Королевская обыденность

Эта ночь для Дункана была одной из самых трудных. Рой навязчивых мыслей не давал ему погрузиться в глубокий сон. Слипающиеся глаза, потом пробуждение, сопровождающееся тревогой. На рассвете, взглянув на своего маленького оруженосца, парень осознал, что в Эшфорде ему больше незачем оставаться, участие в турнире ему теперь могло только сниться. И в скором времени им с Эггом стоит покинуть Простор. Изначально уговор был таков, что мальчик прослужит Дункану лишь до конца состязаний. Но уехать, бросив сироту на произвол судьбы, было немыслимо. Сначала ему не хотелось брать на себя ответственность за ребенка, к тому же он был не уверен, что сможет прокормить и себя одного. Но мысль о том, чтобы остаться совсем одному, как тогда, в ранние годы своей жизни, его пугала. Не то чтобы он пользовался Эггом, чтобы заглушить свое вечное чувство одиночества, скорее он уже не представлял свои будни без маленького компаньона. День был очень солнечным и теплым, несмотря на проливные дожди. Купив пару яиц, юнцы возвращались обратно к своему скромно обустроенному месту ночлега. — Здесь мы не задержимся, смысла нет. Пока не решил куда, но в скором времени нам придется отбывать. Услышав это, Эгг не знал, за какую мысль зацепиться в первую очередь: «Он сказал „мы“? Значит, я уеду вместе с ним? Неужели он сдался? И куда он собрался без гроша в кармане? А почему нельзя остаться до конца турнира в качестве зрителей?». — Сир, неужто так легко сдадитесь? — А что мне еще остается? Я только лошадей тут не спрашивал, помнят ли они сира Арлана. — Я опечален этой несправедливостью! Вы поистине выдающийся воин! Слова мальчика рассмешили Дункана. Он так отчаянно верил и восхищался им. Эта детская наивность не могла не вызвать умиления. — Я уверен, что в будущем нас с вами ждут большие победы, сир. Кстати, о победах: мы ведь останемся до конца состязаний? Хотя бы на один день после начала. — Посмотрим, я подумаю. В тот момент, когда они проходили через мост близ ворот замка, по улице пронесся торжественный сигнал, люди расступились, а рядом показались черно-красные флаги дома Таргариенов. В ту же секунду в наивную голову Дункана пришел план. Чтобы приступить к его выполнению, он велел Эггу отправиться одному в их место и дождаться его. Мальчик был не против и мигом удалился. Когда члены королевской семьи прибыли, Дункан робко стоял неподалеку у конюшни, делая вид, что так же, как и другие, занят своим делом, и изредка поглядывал на принцев, дабы не упустить их из поля зрения. Приехали только Бейлор и Мейкар. Лорд Эшфорда встречал гостей вместе со своей дочерью, в честь которой всё и планировалось. За их спинами тут же появились радостные Валарр и Вейла. По их лицам можно было подумать, что они не видели родню не два дня, а целую вечность. Десница крепко обнял дочь и с любовью поприветствовал сына, похлопав его по плечу. Валарр сразу взялся за расспросы. — Как хорошо, что вы прибыли так скоро! Дядя, а где кузены? Они уже разбежались кто куда? Бейлор с Мейкаром стали недовольно переглядываться, их лица тут же поникли. — Как это? Разве они не должны были добраться уже сегодня утром? — тревожно зазвучал голос младшего наследника. — Нет, их здесь нет, дядя. Мы думали, они с вами, — ответил Валарр. Напряжение в воздухе было практически осязаемым. Лорд Эшфорда тут же принялся всех успокаивать. — Не будем так сразу поддаваться панике, господа. Как вы знаете, уже который день льют дожди. Может, молодые