// AL1C3.cor███ted

      Она не постучала. Просто толкнула дверь плечом — та была не заперта. Внутри — полумрак, запах пота, алкоголя и чего-то сладковатого. Кушетка широкая, на ней трое: Лукас посередине, Мия сверху, Сара сбоку. Одежда разбросана по полу, тела блестят от пота, дыхание тяжёлое, но уже замедляющееся. Мия только что откинула волосы с лица, Сара лежала щекой на груди Лукаса, пальцы всё ещё переплетены с его.       Все трое разом повернули головы. Мия замерла — глаза расширились. — Алис?       Сара приподнялась на локте, попыталась прикрыться простынёй — рефлекторно, хотя было уже поздно.       Лукас сел — резко, но без паники. Запястья мигнули зелёным — ярко, потом мягче.       Алис стояла в дверях, не заходя полностью. Руки скрещены на груди, улыбка — та самая, с оскалом демона, который Тайлер видел в клубе. — Не буду мешать, — произнесла она спокойно. — Просто пришла сказать, что вечер стал интереснее. Корпоративные войны. Кто-то ищет одну старую куклу. И похоже, знает, где она.       Она посмотрела прямо на Лукаса — без намёка, без нажима, но так, что он понял: речь о Нове.       Тайлер за её спиной тихо присвистнул. — Куклу? Какую куклу?       Алис не ответила ему. Только шагнула внутрь, и закрыла дверь за собой и Тайлером. Прошла к кушетке, остановилась в двух шагах от неё. Взгляд прошёлся по троице — медленно, без смущения, без осуждения. Мия замерла, всё ещё сидя верхом на Лукасе, руки на его плечах, щёки вспыхнули румянцем. Сара приподнялась на локте, простыня сползла до талии, она ерзала, пытаясь прикрыться.       Лукас смотрел на Алис снизу вверх — дыхание ещё не выровнялось, но глаза уже осмысленные. — Если можете говорить, — произнесла Алис спокойно, глядя прямо на него, — то можете не останавливаться. В общем, тут есть мутный тип, который очень хочет получить Нову. Готов купить или прийти забрать силой. Ты за какой вариант? Я за второй, с попкорном и спецэффектами.       Она врывается как ни в чём не бывало и говорит о кукле. Как будто не имеет никакого представления о стеснении и личных границах. При этом — наедине может быть поддерживающей и почти нежной. Эти перемены... пугают? раздражают? притягивают.       Улыбка на её лице растянулась — медленно, почти нежно, но в ней было столько обещаний, что воздух в комнате будто потяжелел. Она улыбалась не Лукасу, а тем, кто решит прийти. И эта улыбка не обещала ничего хорошего.       Мия тихо выдохнула, слезла с Лукаса, потянулась за платьем. Пальцы дрожали — не от страха, а от внезапного возвращения в реальность. — Нова? — переспросила она, натягивая ткань через голову.       Сара села, завернулась в простыню плотнее. — Кто хочет её забрать? И зачем?       Тайлер стоял у двери, руки в карманах, брови подняты. — Подожди. У Лукаса есть кукла? Настоящая Beta 4.2?       Лукас медленно сел. Запястья мигнули желтым — коротко, резко. Он потёр лицо ладонью, будто стряхивая остатки сна. — Да. Есть. В спальне. Она… просто стоит, — голос вышел хриплый, почти оправдывающийся. — Я её не трогал толком. Только… лежал рядом иногда.       Алис кивнула — будто это и так было понятно. — Этот тип — Кейн. Бывший военный, работает на кого-то из больших. Говорит, что в Нове есть баг, который делает её особенной. Не сказал, какой именно. Только что «если не продашь — заберём силой».       Лукас посмотрел на неё долго. Потом перевёл взгляд на Мию и Сару — те молчали, но уже не отводили глаз. — Купить… — повторил он тихо. — Сколько?       Алис пожала плечами. — Не называл цифру. Но если он готов ломать двери — значит, для него деньги не так уж и важны. Это что-то большее.       