Наруто: Путь наёмника

Советники собрались вместе с Цунаде и Наруто, чтобы обсудить угрозу. Разведка донесла: группа наёмников закрепилась в лесах между Конохой и деревней Звука. Хомура нахмурился: — Их расположение опасно. Они могут ударить по нашим караванам или проникнуть в деревню. Кохару добавила: — Но почему именно там? Это слишком близко к Орочимару. Наруто поднял взгляд, его голос был твёрдым: — Эти наёмники не связаны с Орочимару. Но именно здесь я должен рассказать вам правду. В зале повисла тишина. Советники и Цунаде внимательно слушали. — Перед смертью Данзо сказал мне: если Коноха хочет выжить, нужно принять предложение Орочимару. Он не участвовал во вторжении, не был союзником Ооноки. Наоборот, он наблюдал со стороны. И когда Ооноки убил Хирузена, Орочимару понял, что баланс сил изменился. Он предложил мне союз. Цунаде резко поднялась. — Союз с Орочимару?! Ты понимаешь, что говоришь? Наруто спокойно выдержал её взгляд. — Да. Я понимаю. Он враг, но сейчас он может быть полезен. Данзо сказал: «Используй его, но не доверяй». Орочимару хочет укрепить свои позиции, и наёмники мешают ему так же, как и нам. Если мы ударим вместе, мы уничтожим угрозу быстрее. Хомура тяжело вздохнул. — Это опасно. Но Данзо всегда действовал ради деревни. Если он советовал принять союз… значит, в этом есть смысл. Кохару добавила: — Мы не можем открыто признать этот союз. Народ не поймёт. Но если Орочимару действительно поможет уничтожить наёмников… мы закроем глаза. Цунаде сжала кулаки. — Я не доверяю ему. Но если это укрепит Коноху, я позволю тебе действовать. Только знай: если он предаст нас, ответственность будет на тебе, Наруто. Наруто кивнул. — Я готов. Свет должен оставаться чистым. Тень возьмёт на себя грязь. Советники переглянулись. В их глазах мелькнуло тревожное уважение. Они понимали: Наруто действует как настоящий старейшина, готовый использовать любые средства ради защиты деревни. Наруто покинул зал совета и направился к месту тайной встречи. Лес между Конохой и Звуком был густым и мрачным — идеальное место для разговоров, которые не должны услышать чужие уши. Он остановился у старого святилища, где его уже ждал Орочимару. Тот стоял в тени, его глаза блестели змеиным холодом. — Ты пришёл, — произнёс Орочимару с лёгкой усмешкой. — Значит, ты готов говорить открыто. Наруто шагнул вперёд, его голос был твёрдым: — Данзо сказал мне принять твоё предложение. Он понимал, что Коноха не может выжить, если будет сражаться со всеми сразу. Ты не участвовал во вторжении, ты не был союзником Ооноки. Но ты предложил союз. Орочимару слегка склонил голову, его улыбка стала шире. — Хмм… Данзо всегда умел видеть дальше других. Он понимал, что я могу быть полезен. — Наёмники, — продолжил Наруто. — Они закрепились между нашими землями. Они угрожают и Конохе, и Звуку. Если мы уничтожим их вместе, мы укрепим границы. Орочимару рассмеялся тихо, почти шипя. — Ты говоришь как настоящий старейшина. Но скажи мне, Наруто… ты доверяешь мне? Наруто выдержал его взгляд. — Нет. Но я использую тебя. Так же, как ты хочешь использовать меня. На мгновение между ними повисла тишина. Затем Орочимару кивнул. — Прекрасно. Тогда мы действуем вместе. Я предоставлю тебе информацию о лагерях наёмников. Ты ударишь со своей стороны, я — со своей. Мы сомкнёмся и уничтожим их. Наруто сжал кулаки. — Хорошо. Но знай: если ты попытаешься предать Коноху, я уничтожу тебя. Орочимару усмехнулся, его глаза блеснули. — Ты начинаешь напоминать Данзо. Это мне нравится. Они обменялись коротким кивком — союз был заключён. Не дружба, не доверие, а холодный договор ради выгоды. В этот момент Наруто понял: он вступил в игру, где свет никогда не узнает всей правды. Цунаде будет вести деревню открыто, а он — в тени, вместе с Орочимару, ради защиты Конохи. Ночь опустилась на леса между Конохой и Звуком. В густых зарослях скрывались лагеря наёмников — десятки опытных бойцов, привыкших к хаосу и наживе. Они не знали, что стали целью сразу двух сил: Корня и Орочимару. Наруто прибыл на место встречи первым. Его отряд Корня уже занял позиции вокруг лагеря. Вскоре из тени появился Орочимару, сопровождаемый несколькими верными слугами. — Всё готово, — сказал Наруто. — Мы ударим по их лидерам. Ты создашь хаос, а мои люди уничтожат командиров и склады. Орочимару усмехнулся. — Ты начинаешь мыслить как Данзо. Мне это нравится. Сигнал был дан. Огромные змеи Орочимару прорвались в лагерь, разрывая палатки и загоняя наёмников в паническое бегство. В этот момент бойцы Корня нанесли точный удар: взрывы уничтожили склады оружия, огонь