Пение цикад 💮

Будто в темную яму,

Втянуто сердце…

Падает,

Падает вниз.

Усталый я засыпаю.

Исикава Такубоку

Первая глава

Кондиционер шумно испускал холодный воздух, резко контрастируя с необычайным жаром для сентября в Иокогаме. Маленькая капля пота скатилась по шее спящего парня. Вокруг царила настоящая «чистая» идиллия. Одежда, оставленная после ночной попойки, стояла сложенной стопкой на мягком кресле. Легкие, не плотные шторы мягко развевались на теплом ветру. Видимо этого было недостаточно, из-за чего сверху неумолимо дул другой, «искусственный» ветер. Жаркое и влажное лето совсем не собиралось уходить, и уступать осени. Внезапно, телефон мелко завибрировал на прикроватном столике, впрочем, даже это не заставило пьяного человека пошевелится. Казалось, он еще больше засопел, однако звонок не прекращался, из-за чего тот нахмурился во сне, словно над ним летала докучливое насекомое. Спустя какое-то время, все-таки Чуя медленно открыл глаза, отчего они тут же заслезились. Голова тяжелела, а на виски будто что-то давило. Одной рукой, Накахара смог достать надоедливое устройство и ответить на звонок. — Господин Накахара, доброе утро. — Хаякава-сан? Сколько сейчас вообще? Я же просил не звонить по выходным. — Да, я помню, прошу прощения. Я бы не звонил, если бы не случилась непредвиденная ситуация. Даже не дослушав до конца, Чуя сразу напрягся. Если подумать, Хаякава Мамору — его помощник, с виду всегда серьезный, никогда бы не стал звонить по пустякам. Накахара попробовал подняться с кровати, но от этого стало еще хуже. «Больше никогда не стану пить виски. Какое же это дерьмо.» На языке Чуя словно все еще ощущал привкус горького алкогольного напитка. — Что, блять, за ситуация может произойти в… — он глянул на часы. — …гребанные восемь утра? — Это Рёдзу. Они похоже устроили бунт. — Именно в мой выходной… — пробормотал про себя Чуя. — Извините? — Да нет, ничего, продолжай, чего они уже там устроили? — зажав телефон между ухом и плечом, он пытался надеть штаны. — В целом этот конфликт произошел между ними и Черными ящерами… — Чего? Не говори мне, что Акутагава-кун тоже там? В ответ промолчали, и прежде, чем мужчина продолжил, Чуя, хорошенько выругавшись, встал с кровати. Тошнота быстро поднялась к горлу и Накахара даже не раздумывая побежал в ванную. Выблевав все, он ощутил, как вместо горькой жидкости, желудок заныл от нехватки пищи. — Господин Накахара… Парень снова приложил телефон к уху, совершенно позабыв о Хаякаве-сан на той стороне. — Вы вчера пили? — Ну да. А что нельзя? Как-никак единственные выходные за месяц. Тем более, я не особо умею отдыхать. — порывшись в аптечке, и проглотив аспирин, Чуя надеялся, что хоть это поможет от дурноты. — И вообще, почему мы говорим о выходных? Что с теми придурками с Рёдзу? Они дерутся там? Погоди, а Ёсида-кун — их главарь, он же обычно разруливал такое, — недоумевал Чуя, натягивая рубашку. — Как мне сообщил Акутагава-кун, то тот больше не является их главарем и похоже находиться в больнице. Чуя тяжко вздохнул. В криминальном мире, стабильность была редким явлением, в особенности если это касалось банд или группировок. Он помнил, каково это, когда вокруг все резко меняется и перестает быть прежним. В последний год, стабильность покинула и Портовую Мафию, переставая быть ее частым гостем. В особенности после битвы с *Небожителями, когда казалось, все перевернулось верх дном. Попавшие в беду или очерненные клеветой — были спасены и очистили свое имя; а стоявшие на вершине, очень быстро оказались на дне. Все темное что скрывала в себе Иокогама вскрылось словно гнойник, и вылезло наружу, обнажив свежую и глубокую рану. Стало несладко, в особенности после смены власти, которые, мягко говоря, прохладно относились к эсперам. Тем