Ярик, блин!

Саша прогуливался вдоль Болотной набережной, расслабленно куря. В последнее время он часто нервничал, но сегодня просто было расслабленное состояние и хорошее настроение. Он сдал большую работу, которой и сам оказался доволен, а потом угостил себя пирожком и омерзительным кофе из вузовской столовой, а также сигаретой, а потом ещё одной и ещё. Под ногами хрустел реагент, шуршали лопаты дворников, заходящее солнце радовало своей красотой. «Сейчас бы имбирный раф! Настроение капризной сучки,» – Саша улыбнулся сам себе, вглядываясь вдаль. Благо, он надел сегодня линзы. Фигура в серой куртке и шапке-ушанке, за которой Саша следовал всё это время, при приближении оказалась удивительно знакомой. Саша прибавил шаг и вскоре оказался совсем близко, заглядывая немного вперёд, чтобы убедиться. – Рамситься будем? – это он понабрался у Ярика. – Что? – Ваня нахмурился, вытаскивая беспроводные наушники из-под шапки. «Ах, ну да, кто бы сомневался!» Зачем Саша это сделал, он и сам толком не понимал, но в прошлый раз, когда они сидели втроём, было неплохо. Любовь любовью, но кто мешает им общаться? – Рамситься будем? – повторил Саша, потому что ничего больше он толком не придумал для начала разговора. – Господи, зачем? Я даже не вижусь с Яриком! – Ваня выглядел вполне серьезно. «Твою мать!» – Я шучу, Вань, все в порядке. – Ты только за этим ко мне подошёл? Пошутить? – Просто пытаюсь начать разговор, – Саша пожал плечами, потянувшись за сигаретами, но вспомнил, что выкурил свой лимит на сегодня и отнял руку от кармана. – О чём? – Ваня остановился. Его лицо казалось безразличным. Даже, возможно, наигранно безразличным. – Да просто, – Саша пожал плечами, запихивая руки в карманы, те, в которых не было сигарет. Он зачем-то огляделся. – Ну, знаешь, «куда идёшь», «почему тут», «что планируешь на выходные». – К метро. Ходил маме за подарком. Планирую учиться, – отчеканил Ваня. «Ого, вот это действительно SMALL talk.» – Ты доволен? Ваня оставался на месте. Он потёр нос, отводя взгляд. Получается, ему было о чем поговорить, но по-видимому, он не решался. – Слушай, я понимаю, что я в твоих глазах бандит года, но пойдем за кофе? Я гуляю уже полтора часа. Замерз и хочу сладкого. «Может так дело пойдет?» – Хорошо, я буду чай. Они прошли сквозь Репинский сквер, где висели разноцветные гирлянды, которые уже светились, вышли на небольшую безымянную улочку между набережными, где Моква была во всей красе: низкие двух-трехэтажные домики ютились рядом тяжеловесными, грубо отделанными махинами. – Блин, надо было по скверу пройти, я забыл, что тут ничего нет, – Саша вздохнул. – Так давай вернёмся. Нашел проблему. Я думал, ты в конкретное место меня ведёшь. Они переглянулись, Саша коротко улыбнулся и хлопнул Ваню по плечу. – Прости за это. – Не трогай меня, – Ваня отстранился. Его тон был не столько враждебный, сколько выражающий закрытость, но это не мешало Саше принять это на свой счёт и нахмуриться. – Блять, ты реально хочешь быть врагами или что? Я не понимаю. – Я иду с тобой в кофейню, какие враги? – Ваня смотрел безэмоционально. – Резонно, – было легче. – Тогда что? – Я не люблю, когда меня трогают. Мне дискомфортно, когда меня трогают люди, и я терпеть не могу рукопожатия, объятия с незнакомцами и так далее, – снова эта холодность, тем не менее, казалось, в лице Вани была бо́льшая открытость. – Ого! Ты не очень социальный, да? Друзья вообще есть? – Я социальный, но физически держу дистанцию. В школе попал в компанию, где были Ярик и Паша. Ты вроде знаешь Пашу? – Ваня явно успокоился. По его лицу скользили разноцветные блики. Иногда они мигали. Вообще-то Ваня был милым. – Знаю, да. Он прям мама-кошка. – Да, все так. В общем, я тогда много с ними проводил времени и не мог понять, почему так сильно устаю. Со временем осознал, что чем меньше людей, чем тише – тем лучше. Поэтому так. Если я грубо отреагировал, то прости. Вообще прости за грубость. Я не всегда веду себя тактично, хотя стараюсь. Было приятно, что Ваня разговорился. От этого рассказа, такого личного, а потом и извинений, было очень тепло и уютно. – Из-за чего? – Саша понимал, из-за чего, но все равно хотел это услышать. – Как будто ты виноват в этом нелепом любовном треугольнике. На