Ярик, блин!

– Как дела? Что опаздываешь? – Ярик посмотрел на запыхавшегося Сашу, напялившего кое-как фартук. – Лифт сломался, пришлось бежать вниз с двадцать второго этажа по лестнице, – Саша начал поправлять все на себе. Ярик отдал первой клиентке заказ. Принял следующий. – Бедняжка, ничего страшного. Сделай, пожалуйста, раф с имбирным печеньем. Ярик был недоволен тем, что Саша опоздал. Он хотел поболтать с ним о вчерашнем вечере до начала рабочего дня. Вообще хотелось побольше с ним поболтать. В животе приятно щекотали бабочки, устоять на месте было невозможно. Ярик летал. Когда наступило затишье после утреннего потока покупателей, он подошел к Саше, широко ему улыбаясь. – Как дела, Кисунь? Саша сильно покраснел, выпрямился и посмотрел на Ярика. Губы его были плотно сжаты. – Да нормально, – пожал он плечами и как-то очень глубоко вздохнул, водя рукой по стеклянной витрине с пирожными. – Вчера вот... ночью написал глупостей одному парню и теперь стыдно. – Кому? – как-то было обидно, что внимание было не на Ярике. Саша недовольно зыркнул на него. – Тебе! Ярик подумал пару секунд, собираясь спросить, о каких глупостях идёт речь, но Саша его опередил. – Я написал много слишком откровенных вещей, – он поправлял фартук. – Чересчур детально и развратно. Ярик тут же расхохотался. Он всё не мог остановиться, пока Саша с очень недовольным лицом протирал витрину. – Мог хотя бы не так откровенно смеяться над этим. Просто... просто мне понравились твои фотографии, вот на меня и нашло! – оправдывался Саша, пока Ярик боролся с последними смешками, вытирая слезы. – Сань, – он хихикнул, подходя к коллеге вплотную, думая о том, как они всё-таки похожи с Ваней в некоторых моментах, – ты чо, дурак? Ярик хитро смотрел на Сашу, который не оборачивался, занимался делами. Пришлось наклониться к его красному уху. – У нас был охуенный секстинг. Ты очень горячо все описывал, – Ярик наклонился ещё ближе и зашептал развратнее. – Я кончил благодаря тебе. Саша отстранился и уже спокойно просмотрел на Ярика, хотя его лицо, уши и шея все ещё горели румянцем. – Это было неожиданно, – он поправил волосы, оперевшись локтями о витрину. На улице был снег с дождем – покупателей не было. В кафе было пусто и очень уютно, играл почти незаметный эмбиент. – Почему ты вообще решил это сделать? Ярик стоял рядом и смотрел на Сашу. Для него ответ был очевиден. – Думал о тебе, лежа в ванне. Решил немного пошалить. – Это было только ради секса? – Нет. Я думал о тебе не в сексуальном плане сначала. Я думал о том, что ты мне нравишься. Саша сморщился, звякнул колокольчик на двери. – Не хочу это слышать, – последнее, что он сказал перед тем, как возобновился зачем-то поток покупателей. Ярик злился. Ему было больно и он злился, пытаясь сдерживать себя, общаясь с покупателями, но это было крайне тяжело. Он то и дело ловил себя на том, что звучит недостаточно дружелюбно. Саша сегодня был на полной смене, поэтому работать вместе им оставалось ещё очень долго. Они вышли одновременно, Саша явно одевался медленнее, чем обычно. К тому же, в процессе он то и дело, кажется, пытался заговорить о чем-то, но не решался, поэтому заговорил Ярик, когда вышли на улицу. Туда выходить совсем не хотелось. Была бы возможность, Ярик ночевал бы на работе. – Я не хочу, чтобы ты воспринимал мои слова, как что-то легкомысленне. На самом деле я очень серьезный, внимательный человек. Да, я болен, но это не делает меня другим. Я больше шучу, смеюсь, больше делаю, но я все ещё очень серьезный. – Да, я хотел извиниться. Может быть, я угощу тебя чем-то? – Я хочу Супер-Контик, травяной чай, укутаться в плед и сидеть на подоконнике. – Ну... Из всего этого могу только контик предложить и зайти в какую-нибудь кофейню, где есть травяной чай. Ты знаешь где? – Саша явно смутился такому запросу, делая длинную затяжку. Он хмурился, оглядываясь, видимо, на предмет каких-нибудь кафе, кроме того, где они работали. – Это все есть у меня дома. А знаешь, чего нет? Саша внимательно посмотрел на Ярика. Тот широко улыбнулся, сделал руки-пушки и указал на него. – Ты меня приглашаешь, – полу-утвердительно произнес Саша. Гитарист подмигнул. .... Ярик сидел на полу, положив голову на колено Саши. Тот по просьбе гладил его по голове. – Ты котик, – как-то безэмоционально