более, к состоявшееся в криминальных организациях. Чуя, мелко вздрогнув, поняв, что мысли зашли слишком далеко. Когда он осознал, что молчит уже дольше минуты, он быстро попросил прислать Нобу-сана — его водителя, и поспешил сбросить вызов. Наконец одевшись, Накахара подошел к кровати. Возле нее лежал маленький льняной коврик. Обычно, просыпаясь и вставая с кровати, Чуя утыкался ногами в него, и это ощущалось словно рыхлая земля с улицы. Сейчас же, он убрал его, и тут же стал ощупывать деревянные доски пола. Ни одна из них не выступала, однако если применить способность гравитации, то та, что посередине, поддастся и откроет небольшое отверстие. Опустив туда руку, Чуя мигом нащупал плотную ткань. Достав ее, и размотав, перед ним предстала собственная коллекция ножей. Проходясь ладонью по каждому лезвию, Накахара нырял в воспоминания. Чуя улыбнулся — странно, один взгляд на эти лезвие пробуждали приятное чувство ностальгии. Конечно, со стороны может показаться это набором серийника. Для других, но не для самого Накахары. Их всех, он давно не использовал, лишь затачивал на всякий случай. Самый любимый — тот, что з самого краю. С немного вытянутым лезвием, что не типично для обычного кинжала. Лакированная рукоятка уже имела потертости в некоторых местах. Для Чуи кинжал был получше любого пистолета. Разумеется, из-за способности не часто приходилось его использовать. И все же, иногда попадался сильный противник, и по мнению Накахары, именно такой был достоен удара его любимого орудия. Повертев кинжал в руке, Чуя убрал его в чехол на стороне бедра. Закончив приготовления, и выходя уже из комнаты, его взгляд наткнулся на фотографию на письменном столе. С нее ему улыбались несколько лиц. Вглядываясь в каждого, Чуя внезапно ощутил прилив сил и одновременно с тем тоску. Однако его вернуло в чувство урчание живота. Не обращая на это внимание, он вышел, не забыв прихватить с собою любимую шляпу. * Канагава-ку, район куда направлялся Чуя, находился западней от района Нака-ку, где располагались основные офисы. Этот район имел в себе и важные коммерческие здания. Наверное, он был вторым по оживленности после Нака-ку. Именно здесь, в большинстве своем Портовая Мафия вела свои темные дела. Днем здесь сновали офисные работники, дети и семьи. Ведь за каждым поворотом, можно было найти рестораны с вкусной едой, магазины с сувенирами, куда частенько заглядывали туристы. Поблизости располагалась известная Чайнатаун в городе. Что уж говорить, среди толпы людей, и легальных бизнесов, скрывалась та самая темная червоточина, вскрывающаяся только ночью. Именно в это время оживала вторая жизнь Иокогамы. Поэтому, Чуя не раз говорил, если у них заберут этот район, то попросту свяжут им руки. Вот почему, всю поездку Накахара с внутренним напряжением лишь кивал на все разговоры с престарелым водителем. Чуя был готов убить Акутагаву за такой проступок. Кто бы не нападал, но устраивать серьезную подтасовку среди бела дня в таком оживленном районе было уничижительно для любого мафиози. Он лишь прикрыл глаза, пытаясь немного успокоиться. Внутри него уже все вскипало. — Господин Накахара, я не думаю, что все настолько плохо, вам не следует так переживать. — Нобу-сан, я же говорил вам не обращаться ко мне официально, особенно когда мы наедине. В конце концов, вы старше меня. — Но и, ведь и вы мой начальник. — по-доброму улыбнулся мужчина. Эта улыбка заставила Чую вспомнить, о былых временах, когда этот человек стал их водителем. Их с Дазаем ссоры происходили везде, поэтому Нобу-сан, разумеется, иногда становился их свидетелем. И он, постоянно пытался их примирить. Тогда Чуя не понимал зачем Нобу-сан тратил время на такое — почему не вести себя безразлично к ним, как и все остальные? Машина с шоссе