Смерть снаружи но жизнь внутри"ШГШ"

Следующее утро в школе превратилось в настоящий ад. Наташа сработала профессионально: во всех школьных чатах и пабликах разлетелось видео вчерашней потасовки. Снято оно было так, что Дима выглядел озверевшим агрессором, избивающим маленького и беззащитного Камрана. Подписи под видео били в самое больное: «Яблоко от яблони: сын преступника нападает на сироту». — Дима, не смотри телефон, — Ксюша встретила его у входа, её голос дрожал от волнения. — Там такое пишут... Камран сегодня пришел в гипсе на полруки, хотя вчера он этой рукой баллончик держал. Все учителя на его стороне. Его бабушка уже у директора. — Пусть пишут, — Дима сжал зулы так, что на скулах заиграли желваки. Но настоящая беда ждала его не в школе. Когда Дима вернулся домой, он застал свою маму, Алену, на кухне. Она сидела, обхватив голову руками, а напротив неё, с высокомерным видом, сидела бабушка Камрана — учительница математики. — Гены всегда берут своё, Алена, — ледяным тоном говорила учительница. — Твой муж Антон плохо кончил, и Дима идет по той же дорожке. Он напал на сироту. Я добьюсь его исключения и постановки на учет. — Мам, это неправда! Он первый начал! — выкрикнул Дима из коридора. Алена подняла на него глаза, полные слез и разочарования. — Дима, я просила тебя... Только не сегодня. Ты опозорил память отца. Этот упрек ударил сильнее любого кулака. Дима выскочил из квартиры, хлопнув дверью так, что задрожали стены. Ему нужно было действовать, иначе Камран уничтожит его жизнь окончательно. Через час Дима встретился с Дерзким и Ксюшей за старыми гаражами. — Камран — хитрая крыса, — Дерзкий сплюнул и нервно щелкнул зажигалкой. — Я пробил инфу. Он только прикидывается бедным сиротой. Наташа дает ему деньги, которые её предки выделяют на благотворительность, а он за это делает для неё грязную работу: следит за учителями, собирает компромат, перепродает ответы на контрольные. — У него всё в школьном шкафчике, — добавила Ксюша, оглядываясь. — Я видела, как он прятал там конверты и какой-то диктофон. Он шантажирует половину школы, Дима. Если мы найдем этот диктофон, его бабушка-математичка сама его из дома выставит. — Значит, завтра мы устроим ему «контрольную работу», — процедил Дима. — Наташа думает, что она сценарист этой драмы? Мы перепишем финал. Они распределили роли. План был на грани фола: Дерзкий должен был спровоцировать Наташу на публичный скандал в холле, чтобы отвлечь дежурных учителей. Ксюша берет на себя роль «информатора» — она должна заманить Камрана в раздевалку, сделав вид, что готова поговорить с ним наедине. Дима будет ждать внутри. Его задача — не просто побить Камрана, а силой заставить его открыть шкафчик и признаться во всем на камеру. — Рискованно, — шепнула Ксюша, сжимая руку Димы. — Если нас поймают, исключат всех. — У нас нет выбора, — Дима посмотрел ей в глаза, и в его взгляде она увидела ту самую решимость, которая была у его отца. — Он заставил мою мать плакать. Он очернил имя моего папы. Завтра Камран узнает, что бывает, когда загоняешь зверя в угол. Дима обнял Ксюшу, чувствуя её страх и поддержку одновременно. Завтрашний день должен был решить всё: либо он очистит своё имя и останется с ней, либо потеряет всё навсегда.