Хозяйственная ферма бывшего злодея и брошенного короля

Ухаживать за цыплятами оказалось не таким весёлым занятием, как изначально казалось Рико. Первые же сутки показали: за милыми писками и неуклюжими шажками скрывается круглосуточная работа. Рико, воодушевлённый первыми минутами знакомства с птенцами, быстро осознал, что теперь его день расписан по минутам. — Кормить каждые два часа? — он с сомнением посмотрел на часы. — Я сам так часто не ем! Натан, наблюдавший за его метаниями, лишь усмехнулся: — Привыкай. Это только начало. И действительно — начало оказалось суровым. Рико то и дело бегал с мисочками, тщательно отмеряя порции. Каждый раз приходилось мыть кормушки до блеска. — Они что, всё время хотят есть? — вздыхал Рико, в очередной раз наполняя кормушку. — Они растут, — терпеливо объяснял Натан. — Каждый час для них — новый этап. Воду нужно было менять минимум четыре раза в день. Рико с удивлением обнаружил, что даже лёгкий налёт на стенках может стать проблемой. — Ты смотри, уже клюют неохотно, — заметил он однажды, наблюдая, как птенцы отходят от поилки. — Вода застоялась, — покачал головой Натан. — Меняй чаще. А ещё — температура. Термометр в брудере стал для Рико предметом постоянного беспокойства. Он то и дело подбегал проверить, не перегрелись ли птенцы. — Я чувствую себя нянькой при королевских особах, — ворчал Рико. — Так и есть, — серьёзно ответил Натан. — Для них это действительно вопрос жизни и смерти. К концу первой недели Рико понял: ухаживать за цыплятами — это не забава. Это ответственность. Каждое утро он начинал с осмотра: кто активен, кто притих. Приходилось отделять слабых, следить за их весом. Однажды он застал одного птенца в углу — тот сидел нахохлившись, не реагируя на писк собратьев. Рико замер. — Натан! — позвал он. Тот подошёл, внимательно осмотрел птенца. — Ничего страшного, просто устал. Дай ему немного простокваши. Через час будет как новенький. И правда — через час птенец уже пищал вместе со всеми. Рико смотрел на него и думал: «Они такие хрупкие… Но такие живучие». К концу второй недели он уже действовал автоматически. Усталость никуда не исчезла, но к ней прибавилось что‑то новое — тихое, глубокое удовлетворение. Он видел, как птенцы растут, как становятся смелее. — Знаешь, — сказал он однажды Натану, — это тяжело. Но… оно того стоит. Натан улыбнулся. — Ты говоришь как настоящая мама. Рико хмыкнул. — Да ладно. Может, и перестанут бегать. Зато вырастут здоровыми и сильными.

***

— Марс, я понимаю, что цыплята очаровательные, но их нельзя облизывать, — строго произнёс Рико, перехватывая пса за ошейник. Марс замер, виновато опустил уши. — Ну же, Марс, — Рико присел на корточки. — Это не игрушки. Они живые и очень хрупкие. Марс издал тихий вздох и ткнулся носом в ладонь Рико. — Да, я знаю, ты не со зла, — смягчился Рико, погладив пса. — Но правила есть правила. Цыплят — не трогать. Понял? Пёс отошёл на пару шагов и сел, не сводя глаз с загона. В этот момент один из цыплят подошёл к краю и уставился на Марса. Пёс подался вперёд, но замер, поймав взгляд Рико. — Сидеть, Марс, — повторил Рико. — Смотри, но не трогай. Натан, наблюдавший за этой сценой, рассмеялся: — Ты с ним разговариваешь, как с ребёнком. — А он и есть ребёнок, — пожал плечами Рико. — Только четвероногий. И, кстати, очень сообразительный. Правда, Марс? Пёс вильнул хвостом. — Видишь? — улыбнулся Рико. — Он всё понимает. — Видишь, — тихо сказал Рико, присаживаясь рядом с Марсом, — они такие маленькие. Если ты их напугаешь, они будут бояться всех собак. А мы ведь не хотим, чтобы кто-то боялся, правда? Пёс тихо фыркнул. Он отошёл ещё на шаг и снова сел, положив морду на лапы. — Хороший мальчик, Марс, — похвалил Рико, протягивая ему угощение.