самом деле я сделал Ярику больно, проморгал момент и оказался за бортом. Саша думал, что не этот ответ ожидал услышать, а иной, о том, что Ярик проститутка, что он сам мудак и все уёбки. Но это... снова было искренне. – – Дай сигаретку, – Ярик вырвал у Саши из рук сигарету, игриво на него смотря и затягиваясь. Качели под ним весело поскрипывали. – Ты же бросил, – Саша сел на соседние, доставая ещё одну и закуривая. Было холодновато. – Я не бросил, – Ярик дёрнул бровью, улыбаясь очаровательно, как он умел. – Я оставил курение для особых случаев? – И чем этот случай особенный? – Да не знаю на самом деле, – Ярик пританцовывал. Это всегда было немного странно, но, как он объяснил, это была «кататония или типа того». Приходилось разбираться во всех этих терминах, часто помогал Паша. Вспомнился Паша – вспомнилась их компания и Ваня, упоминание которого вызывало раздражение. Хотелось ревниво поинтересоваться, и Саша поинтересовался. – Что в Ване такого привлекательного? Задрав голову, Ярик пялился в окна, видимые за голыми деревьями. Он задергал ногой – нервничал. Саша успел изучить язык его тела. – Он искренний, умеет слушать. Иногда как-то стоически выдерживает трудности. В свою очередь, я просто чмондель. Не пытайся меня в этом переубедить, – Ярик пожал плечами, затянувшись посильнее. – У тебя шапка сползает, – Саша думал не о шапке, а о том, достаточно ли он искренний, достаточно ли умеет слушать, умеет ли достойно справляться с проблемами. Достойный ли он мужчина? Ярик резко повернул голову так, что шапка полностью слетела и рассмеялся. Он выжидающе посмотрел на Сашу, и когда тот потянулся, чтобы поднять злосчастный головной убор, Ярик притянул его за грудки и поцеловал, почти сразу с языком. Это было очень сексуально, но в то же время... Саша нервно оглядывался. – Забей, Киса, притворимся, что я девушка, если кто поднимет панику, – Ярик произнес это на удивление высоким голосом и сам поднял шапку, отряхивая ее. ... Саша с Ваней сидели в Krispy Kreme, потому что первому до жути захотелось пончиков с кофе. Ярик приучил к сладкому, теперь вместо одного зависимого от сахара, было двое. – Ты хотел о чем-то поговорить? – Саша с великим удовольствием уминал шоколадный пончик. Он взял таких три. – С чего ты взял? – Ваня взял один банановый и эрл грей. – Ну мы же зачем-то пришли сюда. Мне казалось, ты был настроен агрессивно. Ваня потупил взгляд. На его лице отображалась бурная мыслительная деятельность. Он то хмурился, то открывал рот. Совсем было не похоже на Ярика, который просто метал глаза туда-сюда и иногда что-то бормотал, видимо, не замечая. – М, как будто не подходящее место, но мы ведь можем говорить потише. Саша кивнул, наклонившись вперёд немного. Они сидели в углу и рядом было не очень много людей, но раз так было удобнее, почему нет? – Почему ты не против чувств Ярика? – У меня практически нет сомнений, что он не уйдет от меня, хотя... понимаешь, «практически»? У вас общее прошлое, больше интересов, – тревожно было делиться этим, но Саша держался, сжимая кулаки. Он вдруг осознал, кто перед ним, но сдерживался изо всех сил. – Но тем не менее он все ещё держится за тебя. – Кто сказал, что это надолго? – Саша напрягая, он чувствовал, что начинает сильно злиться. Правда, он не совсем понимал, на кого: себя, Ваню, Ярика или на чёртову хохочащую бабу через несколько столов от них. – Ярик кажется тебе легкомысленным? – Ваня, судя по всему, был теперь спокоен. Видимо, говорить о Ярике ему было проще, чем о чувствах к нему. – Нет, просто... «А он кажется?» – Короче я думаю, что у тебя больше шансов в любом случае. Я свое упустил, – судя по взгляду, это было болезненным признанием, признанием поражения. Ваня уставился на недоеденный пончик. – Хм, я бы на его месте после новогодней ситуации закидал тебя всякими статьями, в том числе о квир церквях. Думаю, это лучше помогло бы тебе. Плюс, да, есть всякие мероприятия, где можно поговорить с квирами и людьми в поиске. Или можно сгонять в клуб, подцепить кого-то, трахнуться. Я так себе партнёров находил. Ваня пожал плечами. – Может, закидаешь? Я на три раза устаревших форумах читал, ничего полезного не нашел, – к замечанию про клубы и мероприятия Ваня ничего не сказал. – Да, давай. Но