охватил лагерь. Наруто ворвался в центр, где находились трое лидеров наёмников. Они были закалёнными ветеранами, но не ожидали атаки с двух сторон. Первый пал от стремительного удара кунаем, второй — от техники теневых клонов, третий попытался бежать, но был схвачен змеями Орочимару и добит Корнем. Крики и хаос заполнили лес. Наёмники, лишённые командиров и припасов, начали отступать. Орочимару наблюдал с холодной улыбкой, а Наруто отдавал чёткие приказы своим людям, не позволяя врагу перегруппироваться. Сражение с наёмниками подходило к концу. Лагерь был охвачен огнём, остатки противников разбегались в панике. Наруто двигался через хаос, его внимание привлёк необычный противник — девушка лет двадцати, с глазами, полными ярости. Она использовала макутон, редкую и опасную технику, переплетая древесные корни и камень в смертоносные удары. Наруто мгновенно понял: она не простая наёмница. Её сила могла стать угрозой для Конохи, но и ценным козырем в переговорах. Он использовал комбинацию теневых клонов и точный удар, вырубив её прежде, чем она успела завершить технику. Орочимару появился рядом, его глаза блестели змеиным холодом. — Интересная находка, — произнёс он, глядя на девушку. — Макутон… редкость даже среди кланов. Наруто посмотрел на него твёрдо. — Она будет залогом нашего союза. Ты получаешь её, но взамен мы закрепим наш договор так, чтобы никто не мог предать. Орочимару усмехнулся, но в его взгляде мелькнуло уважение. — Ты мыслишь как Данзо. Хорошо. Как ты предлагаешь закрепить союз? Наруто достал свиток с древними печатями клана Узумаки. — Эти печати связывают души. Если кто-то решит предать союз, его душа тут же будет передана Шинигами. Это не просто договор — это клятва на крови и жизни. Орочимару замер, затем рассмеялся тихо, почти шипя. — Великолепно. Даже я не могу нарушить такую печать. Они оба сделали надрезы на ладонях, кровь упала на свиток. Печати вспыхнули алым светом, и древняя сила клана Узумаки сомкнула их души в едином договоре. — Теперь мы связаны, — сказал Наруто. — Ты не сможешь предать меня, как и я тебя. Орочимару кивнул, его улыбка стала шире. — Союз в тени… Коноха и я. Ты опасен, Наруто. И именно поэтому мне интересно наблюдать за тобой. В этот момент союз был заключён. Не дружба, не доверие — холодный договор, скреплённый печатями Узумаки и угрозой Шинигами. После завершения операции Наруто вернулся в Коноху. Советники и Цунаде собрались в зале, чтобы услышать отчёт. Атмосфера была напряжённой: все знали, что он действовал в тени и заключил союз, но подробности оставались неизвестными. Хомура заговорил первым: — Мы получили известие, что лагерь наёмников уничтожен. Но как именно это произошло? Наруто спокойно посмотрел на них. — Среди наёмников была девушка около двадцати лет. Она владела макутоном — редкой и опасной техникой. Я вырубил её и передал Орочимару как залог нашего союза. Кохару резко поднялась. — Ты отдал живого человека Орочимару?! Это безумие! Наруто выдержал её взгляд. — Это было необходимо. Орочимару получил залог, а мы закрепили союз печатями клана Узумаки. Если кто-то из нас попытается предать договор, его душа тут же попадёт к Шинигами. В зале повисла гробовая тишина. Старейшины переглянулись, потрясённые услышанным. Цунаде сжала кулаки. — Ты заключил союз с Орочимару… и скрепил его печатями Узумаки? Это значит, что даже он не сможет нарушить договор. Хомура тяжело вздохнул. — Это опасно, но гениально. Орочимару связан клятвой, которую невозможно нарушить. Кохару нахмурилась. — Но цена слишком высока. Девушка с макутоном могла бы стать силой Конохи. Наруто ответил твёрдо: — Она была наёмницей. Её сила могла обернуться против нас. Теперь она — часть залога. И благодаря этому союз будет нерушимым. Цунаде посмотрела на него внимательно. В её глазах мелькнуло недоверие, но и уважение. — Ты действуешь как тень. Я не одобряю твоих методов, но результат очевиден. Союз заключён, угроза уничтожена. Советники переглянулись ещё раз. В их глазах было тревожное уважение: Наруто показал себя как стратег, готовый использовать любые средства ради защиты деревни. Орочимару поместил девушку с макутоном в одно из своих скрытых убежищ. Она была связана печатями, но жива. Для него это был редкий дар — возможность изучить силу, которая сочетала древесные и каменные структуры в единой технике. Он начал с наблюдений: проверял её чакру, реакцию на стимулы, устойчивость к ядам и печатям. Макутон проявлял себя как гибридная природа, и Орочимару был в восторге от её потенциала. — Удивительно… — шептал он, делая записи. — Её клетки реагируют