свернула на более узкую дорогу, и Накахара мельком глянул на водителя. Наверное, потому что Нобу-сан добрый человек. Но доброта разве равно забота? Ведь можно быть добрым к кому-то просто из вежливости. Чуя снова перевел взгляд к окну. Живот неприятно заныл. Черт, а ведь он ничего так и не съел. Однако, мысленное упоминание бывшего напарника слегка привело в чувство. Внезапно, в кармане завибрировало, и Чуя нехотя достал телефон. Впрочем, увидев кто звонил, он поспешил ответить. Ведь на этот раз, это был Китамура. — Доброе утро, как самочувствие? — послышался в динамиках радостный голос. — Отличное, если не учитывать, что, не успев похмелится, уже направляюсь по рабочим делам. — произнес Чуя. Как бы он не пытался изобразить недовольство, губы сами по себе расплывались в улыбке и настроение довольно быстро поднималось. — Уже в курсе. Я, кстати, тоже туда направляюсь. — Да ладно, ты мог и не ехать по таким пустякам. — Конечно, однако… — Китамура на мгновенье притих и Чуе эта пауза показалась странной. Тревожное чувство где-то в животе снова дало о себе знать. — Там стычка не только с Рёдзу, но и с Агентством. В ответ, Чуя замер. Недоумение и возмущение смешались и очень скоро заполнили его разом. Это не казалось совпадением, но какого черта, Агентство вступило в конфликт с Мафией, в особенности, когда та вела свои разборки? До этого, Чуя, стыдно признаться, избегал прямых конфликтов с ними из-за того перемирия, подписанного год назад. — Чуя-сан? Чуя-сан? — Да? — Думаю, как ты и сказал, нам не составит труда с тем всем разобраться. Чуя лишь кивнул про себя. Когда они закончили разговор, беспокойство не покидало его. Портовой Мафии ни в коем случае, нельзя было конфликтовать с Вооруженным Детективным Агентством. — Блять, — безумно захотелось курить. Однако для этого не было времени, и Чуя сосредоточился на виде за окном. Довольно быстро их машина преодолела магазины и яркие вывески — сейчас они выглядели довольно тускло из-за дневного света. Проехав оживленные улицы района, они продолжили путь. И вот уже вместо магазинов и больших зданий, один за другим тянулись дома. Их заборы, казалось впились друг другу в стены – настолько плотно они стояли между собою. На перекрестке, Чуя услышал тарахтение метро вдали. Даже здесь сновали люди, и несмотря на это, Накахара мог слышать вой ветра, и шевеление ветвей. Контрастируя с мелким гулом движущееся машины, этот звук невероятно усыплял. Наконец, они остановились возле небольшого круглосуточного магазина. Возле него стоял автомат с едой, и через окно, Чуя увидел парня, стоящего спиной к ним. Этот знакомый силуэт, он бы узнал за километр. Китамура стоял в шестидесяти шести сяку** от их машины и как раз доставал еду из дна автомата. — Я не мешаю? — опустив окно, спросил Накахара. Оглянувшись и увидев, кто приехал, парень улыбнулся и подошёл к машине. Чуя же вышел из нее, велев ждать водителя внутри. — О, господин глава исполнительного комитета, а вы быстро прибыли. — А, господин советник, вы еще быстрее. Произнеся фирменное приветствие, оба едва сдержали смех. После чего, Накахара как и подобает приличия снял шляпу и поклонился. Ему было странно видеть Китамуру здесь, так как, казалось, только недавно они выпивали вместе и развлекались. Однако, Чуя чувствовал благодарность, что друг самолично приехал помогать разбираться в ситуации. С другой стороны, советнику босса Портовой Мафии не пристало делать такую грязную работу, как вникать в уличные разборки. Чуя скривился, эта ситуация словно неприятный вкус на языке, так и веяло чем-то бандитским, чего не должно было быть в Мафии. Конечно, он тоже мог легко поручить это кому-то другому. И все же, Накахара беспокоился в первую очередь за Акутагаву и их соотношения с теми придурками Рёдзу. — Я