Они хотят её не как игрушку. Хотят, потому что она… другая. А я даже не заметила когда смотрела ее прошивку. Какого чёрта?       Лукас медленно выдохнул. — Тогда второй вариант. Пусть приходят.       Алис улыбнулась шире, с несдерживаемым азартом и предвкушением. — Хорошо. Тогда поехали домой. Посмотрим, кто придёт первым.       Она повернулась к двери, открыла её. — Одевайтесь. Машина внизу. И да — сегодня никто не спит один.       Мия и Сара начали собирать одежду — быстро, без лишних слов. Тайлер всё ещё стоял у стены, глядя на них всех по очереди. — Подождите. Вы серьёзно? Корпоративные войны? Из-за куклы?       Алис посмотрела на него через плечо. — Из-за куклы, которая не захотела быть просто куклой. Пошли.       Алис вышла из лифта первой, Тайлер за ней, Лукас, Мия и Сара — следом, уже одетые, но всё ещё растрёпанные, с красными пятнами на шеях и щеках. В общем зале музыка гремела, дым висел плотнее, чем раньше. Алис не сбавила шаг — шла к выходу, взгляд скользил по толпе, выискивая знакомый силуэт у дальней стены.       Кейн стоял там же — не прятался, но и не лез вперёд. Руки в карманах, взгляд на сцене, но когда она прошла мимо, он повернул голову. Алис поймала его взгляд — на долю секунды, точнее, взгляд его голомаски военного образца, просто размытый контур вместо лица. Подняла правую руку, сложила пальцы в кулак, средний палец встал торчком. Жест короткий, чёткий, без лишней драмы. Кейн только чуть кивнул — будто принял вызов.       Она отвернулась и вышла на улицу. Дождь кончился, асфальт блестел под фонарями. Внедорожник стоял у черного входа, автопилот мигал зелёным. Джейк повернулся, когда дверь открылась. — Ну наконец-то! Я думал, вы там навсегда застряли. Где все?       Алис села на свободное место, потянула Лукаса за руку, потом Мию и Сару — все влезли, тесно, но поместились. Дверь закрылась. — Все здесь, — ответила она. — Джейк, поехали. Домой.       Машина тронулась плавно, свернула вверх по уровням.       Алис посмотрела на всех по очереди. — Это дело пахнет горячим, — произнесла она спокойно, без повышения голоса. — Возможно, всем непричастным стоит свалить. Но возможно, вы будете вторичными целями для атаки. Хуй знает, как лучше поступить.       Машина поднималась по уровням, свет фонарей скользил по мокрым стёклам, отражаясь в лицах пассажиров. Алис только что закончила фразу про «вторичные цели», и в салоне повисла тишина — густая, вязкая, как дым из клуба.       Мия первой нарушила её — голос тонкий, срывающийся, руки задрожали, когда она вцепилась в подлокотник. — Погоди… вторичные цели? То есть если кто-то придёт за этой… Новой, то нас тоже могут… — она не договорила, только сглотнула, глаза заблестели от слёз. — Я думала, это просто шутка. Корпоративный понт. А теперь выходит, что нас могут убить? Чёрт, у меня завтра съёмка, я не могу просто исчезнуть!       Сара сидела напротив, колени сведены, пальцы стиснуты на сумочке так, что костяшки побелели, взгляд метался по салону, будто ища выход. — Я не подписывалась на это, — произнесла она тихо, но твёрдо, с ноткой отчаяния. — У меня кредит на импланты. Я… я не боец. Я просто хотела потусить. — Она посмотрела на Алис, потом на Мию с лёгкой завистью, как на ту, что всегда в центре, и сглотнула. — Ты же можешь сказать этому Кейну, что куклы нет? Что мы ничего не знаем?       