на стимуляцию так же, как клетки Хаширамы, но с иной структурой. Это не просто наследие Сенджу, это новая ветвь. Он проводил эксперименты, сравнивая её кровь и ткани с образцами, которые хранил годами. Макутон оказался устойчивым, не разрушался под воздействием его техник. Со временем Орочимару пришёл к выводу: — Она не просто носитель силы. Её генетика стабильна. Она может передать макутон потомкам. Эта мысль захватила его. Он видел в ней возможность создать новое поколение шиноби, обладающих редкой природой чакры. Для него это было не просто исследование — это был шанс возродить силу, равную Хашираме, но в иной форме. Он начал разрабатывать планы: удерживать её живой, использовать как основу для экспериментов, а затем — как мать будущих детей с макутоном. — Если она родит наследников, — произнёс Орочимару, глядя на неё с хищной улыбкой, — я получу детей с макутоном, но они мне не нужны, мне главное это исследование, передам их Конохе Таким образом, девушка стала не просто залогом союза с Наруто, но и ключом к новым амбициям Орочимару. Орочимару сидел за длинным столом, заваленным свитками и инструментами. Девушка с макутоном находилась неподалёку, её чакра всё ещё колыхалась под печатями. Он поднял взгляд на Наруто, и в его глазах блеснуло то самое змеиное любопытство. — Я пришёл к решению, — произнёс он тихо, но твёрдо. — Мне не нужны её дети. Меня интересуют только исследования, её генетика, её природа чакры. Но потомки… они могут стать силой для Конохи. Наруто нахмурился. — Ты предлагаешь отдать их деревне? Орочимару усмехнулся. — Именно. Я не нуждаюсь в наследниках с макутоном. Мне достаточно знаний. Но Коноха… твоя деревня всегда ищет силу, чтобы защитить себя. Если она получит детей с этой природой, это укрепит её будущее. Он наклонился ближе, его голос стал почти шипящим: — Я отдаю их тебе. Пусть они будут частью Конохи. Это станет доказательством нашего союза. Я получаю исследования, а деревня — живую силу. В любом случае, Коноха поможет своему союзнику. Наруто молчал, обдумывая услышанное. Он понимал: это предложение было не просто жестом. Орочимару закреплял их союз, показывая, что готов отказаться от власти ради науки. — Хорошо, — сказал Наруто наконец. — Дети с макутоном будут жить в Конохе. Они станут её силой. А твои исследования останутся твоими. Но помни: союз скреплён печатями Узумаки. Любая попытка предать — и Шинигами заберёт твою душу. Орочимару рассмеялся тихо, змеиным смехом. — Я знаю. Именно поэтому я не нарушу договор. Мне интереснее наблюдать, как твоя деревня будет расти с этой силой. Они обменялись коротким кивком. Союз был окончательно закреплён: Орочимару оставлял себе знания, а Коноха получала живую силу — детей с макутоном, которые могли стать новым поколением защитников деревни. Наруто вернулся в Коноху с новостью, которая могла изменить будущее деревни. Советники и Цунаде собрались в зале, чтобы услышать его слова. Атмосфера была напряжённой: все знали, что союз с Орочимару опасен, но теперь он предлагал нечто большее. Наруто заговорил твёрдо: — Орочимару провёл исследования девушки с макутоном. Он пришёл к выводу, что её потомки будут обладать этой силой. Но он заявил: ему не нужны дети. Ему интересны только исследования. Он предложил, чтобы все дети с макутоном жили в Конохе. Хомура нахмурился. — Он готов отказаться от такой силы? Это странно. Кохару резко добавила: — Это может быть ловушка. Орочимару никогда не делает ничего просто так. Цунаде внимательно смотрела на Наруто. — И что думаешь ты? Наруто выдержал паузу. — Я думаю, что это шанс. Орочимару связан печатями Узумаки. Он не может предать союз. Если дети будут в Конохе, они станут нашей силой. Мы сможем воспитать их как защитников деревни. Советники переглянулись. В их глазах мелькнуло сомнение, но и понимание: предложение Орочимару было выгодным. Хомура тяжело вздохнул. — Если он действительно отдаст их нам, это укрепит деревню. Но мы должны быть готовы к тому, что он будет наблюдать за ними через свои исследования. Кохару нахмурилась. — Мы должны держать их под защитой. Эти дети будут не только силой, но и целью для врагов. Цунаде поднялась, её голос был твёрдым: — Хорошо. Мы примем их в Коноху. Они будут жить здесь, под нашей защитой. Мы воспитаем их как шиноби деревни. Но мы будем следить за Орочимару. Его интересы не должны угрожать Конохе. Наруто кивнул. — Я возьму ответственность за них. Они будут частью деревни, частью будущего. Советники согласились. Решение было принято: дети с макутоном станут силой Конохи, а союз с Орочимару закрепился ещё прочнее.