***

Натаниэль только вошёл в раздевалку, когда его телефон зазвонил. Он замер на полпути к шкафчику. Бросив сумку на скамью, Натаниэль достал телефон. На экране высветилось «Неизвестный номер». Он провёл пальцем по кнопке приёма. — Алло? — произнёс он. В трубке повисла пауза. Затем послышался голос с японским акцентом: — Натаниэль. Рад, что ты взял трубку. Натаниэль сжал телефон крепче. — Господин Морияма, — выдохнул он. — Верно, — в голосе Ичиро прозвучала усмешка. — Вижу, ты меня помнишь. Натаниэль сел на скамью. — Что вам нужно? — спросил он. — Ничего необычного, — голос Ичиро звучал ровно. — У меня есть для тебя работа. Натаниэль оглянулся, хотя в комнате никого не было. — Что за работа? — Мне нужно, чтобы ты присутствовал на нескольких встречах, — пояснил Ичиро. — Твоя задача — быть на виду. Натаниэль нахмурился. — На виду? В чём смысл? — Твой внешний вид и твоя фамилия — отличное напоминание для тех, кто забыл, с кем имеет дело. Шрамы, фамильное сходство с Натаном. Натаниэль сжал телефон. — Вы хотите использовать меня как пугало? — Как символ, — поправил Ичиро. — Напоминание о том, что клан Морияма по-прежнему силён. Натаниэль стиснул зубы. Он понимал: отказать Ичиро Морияме — значит подписать себе приговор. — И что я получу взамен? — спросил он. Ичиро усмехнулся. — Скошу несколько миллионов из твоего долга. Будешь отдавать не 80 процентов, а 60. Натаниэль хмыкнул. — Это всё? — Если справишься безупречно, — продолжил Ичиро, — я рассмотрю возможность инвестирования в «Лисы». — Что нужно сделать? — спросил Натаниэль. — Через неделю в 14:00 ты появишься на встрече. Будешь сидеть рядом со мной. Молчать. Смотреть. И выглядеть так, чтобы они вспомнили, кто такой Натан Веснински. Натаниэль сжал кулаки. — Хорошо, — выдохнул он. — Я буду там. Но я не стану выполнять никаких поручений. Только присутствие. Из трубки послышался смешок. — Конечно. Можешь даже свою полторашку прихватить. Я ещё позвоню. Связь прервалась. Натаниэль ещё сидел, глядя на потухший экран. Он поднялся, подошёл к зеркалу. В отражении смотрело бледное лицо. Он попытался придать ему холодное выражение. Лицо в зеркале исказилось. Он отвернулся. Натаниэль схватил сумку и направился к выходу.

***

— Рико, у меня хорошие новости, — Натан вошёл в комнату с пачкой документов. — Договорился с провайдером. Интернет проведут в течение двух недель. Рико, читавший на диване, отложил книгу. Марс приоткрыл один глаз и снова погрузился в сон. — Правда? — Рико выпрямился. — Наконец-то! А то я уже начал паниковать — сроки подачи документов заканчиваются. — Всё точно, — Натан положил папку на стол и сел в кресло. — Подписал договор. Техники обещали управиться за десять дней. — Десять дней? Это же идеально! — Рико вскочил. — Ты не представляешь, как я волнуюсь. Марс поднял голову, посмотрел на расхаживающего Рико, потом на спокойного Натана и перебрался подальше. — Ты даже не представляешь, насколько это важно, — Рико остановился. — Я уже мысленно прощался со спокойной жизнью. Натан усмехнулся. — Представляю. Я видел, как ты вчера пытался открыть документы. — Не напоминай, — Рико поморщился. — Но теперь всё будет по-другому. Кстати, Тэцудзи выслал нужные бумаги на твоё имя. Так что мне даже не пришлось светиться в университете. — На моё имя? — Натан приподнял бровь. — Рико, это риск. — Всё чисто, — парень махнул рукой, снова садясь на диван. — Ичиро вряд ли станет копаться в таких мелочах. Для него я уже не существую. Натан хмыкнул. — Как знаешь. Но если ошибёшься, проблемы будут у нас обоих. — Да перестань ты нагнетать! — Рико закатил глаза. — Всё пройдёт гладко. Марс коротко тявкнул и положил голову на колени Рико. — Ладно, — выдохнул Натан. — Если что-то пойдёт не так, я буду в стороне.

