Ёж — птица гордая, пока не пнешь, не полетит.

Собирался на встречу Фрэнк с некоторым мандражем. Он всю жизнь или подчинялся, или подчинял. Ровней он вёл себя только с Роллинзом. Как вести себя среди тех, кто оружие видел только по ту сторону экранов, и чьи мысли вертелись не вокруг «как выжить?», а «роль, хочу роль! Где взять денег до следующего месяца? Хочу роль! Интересная тусовка…», он категорически не понимал. А ведь эти люди его знали. Его и Джаса, ожидая от них определенных линии поведения, привычек, знания внутренних шуток… Одна надежда на пластичность психики обоих. Плюс он слишком ярко наследил за эти дни, и «гостей» следовало ждать в любой момент. Он никому и ничего не собирался прощать. Ни скотине Фьюри, что притворялся слепошарым и в упор не увидев Гидру у себя под носом, слил его и парней ради своей игры. Ни рыжую паучиху, что вывесила всё грязное бельё на всеобщее обозрение, обрекая тысячи агентов на смерть. Ни этого плоскожопого летуна, который решил, что он теперь тоже относится к супергерской компашке и из-за которого Рамлоу рисковал, если бы не Зимний, сдохнуть горелой головешкой. Нахрен их всех. Теперь его очередь трясти их грязным бельём на всеобщую потеху. Теперь они пусть станут отверженными и париями. Поймав себя на том, что скалится, Фрэнк взглянул на себя в зеркало и мгновенно остыл: из отражения на него смотрела румяная мордашка с оскалом грозного хомяка, которого хотелось потрепать за щёчки, а не устрашиться до мокрых трусов. Увы, недостатки молодости. Ничего, у него впереди дохреналион времени, чтобы вернуть свои харизму и убийственную ауру. А пока — нахрен забыть это выражение лица, чтобы окружающие от умиления не померли! Джинсы в обтяжку, подчеркнуть его бесконечные ровные ноги (спасибо, Зимний!), лонгслив ослепительно белого цвета, выгодно обтянувший его рельефы (качаться. Он хочет назад свои бицепсы и каменный пресс!) и красиво подчеркнувший цвет кожи. Парочка найденных в выдвижном ящичке под телевизором кожаных браслетов и фенечек. Судя по количеству подвесок, браслетов и прочего барахла, они оба были любителями подобного. Что ж. А почему бы и да? Рыжая кожанка, которая, судя по свободе в плечах, принадлежала не ему и даже не Джасу, а почившему Рамлоу-старшему. Рыжие разбитые ботинки, будто снятые с бомжа, но удобные, как любимые домашние тапочки. Солнечные очки, телефон, бумажник, ключи — и можно выходить. Он готов. Не бар, не статусное место из путеводителей, а одно из бесчисленных студенческих кафе, которых в Нью-Йорке было больше, чем блох и колтунов на бродячей собаке. Шикарная погода индейской осени позволяла сидеть под навесом, смотреть на вечно суетящийся город и наслаждаться едой и компанией. Колоритной, к слову. Белокурая валькирия, что смотрела ему глаза в глаза и вполне могла сойти за свою среди свиты Тора. Рагнеда Расмуссен, внезапно всплыло в памяти. Старше на три года, мечтает о собственном фильме в кресле режиссера, но пока бегает по кастингам. Лили Су Джин. Младший ребёнок очень и очень состоятельной семьи из Южной Кореи. Тут живёт с разрешения главы семьи до тридцати лет, если ничего не добьётся — вернётся домой и станет примерной женой. Сейчас двадцать пять, бегает по студиям со своими сценариями. Не унывает и верит, однажды её имя будет греметь на весь мир. Кайл Палмер. Вместе учились на финансовом, пришёл на актерские курсы вслед за Фрэнком. Улыбчивый шатен, уступающий ростом ему и Джасу, но с ангельскими глазами и такой же ангельской улыбкой. Везунчик, уже стабильно снимающийся в мелких ролях и вполне успешно карабкающийся к вершине. Бонни Клайд. Вечный источник шуток с таким именем, но просто потрясающая девушка