принцы просто решили где-то переждать эту непогоду и вскоре они уже прибудут. — Надеемся на это, — сказал Мейкар и поспешил удалиться. Дункану же, наблюдавшему за этой картиной, на секунду показалось, что он бредит или его зрение внезапно ухудшилось. В принцессе он сразу узнал ту девушку, с которой столкнулся в шатре Фоссовеев. Когда она только появилась, оставались сомнения в ее происхождении. Но стоило чуть приглядеться, как стало достаточно, чтобы понять: она точно член королевской семьи. Платье на ней было достаточно простого фасона, но его ткань оказалась настолько изумительна, что даже самый далекий от вопросов материальных благ человек понял бы, что и зажиточный дом не смог бы позволить себе подобного роскошества. А когда она качнула головой в сторону, позволяя разглядеть деталь в своих волосах, и кинулась на шею Деснице Короля, пазл сложился мгновенно. Стало немного не по себе, когда он вспомнил свой диалог с принцессой. В душе посеялся страх: не сказал ли он чего дурного, за что теперь придется отвечать перед внучкой Короля. К тому времени, как Дункан вернулся в реальность из своих мыслей, сыновья Короля исчезли из поля зрения, но находчивый парень сумел найти их, проследив за придворными. План был таков, чтобы выпросить участие в турнире у самого члена королевской семьи. Это было рискованно, но ему повезло, что он мало наслышан обо всех ужаснейших разговорах людей о безмерной жестокости Таргариенов, иначе даже отчаяние, в котором он находился, не сподвигло бы его на ту наглость, что пришла в голову. Дункан находился в действительно сложном положении. И даже его дальнейшее странствие стало бы шагом в бездну, поэтому было решено вцепиться в любую имеющуюся возможность. Уж если принцы сочтут его поступок недопустимой дерзостью и последует наказание, то умереть от голода и быть казненным — участи равные на чаше весов. Но судьба оказалась благосклонна к Дункану, и Бейлор не только выслушал его отчаянную просьбу, но и дал добро на участие в турнире. Счастью юноши не было предела. Впервые за последнее время рой навязчивых мыслей в его голове стих. И вероятный проигрыш межевого рыцаря без малейшего опыта уже не казался таким вероятным исходом. Ведь он знал, что за счет внушительного телосложения у него явно есть преимущество. И он не собирался так глупо упускать возможность выбиться в люди. Деньги, доспехи и конь проигравшего соперника — это, конечно, было бы очень кстати, но не предел мечтаний амбициозного парня. Мысль о том, что после турнира его мог бы взять на службу какой-нибудь зажиточный лорд, грела душу. Надежда почти угасла один раз, но упертость в нужном месте и целеустремленность дали свои плоды. Поэтому и такой желанный исход событий нельзя было исключать полностью.

***

Валарр делал вид, что разглядывает книги, стоя у высоких шкафов с различными томами. На полках не было ничего, что он не смог бы найти в Королевской библиотеке Красного Замка. Мыслы уже давно были в иной стезе, далекой от книг. Между напряженных бровей проступила морщинка. Вейла расположилась на изящной рекамье из красного дерева, поджав под себя ноги. Хмурая физиономия брата была красноречивее любых слов. В комнате повисла тишина. Казалось, что они оба чувствовали небольшую вину за то, что были недостаточно внимательны к кузенам, и стоило сразу забить тревогу. Хотя их предполагаемое прибытие должно было случиться поздним утром, а сейчас был еще полдень, поэтому близнецы не волновались