думаю, мы сможем договориться. — произнесся это Китамура прервал бесконечный поток удрученных мыслей, и Чуя хмыкнул. — Ага, но, если что у меня есть более рабочие методы. Дойдя до конца улицы и обойдя дома, Чуя и Китамура оказались на небольшом пустырнике. Там неподалеку начинался густой парк. И возле тропинки, ведущей туда, они смогли лицезреть припаркованные байки. Нахмурившись, Чуя ощутил тошноту в пустом желудке и пожалел, что все-таки не съел хотя бы чашку риса. Неподалеку уже слышалась громкая ругань. И картину, которую они увидели, слегка ошарашила Чую. Черные Ящерицы стояли позади человека с плащом. Акутагава уже давно активировал способность и черная пасть монстра, угрожающе нависала позади него. Повернув голову в другую сторону, Чуя увидел беловолосого паренька, еще двоих позади и небольшого роста девушку. Он узнал в ней Кёку-тян — когда-то подопечную его сестры, а беловолосым пареньком оказался Накаджима Ацуши — подопечный Дазая. Двоих сзади Накахара не мог припомнить как звать. И самое удивительное, что парни с Рёдзу стояли за спинами детективов. Кажется, им нравилось наблюдать за всем издалека, однако перекинувшись взглядом с Чуей, тут же менялись в лице. — Что, мать вашу, здесь происходит? Все присутствующие тут же повернулись к нему. Акутагава и Ящерицы низко поклонились, а с другой стороны, парень в деревенской одежде радостно помахал ему. Чуя, на минуту оторопев, мотнул головою, пытаясь не обращать на него внимание. — Я спрашиваю, что за детский сад вы тут устроили?! — Акутагава-кун, отвечай, когда спрашивают. — холодно произнес Китамура возле Накахары. Его лицо было уже далеко не такое радостное как раньше. Акутагава нахмурился, но не пытаясь перечить советнику, процедил: — Эти выродки из Рёдзу напали на моих людей. Поэтому, я хотел их научить как следует себя вести, но сюда вклинились эти шавки из Агентства и стали их защищать. В особенности этот тигр, как всегда, лезет куда не надо. — У меня есть имя. Тем более, ни куда мы не вклинивались. Да, если бы не мы, то вы поубивали тут друг друга. Слушая все это, чувство тревоги что засело в животе, медленно подползло к горлу. Все больше, эта ситуация Чуе, мягко говоря, не нравилась. И он, пытаясь остановить все, сказал: — Своим вмешательством вы делаете только хуже, и лучше вам уйти прямо сейчас по-хорошему, а не то… — Не то что? — внезапно раздался голос позади всех. Услышав его, Чуя и все остальные с Мафии непроизвольно напряглись, а Ацуши облегченно выдохнул, словно это было его спасением. — Эх, жаль, что я не пришел раньше, столько всего пропустил. — Извините, Дазай-сан, но откуда вы узнали, что мы здесь? – недоуменно уставился на него парень в капюшоне. — Это секрет. - приложив ко рту указательный палец, произнес он. – Ну и? Что произойдет, если они не уйдут, м, Чуя? Чуя перевел взгляд на бывшего напарника, но перед глазами появились воспоминания. Последний раз они виделись при борьбе с Небожителями, когда он участвовал в его плане по устранению Достоевского. «— Мне нужна твоя помощь, Чуя. От твоего решения зависит половина успеха моего плана.» — говорил тогда ему Дазай. Накахара встретился с ним незадолго до того, как все началось. Бывший напарник находился в его кабинете. Стоя, он упирался бедрами в стол, его руки были спрятаны в коричневого цвета пальто. Чуя хотел уже прогнать его взашей, пока не наткнулся на его глаза. Они, казалось, блестели от странного азарта. Такой взгляд всегда переубеждал Чую от затей Осаму, еще до того, как он решит отказаться. — Я не думаю, что это уместный вопрос, Дазай-сан. — очнувшись от своих мыслей, Чуя мельком взглянул на Китамуру, благодарно кивнув. Дазай же, посмотрел на него, словно только что заметил. — Твои люди нарушают соглашение. — гневно воскликнул