Смерть снаружи но жизнь внутри"ШГШ"

Утро пахло дождем и дешевым кофе из школьного автомата. Дима стоял в тени лестничного пролета, наблюдая, как Камран, театрально поправляя гипс, принимает сочувствующие взгляды одноклассников. Наташа шла рядом с ним, словно королева, милостиво кивая тем, кто шепотом осуждал «сына уголовника».В 10:15, на большой перемене, холл взорвался. Дерзкий разыграл партию как по нотам. Он не просто задел Наташу — он вылил стакан сока на её белоснежный дизайнерский жакет и в голос рассмеялся: — Ой, прости, королева! Думал, это мусорка, такая же серая и пустая. Наташа взвизгнула, дежурный учитель бросился разнимать начавшуюся перепалку. Внимание всей школы было приковано к эпицентру скандала. Это был их шанКсюша нашла Камрана у библиотеки. Она выглядела испуганной и растерянной — её лучшая роль. — Камран, подожди! — она схватила его за здоровый локоть. — Дима совсем слетел с катушек, он хочет подбросить тебе что-то в раздевалке... Я не могу в этом участвовать, пошли быстрее, надо забрать твои вещи! В глазах Камрана блеснула жадность и страх. Он не мог допустить, чтобы кто-то рылся в его «сокровищнице». Они почти бежали в пустую раздевалку спортзала.Как только дверь раздевалки захлопнулась, из-за ряда шкафчиков вышел Дима. Ксюша быстро повернула ключ в замке. — Что, «сиротка», рука не болит? — Дима медленно наматывал на кулак кожаный ремешок. — Ты... ты не посмеешь, — заикнулся Камран, пятясь к своему шкафчику №114. — Бабушка тебя уничтожит! — Твоя бабушка узнает правду прямо сейчас. Открывай, — Дима ткнул пальцем в замок. — Нет. — Камран, — Дима сделал шаг вперед, и в его голосе прорезался холодный металл, — я вчера потерял всё: веру матери, репутацию, память об отце. Мне больше нечего терять. Ты откроешь этот шкаф сам, или я открою его твоей головой.Дрожащими пальцами (совершенно здоровыми, как заметила Ксюша, снимавшая всё на телефон) Камран набрал код. Дверца скрипнула. Внутри, за горой учебников, лежала толстая папка и тот самый диктофон. Дима схватил диктофон и нажал «Play». Из динамика раздался голос Наташи: «...просто спровоцируй его, Камран. Нам нужно, чтобы его вышвырнули до конца месяца. Мой отец заплатит за "лечение" твоей руки, только сделай всё правдоподобно». Затем пошли записи разговоров учителей, обсуждение взяток и ответы на тесты по математике.В этот момент в дверь раздевалки начали неистово стучать. — Открывайте! Живо! — это был голос директора и... Алены, мамы Димы. Дима посмотрел на Ксюшу, потом на побледневшего Камрана. — Ну что, перепишем финал? — Дима подошел к двери и распахнул её. На пороге стояла толпа: директор, бабушка Камрана, мама Димы и Наташа, всё еще пытающаяся оттереть пятно с жакета. — Вот он! Опять избивает моего внука! — закричала учительница математики. Дима молча протянул директору диктофон, а маме — папку с ответами на контрольные, которые Камран продавал от её имени. — Посмотрите на его «сломанную» руку, — спокойно сказал Дима. — И послушайте, кто здесь настоящий преступник.