прежде всего, я хочу историю, о том, как ты осознал себя, гея. Я обожаю такие истории, – Саша разом умял последний пончик. – Я ещё не осознал до конца и, честно говоря, это глубоко личные переживания, которые я не готов обсуждать с малознакомым человеком, – тон Вани был вновь холодным. Саша почти физически ощущал, как его отодвигают как можно дальше. – Окей, прости, – он вытер руки. – Я поеду сейчас к Ярику. Разделишь со мной дорогу? – Поехали. ... Всю дорогу в метро они болтали. Ваня оказался отличным собеседником. Ко всему прочему, он любил видеоигры. «Хочу когда-нибудь перепройти второго «Алана Уейка» на хорошем железе, оценить всю красоту игры. Но мюзикл там... Я пересматриваю его на YouTube раз за разом,» – рассказывал он с улыбкой. «Не говори так о музыке. Мало того, что ты слышишь исполнителя, его переживания или то, как он играет переживания, так ты ещё и погружаешься с головой в атмосферу, созданную звуками. Оперу или мюзикл можно не смотреть, например, потому что все, что происходит на сцене не имеет никакого смысла в отличие от того, что спето,» – рассуждал он, хмурясь. Саша был поражен слаженность речи Вани, его языка, лишённого остроты нецензурных слов, его аккуратностью и вежливостью в коммуникации с людьми в метро. Он шептал слова «вы выходите?», показывая жестами, еле трогая людей за плечи, помог женщине с коляской, пропустил мужчину с огромным рюкзаком к противоположным от выхода дверям, где только что стоял сам. Сашу умиляла его деликатность, его улыбки, его буквальная святость в понимании самого Саши. Ваня был приятным. Очень приятным. Это было заметно почему-то только сейчас. В метро общение было довольно активным, но когда они вышли, на все вопросы Саши Ваня отвечал односложно. Он был напряжен без видимой на то причины, смотрел под ноги. – Все нормально? – прервал напряжённую тишину Саша. – Да, просто думаю. Ты – первый посторонний человек, с которым я могу обсудить, – дальше слышно не было. – Ты можешь немного погромче, пожалуйста? Я не могу разобрать. – Обсудить свою ориентацию, – теперь Ваня говорил по-привычному тихо, но хотя бы разборчиво. Саша предполагал, он думал, эту громкость могут разобрать прохожие, но это вряд ли. – И как тебе? – для Саши это не было чем-то сверхъественным. – Странно, что это парень того, кого я хотел бы видеть своим парнем. Иронично, – Ваня наконец поднял голову и тихо рассмеялся. Это был горький смех. Саша сочувствовал. Он понимал какого это и ему казалось насмешкой то, что он так мило общается с Ваней. Саша закурил. – Слушай, мне правда жаль. Ситуация дерьмо и для меня в том числе, – он выдохнул дым в противоположную от Вани сторону. – Но, несмотря на этот треугольник, ты мне нравишься. И, может, мы поиграем вместе? Ты играешь в Battle Royale - и? – О, нет! – Ваня сразу оживился. – Я пробовал, понял, что я ужасен и решил, что это не мое. Предпочитаю сингловые игры. – А ты один играл? – Ну да, пробовал в PUBG. Меня там мгновенно убивали, причем иногда даже не люди, и я быстро потерял интерес. Саше очень хотелось поиграть с Ваней. Это предложение не было просто попыткой загладить вину. Вины не было, было лишь желание провести время вместе. – Мы с корешем играем в Apex. Приглашаю, в общем. Было бы круто. ... «Как ты себя чувствуешь?» «Уже лучше. Компот за эти два дня готовил себе раза четыре. Паша мне купил дохера ягод. С таким кайфом» Ваня улыбнулся. Ярик любил болеть, он знал. И то ли потому что ему нравилось ухаживать за собой, то ли потому что так на него обращали больше внимания. «Я рад. Я вчера угулялся )» «Да, я знаю, Саша рассказывал. Вы играть вместе будете?» В сердце неприятно кольнуло. Ваня отложил телефон. Не хотелось поддерживать этот разговор. Он надел наушники, подключенные к компьютеру и принялся решение задач. Плейлист романтической музыки с одной стороны успокаивал, но с другой давил за мозги со страшной силой. Ваня посматривал то на закреплённый на панели задач ярлык Telegram, то на телефон. Про файл Word он совсем забыл. В ушах пел Элтон Джон, в сердце ныло, как и внизу живота. «Я думаю о тебе» – писал Ваня. На вопрос он не ответил. Плевать он хотел на эти игры сейчас. «Я о тебе. Ощущение, что это единственное признание, которые мы можем себе позволить» От