Молодая жена

      ***Не припомню, чтобы в моих историях когда-то звучали конкретные песни со своей смысловой нагрузкой на текст. В «Жене» их планируется четыре (вроде бы), плюс пятая настроения ради.       ***В данной крохотулишной части было бы неплохо включить нафталиновую «Оду нашей любви» в исполнении Т9.

***

      В школьном фойе ухало от басов ритмичной музыки, на танцполе отплясывали по большей части девчонки, но и пацаны старались не стоять в сторонке. Светомузыка разноцветными лучами дёргалась в ритм веселья, вразнобой освящая всех яркими вспышками. Лену Гуцул заметил недалеко от входа в фойе, та скромно подпирала стенку. Да и не скакать же ей после вчерашнего падения.       — Девушка, а вашей маме зять не нужен? — задорно подкатил к своей жене с самой банальной из всех шуток, которые только пришли в голову.       — Ты где ходил? — Лена явно была рада его возвращению, но вдруг посмотрела очень внимательно. — Весёлый какой-то, загадочный, — повела носом, принюхиваясь, — и пахнет от тебя странно… Чем-то очень знакомым.       — Н-да? Тебе оно знакомо? — засмеялся Игорь, думая, что от него пахнет крепким алкоголем, а жвачка, видимо, не перебивает этот запах. — Гы-гы, окей… Кхм. Нога не болит? — поспешил уточнить, слыша, как очередная песня подходит к концу. — А то я нам медляк заказал, будешь танцевать со мной?       — Почти не болит, уж медляк как-нибудь осилю, — улыбнулась ему Лена.       — Хорошо. Там старая песня, но особенная…       И пока она не зазвучала, парень кинул в рот новую порцию жвачки. Не хотелось, чтобы Ленка решила, что он отбегал в подворотню напиться сомнительного алкоголя. Но духота в помещении тут же дала о себе знать, стало не хватать воздуха, а от ядрёного вкуса мяты резко замутило.       — Ладно… А ты где ходил? И почему вернулся один? — продолжала любопытствовать Лена, а Игорь спешно размышлял, осилит ли он сам этот танец. Мало ему, что физрука оплевал, так ещё и на жену стошнить может. Ведущий начал анонсировать романтическую балладу и настаивать, чтобы мальчишки не стеснялись звать девочек — танцпол не должен пустовать. Опять положение спас Степнов.       — Гуцул, а можно у тебя жену похитить на один танец? — он даже не смотрел на девушку, разрешения спрашивал только у него, её мужа. Игорь подумал, что Ленка однозначно захочет отказаться, но всё же дал добро.       — М-м, ладно, танцуйте. Вам, Виктор Михалыч, я доверяю! — хлопнул учителя по плечу. — Надо присесть, что ли, — сказал он уже самому себе, смотря на удаляющегося учителя с его растерянной женой. Пусть танцуют. — Или… пойду-ка я подышу, — аккуратно ступая, парень направился к выходу, попутно расстраиваясь, что не получилось потанцевать с Леной — вот и заиграли первые аккорды их песни.       «Вдох-выдох, и мы опять играем в любимых,       Пропадаем и тонем в нежности заливах…»       Под настроение композиции ди-джей сменил цветовую пёструю палитру светомузыки на монотонный синий цвет, создающий атмосферу практически интимную. Виктор вёл Лену под локоть в центр танцпола. Ничего страшного ведь нет в том, что тренер потанцует со своей подопечной. Он даже постарается соблюдать с ней чисто пионерскую дистанцию, а его руки на её талии — норма. Что же с ним делает магия новогодних настроений? И эта нежная музыка так вязко обволакивала, когда Лена невесомо положила свои ладони ему на плечи и всё же посмотрела ему в глаза. Сегодня он сразу заметил её в толпе перед началом концерта, трудно было взгляд оторвать. Наверное, вот так и выглядит женственность.       — Ты сегодня очень красивая! — не постеснялся сказать ей.       — Да полноте, куда мне до вас!       Виктор удивился, сколько язвительности было в её ответе.       — Ты комплименты совсем не умеешь принимать?       — Виктор Михайлович, а вам не кажется, что вы себя ведёте не по-мужски? — она явно пошла в наступление. — Все эти намёки да подколы, как-то странно это, вы не находите?       — Это и есть странно, Лена, — согласился с ней, краем глаза поглядывая, не наблюдает ли кто за ними. — А самое главное, это ещё и низко! Но прости, я не знаю, как тут должно быть иначе и как себя вести в такой ситуации. Однако… мне сказал кое-кто, — не стал озвучивать имя Игоря, но обоим было понятно, что речь идёт о нём, — что на подобные шутки ты не обращаешь внимание.       — Очень даже обращаю! Смотря кто шутит. А вы… — и Лена сделала паузу, собираясь с силами, чтобы наконец озвучить терзающую её мысль: — Вы просто нагло пользуетесь тем, как я к вам отношусь!       Виктор на мгновение непонимающе замер, чуть замедлив темп танца и ладонями скользнув к Лениным плечам. Несильно сжал их, всё же сокращая расстояние между их лицами.       — В том-то и дело, что я не знаю, как ты ко мне относишься! — А Лена даже не дёрнулась, взгляд её был каким-то отстранённым и потерянным. — Как ты ко мне относишься?       — На вас я как раз обижаюсь! — и отстранила его от себя, продолжив нападать. — Вы же считаете, что я приключений искала, верно? Не надо отвечать, слушать ничего не хочу. Это ничего не поменяет, — затараторила она отчаянно. — И знаете, я вот что вам скажу: я решила вернуться к Игорю.       — Вернуться? — и вновь он растерялся, нахмурив брови. — Но вы же и так вместе…       Танец продолжился, но повисло молчание, а фоном звучали строки:       «Ты любовь моя, ты печаль моя,       И если вдруг исчезнешь ты, сойду с ума я.       Нет! Ты дорога мне, как первый лучик солнца весной,       И я люблю тебя, и я весь твой».       Игорь же не просто так выбрал эту композицию, он помнил текст, он чувствовал настроение, он представлял её, Лену. А ей было странно танцевать с Виктором под эту песню, она смотрела по сторонам и собралась с мыслями. Внезапно в кружащемся рядом шлейфе она учуяла тот самый знакомый ей запах. О да, этот запах она знает очень хорошо, а однажды — так хорошо, что на собственной коже остался. И как она сразу не сообразила? Ещё и Гуцулу ляпнула. Но почему от него пахло одеколоном Степнова? А почему у Виктора царапина на лице?       — Мы не расходились окончательно, мы просто… притормозили. Из-за меня, — призналась нехотя и, пристально посмотрев в его глаза, ещё тише добавила уже совсем робкое: — И из-за вас, — очередной глубокий вздох. — А сейчас мне стоит вернуться к нему…       — Это то, чего ты на самом деле хочешь?       — И дать ему и нам второй шанс, — закончила Лена свою мысль, словно не слышала вопроса.       — Всё равно его не брошу, потому что он — хороший?       Виктор рассмеялся немного нервно, и Лена поняла, что весь разговор пошёл не по той траектории, на которую он рассчитывал. Разбираться в намерениях его действий не хотелось, и она ещё больше обрела уверенность в своём решении.       — А за что мне его бросать? Мы подходим друг другу. Мы понимаем друг друга. А рядом с вами мне сейчас даже стоять неловко! — сказала, но тут же пожалела, услышав отголоски своего приступа ревности, смешанного с глупой женской обидой на шаблонность мужских вкусов. Не объяснять же ему, что он слишком хорош для неё?       — Да о чём ты вообще? — он остановился. — Ты совсем меня тогда не услышала… Лена… — и он склонился ещё ближе. Даже в полумраке было видно, что он рассержен, и чуть ли не по слогам начал проговаривать, как маленькой: — Я тебя попросил разобраться в себе, а не всё за всех решать. Ты эту разницу понимаешь? Давай мы с тобой просто поговорим?       Лена не ответила, а вновь возобновила их танец, чтобы не привлекать внимание окружающих. Они и так слишком много себе позволяют. Если кто-то из любопытства наблюдает за ними, то ему обязательно покажется неоднозначным и эмоциональный окрас их беседы, и все эти взгляды с то и дело сокращающейся дистанцией.       — Не думаю, что нам есть, о чём разговаривать. И да, меня раздражают ваши шутки, — вновь обозначила она. — А ещё меня нервирует, что вы с Игорем корешитесь, я постоянно от вас подвоха жду!       — Ты всерьёз думаешь, что я сделаю что-то, что навредит тебе? — досада в его голосе была настолько явной, что Лена не могла и дальше вести этот диалог. Пугало, что она вновь теряет контроль над ситуацией, когда всё уже решено.       «Жить без бед нельзя, да я и не хочу!       И если что случится, то ты прижмёшь к плечу,       Залечишь раны, радостью подменишь печаль,       Дашь поцелуй мне, и светлой станет даль.       Пройдёт боль, и счастье утопит меня,       Счастье быть с тобой, только тебя любя.       И будут лететь годы, осушая воды,       Храня бережно нашей любви оду».       — Лена… Леночка… Посмотри на меня, — Виктор сцепил в замок руки на её талии, боясь, что именно сейчас она уйдёт. Да и плевать, если кто видит, не целоваться же он к ней лезет! Столько вывалила на него за эти несчастные пару минут, сколько он не получил от неё и за последние полтора месяца. От водоворота мыслей и сокрушительности выводов голова шла кругом. Или она не понимает, что и он к ней совсем неровно дышит?       «Вдох-выдох, вдох-выдох».       — Спасибо вам за танец, но я пойду, у меня нога болит, — осторожно вырвалась из его объятий и растворилась в толпе перетаптывающихся с ноги на ногу учеников.              «Ну где же ты, Гуцул?» — думала Лена, слоняясь по школьным коридорам. И когда она взяла мобильный в руки, чтобы набрать ему, на экране как раз высветилось его имя. Сказал, что плохо себя чувствует и, обещав всё объяснить, попросил забрать их куртки и идти к воротам школы, где он её сейчас ждёт. Что же, всё как она и хотела: дискотека только успела начаться, а она уже уходит домой с мужем. К кому домой?