произнес Саша. – Нет, я пёпс. – Кто? – Пёс. Я люблю кошек, но мне нравится по-псиному вайбовать. Не спрашивай, как это, просто прими, как данность. – Хорошо. Они молчали какое-то время, пока Ярик не поднял голову, улыбась. Саша поспешно схватил чашку и сделал несколько больших глотков. – Это моя, – усмехнуля гитарист, поднимаясь с колен и садясь на кресло рядом. В гостиной было темно. Они сидели в здесь, поскольку Саша отказался есть в спальне, считая это неправильным. – Что ж, – Саша пожал плечами. – Нервничаешь? Он посмотрел коротко на Ярика, который фантазировал о том, какое у Саши, наверное, розовое милое лицо. В темноте было плохо видно. – Где Паша? – Поехал в какую-то галерею помогать с выставкой. Им надо успеть за ночь. Не уходи от темы. – Нервничаю. – Почему? – А ты как думаешь? Ярик положил ладонь на руку Саши, сжав немного его влажные пальцы. – Не знаю. Это может быть из-за нашего вирта, из-за моего признания, из-за того, что ты забыл выключить утюг дома. Я не читаю мысли, Кисунь. Саша был очень напряжен. Он расправил плечи, садясь ровнее. Его рука выскользнула из-под ладони Ярика. Тот хотел было убрать её разочарованно, но Саша перехватил и сплел их пальцы. Он смотрел в окно. Город заволок противный туман, но соседний дом напротив по-прежнему было видно со всеми его антеннами, проводами, парапетом. Окон было не видно с кресел. Было бы грустно, если рядом не был кое-кто поинтереснее, чем переодевающая девушка, хозяйка на кухне или школьник за уроками. – Кис, если ты не будешь со мной разговаривать, я ничего не узнаю. Не волнуйся, я не скажу тебе ничего плохого. Хотя чувствовать твои влажные пальчики мило. – Мы впервые одни за очень долгое время, – наконец выдавил из себя Саша. Голос у него был уверенным и твердым, как будто он вовсе не переживал. – Да, это так. И что ты об этом думаешь? – Думаю, что теоретически может произойти, что угодно. – А что бы ты хотел, чтоб произошло? – Будет честнее, если и ты будешь отвечать на вопросы. Что бы ты хотел, чтоб произошло? Ярик рассмеялся, придвинув кресло к Саше. – Хм, да в принципе, меня любой расклад устроит. Единственное, чего я действительно очень сильно хочу, так это чтобы ты остался на ночь и лёг со мной. Мне было бы приятно. Вообще-то я никогда не спал в одной кровати с парнями, которые мне нравятся, поэтому я этого очень хочу. – Что ты всё же подразумаешь под «нравится»? Они всё ещё держались за руки, из подъезда слышались звуки открывающихся дверей лифта, хохот детей, ключ в замочной скважине, а потом вновь тишина. – Что я хочу проводить с тобой как можно больше времени, целоваться, обниматься, секситься, если захочешь. Хочу звонить тебе после твоей учёбы, чтобы ты рассказывал мне, как твои дела. И всякое такое, знаешь, – Ярик улыбался, чувствуя, как его переполняют чувства. – А ты? – Что хочу проводить с тобой как можно больше времени, целоваться, гладить тебя по голове, смотреть за тем, как ты говоришь, «вайбуешь», – Ярик подразумевал под этим свои танцы под любую музыку или без, – секситься, видеть тебя по утрам рядом, вместе мыться, бриться, гулять... Ярик широко улыбался, слушая это. Он притянул к себе их руки в замке и поцеловал Сашину, смотря на него с интересом. Он легко улыбался. Его поза казалась расслабленной. Но... – Кстати, да... – Саша нахмурился, – что там с Ваней. Ярик закатил глаза и сполз в кресле. – Ёпта бля... – он потёр лицо обеими руками, выдыхая воздух через полусомкнутые губы, издавая дурацкий звук. – Ваня... – и без того елозившая всё это время правая нога задергалась в агонии. – Ваня – хуесос, жаль, что не литературно! – Ярик злился. – Но есть нюанс! И теперь, когда я думаю об этом, учитывая нашу идиллию и согласие в том, что для нас концептуально «нравится», я всё-таки обязан сказать: я все ещё испытываю к нему чувства. Ярик перехватил руку Саши обратно. Лицо того вновь стало каменным. – Окей, – только губы сжаты. – И как ты себе это представляешь? Что если он придет и скажет, что всё осознал и тоже тебя любит? Несмотря на скудный эмоциональный спектр Саши, Ярик видел, что внутри него эмоций гораздо больше. И некоторые из них оказались нездорово гипертрофированными. Саша тяжело дышал. И с каждой секундой все чаще. Вздохи были короткими и это уже не было дыханием. Ярик взял его руки – они