Накахара, он не собирался так просто отступать. — Агентство и Мафия не должны конфликтовать между собою. Твои люди вмешались в наши дела, а значит начали конфликт. — Не знаю, слышал ли ты, чиби, но за порядком в городе смотрим мы. И если это касается эсперов, то ничего не произойдет если мы вмешаемся. В ответ, Чуя сжал зубы. Из-за победы над Небожителями, слухи о том, что Агентство вмешивается в дела организаций, в которых замешаны эсперы, давно доходили и до его ушей. Правительство лишь для вида и успокоения мирных жителей привносила новые “порядки” для меньшей развязности людей со способностями. И прикрытием их стало Вооруженное Детективное Агентство. Портовая Мафия, же напротив, стала неудобным исключением. Разрешение от правительства никто не отбирал, но Мори ясно дали понять, что не потерпят бесчинство среди такой своры людей. По мнению Чуи – это была еще одна возможность для Дазая показать свое превосходство. — Организация Рёдзу относиться к нам, придурок Дазай. А значит, в наши дела вам необязательно совать свой нос. — Ваши дела? — медленно повторил Осаму, он внимательно осмотрел Акутагаву и Черных Ящериц, стоящих позади. — а как насчет отступить? Сегодня я добрый и могу забыть, что здесь произошло. — Только после вас. — грубо отрезал Чуя, сделав шаг вперед. — Для Портовой Мафии будет лучше, если она вообще не будет отсвечивать. Или, возможно, что Портовая Мафия хочет нарушить соглашение, между двумя сторонами? — Чуя незаметно кончиками пальцев притронулся к чехлу с ножом. Но внезапно ухмыльнувшись, произнес: — Канагава-ку принадлежит Портовой Мафии, а значит мы имеем полное право вести здесь свои дела, придурок Дазай. Что-то не припомню, чтобы в соглашении был пункт о полной осведомленности наших дел. Осаму задумчиво вглядывался в Накахару, то изучая его, то размышляя о чем-то своем. На одно мгновенье, мягкая улыбка нарисовалась на его лице, будто Чуя говорил что-то приятное. И выслушав все до конца, Дазай просто выдохнул, и сделав недоуменный вид, приложил палец к подбородку. — Хм, дай подумать, Канагава-ку принадлежит Мафии, а значит Агентству не пристало вмешиваться в дела Мафии и вообще нас не должно здесь быть. Эх, — он неловко потер шею, и приставив руки к губам, громко произнес: —Ацуши-кун, вообще-то, это мы должны уйти. Конечно, все это комическое выступление в исполнении бывшего напарника, разозлило Чую не на шутку. Похоже, Дазай как и всегда не особо воспринимал происходящее всерьез. — Да, Ацуши-кун еще такой неопытный, наверное, ему стоит попросить прощение за вмешательство. — довольно улыбнулся Осаму, от чего Чуя мелко вздрогнул. Ацуши же недоуменно уставился на Дазая, после чего хотел было что-то вставить, но его тут же перебили. — Хотя, — засунув руку в карман, Дазай достал оттуда лист бумаги, и с важным видом что-то читая в ней, замолчал. Все притихли, словно в театре, ожидая неожиданного поворота на сцене. Все, кроме Чуи. Терпение его было на пределе, и он сложив руки на груди угрожающе произнес: — Если это твои очередные трюки, то я тебя прикончу. — О нет, видишь ли, малыш Чуя… — Как ты меня назвал?! — …у меня в руках находится указ от Министерства по делам эсперов, о том, что группировка Рёдзу находится под их расследованием. Они поручили нам накопать кое-какие сведенья о них. Следовательно, фактически они наши клиенты. А если клиентам Агентства что-либо угрожает, то мы это быстро устраняем. — его глаза блеснули от нотки угрозы в голосе, от чего некоторые из Ящериц невольно отринули. В ответ, Чуя прыснул со смеху. — Ты думаешь, что я в это поверю? Ты идиот? Дазай лишь повернул лист и все смогли лицезреть печать Министерства. Увидев это, Накахара чуть было не набросился на самодовольного парня, пока его не остановил Китамура. — Рёдзу является