Измена

Эмили Чарльтон сидела в самолёте, прямо за перегородкой первого класса, и её острый взгляд, привыкший замечать малейшую дисгармонию в оттенке лака, видел всё. Видела, как Миранда, читая отчёт, на долю секунды коснулась тыльной стороны ладони Энди, когда та передавала ей папку. Видела, как Энди подавала Миранде стакан перье с идеальной точностью, зная, сколько там льда, не спрашивая. Видела этот немой, стремительный диалог взглядов, который длился микросекунды, но был полон такой интимности, что у Эмили свело желудок. Она ненавидела Энди с первой же секунды, когда та появилась в их священном пространстве в своих уродливых свитерах. Но теперь ненависть переродилась в нечто гложущее, ядовитое, зелёное. Потому что Эмили отдала «Runway» и Миранде всё: свою молодость, здоровье, социальную жизнь. Она выучила каждый её каприз, каждую причуду. Она готова была на всё ради мимолётной улыбки одобрения. А эта… эта провинциалка из Огайо каким-то образом проникла туда, куда Эмили даже мечтать боялась. За броню. В сердце. В Париже суета поглотила всех. Показы, встречи, бесконечные примерки. Энди, как тень, следовала за Мирандой, предугадывая её желания. А Миранда… Миранда, казалось, светилась изнутри каким-то сдержанным, тайным светом. Особенно когда смотрела на Энди, когда та, запыхавшись, приносила срочно нужные фотографии или умудрялась уговорить капризную манекенщицу выйти на подиум. Именно в ателье, в крошечной комнатке для примерок, всё и раскрылось. Эмили принесла образцы кружева от нового, скандального дизайнера. Дверь была приоткрыта. И она замерла, услышав голоса. «…должны быть осторожнее,» — говорила Энди, и в её голосе звучала непривычная для разговора с боссом нежность. «Я всегда осторожна, Андреа. Это ты… ты своей постоянной готовностью броситься в огонь за меня выдаёшь нас,» — ответил низкий, бархатный голос Миранды. И прозвучал звук, который Эмили знала слишком хорошо — шелест дорогого шёлка, падающего на пол. «Может, я и не хочу прятаться?» — прошептала Энди. «Ты хочешь. Потому что знаешь, что иначе всё рухнет. Как и я». Эмили отпрянула, как от удара током. Она прислонилась к холодной стене, пытаясь перевести дыхание. Догадки были одно, а подтверждение — совсем другое. Это была не просто интрижка. Это были чувства. В её голове зазвучал пронзительный, истеричный звон. Предательство. Со стороны Миранды. Со стороны этой выскочки. Боль, острая и унизительная, переплавилась в ледяную ярость.