охладели. – Что если ты... – Саша делал глубокий вдох, которого явно психологически было недостаточно, – решишь с ним быть? Что тогда... – глубокий вдох, – я? Ярик знал, что это такое. Сам он никогла не испытывал подобного, но сталкивался неоднократно. Он поспешно вскочил, включил свет и навис над Сашей, оперевшись на подлокотники. – Киса, посмотри на меня! Видишь, как я дышу? Повторяй за мной! – Ярик стал демонстративно дышать. –– – Как давно у тебя панические атаки? – Ярик, стоял в дверях в ванной, внимательно наблюдая за тем, как Саша тщательно умывается после произошедшего. – Это не паническая атака. Просто что-то с дыханием. Ходил по врачам, но пока не нашли. Возможно, мышечный спазм, – он вытер лицо полотенцем, которое принес Ярик. – Кисунь, тебе казалось в процессе, что ты можешь умереть прямо сейчас? – Ну... да, потому что я не мог дышать. – Ты мог дышать. Это была паническая атака, – Ярик угрожающе встал в дверях, облокотившись теперь на обе стороны косяка и не давая пройти. – Ты заплакал, хотя недавно, подвернув лодыжку даже бровью не повел. Пошел такой как скала на своих двоих в травму. А тут заплакал. Последовало молчание. Саша был очень серьёзным, даже, казалось, немного злым, он смотрел в глаза Ярика и хотел было что-то сказать, но тот его перебил. – Кисунь, нет ничего стыдного в этом. Ты говорил, что нормально относишься к ментальным проблемам. Ты можешь говорить про мышечные спазмы кому угодно, но, пожалуйста, не отрицай это для самого себя и позволь мне научить, как с этим справляться. Нельзя одному с таким. .... – О чем ты думал, когда началась паничка? Мы можем поговорить об этом? Мне кажется, это могло просто наложиться на то, что ты нервничал весь день и пока мы сидели, поэтому началось. Надеюсь так, не хочу, чтобы это произошло ещё раз, – тараторил Ярик. Теперь переживал он. Прошло пару часов, надо было ложиться спать. Несмотря ни на что они всё же легли вместе, но под разными одеялами по просьбе Саши. «Ты же хотел вдвоем. Я не против, но я хочу быть отдельно,» – так он это пояснил. Ярик, положив голову на руку, согнутую в локте, внимательно разглядывал измученного Сашу. Он смотрел то на потолок, то на предметы в комнате, но не замечая Ярика, располагавшегося тем не менее у края. – О том, о чём и сказал: не хочу, чтобы ты ушел к кому-то ещё, а я остался один, – они наконец-то встретились взглядами. – Я много раз пожалел о том, что снова пошёл в Хорнет – чересчур влюбчивый. Каждый раз так. Я соврал. Репетитор был не единственным. Я постоянно в это вляпываюсь. И постоянно вру. Ярик вытянул руку и погрузился в приятную ортопедическую подушку. Он их обожал. Саша теперь не спускал с него вгляда и даже повернулся немного на бок. – Я даже соврал о том, что пошел в твоё кафе на работу чисто случайно. Я хотел встретиться ещё на собеседовании, но тогда тебя заменяли из другого филиала... Я видел, как ты работал в том кафе. – Радикальный шаг, – Ярик усмехнулся, ему было интересно. – Сталкерил, значит? – Нет! Это вышло случайно. И я тогда почему-то думал, что если просто зайду, как покупатель, ты не станешь со мной говорить. Это странно. Я постоянно делаю такие вещи. Я говорил, тебе, что не ел давно домашнюю еду, хотя это не так. Я хорошо готовлю. Не как ты, но хорошо. Хотя чаще заказываю. Ярик смотрел на Сашу, усмехаясь. Ну да, он и сам горазд врать. Не так основательно, конечно и не настолько, чтобы идти на работу, но горазд. Ярик вдруг понял ещё кое-что. – Про свои панические атаки ты знал? – Знал. Я действительно ходил по врачам и невролог мне сказал, что это они. – А соврал ты, потому что не по-мужицки «истерить и плакать»? Это слишком по-женски? – Ярик говорил без иронии. Он понимал, какого это чувствовать и понимал эти мысли – уничижительные для женщин и губительные для мужчин. – Прямо моего отца озвучил. Ярик цокнул языком. – Вот мудак! Ни себе ни другим! Сука! – взорвался он. – Блять, – Ярик вскочил, – выключи, пожалуйста, голос этого мужлана в своей голове и береги себя! Ты рано или поздно такими вещами себя загубишь! Одеяло было откинуто в сторону, гитарист по-японски сидел в середине кровати. Зашурашала постель в тишине – Саша тоже сел, прижав колени к себе. – Прости за экспрессию, – сейчас Ярик думал, что переиграл как обычно, – не содержался. Очень