Телоид

Олег всё же вырвался вперёд, закрывая его собой. И это было наихудшим вариантом, потому что тем как раз нужен был телоид, тот и так находился в уязвимом положении. Серёжа сжал его руку, стараясь снова поменяться с ним местами. Но что-то Серёже подсказывало, что Олег не просто так его прикрывает, это не только из-за любви и желания принести себя в жертву, у того скорее всего был какой-то план. Так и получилось. Убивать Олега те бы не решились, им явно тот был нужен живым, поэтому они осторожно подходили к ним. Оружие пришлось опустить, так как, видимо, те боялись, что во время драки Олег может его отобрать и причинить вред. Олег просто стоял замерев, и Разумовский стоял за ним. В следующий момент он почувствовал, как его отталкивают, а Олег быстро и профессионально уходит от захватов наемников и даёт им отпор. Тех было шестеро, но они не могли нападать все слаженнно: Олег их путал, ловко уклонялся и самостоятельно наносил удары, выбивающие их из игры. Подоспевшие два наемника ничего сделать уже не смогли. Со двора слышалась сирена полиции. А Разумовский, не теряя времени, восстанавливал защиту, а также по горячим следам старался поймать хакера, взломавшего его. Все зацепки вели к лаборатории. С точки зрения закона нападение на Олега не считалось таким же страшным, как нападение на человека, телоид скорее котировался вещью, но он был собственностью Разумовского, и вторжение на его территорию, нападение на него, попытка кражи и порчи имущества стало достаточным приговором, чтобы посадить всех этих спецагентов-неудачников в машины и повезти в участок. Серёжа не мог адекватно соображать, поэтому решил, что таблетки сейчас станут его спасением, только тревожность от них не снизилась, она переросла в гнев и на себя в том числе, и особенно на этих людей, которые пытались украсть Олега. Олег сидел рядом молча, и это раздражало. Он был нереально счастлив, что этот человек остался с ним, но чужое поведение всё ещё напрягало. Как Олег мог быть лучше восьми наемников? Что-то с ним было не так. Но всё это перекрывало осознание, что Олега могли отобрать, но вот он сидел здесь рядом. Это прям на слёзы пробивало. Серёжа даже до конца не осознал, что он сейчас чуть не потерял. И он винил в этом себя. Олег, кажется, почувствовал его состояние, Разумовский ощутил прикосновение к его ладони и поднял взгляд. Телоид присел рядом и заставил его повернуться. Серёже было неспокойно на душе, его это изматывало, он наклонился, осторожно утыкаясь лбом в чужое плечо, и несдержанно всхлипнул. Сдерживаться было уже глупо. Эмоции нужно было как-то выпустить. Олег только крепко сжимал его плечи, поглаживал по волосам и громко дышал. Это успокаивало и заземляло. В такие моменты казалось, что Олег — его любимый человек, у Серёжи всё хорошо с головой и он правда влюбился в кого-то реального, и в его голове ничего страшное не сидело. Но это только казалось. Страх проникал в подкорку мозга, что-то чёрное и большое с огненными глазами и мощными крыльями хотело спалить всё вокруг, чтобы защититься. Это он видел чуть ли не каждую ночь, пока его сон не начал оберегать Олег. Теперь это существо хотело защитить и Олега, и на такие действия Сергей был готов, всё это он выпускал наружу, передавая контроль кому-то другому, кто мог бы его их защитить. Ради него он готов был сделать всё, он хотел измениться, быть сильным и больше никому никогда не позволить так застать его врасплох. Разумовский несколько раз проверил защиту, постарался отыскать хакера и даже поймал след. Это он мог бы передать полиции, но он собирался нанести ответный удар и выяснить нужную информацию, чтобы продумать план мести, или стратегию защиты.

***

— Прекрасно, просто прекрасно, Софочка, есть ещё кадры с место действия? Это же насколько удачно прошёл наш эксперимент, у меня просто слов нет. Конечно, наш лабораторный экземпляр доказал свою неработоспособность, откатился к базовым настройкам из-за хорошего к себе отношения, но Разумовский меня поражает, что только стоят отчёты его психотерапевта. Нужно попросить его выписать препарат посильнее. Я чувствую, что он меняется, и его сомнения по поводу нашего лабораторного объекта только усиливают этот эффект. Но присутствие лабораторного объекта затормаживает процесс. Думаю, настало время для нужного толчка, пора лабораторный объект убрать. Я чувствую сильный потенциал в Сергее, вот он точно станет идеальным телоидом. Его личность расслаивается, так даже легче будет убрать чувства. И если убрать чувства и его личность и оставить только острый ум, то он станет идеальным учёным, который даже может помочь нашему проекту. Тогда вот власть над ним будет в наших руках, только для этого он должен забыть, кто он такой. Рубинштейн расхаживал по своему кабинету и размышлял вслух об их последнем удачном проекте. Это было так гениально, его план приводился в исполнение очень долго. И Разумовскому идею взять телоида подкинул тоже он. И все они были подготовлены именно для этого момента. Только вот Олег оказался ущербным. Бывший военный, лишенный чувств, а вместе с этим ПТСР, да и многих других негативных последствий. Как в таком уже не человеке могло зародиться такое чувство? Нужно было дать кого-то более отстраненного и замкнутого, хотя Олег идеально подходил на эту роль. И до своей трансформации он был не самым открытым и доброжелательным человеком. Что же пошло не так? Почему на Разумовского он стал реагировать таким образом? Здесь точно было не просто хорошее отношение с другой стороны. Что-то более сильное в эмоциональном плане зародило в Олеге сомнения. И Рубинштейну предстояло это выяснить и устранить недостаток в своей работе. — Позовите мне Леру, у меня будет для неё задание, — приказал он. Макарова была у них учёным-стажёром, но она занималась кендо и поэтому, обладая прекрасной физической подготовкой, могла выполнять нестандартные и опасные поручения. Это поручение должно было стать переломным. Ему нужно было вернуть Олега, но при отклонении от данного плана того стоило убить на месте. Это Рубинштейн повторил девушке несколько раз и даже выбрал место и время, в которое было бы идеально это совершить. Во время, когда Сергей будет у психотерапевта, если Олег поедет с ним. Тем более психотерапевт был на их стороне и мог даже помочь в осуществлении этого плана. Рубинштейн считал себя гением и верил в успех своего дела. А когда бы Сергей пришёл за Олегом, сидя на более сильных таблетках, он бы и не заметил, как его превращают в безвольную куклу, управляемую эти гениальным доктором.