этого, довольно быстрого ответа легче не стало, кажется, только хуже. Ваня снял наушники и лег на кровать. Телефон был сжат в руке. Что он ещё мог сказать? Пригласить на свидание? Было бы неплохо, но он только вчера, здесь, рядом с домом говорил с Сашей. – Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну, – повторял про себя Ваня, стискавая в руке телефон. Тот завибрировал. «Ты больше не злишься?» «Не знаю, мне показалось несправедливым, что твои чувства вроде как сильнее ко мне, но ты выбрал его» Ваня ненавидел себя за эти мысли. Он чувствовал себя ужасным эгоистом. Но хотел быть с Яриком до дрожи. Он хотел чтобы Саша перегорел и хотел, чтобы Ярик, пишущий сейчас сообщение, написал его как можно быстрее. «Ваши чувства ко мне зародились примерно в одно и то же время, если я правильно понял. Тебя я люблю и влюблен и если ты сделаешь мне больно... я убью себя просто. Такое уже было, повторять не хочу. Ну и плюс если бы я мог, я бы вообще выбор не делал. Хочу вас обоих. И ебаться, и чилить и вот это это вот всё, пониманиешь? Может, даже втроём, но хочу обоих» Получив эту «простыню», Ваня в напряжении лег на спину. Он не понимал, почему так: почему Ярик чувствует именно так, Ваня никогда не слышал об этом... с другой стороны, он и об ориентации друга узнал только недавно. «Что ж, ну... как я понимаю, и я, и Саша хотим быть единственными для тебя» «Именно поэтому я сижу и плакаю, блять. Пидарасы ебаные... Пора уже признать, что я клитором командую!» Ярик прислал фотографию своего зареванного лица снизу, так, что под подбородком образовались складки. Ваня усмехнулся. Он был бы рад видеть более эстетичную фотографию исключительно для него, но не растерялся и сделал такую же. Только без слёз. «Извини, но у тебя нет такого впечатляющего жирового запаса, как у меня, для того, чтобы делать такие фотки, любимый!» Последнее слово было сразу стёрто. Но сердце Вани успело дрогнуть. «Можно мне твою фотографию? Обычную, без шуток» Ваня переживал. Он думал о том, не слишком ли наглая эта просьба. Впрочем, они и раньше могли перекидываться фотографиями дурацкими и обычными. Ярик часто скидывал фото из примерочных. Но сейчас все было иначе. Это был разговор двух влюбленных, разделённых неприятными обстоятельствами. Ожидание длилось долго. Ваня видел, что сообщение прочитано и что Ярик онлайн. Сердце болело. Ваня не выдержал. «Если не хочешь, так и скажи» Ещё пара минут... Ваня зажмурился. Он злился, чувствовал себя униженным, разбитым. Телефон наконец завибрировал. Страх охватил Ваню. Что там? Ярик послал его? Ярик прислал фотографию? Какую? Влажные пальцы обхватили теплый смартфон. Ваня разблокировал его. Только сообщение... Вместо страха пришло разочарование, но... «Прости, Вань, у Пахи полка упала, пришлось помогать. С тебя, кстати, фотка тоже» В чате резко выплыла фотография Ярика, поражающая своим видом живот стрелами с любовным зельями. Ярик сидел, на своем стуле для музицирования с своей черной кофте, которой всегда скрывал шрамы и раны на руке. Ладонь Ярик прижимал к щеке, чуть приподнимая ее. Глаза и нос у него все ещё были красными. Ярик улыбался. «Ты очень красивый» «Спасибо, милый. Только не присылай мне, пожалуйста, вот эти типично мужские фотки снизу. Не, если с членом, то, в принципе можно, но без члена не надо, пожалуйста» Ваню это рассмешило. Присылать фотографии гениталий он точно не собирался. Это было слишком для него. «Блин, подожди, нужно только ширинку расстегнуть» «Шалун. Жду :*» Ваня сделал фотографию сидя, где просто улыбается и упал на кровать после этого. Он открыл фотографию Ярика. Хотелось узнать, что тот скажет, но важнейшее Ваня получил. «Вань» Ваня посмотрел в экран, удивляясь такому ответу. «Что?» «You're such a pretty boy with such a pretty voice. Я думаю» «Я тоже. Мне кажется нам не стоит видеться, иначе я умру от фрустрации» Последнее было написать сложнее всего. Ваня сжал губы. Это решение крошило сердце вдребезги, но биолог уже проиграл. О чем может идти речь. «Да, типа. Мы дразним друг друга... Можно тогда ты будешь присылать мне свои фотографии? Я буду тобой любоваться» «Да, конечно, мы можем общаться в сети, я думаю. И я тоже хочу твои фотографии и твои песни ( Я думаю о тебе» «Я думаю о тебе»