важная для меня тема. Я ненавижу мужское воспитание. Многие скажут, что это потому что я рос какое-то время без отца, и что это также причина того, что я гей, но я скажу, что пошли нахуй. – Сядь со мной, – Саша игнорировал всё это, но это задевало. Ярик сел и тут же почувствовал чужую голову на своем плече. Да, ему надо было просто немного помолчать сейчас. Это было сложно, но Ярик сдерживался. Он концентрировался на дыхании Саши, на уютном тепле рядом. Тот был действительно, как котик, просто севший рядом, прижавшись шерстяным бочком. – Мне нравится, как ты вступаешься за меня, – проговорил Саша разорвав тишину, существовавшую всего несколько минут. – И я удивлен, что ты не стал осуждать ложь. – Это необычно, но я сам пиздабол, когда ситуация потенциально дискомфортная. Но, блин, Кисунь, со мной можно говорить о чём хочешь. Я бля такой софтбой, ты б знал. – Да я уже узнаю, – Саша поднял на него взгляд. Впервые за столько времени оказались очень близко друг другу. Глаза обоих бродили по лицам в темноте, зимнее небо было светлым. Ярик не хотел ничего предпринимать, чтобы не задеть Сашу – их отношения и без того были слишком запутанными. Рукой Саша скольнул по шее Ярика, который слышать теперь шуршание собственных кудрявых волос и следовал тянущему движению. Их губы невинно припали друг другу до тех пор, пока Ярик легко не сжал нижнюю губу Саши, тогда это превратилось в настоящий поцелуй. Мягкое сталкивалось с мягким, вызывая у каждого из парней вздохи, учащенное дыхание. Ярик даже застонал в какой-то момент, решая не сдерживаться. Он так давно хотел этого! Саша скольнул по его губам языком, Ярик высунул свой навстречу. Они очень медленно, как будто прощупывая, гладили друг друга кончиками. Всё внимание было в ощущениях во рту. Ярик обожал целоваться. Он осторожно толкнул язык в рот Саши, вслушиваясь в несколько коротких вздохов – реакцию на эти действия. То, как Саша сосал язык было потрясающе. Они делали это поочередно, в перерывах облизывая и хватая губы друг друга. Нацеловавшись, оба плюхнули на кровать. Ярик все еще был возбуждён, но это не казалось важным. Кончить можно было и при дрочке. – Губы болят, – рассмеялся Саша, переплетая их пальцы, как тогда, в кресле. – М, да, будут ранки, – Ярик повернул к нему голову. – Спасибо, Кисунь. – Да, и тебе... Надо только в душ. Трусы все мокрые. – У меня тоже. – Я еще кончил, так что у меня вдвойне. Ярик вскочил на локтях, уставившись на Сашу. – Это когда было вот это? – Ярик спародировал короткий сдавленный звук, похожий на стон. – Ну, наверное, я не очень следил за голосом. – А по-моему очень, молодой человек. Первый раз так же было. Во время оргазма только чот там пискнул, я даже не понял нихера. Саша рассмеялся, шлёпнув Ярика по плечу и возвращая его обратно. – Прости, слушать тебя приятнее. Ты не хочешь закончить сейчас? – Только если с порнушкой. Но показывать не хочу, у меня система. – Можешь кончить мне на лицо, например. – Geez, boy, – Ярик чуть не рыкнул, так ему понравилась эта идея. – Или в рот... – Саша отвел взгляд. – Чтобы ты попробовал мою сперму на вкус? Саша кивнул украдкой проведя рукой по своему паху. – Пиздец, энергии, как у меня в гипомании, – Ярик поспешно стянул с себя штаны с трусами, оставаясь в обтягивающей кофте с длинным рукавом. Ярик провел ладонью по руке Саши, слыша, как возбуждённо тот дышит. Его взгляд был направлен в сторону члена Ярика, а язык обводил красные губы, которые всё ещё влекли настолько, что, казалось, оргазм можно было получить от одного только их вида. Вновь вздохи, всхлипы и сладкие похлюпывания членов. Саша лежал, приоткрыв рот и не спуская взгляд с члена Ярика. Тот же весь дрожал, быстро двигая рукой. – Высунь язык, – попросил он, чувствуя, как по головке прошёлся горячий язык. Ярик простонал. – Грязная шлюшка. Оближи головку полностью. Саша повиновался, пока Ярик, изнемогая сжимал член, направляя его навстречу послушного языка. – Возьми его полностью, я скоро. Член скользнул в теплый рот, втягивающие движения мягкой слизистой, знакомый язык. Ярик затрясся, оперевшись руками за головой Саши, который на пару секунд остановился, дрожа. Мысль о том, что он кончил сводила с ума. Ярик чувствовал, как, сначала напрягшись, пронзаемое удовольствием тело начало медленно расслабляться.