Ледяной цветок Илтериона

Идея родилась тихо, как всегда, в голове у Тэхёна. Он просто однажды утром, наблюдая, как Чонгук пятый раз за час подходит к окну, чтобы посмотреть на дождь, сказал: — Здесь тебе тесно. И шумно. Квартира в центре города — не лучшее место для постоянного проживания эльфа. Пора домой. Чонгук обернулся, не понимая. — Домой? — Да. Туда, где на постоянной основе живу я и часть клана. — Они твои… — Чонгук поёжился, ему было мерзко и неудобно спрашивать о подобном. Но Тэхён, прочитав его эмоции, быстро всё пресёк. — Дети, любовники? Нет! Странно, что ты только сейчас решил поинтересоваться. У меня нет детей, а любимый только один. Стоит сейчас передо мной и хлопает своими невозможными глазками, — Тэхён приблизился к нему и мягко коснулся прохладными губами скулы, опускаясь ниже, пока не нашёл горячий рот эльфёнка и их языки не сплелись друг с другом в нежном, ласковом поцелуе. — Мой клан не кровный, но предан мне не меньше. Как будет предан и тебе. Они знают о твоём существовании и что я отправился за тобой. Но я умолчал о проблемах, сопутствующих этому. Процесс переезда был похож на стратегическую операцию, сочетавшую военную логистику с капризами драматичной выдры. Пузик, узнав, что снова предстоит куда-то ехать, устроил акцию протеста, залез в самый большой чемодан и отказался выходить, пока Чонгук не пообещал ему озеро с живыми раками и персональную лежанку на солнышке. Корица отнеслась к переезду спокойно. Она всё же ехала домой, проспав всю дорогу в эфирной форме на шее у Тэхёна. Поместье вампира, известное только в узких кругах, так как он тщательно скрывал его местоположение, оказалось не готическим замком, а… гармоничным слиянием архитектурных эпох. Часть — старинный каменный особняк, поросший вековым плющом, другая — современный стеклянный павильон с видом на огромное лесное озеро и горы на горизонте. Здесь не было небоскрёбов, но было небо. Настоящее, огромное, с проплывающими мимо облаками. И здесь были люди. Вернее, существа. Первое, что увидел Чонгук, выйдя из машины, — это масштабный переезд. Все носились туда-сюда, таская вещи, чемоданы и старинные вазы. — Что происходит? — с недоумением поинтересовался Чонгук, глядя на это масштабное копошение. — Клан полностью освобождает правое крыло и переезжает в левое, — спокойно сказал вампир, как само собой разумеющееся и словно это должно было всё объяснить. — А зачем они это делают? — попробовал Гук разведать интересующую его информацию во второй раз. Тэхён спокойно засунул руки в карманы брюк и, так и оставшись стоять на подъездной дорожке и оглядывая поместье, как всегда терпеливо начал всё объяснять: — Пока я был один, мне было глубоко плевать, кто и в каких комнатах проживает, главное, чтобы в моей спальне и кабинете, не было лишних глаз. Но теперь ты полноправный хозяин этого особняка, как и я, и мне показалось неуместным, нахождение посторонних в нашем крыле. Тебе же не хочется каждое утро сталкиваться с кем-то нос к носу в коридоре? — Чонгук лишь неуверенно кивнул головой. — Я постарался максимально изолировать наше пространство. Левое крыло, абсолютно автономно, и тебе не о чем переживать. Твоя комната находится рядом с нашей общей, а дальше по коридору мой кабинет… — Моя комната? — недовольно перебил Чонгук. — Мы что, не будем жить вместе? — Это просто твоё личное пространство, где ты можешь побыть в тишине. Кстати, комната должна быть абсолютно пустой. Займёшься её обустройством, когда будет желание. Тебе не о чем переживать, я сделаю всё, чтобы ты чувствовал себя здесь хорошо. Они вместе направились к дому, взяв только сумку с самым необходимым. Остальные вещи принесут, когда масштабный переезд чуть утихнет. Когда они зашли в своё крыло, челюсть эльфёнка чуть не встретилась с полом. Народу было много, но удивило Гука не это, а то, что здесь были не только вампиры, но и эльфы, гномы и даже оборотни. Поняв причину растерянности эльфёнка, вампир пояснил: — Я и не говорил, что мой клан состоит только из вампиров. Чонгук продолжал в растерянности хлопать глазами, до этого он думал, что станет в этом доме белой вороной. — А