так сильно, как их дядя. Оно и ясно, отцовское сердце — это совсем иное. — Зря дядя так терзается. Я полностью уверен, что Дейрону с Эггом не грозит никакая опасность. Он просто где-то валяется в пьяном угаре. Вот увидишь, мои слова подтвердятся. Я знаю своего брата как облупленного. — Дядюшка Рейгель давненько не сходил с ума, было очевидно, что после подобного затишья нас ждет очередной скандал. Теперь, видимо, настала очередь Дейрона. Высказав свое мнение о сложившейся ситуации, близнецы вновь замолчали и погрузились в свои мысли. Молчание было недолгим. Вейла нарушила тишину. — Валарр, а одолжишь мне свои доспехи завтра? — она знала, что ее просьба не понравится брату, но решила испытать удачу. — Прямо ненадолго, обещаю. — У тебя от стресса рассудок помутился? — Хватит вечно быть таким хмурым занудой. Это не делает тебя серьезней, ты просто кажешься ханжой. Ведешь себя так, будто я предложила предать родину. — Просто у тебя всегда наиглупейшие просьбы. — Ну и чем я тебе помешаю, если на четверть часа появлюсь на турнире? — Нам нечего с тобой обсуждать, если ты действительно не видишь в этом проблемы. Да и к чему это всё, если мы оба знаем, что ты и пяти минут не продержишься на коне, сколько у тебя опыта? Думаешь, это так легко? — Ну не продержусь, и что? Я просто хочу попробовать, что в этом плохого? — Нет, тебе просто хочется глупых забав, потому что ты избалована. Вейла ожидала отказа, но не предполагала, что безобидная просьба перерастет в серьезную перепалку. Она встала с рекамье и подошла к брату, серьезно посмотрела в глаза, намереваясь высказать всё, что долго держала в себе, дабы не подливать масла в огонь. — Валарр, никто не виноват в том, что ты избрал для себя путь сложнее моего ради мнимого превосходства над другими. Ты лишил себя „глупых забав”, рано женился и строишь из себя невесть что. А потом, когда видишь, как другие люди наслаждаются жизнью, из тебя льется яд зависти, потому что ты так не можешь. Вот только проблема в том, что никто не просил тебя взваливать на свои юные плечи столько ответственности. — Наш с тобой отец — первый кандидат на трон. Оттого, что никто ежедневно не указывает тебе на это, не означает, что у нас нет обязательств и норм приличия. Я просто пытаюсь быть достойным сыном своего отца. В отличие от тебя. — Я, значит, недостойная, ты это имеешь в виду? — Да. Я твой брат и всегда скажу тебе правду в лицо, какой бы неприятной она ни казалась. Но ты ужасная эгоистка, Вейла. Ты не думаешь дальше своего носа. Для тебя существует лишь веселье и пиры. То, что ты напрямую не наследуешь трон, не освобождает тебя от ответственности. Завершив свою поучительную речь, молодой принц развернулся и уже собирался покинуть комнату, но остановился у порога, обернулся и взглянул на сестру. Она пыталась держать лицо невозмутимым, дабы не давать знать брату, что его слова очень задели ее, но красные глаза, полные сдерживаемых слез, выдавали ее обиду. Однако ее слова для Валарра тоже легли тяжким грузом на сердце. Она его задела по самому больному. От сильной обиды хотелось сделать ей еще больнее. — Ты уже не маленькая девочка. Того и гляди, в скором времени вас с Дейроном поженят. Вот тогда тебе придется взяться за ум. Хочешь ты этого или нет. Выплюнув эти слова как можно обиднее, он всё-таки удалился из зала. — Вот только не смей заниматься этим глупым сводничеством! — прокричала принцесса ему вслед, чтобы он наверняка услышал. — Я сказала — не смей!

