Гарри Поттер. Годы спустя после битвы с Волдемортом. Шепот теней нового зла.

В те мгновения, когда тьма в Лаборатории Смерти уже не просто дышала, а пульсировала, словно живое сердце из чёрного обсидиана, перед троном Королевы Гермионы выстроилась шеренга созданий, от которых даже самые отважные волшебники почувствовали бы, как кровь стынет в жилах.Они стояли в идеальном порядке — от самого огромного до самых крошечных, — и каждый сустав, каждая пластинка их тел блестела холодным металлическим блеском, будто выкованная в кузнице самого Слизерина. Лапы — не просто ноги, а сложные механизмы из зачарованного хитина и вибрирующих нитей, способные в одно мгновение разрезать камень, словно масло. Вместо обычных глаз у них сияли линзы, пылающие яростным алым огнём, и в каждом таком глазу отражалось лицо Королевы — тысячу раз, словно в бесконечном зеркале зла.Это были механические волшебные пауки — те самые арахниды Запретного леса, что когда-то слушались лишь Хагрида и его грубого, но доброго голоса. Потом они служили Волдеморту, плетя сети страха в тени деревьев. А теперь… теперь они принадлежали ей. Некоторые из них были настоящими, пойманными роботами-вершителями, замороженными ледяными струями и перерожденными в Лаборатории Смерти. Другие же — чисто виртуальные, сотканные из тьмы Матрицы, способные появляться из ниоткуда и исчезать в никуда, оставляя после себя лишь тончайшие нити, невидимые даже для самого зоркого глаза.Самый большой паук-вожак — размером с крупного акромантула, с тысячей глаз на металлических отростках-антеннах — медленно раскрыл и закрыл все свои рубиновые линзы одновременно. Его челюсти щёлкнули, как ножницы по металлу, и из пасти вырвался шипящий, многослойный голос, словно сразу несколько голосов говорили в унисон:— Мы слушаем вас, о величайшая и прекраснейшая Тёмная Королева… Паук чуть склонил огромную голову, и все его глаза вспыхнули ещё ярче.— Раньше мы слушали Хагрида… жили в пещерах Запретного леса… Потом мы служили Тёмному Лорду. Теперь… теперь мы слушаем только вас. Мы — пауки-вершители, пауки-ткачи новой реальности. Из глубин виртуальной тьмы мы вытягиваем нити — тонкие, как дыхание дементора, но крепче любой цепи Азкабана. Мы плетём виртуальную веб-паутину зла, и каждая нить в ней несёт приказы Великого Тёмного Разума. Кто попадает в нашу сеть — тот теряет всё: мысли, секреты, саму волю. Мы высасываем информацию, как дементор высасывает счастье, и передаём её вам, наша Королева, и нашему истинному Владыке из Сказочного Интернета.Сотни и тысячи маленьких и больших паучьих глаз не мигая смотрели на Гермиону. В их алом сиянии не было ни капли жалости — только холодное, механическое обожание.Королева подняла руку. Её голос прозвучал в голове вожака ясно и остро, словно клинок, вонзённый прямо в разум:— Слушай мою команду, паук. Ты и твои сородичи будете охранять Хагрида и остальных пленников в новой волшебной тюрьме. Виртуальные дементоры уже там, но этого мало. Гарри Поттер и его друзья могут попытаться освободить их. Накиньте невидимые виртуальные паутины на каждый коридор, на каждую щель, на каждый вздох. Пусть они ждут, как пауки в Запретном лесу когда-то ждали добычу. Если кто-то невидимый или видимый осмелится войти — я должна узнать об этом мгновенно. Высосите из них всё. И передайте мне.Паук-вожак щёлкнул челюстями так громко, что эхо разнеслось по залу, будто сам камень застонал.— Я услышал и понял каждую вашу мысль, о повелительница. Мы отправляемся. Немедленно.С этими словами вся шеренга пришла в движение. Огромный вожак первым ринулся вперёд — его металлические лапы-ножи заскрежетали по полу, а тысячи глаз одновременно закрылись и открылись, словно он моргнул всем своим ужасным телом. За ним хлынули остальные: большие пауки бежали по стенам, маленькие — по потолку, виртуальные — просто растворялись в воздухе, оставляя после себя едва заметное дрожание тьмы. Они мчались к тюрьме, плетя на ходу невидимые нити — тончайшие, почти прозрачные, но крепче любой магической цепи. В центре каждой паутины уже сидел паук, готовый ждать часами, днями, вечностью.А в самой глубине Лаборатории Смерти, в тишине, что была страшнее любого крика, Королева Гермиона улыбнулась — холодно, механически, но с той самой искрой былого ума, который когда-то спасал друзей.Теперь пауки были на страже. И горе тому, кто осмелится ступить в их сеть.Продолжение следует…