Юнги и Хосок, они…? — Нет-нет, они просто друзья. Хосок принадлежит к одному из эльфийских кланов, а Юнги сам по себе. Я предлагал ему вступить под моё крыло, но оно ему не надо. Пока они преодолевали широкий холл и гостиную, все существа, встречавшиеся им на пути, почтительно склоняли голову перед Тэхёном в приветствии. Он же просто здоровался кивком, периодически раздавая поручения. Вампир не выпускал руку Чонгука, направляясь к лестнице на второй этаж, где находились спальни. Как только дверь за ними закрылась, эльф громко выдохнул. — Прости, мой хороший. К вечеру эта часть дома будет пустой — останемся только мы и пара оборотней охраны. Ну и Сокджин — он моя правая рука и может передвигаться по всему дому. Но с ним у тебя вроде дружба? — Да, да, не волнуйся, просто я отвык от такого скопления посторонних существ. — Ты со всеми успеешь познакомиться, но точно не сегодня, а тогда, когда освоишься. А сегодня, начнём с малого — душ после дороги и отдых. Я пойду первым, а тебе сейчас принесут ужин. Как только он закончил говорить, в дверь постучали, и на пороге появился высокий и стройный вампир в самом простом спортивном костюме, с ёжиком на голове и любопытным блеском в глазах. — Лиам, впредь будь добр дождаться, пока я или Чонгук позволим войти, — Тэхён мягко улыбнулся вампиру, видимо, тот был еще совсем мальчишкой. —  Я… простите, просто, — Лиам виновато опустил голову, и Чонгук заметил, что тот лишь в белых носочках. — Я знаю, что тебе всего лишь любопытно, тем более что Гуки твой ровесник. Но давай не забывать, что он отныне хозяин этого дома, а не зверушка в зоопарке. — Чонгуки, это Лиам, самый младший член клана. Хотя теперь уже нет, он старше тебя на два года. Прости его за настойчивость, но он очень тебя ждал, здесь все старше него минимум на сто пятьдесят лет, — Лиам слегка поклонился, но его глаза сверкали задорным блеском, было видно, что ему не терпится утащить Чонгука с собой. — Очень приятно познакомиться, я рад, что буду не один в этой толпе пенсионеров, — усмехнулся Чонгук. — Эй!!! Я всё ещё тут! — вампир недовольно фыркнул, но без злобы. — А ты, — он глянул на притихшего молодого вампира, — Брысь отсюда, Чонгук устал с дороги и ему нужно освоиться. Он найдёт тебя, когда захочет не моего общества. Лиам быстро скрылся за дверью, а Чонгук громко захохотал: — Да ты собственник! — Неправда, просто мне пока самому тебя мало, и тебе и правда стоит отдохнуть. На этих словах Тэхён принялся стаскивать с себя одежду, не стесняясь эльфа и направляясь в душ. Чонгук же принялся за свой ужин. Быстро запихнув в себя содержимое тарелки, он поспешил скинуть с себя толстовку и направился в сторону ванной комнаты, прихватив с собой зубную щётку. В душевой уже вовсю плескался Тэхён. Чонгук с невозмутимым видом встал возле раковины и стал долго и слишком тщательно вычищать свои зубы. Вампир долго пытался сдерживаться, но уловил эмоциональный фон своего мальчика почти сразу: там было и смущение, и стыд, затем и обида, что на него не обращают внимания. Он старался смеяться про себя, но всё же гадал, кто там за дверьми душевой кабины, его выдрочка или она уже уступила место берсерку. Когда дверь с шумом открылась, пропуская внутрь холодный воздух, вывод стал очевиден. И Тэхён поблагодарил свою чуйку, за то, что захватил с собой лубрикант. Его задница заранее чувствовала неприятности. — Ну здравствуй, детка, давно тебя не было. Тэхён здоровался не с Чонгуком, а с тем, кто просыпался в нём при виде обнажённого вампира. Но тому, видимо, было плевать на приличия. Он без слов развернул Тэхёна спиной к себе, грубо и настойчиво начал выцеловывать и прикусывать позвонки вампира. Тэ лишь хмыкнул от такой настойчивости, но Гуку этот смешок, видимо, не понравился. Он резко упал на колени, и одной рукой надавил на поясницу Тэхёну, заставив его выпятить свой зад. Растянув половинки в стороны, Чонгук жадно впился губами в ещё туго сжатое колечко мышц, затем размашисто провёл по нему языком. — ГосподиБожеМой, — на одной ноте выстонал Тэхён, закатывая глаза. — Где же ты понабрался такого? — Но в ответ ему было лишь молчание