***

Вся пылая от злости, Вейла переоделась в одежду попроще, накинула легкий плащ с капюшоном и поспешила выйти из замка. Она не стала идти в людное место, хотелось побыть одной. Ноги повели ее по пыльной тропинке, окруженной деревьями. Природа в Эшфорде была приятная. Много зелени, речек вокруг. После недавнего дождя трава была мокрой, но это не сильно мешало прогулке. Остановившись у одного из водоемов, девушка сняла обувь, приподняла платье и зашла в воду. При любой резкой смене настроения кожа принцессы покрывалась красными пятнами как на лице, так и на шее. Прохладная вода помогала остудить пыл и прийти в себя. Больше всего злило осознание того, что инициатором ссоры была она сама. Вейла порой не сдерживала эмоции и подстрекательские мысли при себе. От этого часто оказывалась в ситуациях, когда корила себя за бескостный язык. Казалось, что если бы была возможность обратить время вспять, то она точно воздержалась бы от конфликта, но каждый раз наступала на те же грабли. Теперь же принцесса боялась, что разгневанный Валарр станет, якобы во благо, советовать отцу и дяде поженить их с Дейроном. Но эту тревожную мысль она отгоняла прочь, аргументируя это тем, что ее брат не настолько подлый. Вейла очень близка с Дейроном. Они много времени проводят вместе, и она, судя по всему, единственный человек, который знает о его душевных муках. Ей всегда казалось, что когда-то их свяжут узы брака, и если бы судьба распорядилась подобным образом, то она была бы не против. Несмотря на то, что ее любовь к нему платоническая, страсти и романтики она к нему не испытывала. Дейрон всегда был по-особенному внимателен к ней. Да и чего преуменьшать: несмотря на свой серьезный недостаток в виде алкогольной зависимости, он ни с кем из семьи не был груб. Поэтому вероятный брак с ним ее не страшил, со временем она, вероятно, смогла бы полюбить его как супруга. Но это было бы где-то там, в будущем. Эта проблема не должна касаться ее сейчас, ведь в чем-то Валарр прав: Вейла не готова к ответственности, а скорый брак означал бы, что она свалится ей на голову в один миг и от этих обязательств некуда будет бежать. Неподалеку раздался шелест кустов. Девушка мигом опустила платье, испугавшись, что кто-то может застать ее в неудобном положении, с неприлично оголенными икрами ног. В поле зрения появился уже знакомый силуэт мужчины. Его трудно было бы с кем-то спутать. Она поспешила выйти из воды. Дункан, завидев принцессу, опустился на одно колено, склонил голову и растерянно что-то пробубнил. — Прошу прощения, ваше высочество, я не подумал, что застану вас здесь. С вашего разрешения я удалюсь. Настроение у Вейлы было крайне прискорбным, ей неохота было терпеть этот официоз прямо сейчас. — Ничего страшного, можете встать. — Ее голос прозвучал холодно. Внимание было больше сосредоточено на том, чтобы избавить подол платья от излишков воды и не сильно испачкать ноги о рыхлую землю. Пытаясь не слишком задирать юбку, она аккуратно отжала ткань, затем не торопясь окунула одну ногу в ручей, чтобы очистить ее от влажной после дождя почвы, которая, проступая сквозь траву, превращалась в грязь. Краем глаза она увидела, как Дункан, оказавшийся рядом, наклонился и переставил ее обувь ближе к ней, чтобы девушке было легче обуться, не заляпав ноги вновь. Она не заметила, как он бесшумно приблизился. Недавний гнев быстро сменился на умиление. Еле заметная улыбка тронула уголки ее губ. Вейла всё так же молча принялась обуваться. Было необходимо наклониться, чтобы завязать ленты на туфельках. Она слегка замешкалась, подумав о том, как сделать это грациознее, чтобы не слишком изгибаться при незнакомом мужчине. Но парень оказался весьма внимательным и, сразу уловив неловкое женское движение, присел на корточки. — Я могу вам помочь, если вы позволите. — Ох, нет. Не стоит, спасибо тебе, — произнесла Вейла, присев на корточки вслед за мужчиной, пытаясь как можно быстрее расправиться с проклятой обувью. Дункан не спешил подниматься, принялся украдкой смотреть на принцессу, пока ему представилась возможность разглядеть ее поближе. Девушка же, в свою очередь, вновь нахмурилась: подол платья испачкался, коснувшись рыхлой почвы. Теперь все щиколотки будут в этой грязи. Она неосознанно подняла свое недовольное лицо и уставилась на