Дьявол в моей голове

Энола резко вдохнула - звук получился ломаный, хриплый, загнанный. Девушка не сразу поняла, что в легкие попал не дым, отравляющий дыхание, а свежий воздух. Пахло корицей и свежей выпечкой из пекарни неподалеку, постиранным бельем и ее любимыми духами. Щебетали птицы - кажется, она не закрыла окно перед уходом. Она была… дома? Энола распахнула глаза, жадно осматривая обстановку. Комнаты в общежитии Калифорнийского университета были великолепными - просторные, светлые, со своей ванной и видом на цветущий сад. Но еще никогда девушка не чувствовала себя настолько чужой в своем уголке спокойствия. На негнущихся ногах Энола подошла к письменному столу, ища опору. Сердце колотилось как бешеное, липкий пот пропитал рубашку насквозь. Человеческий мозг силился осознать произошедшее, но единственный вывод напрашивался сам собой. Она сошла с ума? Перетрудилась с учебой так, что заснула и ей приснился кошмар? Глупости. Не бывает кошмаров настолько реальных. Энола пригляделась к светлой поверхности стола. На нем остались алые отпечатки ее ладоней. Девушка в ужасе отпрянула, не сдержав испуганного вскрика, и бросилась в ванную. Из отражения на нее смотрела та, кто будто прошла черед ад. Всклокоченные волосы, наполовину разодранная рубашка, вся в красных кляксах. Половина лица окрасилась в кровавый, застывшие капли алели на шее. На запястье все так же красовался золотой змей, намертво въевшийся в кожу. В голове роились тысячи и сотни мыслей, пытаясь объяснить происходящее. Они наслаивались друг на друга, порождали новые, и Энола ясно увидела в зеленых глазах в отражении искру безумия. Дыхание стало быстрым, поверхностным, руки тряслись. Паническая атака грозилась забрать все то немногое, что еще осталось от здравомыслия. Энола сжала края раковины до побелевших костяшек, из последних сил пытаясь удержать себя от неконтролируемого падения в бездну ужаса. Дышать глубоко и спокойно. Ничего не выходило. - Мне показалось, - девушка попыталась разбавить тишину, говоря в слух. - Мне показалось. Ничего не было. Ничего не… - Вы так уверены, мисс Грейвс? - Насмешливый голос раздался совсем рядом, над ухом. Бархатный, глубокий, его можно было бы назвать приятным, если бы не могильный холод, которым разило от каждого слова. - И даже ваш внешний вид не говорит вам об обратном? Энолу била крупная дрожь. Девушка против своей воли обернулась - и отшатнулась к стене. Посреди комнаты стоял высокий мужчина. Казалось, он заполняет собой все пространство. Бледная кожа, черные волосы, гладко уложенные назад. Несколько прядок выбивались из прически, будто контроль и хаос боролись за первенство даже в его внешности. Серые глаза, словно светящиеся изнутри, пригвождали к месту. - Кто.. кто вы? Как попали сюда? - Голос позорно сорвался, в уголках глаз собирались злые слезы отчаяния. - О, простите мои манеры! Забыл представиться, - в противовес излишне вежливому тону, ухмылка незнакомца резала своей надменностью. - Уолтер Мортимер Норрингтон к вашим услугам. - Вы не ответили на второй вопрос, - Энола внимательно всмотрелась в лицо мужчины, сплошь состоящее из острых линий и тем не менее не лишенное привлекательности. И вдруг в этих чертах узнала то существо, что явилось к ней адским кошмаром, лишая здравого рассудка. Даже серые глаза будто на секунду мелькнули красным. - Не ответил, - спокойно подтвердил тот, кто назвался Уолтером, с наслаждением рассматривая, как в чертах девушки проявляется почти животный ужас. - На него можете ответить только вы. Ведь это вы пожелали оказаться подальше от того особняка, и я лишь выполнил ваше желание. - Я пожелала… желание…, - страх, непонимание и высшая степень абсурда происходящего настолько выбивали из колеи, что привычное чувство вытеснило все остальные. Злость. - Да какого черта вы несете! Почему-то при всем негодовании обращаться к незнакомцу неуважительно не хотелось. - Да, именно так, - мужчина подошел ближе, даже и не пытаясь все объяснить, явно наслаждаясь смятением Энолы. - Когда вы коснулись змея, в вас было столько чистой, незамутненной ненависти, что я не мог не откликнуться. Тем более что я так давно не чувствовал эмоций столь сильных, что смогли пробраться даже в Безвременье. Норрингтон говорил тихо, но голос шипением змеи пробирался в голову, путая, дезориентируя. И