и жадные, чавкающие звуки его оголодавшего сексуального берсерка. Тэхён уже понял, что когда тот выходит на свободу, болтать он не любит. Ему нужно только брать и чтобы ему подчинялись беспрекословно. В это время горячий язык кончиком проник глубже, совсем немного растягивая стенки. Тэхён млел и таял в руках своего эльфёнка, слушая эти грязные причмокивания снизу. Но было понятно, что долго эта ласка не продлится — Чонгук, как всегда, отвлёк и расслабил его сознание, и уже проталкивал в него палец, продолжая кружить вокруг языком. Но вампира всё устраивало, он подавался назад, стараясь глубже насадиться на палец. Видимо, это послужило негласным сигналом, и его мальчик решил не мелочиться и протолкнуть в него сразу три пальца. Тэхён еле смог сдержать стон, но короткий всхлип всё же вырвался наружу. Он чуть приподнял и отвёл ногу в сторону, чтобы уменьшить напряжение и дать больше доступа этому оголодавшему животному с лицом невинной ромашки. — Блять, Гуки, спокойнее, я никуда не денусь, — Тэхён уже громко стонал, откидывая голову назад, ища хоть секундной передышки от прицельного попадания по уже разбухшей простате. — Если бы хоть кто-то узнал, что ты раскладываешь меня как дикое животное, не поверили бы. Видимо, эти слова были лишними, или задели тонкую душевную организацию эльфа, потому что в следующую секунду он уже стоял на ногах и, подхватив одну ногу вампира под бедром и отводя в сторону, второй рукой приставил к его анусу сочащуюся головку. И тут Тэхёна пробила паника: — Эй, эй, Гуки, тормози! Так нельзя! Лубрикант. На полке стоит лубрикант. Только руку протяни. Гуки!!!! Видимо, отчаянный вопль древнего немного привёл в сознание эльфа, и тот, не глядя на полку, начал шарить по ней рукой, сбивая всё, что не похоже по форме бутылька, на пол. Но вот его рука нащупала нужный предмет, и Тэхён облегчённо выдохнул, когда его бедро снова подхватили, а к анусу прижимался уже смазанный член, который плавно толкнулся в него одним слитным толчком, вырывая из горла стон и похвалу: — Какой же ты большой и послушный мальчик. Но «послушный мальчик» был уже на своей волне, жадно и отчаянно вбиваясь в его податливое тело, периодически нажимая на поясницу для лучшего прогиба и более глубокого входа. Гук грубо целовал его шею, покусывал мочку уха, иногда убирая светлые пряди с глаз, чтобы они вместе с водой, бьющей в его спину, не закрывали глаза. Перехватив ногу удобнее и взявшись второй рукой за тазовую косточку, Чонгук изменил темп, и теперь толчки стали медленными, размашистыми и глубокими — до шлепка яиц о задницу Тэ. Он почти полностью выходил, оставляя внутри лишь головку, а затем размашисто вбивался по основания, вынуждая древнего вампира поскуливать на этом толстом члене. Выпустив талию Тэхёна из рук, Чонгук скользнул вниз к поджавшимся яичкам вампира и чуть сжал их, отчего тот заметался в его руках, не в силах больше терпеть. Тогда Чонгук вышел из него, резко развернул, вновь упал на колени, вобрал член в рот до половины и начал посасывать, жалко постанывая и водя второй рукой по своему колом стоящему члену, доводя до пика их обоих. Тэхён не мог оторвать взгляд от этой картины — Гук сосал так отчаянно, так нуждающе, яростно дроча себе в такт своему рту. Новый скулёж стал последней гранью. Тэхён резко обхватил свой ствол и вытащил его из горячего рта. Сперма брызнула на лицо эльфёнка, пачкая щёки, губы и даже ресницы. Чонгук громко стонал, кончая на пол душевой кабины. Спустя время, когда они отдышались и обычное сознание начало возвращаться к эльфу, он в панике забегал глазами — в них появился странный блеск и влага. Тэхён быстро сориентировался: — Спокойно, спокойно, всё хорошо. Давай поднимем тебя, да? — он начал осторожно поднимать Чонгука, воркуя с ним как с маленьким. — Ты молодец, давай тебя умоем. Взгляд Чонгука продолжал скользить по телу Тэхёна, пытаясь обнаружить следы своей несдержанности. Пока тот аккуратно умывал его лицо. — Всё правда хорошо, не переживай, мне всё понравилось. В нужный момент ты меня услышал, и я даже не наполнен твоей спермой. Считаю — это прогресс. — Я не причинил тебе