Джейк повернулся всем телом, ремень безопасности скрипнул, он хлопнул ладонью по приборной панели, пытаясь разрядить воздух грубой шуткой. — Серьёзно? Корпоративные войны? Из-за куклы? — Он засмеялся — громко, нервно, но с ноткой истерики. — Мой папа меня убьёт, если узнает. Он и так думает, что я трачу слишком много на клубы. А тут ещё и наёмники. Ха, представьте: я в гробу, а он на могиле: «Я же говорил, не связывайся с этим сбродом!» Хотя… если она такая ценная, может, просто отдадим? Сколько он предлагает? Я бы сам купил, если б не знал, что это бомба с тикающим таймером!       Тайлер откинулся на сиденье, телефон в руках, экран уже погас, он тихо наблюдал за всеми, пальцы сжались на корпусе, но голос вышел ровным, точным. — Я снимаю контент, а не воюю, — сказал он, с лёгким дрожанием в конце. — Если придут с оружием — я свалю. Сразу. У меня нет имплантов, которые выдержат пулю. И желания стать новостью в разделе «пропавшие без вести» тоже нет. Но… это же Элит-Сити, здесь не должно быть такого дерьма.       Лукас молчал дольше всех. Запястья мигали жёлтым — коротко, резко, потом медленно переходили в зелёный.       Если скажу «нет» — значит опять прячусь. Опять жду, пока кто-то меня спасёт. А она… она не спасает. Она просто делает то, что считает нужным. И я уже не знаю, страшно мне от этого или спокойно.       Он медленно выдохнул. — Они правда придут? — спросил он тихо, глядя на Алис.       Она встретила его взгляд прямо. — Придут. Кейн не блефовал. Он знает номер модели. Знает адрес. И знает, что она у тебя.       Мия всхлипнула — коротко, почти беззвучно, прижалась к Лукасу, лицо побелело, она огляделась, будто ожидая, что наёмники вот-вот выскочат из теней за окном. — Я не хочу умирать из-за какой-то куклы. Я даже не знала, что она у тебя есть. Чёрт, это же конец, полный конец!       Сара кивнула — резко, руки задрожали, она сжала сумочку сильнее, взгляд упёрся в пол. — Я тоже. Я ухожу. Прямо сейчас. Высадите меня у ближайшего выхода. Я вызову такси и уеду домой. И забуду всё, что видела.       Алис не спорила. Только кивнула Джейку — машина плавно свернула к ближайшему уровню. — Выходи, если хочешь, — сказала она Саре. — Но они знают, что ты была здесь, могут прийти и за тобой. Как за свидетелем или за рычагом против Лукаса. Решай сама.       Сара замерла. Пальцы на сумочке сжались ещё сильнее. Она посмотрела в окно — на мокрый асфальт, на неон, который отражался в лужах размытыми пятнами. Потом медленно выдохнула, плечи поникли в скованной покорности. — Я… останусь. Но если станет совсем плохо — я свалю. Без разговоров.       Двери открылись. Сара не вышла. Двери закрылись.       Джейк хмыкнул — уже без смеха, но с нервным хлопком по колену. — Ну всё. Теперь мы официально в деле. Папа меня точно убьёт. Ха, может, лучше наёмники — быстрее будет!       Тайлер включил телефон — камера не работала, но он просто держал его в руках, как талисман, пальцы слегка дрожали. — Я останусь. Но только потому, что это будет самый странный контент в моей жизни. Если выживу, чтобы его смонтировать.       Мия прижалась к Лукасу. — Я тоже. Но мне страшно. Боже, как страшно…       Лукас обнял её одной рукой — молча. Посмотрел на Алис. — Тогда домой.       Алис мотнула головой. — Нет. Не сразу домой. У нас есть небольшое окно, чтобы затариться. Где тут стволы можно купить по дешевке?       Тишина в салоне стала ещё гуще. Джейк повернулся так резко, что ремень снова скрипнул. — Стволы? — переспросил он, будто услышал не то слово. — Ты серьёзно? Мы только что из клуба, а ты уже про оружие?       Мия вжалась в сиденье, пальцы вцепились в рукав Лукаса. — Алис… ты же не думаешь, что они правда придут с пистолетами? Это же не кино. Это… это Элит-Сити.       