In joy and sorrow

Пепел летает в воздухе, жар и языки пламени распространялись по деревянным домам быстрее ветра. Погода была ясная и сухая, душно то ли от климата, то ли от пожара, который, как казалось, скоро выжжет весь кислород, и тогда дышать станет совсем нечем. Суета и паника опустились на город, словно густой туман. Люди второпях собирали вещи, кто-то бежал лишь бы спастись. Но как бы быстро не бегали люди, острия мечей и огонь достигали каждого. Они не жалели никого, ни детей, ни женщин, ни стариков. Они кричали, звали на помощь, но все было тщетно. Холодный взгляд предводителя смирял их перед гибелью. Солдаты города, все еще пытаясь сделать хоть что-то падали на землю, истекая кровью, и только больше пугая толпу. В замке было также неспокойно. Королева ходила по главному залу, пытаясь твердо раздавать указания, пока прислуга перекрывала входы внутрь. Молодая девушка, дочь королевы, прижимала к себе сестру, тихо успокаивая ее. — Подойди, Джонни, — неожиданно мягко произнесла правительница. Она всегда так обращалась к магу, который служил у них во дворце. — Если ситуация станет совсем критичной, уведи отсюда детей, как можно дальше. — А вы сами, ваше величество? — в спокойном, но озабоченном тоне спросил он, накидывая коричневую мантию на тонкую рубашку. — О, Джонни, боюсь мне нужно остаться здесь. — сказала она с улыбкой, но та не была радостной. — Тогда и я останусь здесь — влезла молодая девушка, держа в одной руке лук, а в другой несколько стрел. Младшая тут же встала подле нее и закивала. — Дети мои — вдруг ее глаза налились слезами, и она прижала дочерей к себе ­– простите меня, этого не должно было произойти… – Мам.. ты не виновата – захныкала младшая из них, хватаясь за ее платье, будто ища опору. Они вжимались друг в друга, будто в последний раз. — А где Майк? — через какое-то время поинтересовалась Ненси, чуть отстранившись. Девушки позвали его, но никто не откликнулся. — Джонни, ты должен его найти. — обеспокоенно сказала королева — Надеюсь он просто где-то в замке Тот кивнул, и, уловив обеспокоенный взгляд старшей дочери, быстро направился прочь из зала. Девочки хотели было пойти за ним, но Карен остановила их. — Дорогие, вы на славу послужили нам. Бегите к своим семьям, уведите всех, кого сможете. — обратилась она к тем, кто доделывал баррикады. Они громко поблагодарили королеву, и в спешке разошлись. Женщина взглянула в окно, беспорядок и хаос царили на улице. Чистые и уютные улочки её города испачкались в саже и крови. Она чувствовала терпкий запах железа даже отсюда. Вздрогнув от подступивших мурашек, она обернулась на звук быстрых шагов. — Я обошёл весь замок, его нигде нет, ваше величество. — прервал её размышления Джонатан, который уже успел вернуться. — Он направился к ним. — вдруг сказала Холли, указывая на окно — Перед тем как уйти, он сказал мне, что обязательно защитит нас, и.. — девочка запнулась, она намеревалась заплакать, но Нэнси успокоила её, поглаживая по голове. — Ты знаешь, что делать, Джонатан. — сказала Карен и взялась за голову — Вот же упрямец, он никогда меня не слушал! — При всем уважении, ваше величество, но, если я уйду, вы с дочерями останетесь здесь одна. Я не могу позволить этому случиться. — Джонни, все будет в порядке, только найди сына, прошу. Мы справимся без тебя. — она положила руку ему на плечо — Ну же, поторопись. — Карен произнесла это мягко, и обняла мага, будто знала, что они больше не увидятся. — Мой последний тебе приказ, защищай Майкла любой ценой. — Не говорите так — тяжело ответил он, чувствуя возложенную на него ответственность. Джонатан разомкнул объятия, и подошел к Нэнси. Она понимающе погладила его по плечу и притянула к себе. — Найди моего брата, пожалуйста — улыбнулась она — ты же знаешь, он всегда был непослушным. — Когда-нибудь это обернется трагедией. — выдохнул старший и утянул в долгий, печальный поцелуй, вкладывая в него все, что у него было. Нэнси, ответив тем же, спустя время, слегка отпихнула его, призывая выполнить поручение. Он потрепал Холли волосы и отошёл. — Я обязательно вернусь к вам. Сказав это, он вышел из зала и отправился на улицу. Город пылал, казалось, все с большей силой. Мальчик смотрел в небо, крепко сжимая рукоять меча. Чувство долга и справедливости горело в нем наравне с пожаром. Пока Джонатан рыскал по городу в поисках Майкла, он ждал их. И он