организацией, которую создала Портовая Мафия, если бы и были какие-то вопросы от Министерства то мы с Чуя-саном узнали это первыми. Однако, я впервые об этом слышу. — слегка нахмуренно произнес Китамура. Осаму лишь хмыкнул, прячя бумагу во внутренний карман. — Мне самому недавно стало это известно. Впрочем я не удивлен, что верхушка Портовой Мафии ни о чем не уведомлена. Как обычно им нужны лишь деньги. Поправьте если я ошибаюсь, но именно Канагава-ку наиболее прибыльное место для Мафии. Манипуляции с фондовым рынком, инвестиции в компании, даже сети ресторанов приносят большие деньги, ведь это сельскохозяйственная отрасль. Не думаю, что какая-то мелкая группировка как Рёдзу будет сильной утратой для Портовой Мафии. — Не тебе решать, что может быть утратой для моей организации. — лицо Накахары побагровело от гнева, ладонь снова вернулась на рукоять кинжала. Никто не был удивлен такой осведомленности Дазая о работы Мафии, ведь все знали о его прошлом. — Не думаю, что приятно такое слышать, однако мы можем мирно разойтись, как будто ничего и не было. Возможно после, Акутагава принесет извинения за такие импульсивные действия. Акутагава нахмурившись ещё больше, отвернулся явно показывая что против такой идеи. — Я проверю информацию, которую предоставил нам Дазай-сан. — спокойно сказал Китамура. — Разумеется, советник ведь должен знать о таком. Да и ты, чиби, ведь тоже. Как мой приемник, ты должен больше следить за своими подчинёнными. — Я вижу, ты уже совсем не видишь грани. Свои гребанные советы засунь себе в задницу. То, что выгодно Мафии, а что нет, не твоего ума дела. — Правда? Неужели? Странно, в последнее время Портовая Мафия слишком суетится, создавая все больше мелких группировок. Неудивительно, что в итоге, одна из таких, стала целью Министерства. Хотя о чем это я? — Осаму опустил глаза вниз, чтобы смотреть прямо на Накахару. — чиби, ведь, как и другие, ищет себе друзей получше, не так ли? Чуя мелко вздрогнул, услышав такое предположение. Он поднял глаза на бывшего напарника — тот казался спокойным, а взгляд его был твердым. Ничего не намекало на то, что Дазай был осведомлен о Токугаве-кай. Хотя, подозрение, словно маленький червь, уже начал копошится в светлой голове. — Наверняка, это все новый советник, — с усмешкой выдохнул Осаму, словно пытаясь нарушить тяжелое молчание, зависшее над ними. Однако, в ушах Чуи это прозвучало с издевательской ноткой, из-за чего большой прилив гнева обрушилось на него, и, казалось, застелил глаза. Что-то внутри напряглось, насторожилось. — А ты, я вижу, считаешь себя самым великолепным советником. Рад ты этому или нет, но мы сделаем все для возвращения былого имени Портовой Мафии. Если понадобится, не будет никакого соглашения вообще. — Чуя-сан, все в порядке. — внезапно прошептал Китамура. В его голосе, Накахара, как всегда, ощутил невероятное тепло, от чего обида и злость за близкого человека возросла вдвойне. Она бежала по венам вместе с кровью. Чуя тут же вспомнил сколько сил его друг отдавал ради дел Мафии, как он отдавал всего себя работе, и той надежде возобновить былую славу Портовой Мафии. Он снова повернулся к Дазаю, на этот раз пытаясь передать все что чувствовал. Заметив это, вдруг, лицо Осаму приобрело строгость, а его взгляд веял холодом, так же как в те времена, когда он еще являлся главой исполнительного комитета. — Тебе так легко запудрить мозги, Чуя что я иногда думаю, что ты просто притворяешься дурачком. Совет тебе как моему преемнику: почаще используй свою голову. — Тогда возможно лучше быть твоей шавкой, чтобы докладывать тебе обо всем. Прячешься за Агентством, вместо того чтобы выйти и реально решить кто сильнее. Ты, — Чуя чувствовал, как гнев, словно волна, накрывает с головою. «—Кем он себя возомнил?» «—Кем