Сара молчала, только смотрела в пол. Тайлер вытащил телефон — экран мигнул, но он не включил камеру. — В Нижнем Кольцевом есть пара точек, — сказал он тихо, почти шёпотом. — Неофициальные. Через знакомых. Но там недешево. И небезопасно. Если нас засекут — потом не отмоемся.       Алис посмотрела на всех как на любимых, но умственно отсталых родственников. — Ясное дело — стволы! А чем вы отбиваться планировали? Селфи и улыбками? Адрес шопов?       Тайлер помялся, потом кивнул. — Уровень минус семь. Переулок за старым терминалом метро. Там парень по имени Рик — торгует из-под полы. Старые модели, ничего сверхнового, но бьёт. Только наличкой. И без вопросов.       Джейк присвистнул. — Рик? Тот, который в прошлом году продал дробовик моему другу? Слушай, если мы туда поедем — я пас. У меня папа узнает — и мне конец. Но… если надо, могу перевести бабки. Только скажите сколько.       Лукас молчал. Запястья мигнули жёлтым — коротко, потом зелёным.       Он медленно выдохнул. — Едем. К Рику.       Мия тихо всхлипнула. — Я не хочу стрелять. Я даже не умею.       Сара посмотрела на неё, потом на Алис. — А если мы просто отдадим куклу? Всё закончится.       Алис повернула голову медленно, взгляд скользнул по лицам, как лазерный прицел. — Закончится. Точнее закончилось бы, но мы уже отказались, и не уверена, что можно сдать назад.       Сара замолчала. Пальцы на сумочке сжались до белых костяшек.       Машина спускалась ниже. Неон за окнами становился грязнее, стены темнее, пропитанные влагой и копотью. Уровень минус семь встретил запахом ржавчины и горелой проводки, который пробирался в салон, как дым от дешёвого костра.       Алис посмотрела на Лукаса. — Ты уверен в своем решении?       Он кивнул коротко. — Уверен.       Она положила руку ему на колено — сжала сильно, почти до синяка, но в этом жесте сквозила странная забота, стирающая грань между защитой и угрозой. — Тогда держись.       Машина остановилась у неприметного переулка. Двери открылись. Холодный воздух ударил в лицо, неся с собой привкус металла и гнили.       Алис вышла — ботинки глухо стукнули по мокрому асфальту. Она огляделась: тусклый фонарь мигал над входом в заброшенный терминал метро, стены покрыты облупившейся краской и свежими тегами, которые казались ранами на бетоне. Ни души. Только эхо далёкого шума. — Сидите и не отсвечивайте, — бросила она через плечо, не оборачиваясь. — Раз репутация так волнует. Кэш мне. Я пошла шоппиться по-интересному. Может, даже с дисконтом на пули.       Джейк протянул ей толстую пачку кредитов — наличка, свежие, ещё хрустящие. Алис взяла не считая, сунула в карман брюк. — Сколько? — спросил он, голос слегка дрогнул. — Сколько нужно, — ответила она коротко. — Если мало — скажу.       Она пошла в переулок — шаг ровный, уверенный, руки в карманах. Маска демона на всех камерах (а их тут было мало, но всё же) оскаливалась шире обычного.       В салоне повисла тишина. Мия прижалась к Лукасу, пальцы впились в его рукав, оставляя следы. — Она правда пойдёт покупать оружие? — прошептала она, глаза расширились.       Лукас смотрел вслед Алис, пока та не скрылась за углом.       Она не шутит. И эта грань между программой и реальностью пугает, но притягивает — как будто она больше чем код. — Да, — ответил он тихо. — Правда.       Сара сидела, обхватив себя руками, плечи сгорбились. — А мы просто будем сидеть?       Тайлер пожал плечами, мимика выдавала лёгкую трусость. — А что ты предлагаешь? Ворваться с голыми руками?       Джейк хмыкнул нервно, пытаясь разрядить атмосферу, но вышло вымученно. — Я пас. Но если она вернётся с дробовиком — я первый скажу «круто». Хотя, чёрт, это же не вечеринка с фейерверками.       