Энола, даже понимая всю опасность, исходящую от него, не могла сдвинуться с места, завороженно слушая. - Но вот незадача, - Уолтер чуть поджал губы, на лице, слишком безупречном для человека, на секунду промелькнуло негодование, если не ненависть. Но эмоция исчезла быстро, снова сменяясь насмешливым равнодушием. - Вы не освободили меня, мисс Грейвс. Вы привязали меня к себе. А я знаете ли, порядком устал от разного рода заточений и в особенности от зависимости от смертных. Слова капали раскаленным железом на мозг, что не был готов к такой информации и просто не мог ее переварить. Вместе с тем Энола осознала, что больше не считает случившееся галлюцинацией или помешательством. Как только человек в черном оказался с ней в одной комнате, все сомнения в нереальности происходящего пропали, оставляя твердую уверенность в том, что все увиденное было на самом деле. - Я вас не звала, - упрямо повторила девушка, поджимая губы. Иррациональный, суеверный страх, чуждый ее прагматичному разуму, заставлял голос дрожать. - Звали. И это по вашему желанию я убил конгрессмена Симмонса, его бедную дочь, и семеро обычных, ни в чем не повинных людей из прислуги, - Норрингтон смаковал каждое слово, выговаривал их четко, не торопясь, и будто бы смаковал каждый оттенок ужаса, что проступал на лице Энолы при каждом его слове. - Замолчи, - девушка вжала голову в плечи, пытаясь отстраниться, но лишь уперлась поясницей в бортик раковины. - И это из-за вашей ненависти, такой яркой и сильной, я убил уважаемого политика так жестоко, - ухмылка расползлась на лице мужчины, будто яд, одновременно отталкивающая и притягивающая взгляд. И, видимо, чтобы Энола не имела возможности отрицать невозможное, на секунду Уолтер Норрингтон, выглядящий почти как человек, на секунду принял свой истинный облик. Перед взором девушки снова промелькнул красный взгляд, темное одеяние, сероватая, мертвенно-бледная кожа. - Нет! - Силясь убежать, скрыться, проснуться, хоть как-то выбраться из этого кошмара, Энола зажмурилась и закрыла руками уши, но голос не замолкал. - Это по вашей вине сегодня ушли из жизни семеро. - Замолчи! - Это вы, поборница справедливости, пожелали увидеть, как человеку отрывают голову. - Замолчи, замолчи, убирайся вон! - Энола не помнила, чтобы она хоть когда-то так кричала. Кажется, ее вой, почти нечеловеческий, полный отчаяния, должны были слышать все соседи. Голос сорвался, горло саднило, в ушах стоял звон. Запястье, на котором теперь был рисунок змея, снова обожгло болью - сильной, но на этот раз терпимой. Еще до того, как Энола решилась открыть глаза, она уже знала, что снова одна. Тишина оглушала, дезориентировала. Кровь шумела в ушах, руки дрожали, а ноги совершенно не держали. Девушка осела на холодный пол ванной, не в силах справиться с наплывом самых разных эмоций. Каким-то образом это существо, этот… демон? Темный дух? Он заставил ее поверить в реальность, невозможную реальность происходящего. Энола подтащила колени к груди и обняла их, стараясь спрятаться от мира, который в одночасье стал враждебным, непонятным. Страшным и таящим невиданные опасности. Но резкий металлический запах крови, исходивший от ее рук и одежды, не давал провалиться в блаженное забвение. На телефон пришло сообщение. Девушка вздрогнула, удивляясь, что тот все время был с ней. То, что мир все еще продолжал крутиться, тогда как ее собственный окончательно сошел с оси, не укладывалось в голове. Энола отрешенно открыла новостной репортаж, ссылку на который прислали в их студенческом чате. На экране появился пылающий особняк, корреспондент быстро, сухо зачитывал: - Двадцать минут назад в доме уважаемого конгрессмена Эдварда Майкла Симмонса вспыхнул пожар. Полиция, пожарные и медики тут же прибыли на место, но ни потушить огонь, ни спасти кого-либо не удалось. До сих пор не ясно, как огонь мог распространиться так быстро, а также почему никто из находившихся в здании не попытался спастись. Не исключена версия о намеренном поджоге. На данный момент полиция не раскрывает всех деталей… Телефон выпал из дрожащих рук. Энола вдруг осознала, в какую же страшную ситуацию она попала. Девушка была последней, кто видел мистера Симмонса и его дочь живой. И вряд ли она сможет объяснить полиции, что во всем виновато некое таинственное существо, появившееся из золотого змея.