в плане дружбы. Круглое лицо, пышные, но не расплывающиеся формы, громкий смех, громкий голос, удивительно красивого оттенка шоколадная кожа и руки, способные превратить зомби в голливудского красавчика. Имеет стабильный доход, работая в салоне красоты, но тоже мечтает о кино. Правда, пока не решила, кем она хочет стать: актрисой или гримером. Последним в компании был Эдвард Карлайл. И да, типаж этого парня соответствовал имени, как родной. Высокий, сухопарый как гепард, с белокурыми кудряшками, улыбкой святых с икон и огромными голубыми глазами, в которых мог утонуть даже тирекс, он обожал шарфы, пиджаки, брюки и мокасины. Кстати, наводку на адвоката, с которым Фрэнк уже успел пообщаться и даже заключить договор, дал именно Эдди. Ещё один начинающий актёр с левыми источниками дохода, о которых его никто никогда не спрашивал. С шумом упав на стул, Фрэнк первым делом призывно замахал руками официантке, умоляя жестами спасти его от жажды. Видимо, они тут были постоянными клиентами, так как его даже никто не спросил про заказ, а сразу принесли бутылку пива незнакомой марки и тарелку закусок. С шумом всосав в себя едва ли не половину бутылки зараз, Фрэнк счастливо выдохнул и расплылся на стуле. Пиво оказалось великолепным: чуть горьковатое, с лёгким привкусом сухариков и утоляющее жажду с нескольких глотков. Решив довериться судьбе, он счастливо обернулся к официантке. — Сьюзи, мне как обычно. И ещё чего-нибудь интересного и вкусного сверху. На твоё усмотрение. — Однажды. И меня оправдает любой суд мира. Я тебя убью. Просто. Убью. Сволочь. Ну как так можно, а? Вот зачем ему способность жрать суперпиццу в три часа ночи, тут же заваливаться спать и не толстеть?? — Бонни тут же завелась с полуоборота, как отличная тачка, и мгновенно начала привычную песнь. — Мозги есть, ноги от ушей, любая моделька обзавидуется, внешность тоже не подкачала. Вот нафига ему совершенство, а? Вот почему бы кому другому эту суперспособность не подогнать? Где в этой жизни справедливость?! — Её нет, и нам остаётся только смириться, — печально кивнул Эдди и стянул чесночный сухарик с тарелки Фрэнка. — Молчи, иезуит! — замахнулась на него Бонни. — Ещё один нашёлся. Думаешь, я не знаю, кто тогда обнёс холодильник на тот кусок пирога ночью и хоть бы грамм набрал? Господь несправедлив к нам, женщинам, что яснее ясного показывает, что он — мужчина! Иначе бы это мужикам пришлось сидеть на диете, а мы… — Вот. Об этом я и говорю, — трагично прижала она одну руку ко лбу, а второй почти со змеиной скоростью стянула что-то очень аппетитное с подноса Сьюзи, которая принесла Фрэнку его заказ. Судя по меланхоличности Кайла, Лили, Рагнеды и Эдди, это было постоянным, как пробки в городе. — Где своё сокровище потерял, Фрэнки? — вместо этого улыбнулась ему Рагнеда. — Мы же поженились, а не сковали себя наручниками. Срочно позвали на пробы, вот он и помчался. Обещал, если управится быстро, приехать. А пока… Сьюзи! Каждому любимое, напитки и сегодня за мой счёт! Я женился, представляешь? Да ещё и подзаработать сумел, так что гуляем на всё! Это у него, Джаса, Бонни и условно Кайла были постоянные источники дохода. А вот у Рагнеды, Лили и Эдди частенько в карманах только ветер гулял. Так что на всякий случай Фрэнк щедро оплатил Сьюзи заранее их сегодняшнюю гулянки. Он не обеднеет, а друзьям, случись что, не придётся мучительно собирать последнее, чтобы расплатиться за пир. Да и это честно — отпраздновать свадьбу. — Ну, у кого что из новостей? Мы вот с Джасом поженились, если честно — до сих пор в некотором обалдении. Ещё меня вроде как взяли в «Парамаунт». Роль вот такусенькая, — Фрэнк свёл большой и указательный пальцы на