боли? — Чонгук с недоверием посмотрел в глаза Тэхёну, ища в них подтверждение — Нет, милый, мне нравится твой темперамент. Не спорю, я с таким впервые столкнулся, но главное, что я это контролирую и ты меня слышишь. Ну и то, что нам обоим это нравится, да? — Да? — неуверенно переспросил Чонгук. — Нам нравится? — Да, Гуки, нам всё нравится. Тэхён мягко притянул его к себе и чмокнул в кончик носа, не распаляя вновь, так как второго такого захода он, а точнее его задница, точно не выдержит. Выйдя из душа и натянув на себя только бельё, они не сговариваясь завалились в кровать и просто лежали обнявшись, тихо переговариваясь о жизни в поместье и его обитателях. Так Чонгук узнал, что Лиам сирота, который попал к Тэхёну после небольшой заварушки соседних кланов, его потрёпанного и голодного притащил к ним в дом Сокджин, когда мальчику исполнилось только 30 лет. И что Лиам очень настаивал, чтобы Чонгука привезли гораздо раньше, ведь он тут просто загибался от скуки и учёбы один. Эльф для себя отметил, что завтра же постарается выловить этого парня и узнать всё об обитателях поместья. На следующий день он в сопровождении Тэхёна прошёл в общий зал левого крыла. Там было не очень много народу, видимо, самые приближённые. Рядом, у камина, грела длинные, изящные руки вампиресса Айрин — мастер по древним текстам и ядам. Тэ предупредил, что она очень специфичная особа, и чтобы он не стеснялся ставить её на место при необходимости. Она изучала Чонгука так, словно он был редким манускриптом. — Интересная аура, — промолвила она. — Сплетение невинности и… ледяной стальной нити. Тэхён, ты, как всегда, нашёл самое эксцентричное сокровище. На слове «невинность» Тэхён чуть не подавился. Даже он со своей регенерацией слегка опасался этого мальчика во время страсти. Были и другие. Тихий библиотекарь-гном с очками на пол-лица, хранивший архивы древнего. Пара оборотней — главы охраны, больше похожие на усталых профессоров, чем на свирепых воинов. Это была не толпа. Это был круг. Маленький, замкнутый, невероятно старый и безумно преданный Тэхёну. Сокджина не было видно, он улаживал дела клана, которые они успели запустить, пока решали вопросы с ледяным артефактом. Как и предполагал Чонгук, Лиам оказался очень позитивным и слегка шабутным вампиром, который безумно был рад приезду Гука. Он старался стащить его из-под носа у Тэхёна не один раз, но старший был непреклонен. Юнги, приехавший на «первое испытание местной кухни и винных погребов», оглядел собрание и хмыкнул: — Ну что, коллеги по вечности, кто расскажет самую пикантную историю про нашего дорогого хозяина за последние пятьсот лет? — естественно, все деликатно промолчали. Ужин прошёл… удивительно легко. Никто не смотрел на Чонгука как на диковину или угрозу. Смотрели как на нового, молодого члена их странной, вечной семьи. А когда Пузик, осмелев, стащил со стола серебряную виноградинку и попытался её разбить об пол, гном-библиотекарь только вздохнул и сказал, что в этом доме теперь слишком много молодёжи и к этому стоит привыкнуть. Свою комнату Чонгук обставлял не спеша. Он ездил в магазины с Тэхёном, а когда тот был занят, брал с собой Сокджина или Лиама. Эльф долго и досконально подбирал каждую вещичку, и даже маленькую резную кровать Пузику делали на заказ — как только она была готова, он торжественно притащил в неё своё одеяло, таким образом закончив свой личный переезд. Комната была светлой, с панорамным окном, выходящим на озеро и лес. Полки пока почти пустовали, только одна уже была заставлена книгами по ботанике, истории искусств и основам магии. На отдельной полочке лежали те самые привезённые из пентхауса камешки и ракушки Пузика. В углу стояла мягкая кровать для выдры, простой рабочий стол, удобная светлая софа, рядом с которой стоял круглый кофейный столик, а на противоположной стене расположился экран для проектора. Тэхён стоял на пороге, наблюдая, как Чонгук медленно обходит комнату, касаясь поверхностей. —Теперь здесь пахнет деревом и покоем, — сказал наконец эльф. — И… тобой. Но по-другому. Не как в городе. — Потому что это не крепость и не убежище, — ответил