знал, кто явится. Завидев отряд солдат, во главе с уже знакомым лицом, он резко направился к ним. Майк ненавидел этого человека. Пару лет назад он уже приезжал к ним, но, кажется, по делу какого-то торгового соглашения. Он строил из себя великодушного правителя, который всего-то хотел наладить контакт с островом. Вернер Кауфман сразу ему не понравился, что-то было неправильное в его поведении. Излишняя любезность, близость. Майк вздрогнул, но не отступил. Увидев мальчика, Вернер взмахнул рукой, приказывая своим людям остановиться. – Что происходит? – рявкнул Майк, также останавливаясь в нескольких метрах. – Ты уверен, что сам не видишь? – хищно улыбнулся старший и сделал шаг навстречу. – попытаешься остановить? Валяй. Не заставляя себя ждать, Уиллер двинулся вперед, замахиваясь острием. Вернер легко парировал его удар, переводя его на своих солдат. Схватка не была долгой. Майк был слишком молод, неопытен, и разъярен. Да, он смог ранить нескольких, но двое, даже четверо солдат по сравнению с несколькими десятками – ничто. И он должен был понимать это. Меч упал в какой-то из кустов, руки без шанса выбраться обхватили чужие, приподнимая тело над землей. Мальчик брыкался, пока Вернер не подошел совсем вплотную, ударив коленом в живот. Он тут же извинился и приблизился к его лицу, вызвав в Майке внутреннее отвращение, смешанное со страхом, вызванное чем-то далёким. – Хорошо, что ты сам пришел к нам Майк плюнул прямо на его щеку, тяжело дыша. Вернер выпрямился, и, не теряя грациозности, вытер ее, разворачиваясь. – Идем к замку, нужно поболтать с королевой. Огонь стал перекидываться на деревья рядом, но никого это не заботило. Крики людей стали стихать, но шум не прекращался. Воины Уиллеров погибали, а солдаты Вернера прорывались все дальше без особого труда. Уже много лет, остров, на котором находилось королевство, ничто не тревожило. Оно считалось самым мирным из всех континентов, которые о нем вообще знали. Солдаты у их королевства, которое главенствовало на этой земле, конечно, были. Дело было в том, что никто из них не выполнял свою работу с должной эффективностью, полностью расслабившись на фоне тихой и мирной жизни. Теперь они платили за это собственными жизнями. Джонатан скользил сквозь толпы бегущих, цепляясь глазами за каждого черноволосого мальчика, да и девочку тоже. В текущих обстоятельствах было сложно разобрать что-либо. Майка нигде не было, будто исчез. Волшебник не мог его найти, хотя обошел почти весь город. Неужели они разминулись? Когда он добрался до окраины, он вновь посмотрел на замок. Его зоркий взгляд, усиленный магией, поймал солдат Вернера, которые прорывались во внутренний двор, а рядом с ними нехарактерное движение, которое было очень сложно уловить. Кажется, это был мальчик, который брыкался и вырывался из рук воинов. — Черт. — выругался маг, осознавая свою оплошность. Как он обошел город так, что не наткнулся на них? Джонатан побежал туда. Майкл вгрызался в руки, что его держали, за что получал сначала просто по лицу. Он бил солдат ногами в живот, кричал, что перебьет их всех, пока его просто не отпинали так, что двигаться ему стало невыносимо больно. Джонатан прибежал замку, но ворота на тот момент уже были сломаны, а все, кто охранял вход, убиты. Он было подумал о том, чтобы телепортироваться, но вероятность неудачи сковала по рукам и ногам, не давая решиться. — Это на самый крайний случай — успокоил себя он и убежал внутрь. Джонатан знал, что они уже там. Воины ломились в главный зал, где скрывалась семья. Королева менялась в лице при каждом ударе в дверь, от которых все, что удерживало ее скрипело и ломалось. Она, пытаясь побороть все свои страхи и сомнения, объясняла детям, куда нужно бежать. Холли, почти не вникая, тихо произносила единственную молитву, которую знала, крепко держась за крестик. Вдруг все затихло, и дверь перестала вздрагивать от толчков. — Дорогой Майкл, ты не хочешь передать привет своей маме? — раздался громкий голос. Он был тягучий, вязкий, низкого тембра. Карен вздрогнула. Её сын молчал, и он у них. Она выдумала себе множество вариантов того, что с ним могло быть. — Нэнси, Холли, уходите отсюда, живо! — она подтолкнула их к черному выходу, закрывая за ними дверь. Почти сразу, как раздался ее крик, нагроможденный хлам, жалобно скрипнув в последний раз, полностью рухнул, открывая проход. Вошёл