он себя возомнил?» «—Кем он себя возомнил?» «—Кем он себя возомнил?» Голос, который казалось, шипел где-то в глубине, поднялся в сознании и яростно загудел в голове. — Гребанный трус, вот ты кто. Лезешь не в свое дело. Твой преемник? Ничего подобного! Все, что ты сделал для того, чтобы я стал твоим преемником – это трусливо сбежал из Портовой Мафии. – на последних словах, Накахара сделал наибольший акцент, упорно продолжая пылить бывшего напарника взглядом. Дазай, холодно глядя ему в глаза, через минуту, залился звонким смехом. Закинув голову назад, он, дрожа всем телом, откровенно смеялся над последними словами Чуи. Даже Акутагава и Накаджима, наблюдая до этого за перепалкой не смея вмешиваться, тоже недоуменно уставились на парня. Чуя же, воспринимая это за насмешку, ощутил, как кровь закипает от очередного прилива гнева. На этом моменте, Чуя уже не стерпел, и быстро сократил дистанцию между собою и Дазаем. Достав кинжал из чехла, он приставил лезвие к его горлу. Дазай лишь ухмыльнулся, словно он знал что так будет. Со стороны, казалось, все оживилось: Ацуши вместе с двумя парнями активировали способности против Акутагавы с Ящерицами, а Китамура достал пистолет. — Чуя, по-видимому, так и не научился держать себя в руках. – сказал он, усмехнувшись. — Я тебя сейчас…! — Чуя может делать все что ему вздумается, однако при этом он должен смотреть по сторонам. — взгляд Осаму наполнился новым блеском. Почему-то это заставило Чую не отрывать от него глаз. Пытаясь спросить, откуда, черт возьми, Дазай мог знать о всем том, что сказал, он вдруг ощутил тепло не запястье. Рука Осаму аккуратно сжала его, от чего Накахара словно ужаленный, тут же отринул от него. Почувствовав, что ситуация накаляется, он все еще наблюдал за бывшим напарником, словно тот был способен выкинуть что-либо. Рука же, по-прежнему сжимала рукоять ножа, но к ней прикоснулась другая, более теплая. Повернувшись, Чуя столкнулся со спокойным взглядом Китамуры. Он не был таким как у Дазая, из-за чего что-то в глубине успокаивало его. Но, несмотря на это, Накахара до сих пор мог ощущать прикосновение Осаму на своем запястье, поэтому он принялся непроизвольно тереть его. — Чуя-сан, уже все хорошо. — тихо прошептал советник. — Я думаю, — теперь он обращался к Дазаю. — на этом все должны разойтись. Дазай лишь взглянул на него, ничего не ответив. Ведь, его глаза все ещё наблюдали за этим мимолётным прикосновением. Китамура, слегка отойдя в сторону, отошёл давать указания Акутагаве и Ящерицам. Рюноске, как будто не особо слушал — его внимание привлекали Дазай и Чуя. Почему-то эта очередная перепалка казалась ему необычной. — До встречи, чиби-кун. — бросил напоследок Дазай, его лицо снова загорелось от задорности, как и раньше, словно ничего и не произошло. Чуя молча отвернулся, не забыв пригрозить Рёдзу, добрая половина которых, уже сбежала учуяв неладное. Когда они вышли к дороге, их уже ждали машины. Завидев свою, Накахара на мгновенье замешкался, размышляя о чем-то. Хотя, так могло показаться со стороны, на самом деле внутри Чуи зияла пустота, будто после изнурительной битвы. И то, даже после битвы обычно он чувствовал удовлетворение и приятную усталость, которую привык запивать вином. Но это, было что-то другое, кажется, Чуя давно не ощущал такого. — Чуя-сан, ты в порядке? — Да, эм, что там сегодня должно было быть? — пытаясь сменить тему, он поправил перчатку на руке. — Совещание. — Совещание? — Да. — Давай со мною в машину. И Китамура довольно быстро согласился. Сев, они выехали в противоположную сторону, откуда пришли. И водитель, сделав крюк, повернул на главное шоссе. На мгновение Чуе показалось, что он все ещё мог ощущать прикосновения Дазая на своих запястьях. И сейчас, оно горело будто обожженное.