***

Ичиро сидел за горой документов. Он с силой провёл рукой по волосам, сдерживая раздражение. «Патрик просто бесполезен», — подумал он. В дверь постучали. — Войдите, — отрезал Ичиро. На пороге появился секретарь. — Господин Морияма, я получил отчёт от Патрика. Он сообщает, что переговоры с мексиканским картелем назначены на завтра. Ичиро ударил ладонью по столешнице. — Условия? Кто дал ему право вести переговоры без моего одобрения? Секретарь побледнел. — Он считал, что это поможет стабилизировать ситуацию. — Стабилизировать? — Ичиро поднялся. — Передай ему: никаких переговоров. Никаких уступок. Если не справится — его место займёт другой. Секретарь кивнул. — Будет исполнено, господин. — И ещё, — добавил Ичиро. — Как продвигаются поиски Рико? Секретарь замялся. — К сожалению, господин, пока без результатов. Ичиро впился пальцами в подлокотник. — «Без результатов» — не ответ. Я сказал: найти любой ценой. Камеры наблюдения? Банковские транзакции? — Получили доступ ко всем камерам. Последний раз его видели в день матча. Он сел в грузовик и уехал. Номер не попал в кадр. Ичиро ударил ладонью по столу. — Неужели так сложно? Секретарь закусил губу: — Может… стоит спросить у господина Тэцудзи? Ичиро замер. В комнате повисла тишина. — Что ты сказал? — голос прозвучал тихо. Секретарь побледнел. — Прошу прощения, господин. Я лишь хотел сказать, что господин Тэцудзи мог бы подсказать, где искать… — Тэцудзи, — медленно протянул Ичиро. — Тот, кто теперь не имеет к клану никакого отношения. Он подался вперёд: — Ты правда думаешь, что он станет нам помогать? — Возможно, он не станет помогать напрямую, — осторожно ответил секретарь. — Но он может знать что‑то. Рико доверял ему больше, чем кому‑либо. Эти слова ударили в больное место. Лицо Ичиро исказила гримаса гнева. Он встал и подошёл к секретарю. — Я — его брат. Я дал ему место в клане. И теперь ты называешь Тэцудзи его семьёй? Секретарь побледнел, но не отступил. — Вы требовали побед, лояльности, но не давали взамен ни внимания, ни заботы. Тэцудзи же растил его, учил играть. Ичиро замер. На мгновение в его глазах мелькнула растерянность. — Ты переходишь границы, — выдавил он. — Простите, господин Ичиро, — секретарь склонил голову. — Я лишь пытаюсь объяснить, почему Рико мог довериться именно ему. — Допустим, — медленно произнёс Ичиро, отворачиваясь. — Но это не меняет того, что Рико предал интересы клана. — Возможно, он просто не понимал, в чём заключается это благо, — тихо сказал секретарь. — Довольно! — голос Ичиро стал жёстким. — Твои философские изыски не помогут его найти. Он подошёл к столу, достал папку и швырнул её на столешницу. — Найди способ связаться с Тэцудзи. Пусть передадут: если он поможет найти Рико, я готов обсудить восстановление его статуса. Секретарь кивнул: — Будет исполнено, господин. Когда дверь закрылась, Ичиро опустился в кресло. Он провёл рукой по лицу, ощущая ужасную усталость.