Вернер. Высокий, достаточно молодой человек, примерно лет 25-30. Одет был в достаточно скромные доспехи, но даже здесь чувствовался вкус. Темные волосы, зализанные набок, контрастирующие с ярко-синими глазами. В ножнах покоился меч с изящно вырезанной рукоятью. Его статная и гордая походка выдавала аристократичное происхождение. Воины забежали за ним, обступая Карен кругом. Один из них, подойдя сзади, приставил лезвие к ее горлу, отрезая возможность пошевелиться. Нэнси с Холли бежали по узким каменным коридорам, сворачивая ровно так, как сказала им мать. Послышались шаги и тихие разговоры, девочки тут же нырнули в какую-то комнату, кажется, прачечную. — Вернер сказал, они должны будут выйти отсюда. — Ну и где? Сколько можно ждать? Пока нам попадались только мелкие служанки. — Черт, если бы не его приказ, я бы оставил ту, последнюю, она была красоткой... — Ха, это точно… Дверь, которую хотела приоткрыть Нэнси, чтобы взглянуть на солдат, предательски скрипнула. — Что это было? — тут же вскрикнул один из них. Войдя в комнату, ему в ногу тут же влетела стрела. — Бежим! — крикнула Нэнси, но путь им тут же преградил второй — Вот же сучка! — тот, что с больной ногой, схватил Холли, которая, зажмурившись, только молилась, не пытаясь высвободиться. Здоровый напал на Нэнси. — А ты боевая, далеко собралась? Девочек поволокли обратно, под непрекращающуюся ругань старшей, и тихие всхлипы младшей. В зале тем временем все было также плохо: Безрезультатно вырывающегося Майкла держало двое солдат. Он почти висел на их руках, но все равно пытался сделать хоть что-нибудь, бурча что-то неприемлемое. Бровь его была рассечена, а с губ стекала струйка крови. Воины тут же обступили всю королевскую семью и приставили мечи к шеям. Откуда-то сзади послышался визг, и Нэнси с Холли всё-таки привели назад насильно. — Ну теперь вся семья в сборе — с саркастической ухмылкой произнес Вернер, подходя ближе к Карен Женщина не выдала своего напряжения ничем, лишь высокомерно посмотрела ему в глаза. Он был сильно выше ее, а темные волосы отливали, как ей казалось, кроваво-красным. Глаза сверкнули любопытством. Вернер был безумен. — Этот город пал, за ним пойдут и остальные. — нарочито легко сказал он и взял королеву за подбородок — Такая красивая, умная и храбрая, а умрёшь столь позорной смертью. — Не трогай её своими грязными руками! — крикнула Нэнси, но солдаты лишь больнее сжали её запястья, заставляя остаться на месте. Вернер не удостоил её выходку вниманием. Лишь прошел пару шагов, будто задумавшись, и вдруг ухмыльнулся. На его лице появилась ужасающая улыбка, в которой не виделось ничего, кроме жажды перекусить жертве ноги, а затем медленно пожирать тело. — Но я дам тебе шанс… — медленно, словно разливая мед, тянул он — Я сохраню тебе жизнь, как великой правительнице, твоим дочерям, даже отпущу вас… — он сделал паузу, наблюдая за её реакцией — но твой сын — он отошёл на несколько шагов назад и приставил свой меч к шее Майкла, поднимая его голову выше — Твой единственный наследник умрет. Здесь и сейчас. В зале воцарилась тишина. На каких-то десять секунд, но их хватило. Карен почти не думала. почти. Но даже этих секунд её молчания хватило, чтобы Вернер засмеялся. — Ни за что. Я не стану выбирать между своими детьми — строго сказала она, прервав смех. — О, конечно. Сильная мать-героиня, так ты придумала? Сколько лет ты держала этот образ? Жаль, но мне придется его разрушить. Он прошелся туда-сюда, хихикая своим мыслям – Я видел сомнение в твоих глазах, ты просчитала разные варианты исхода, так ведь? Но что же помешало твоему здравомыслию? Неужели материнский инстинкт? Или ты вынуждена ответить так, чтобы... выглядеть сильной в глазах детей? — Отойди от неё, или я убью тебя! — вдруг крикнул Майк, с новой силой выбираясь из рук солдат. — О, бедный маленький Майкл. Твоя мама сделала выбор. В этой истории ты лишь наблюдатель. — он наклонился ближе к мальчику и шепнул ему на ухо — Слаб тот, кто привязан, тот, кто зависим от эмоций. Она лишь притворяется такой, и ты это знаешь так, как никто из присутствующих, верно я говорю? Теперь же посмотри какой конец их ждёт. — он резко развернулся и взмахнул рукой — Убить! Майк, уколовшись о слова Кауфмана, не смог даже ничего возразить, лишь беспокойно бегая взглядом по своей семье. Холли окончательно заплакала, шепча теперь же имя брата, все ещё надеясь