расстояние пары миллиметров, — там той роли-то, мелькнуть в форме и произнести пару фраз. Зато самому Гослингу! — Ого! Фрэнки, да ты герой! Когда? Что за фильм? Там ещё кто не нужен? — тут же раздался хор голосов. И ни в одном не было зависти, только радость за удачу приятеля. — Я спрошу у режиссера за массовку, — кивнул Фрэнк, принимаясь за еду. Почему он никогда сюда не заглядывал? Повар достоин звезды Мишлена, так вкусно! — Сами понимаете, я тоже там на птичьих правах. — А где вы поженились? — Романтичная Лили хотела подробностей. — Взяли трейлер, поехали куда глаза смотрели. Доехали до Лас-Вегаса, спустили полтинник, ни хрена не выиграли и тут наткнулись на церковь. Зашли, поглазели, и тут к нам подрулил Элвис. Мы взяли и согласились. Правда, народ, мы просто только через день, когда уже уехали оттуда, поняли, что теперь не просто вместе живём, а женаты. Я для чего просил поискать нам адвоката? Удостовериться, что этой бумажкой в туалете подтираться не стоит. Мы действительно зарегистрированы в системе как супруги. Абсолютно законный брак. — Жалеешь? — спокойно посмотрела на него Рагнеда. — Нет. Ни капли. Если с кем и провести весь отмеренный отрезок жизни, так это со скотиком Джасом, — мягко улыбнулся Фрэнк. — Скотик? Да твой Джас полноценная скотина! — мгновенно разбила флер романтики Бонни. — Был бы пушистой жопой, обязательно ссал в обувь и на постель, демонстративно гадил посреди гостиной, драл стены и орал, будто у него любой месяц март! Вот уж действительно, любовь зла… Прикинув кое-что в уме, Фрэнк только молча развел руками: увы, возразить ему было нечего. Это их приятели ещё не знали, насколько крупно может «гадить» скотик Джас! Заманаешься с уборкой. Три красивые и абсолютно разные девушки, трое красивых и абсолютно разных парней, весёлые, довольные, вкусно кушающие, заразительно смеющиеся, они привлекали внимание прохожих. Глядя на них, хотелось тоже улыбнуться, купить вкусное и, довольно жмурясь ласковому осеннему солнцу, идти по улице и есть эту вкусняшку. Жизнь прекрасна, несмотря на всякое. И испортить такое настроение могут только… …несколько чёрных внедорожников, плавно затормозивших прямо напротив кафе. Захлопали двери, и перед ошеломлённый публикой предстали знаменитая Чёрная Вдова, Капитан Америка и бойцы в чёрной форме. — Брок Рамлоу, вы взяты под стражу по обвинению в терроризме, — голос Вдовы сочился мёдом и ядом. Компания молодых людей недоуменно переглянулись, после чего снова уставилась непонимающим глазами на Вдову и Капитана. — Рамлоу, встать! Вы — военный преступник, обвиняетесь в служении Гидре, пособничестве преступной организации, насилии над пленным Джеймсом Бьюкененом Барнсом! — Капитан пылал гневом и беспомощной яростью. И ему было плевать на все направленные на них телефоны посетителей кафе внутри помещения, случайных прохожих и все камеры. — Какое отношение этот Рамлоу имеет ко мне? — внезапно возмутился один из них, легко поднимаясь на ноги и сжимая кулаки. — Кто вы вообще такие, чтобы в чём-то меня обвинять, и тем более — брать под арест? Где ордер? Где полиция? Где, черт возьми, нормальное обвинение?! — Взять, — команда прозвучала коротко и страшно. Подчиняясь ей, люди в чёрной форме стремительно накинулись на парня, который не собирался сдаваться просто так. Довольно ловко он сумел разбить нос одному, пнуть другого, третьему надела тарелку с пастой на голову завизжавшая Бонни, но что значат несколько приемов против тех, кто живёт оружием и телом? Две минуты, и осевший от удара шокерами Вдовы парень небрежно загружен во внедорожник. Вот они стояли — и вот только толпа, разорённый стол и ошеломленная компания остались на улице.