парня. Он испугался, подумав, что этот грозный взгляд был адресован ему за недостаточно оказанное уважение, и мигом выпрямился. Вейла встала вслед за ним. Дункан склонил голову, дожидаясь, что теперь принцесса велит ему уйти. Она вынырнула из омута своих мыслей, и вид ее снова стал весьма расслабленным, оглядела рыцаря с головы до ног. — Ну и что тебе сказал мой отец? — Что?.. Откуда вы?.. — Он слегка растерялся. — Видела, как ты выходишь из кабинета. — Вейла пыталась придать своему голосу легкое безразличие и обыденность, хотя ей было очень интересно узнать, в чем была цель его визита к Деснице. — Его Высочество, Принц Бейлор, оказал мне великую честь. Он выслушал меня и позволил распорядителю игр записать меня на турнир. Я безмерно благодарен ему за доброту. Вейла заулыбалась, услышав, как о ее отце говорят хорошие вещи. — Ну раз сам Бейлор Таргариен одобрил твою кандидатуру, значит, он рассмотрел твой потенциал. Не подведи его. Ее голос стал мягче, на лице читалось одобрение, и Дункан, что минутой ранее был до ужаса взволнован, немного расслабился. — У меня не так много опыта, но я буду храбро сражаться, принцесса. — А если я вручу тебе венок из цветов на турнире, одержишь победу в честь своей принцессы? — спросила Вейла, сделав шаг в сторону мужчины. — Ваше Высочество, если бы я удостоился подобной благосклонности от вас, то во всем Эшфорде не осталось бы и единого сира, кого не одолело бы мое копье. Принцесса широко улыбнулась и опустила глаза от смущения. Множество лордов готовы были поотрывать друг другу головы в схватке за руку и сердце внучки Короля. И даже это осознание всё равно заставляло душу с упоением трепетать от ласковых слов галантного мужчины. — Мои слова лишь блеф. Подобный жест с моей стороны в сторону простого межевого рыцаря вызвал бы большие вопросы. Но ты можешь тешить себя этой фантазией, если это придаст тебе боевого духа. Произнеся эти слова, она развернулась, намереваясь удалиться. — Принцесса! - внезапно окликнул ее Дункан. Девушка слегка удивленно обернулась. А по лицу парня можно было догадаться, что он сам не обдумал свой поступок, прежде чем действовать. Он замолчал на пару секунд, набираясь смелости, пока Вейла испытующе смотрела на него. - Принцесса, после турнира вы с семьей покинете Эшфорд, и мне, возможно, больше никогда не выпадет возможность вновь созерцать ваш чудесный лик. Прошу, не сочтите мои слова за хамство, но... — он запнулся, немного растерявшись. Дункан никогда не славился красноречивостью, и от попыток подобрать самые учтивые слова голова нагревалась. Но? — произнесла девушка. Но могу ли я попросить вас оставить мне что-то в качестве напоминания о себе? Вот... это я и хотел сказать. Уже на половине своей речи он осознал, о каком бесстыдстве говорил. То ли на молодого рыцаря так влияло счастье от появившейся возможности участвовать в турнире, то ли его умственные способности снижались при виде обворожительной дамы. - Невероятно. С каждым разом все нахальнее. Ты всегда такой беспечный или только сегодня? По взгляду трудно было понять степень ее возмущения, и это пугало сильнее всего. Парень и опомниться не успел, как Вейла оказалась совсем близко и чмокнула его в уголок рта. От изумления его глаза раскрылись так широко, что казалось, вот-вот выпадут из орбит. Затем она подняла руку и одним движением достала из прически скромного вида заколку, отчего ее волосы тут же распустились и локонами упали на плечи и грудь. Она взяла ладонь юноши в свою и аккуратно вложила в нее украшение, пока тот, всё еще ошарашенный, стоял как столб. Ее робкий поцелуй оказался столь нежным, что, не испытай он этого опыта в действительности, никогда не поверил бы, что это безобидное прикосновение губ может быть настолько приятным и завораживающим. А кожа ее рук была чуть грубее, чем казалось, должна быть у столь высокородной дамы, но и это прикосновение доставило ему необъяснимый спектр чувств и блаженного упоения, коего он не испытывал ни с одной из немногих женщин из его жизни, даже в моменты, когда они были в более интимных обстоятельствах, чем он находился с принцессой прямо сейчас. — Будь я проклят, если это не сон. Его искренность и чистосердечие обрадовали Вейлу, она напоследок взглянула в его ярко-синие глаза, а потом ушла, на этот раз окончательно.