Тэхён. — Это дом. Здесь стены защищают не от врагов, а от ветра. И учат не выживать, а жить. Чонгук подошёл к окну. Где-то внизу, на берегу озера, он увидел свет — то ли фонари, то ли магические огоньки. — Я очень надеюсь найти здесь своё место и дом. — Это и так твой дом. Посмотри, твоя личная комната готова, нашу ты тоже переделал под свои вкусы, вы с Лиамом начали заниматься спортом, чему я очень рад, так как уверен, что поодиночке вам было бы скучно. Заметь, как начали наливаться твои мышцы. Ещё чуть-чуть, и я рядом с тобой перестану выглядеть презентабельно. Ты можешь делать в этом доме всё, что захочешь, разве ты ещё не понял за эти пару месяцев? Учиться. Рисовать. Беспокоить рыб в озере вместе со своим водным террористом. Просто быть. А когда будешь готов — мы начнём настоящее обучение. Как управлять твоим наследием. Как быть тем, кем ты рождён быть — не ключом, а хранителем. И не в одиночку. Чонгук обернулся. В его чёрных глазах отражался свет из окна и что-то новое — не страх перед будущим, а тихое, твёрдое любопытство. — А ты? — Я, — Тэхён сделал шаг вперёд и положил прохладную ладонь ему на голову, — буду здесь. Наставлять. Надоедать. Любить. И следить, чтобы твоя выдра не перерыла весь дом в поисках раков. Как и положено…— Он сделал паузу, подбирая слово, которое две тысячи лет не сходило с его языка. — …любимому вампиру. Но а пока, мне предстоит уехать на пару дней, вы с Сокджином остаётесь за главных. — Ты можешь не ехать? — с надеждой спросил Чонгук, зарываясь носом в его шею. — Нет, мой хороший, я и так долго оттягивал, но это всего на пару дней. Чонгук, зная, что его эмоции читают как открытую книгу, постарался сделать максимально грустное лицо и держать эмоции под контролем, но всё складывалось как нельзя лучше. — Ты не против, если мы с Лиамом прокатимся в город? Мы хотели побродить по магазинам, да и сидеть в четырёх стенах надоело.  Тэхён внимательно посмотрел на него, пытаясь прочесть скрытый смысл. Но не обнаружив ничего подозрительного, просто пожал плечами со словами: — Ты не пленник. Берёте машину, карта у тебя есть, но без охраны и водителя из дома ни ногой, и Лиаму нельзя за руль, как бы он ни просил. — Договорились, — Чонгук подбежал, чмокнул его в щёку и тут же выскочил за дверь с истошным криком. — Лииааам!!! И уже в этот момент Тэхён понял, что они что-то задумали. Три дня тянулись для Тэхёна нестерпимо долго. Рабочие вопросы сидели уже в глотке. Хотелось домой, к своему мальчику, кутать его в своих объятиях и также тонуть в его, теперь уже больших и крепких руках. Чонгук расцветал день ото дня, и никто бы не удивился, если бы его магия проснулась уже сейчас. С его появлением в доме проснулась жизнь, и не только в хозяйском крыле, но и во всём особняке — он словно стряхнул вековую пыль с этого поместья. Возвращаясь домой, Тэхён поймал себя на странном волнении, и чем ближе он подъезжал, тем больше оно разрасталось. Уже зайдя в дом, он понял, что волнение принадлежит вовсе не ему, и тогда он отправился на поиски того, кто старался не попасться ему на глаза. Тихо постучав и услышав разрешение войти, вампир обомлел. Чонгук стоял в своей комнате напротив панорамного окна и, переживая, кусал губу. А переживать было из-за чего. Вместо его белокурого мальчика, напротив него стоял брюнет в футболке с подкатанным с одной стороны рукавом, так как вся рука была в плёнке, под которой умостилось тату… На всю руку, от плеча до предплечья и кисти Вампир аж пошатнулся. Он попытался проморгаться, как так? Его не было дома всего три дня. Бесспорно, Чонгук выглядел потрясающе горячо, но изменения были невероятно контрастными. И Тэхён, ещё не отходя от шока, смог только выдавить из себя: — Что-то еще? — в надежде что больше его ничто не шокирует. И тогда Гук повернулся к нему другим боком, открывая вид на острое ушко, в котором теперь красовалось шесть колечек. Тэхён развернулся придерживаясь за дверной косяк, чтобы не рухнуть он увиденного. — Я пойду, накапаю себе чего-нибудь от головы, а потом вернусь. И придерживаясь за стену, вышел из комнаты, услышав оттуда лишь заливистый громкий смех.