на спасение. Нэнси попыталась выдернуть руки из крепкой хватки, думая о том, что она даже рада отсутствию Джонатана, на его смерть девушка больше всего не хотела смотреть. Карен же смотрела то на сына, то на Вернера. — Нет! Ты не можешь, прекратите, ПРЕКРАТИТЕ! — взревел Майкл Среди беспокойства он встретил глаза матери. Они были полны слёз и горечи. — Прости меня, если сможешь. — прошептала она, улыбнувшись ему в последний раз. Он хотел бы закричать, но горло сдавило. Отряд же, как казалось, нарочно оттягивал момент. Где-то в коридоре мелькнула тень, но Уиллер не видел ничего, из-за подступивших слез. — Кого вы ждёте! Приказ был отдан ясно! — резко вскрикнул Вернер, заткнув все посторонние звуки. Лезвия прокатились по шеям легко, словно коньки по льду. Четыре тела упали замертво. Майк затих. Затих так резко, что воины подумали, будто он потерял сознание. Зал окутала тишина, заполняя пространство чем-то густым, мешающим дышать, почти сразу его прорезала вспышка света. Кажется, тут они закончили. Но мальчик исчез. — Куда он делся? — Вернер вскинул брови и осмотрел комнату, обнаружив пропажу. — Чем вы смотрели, черт бы вас побрал! – обругал он подчиненных, сдерживая подкативший нервный смех, вырывающийся то ли от неожиданности, то ли от удовольствия. Вспышка на несколько секунд ослепила черноволосого и когда свет погас, он увидел лишь деревья. Потратив какое-то время, на то, чтобы прийти в себя, он наконец увидел Джонатана. Он тяжело дышал, прислонившись к дереву. Телепортацию использовать очень опасно и чревато, но выхода не было. Тут же злость вскипела в венах младшего. — Где ты был! Их всех... Их всех убили!! — кричал ему Майкл. — Мне жаль, Майк… — начал было маг, но мальчик не утихал. — Это всё ты виноват! Это твоя вина, твоя! Почему тебя не было с нами? Где ты был?! Младший кричал это, будто пытался убедить в своих словах самого себя. И Джонатан знал, вернее сказать, он хорошо понимал его, но отчаяние брало верх. — Если бы ты не занимался самодеятельностью, то ничего бы не случилось — строгим, непривычно громким для себя голосом перебил он истерику мальчика — Тебя никто не просил бросаться на отряд одному! Что ты думал, всех спасёшь? Вот теперь наслаждайся. Они все мертвы! И это абсолютно не моя вина! Он замолчал, пытаясь восстановить дыхание. — Я всегда говорил тебе, что нужно думать, и не поддаваться импульсивным желаниям. И вот к чему оно привело! После этого будешь винить меня? Раз ты такой самостоятельный и умный, то и оставайся один! — напоследок сказал он и развернулся. — Надеюсь, ты хоть сейчас сделаешь правильный выбор, и не сунешься туда больше. Твою семью я похороню сам. Он чувствовал, что говорит не то, что должен, и вообще говорит слишком много, но ведь не только Майк потерял семью. Джонатан вспоминал Нэнси, которая теперь лежит там в луже крови, на холодном полу, которая больше не скажет ему что-то колкое, больше не поцелует в щеку и не убежит, дразнясь. Слеза скатилась по щеке, и он торопливо ее стер. Чародей скрылся за деревьями, а младший так и не смог ему ничего ответить. Майк трясущимися руками взъерошивал волосы и ходил туда-сюда. Он уже не обращал внимания на боль, ведь она казалась заслуженной. Холли, которой он пообещал защиту, Нэнси, что всегда давала ему стоящие советы и приводила в чувства, мама... они все мертвы. Он по кругу воспроизводил момент, когда их глаза потухли, а тела обмякли. Казалось, что его мозги кипят, а тело просто разорвет. "Кто зависим от эмоций, тот слаб" — вдруг пронеслось у него в голове. Что-то щёлкнуло. Он вытер выступившие слезы и замер. Смотря на утихающий пожар, он попытался подавить и тот, что пылал в нем. Майк решил, что оставаться тут больше не может. Слишком болезненно, чревато открытием своей слабости, которую он так тщательно прячет за грубыми словами. Случайно задев что-то тяжелое ногой, он обнаружил свой меч, испачканный в земле и крови. Он подобрал его, сжимая до хруста пальцев. Единственное, что осталось от его семьи, его государства. И он ушел. В противоположную сторону от старшего Байерса, направляясь в сторону гор, к куче небольших, простых деревень. Черноволосый намеревался забыться в помощи, которая им наверняка нужна после нашествия Вернера. В одной из тех деревень жил его друг детства, но, конечно, он шел туда не к нему. В этом он убедил себя, по крайней мере на какое-то время.