, рога сияли, оттесняя тварей, загоняя обратно в шкаф, где они корчились, как под Риддикулусом, но усиленным, неукротимым. Двери захлопнулись с грохотом, Хагрид прижал спиной — огромный, как великан, — шкаф трясло, будто начинённый порохом из "Уизли's Wizard Wheezes", готовый взорваться магической бомбой, разлететься щепками под Бомбардой изнутри.Скорпиус, собравшись, выкрикнул — палочка-гаджет засияла ярче ста Люмосов: "Экспекто Патронум Амплификус!" — ослепительный свет хлынул, как взрыв Феликс Фелицис в котле, отбрасывая дементоров, загоняя в бездну шкафа.На палубе — хаос: железный украинский сталебрюх — дракон, превращённый в летающее орудие, чешуя блестела холодно, крылья рассекали воздух с гулом, глаза линзы сверкали — кружил, рев эхом отдавался, как рёв венгерского хвосторога в Турнире. Люциус на спине — вершитель, жезл сиял, лучи били, как Ступефай Максима.Зов в головах — "Присоединяйся, Драко! Сделаем счастливыми!" — сдавливал мысли, как Констрикто Анимус, мешая действовать.Капитан изменился — облако тёмных рун, исчез — возникло плавающее Око, зоркое, сканирующее.Скорпиус: "Быстрее в каюту!"Луч из палочки — "Люцис Слепито!" — ослепил дракона, линзы сверкнули, дезориентация — шанс!Рон, Драко, все вбежали в кают-компанию, спустились по лестницам — скрипящим, как в старом Хогвартсе."В исчезательный шкаф! Нет выхода!" — крикнул Скорпиус.Корабль сотрясся — удар дракона, палуба трещала, как под Депримо Максима.Дементоры влетали — опоздавшие, чёрные.Хлопок — воздух задрожал, как при Апарекиуме, — над кораблём появилась Королева Гермиона на троне — тёмном, сияющем, похожем на гроб из бездны, стояла, как ведьма на метле в бурю."Моя королева несущая счастье!" — Люциус склонился. "Загнали в угол!""Хватайте!" — приказала она, ладони вспыхнули — темные цифры и знаки посыпались, превращаясь в механических пауков на лапках — "Арахнид Механикус!" — и стрекоз с жалами — "Скорпио Виртуалис!" — побежали, полетели свистом.Волшебники запрыгнули в шкаф — Хагрид и Гарри замешкались, стрекозы кольнули спины.Луч Скорпиуса — "Репелло Инсектус Тоталус!" — отбросил.Все провалились в пространство — "Ванишус Кабинетус!" — переместились в Министерство.Шкаф исчез — предусмотрено Скорпиусом, как шалость Мародёров.Гермиона вспыхнула яростью — глаза неистовым блеском, первое поражение."Необходима большая смелость, чтобы противостоять врагам, но гораздо большая, чтобы пойти наперекор друзьям". И они стояли — вместе. "Всегда".