Алис свернула за угол. Переулок сузился, фонари исчезли совсем. Только тусклый жёлтый свет от старого терминала метро пробивался сквозь трещины в бетоне. У неприметной двери зажегся видео-интерком. — Кейн сказал, ты можешь прийти, — произнёс он тихо. — Что нужно?       Алис остановилась в двух шагах. Руки в карманах, поза расслабленная, но взгляд тяжёлый, как свинец. — Крупный калибр. Пистолеты. Дробовики. ПП. Что-то, что бьёт сильно и быстро. Без лишних вопросов. — Деньги есть?       Она вытащила пачку, показала в камеру. — Заходи.       Дверь открылась с лёгким скрипом. Внутри — тесный подвал, стеллажи с оружием, запах машинного масла и пороха, от которого у человека першило бы в горле. Рик — худощавый мужчина неопределенного возраста, с лицом, изборожденным морщинами — прошёл вдоль рядов, вытащил три вещи и положил на прилавок с глухим стуком. — Desert Eagle .50 AE. Тяжёлый, но бьёт как грузовик. — Benelli M4 — дробовик, полуавтомат, надёжный, как старая мать. — MP5K — компактный ПП, скорострельный, для ближнего. Не промажешь.       Алис взяла Desert Eagle — холодный, тяжёлый, удобно лёг в ладонь. Провела пальцем по стволу, будто проверяя пульс. — Сколько за всё?       Рик назвал цену — высокую, но не грабительскую. Она отсчитала кредиты, добавила сверху пачку, не глядя. — Ещё патроны. Много. Бронебойные, зажигательные — по две коробки каждого.       Он кивнул, принёс коробки, сложил в большую сумку. Металл звякнул глухо. — Удачи. Если что — не говори, где брала.       Алис не ответила. Перекинула ремень сумки через плечо — тяжесть приятно оттянула вниз. Повернулась к нему медленно. Глаза сузились — красные, без единой искры тепла. — Тебе чертовски повезло, что у меня буквально стальные нервы, — произнесла она тихо, почти шепотом, но каждое слово падало тяжело. — Лучше не говори никому, что ты дружишь с тем, против кого пришли покупать пушки.       Рик замер. Руки, только что державшие пачку, повисли вдоль тела. Он открыл рот — и закрыл.       Алис шагнула ближе. Теперь между ними оставался один вдох. Она наклонила голову, глядя сверху вниз, хотя рост позволял смотреть почти на равных. — Как мне теперь тебе верить, а, Рикки? — голос ровный, без повышения, но от него стыло в позвоночнике. — И как он тебе так быстро сказал, что я еду к тебе? Мы же с ним полчаса назад говорили всего?       Рик сглотнул. Кадык дёрнулся. Он отступил на полшага — спина упёрлась в стеллаж. — Я… я не знаю, о чём ты, — выдавил он. — Никто мне ничего не говорил. Ты пришла — я продал. Всё.       Алис не моргнула. Только улыбнулась медленно, неприятно, будто нашла в его лице что-то очень забавное. — Никто не говорил? А как же «Кейн сказал, ты можешь прийти»? — процитировала она, передразнивая его манеру слегка жевать слова.       Рик отвёл взгляд — на секунду, но этого хватило.       Она наклонилась ещё ближе. Теперь их лица, казалось, соприкасались, несмотря на разделяющую их стальную сетку. — Знаю. Только вот Кейн знал, что я пойду именно к тебе. Знал куда. Знал, что мне понадобятся стволы.       Она выпрямилась. Улыбка исчезла. — Рикки. Что ты скрываешь?       Он молчал. Дыхание стало чаще. Пальцы задрожали. Алис ждала. Не торопила. Просто стояла и смотрела. Наконец Рик выдохнул коротко, почти болезненно. — Он был здесь. Час назад. Сказал, что если придёт женщина с маской демона — продать всё, что попросит. И… позвонить ему, когда она уйдёт.       Алис не шевельнулась. Только глаза чуть расширились — на долю секунды. — Позвонить ему.       Рик кивнул резко, как будто голова сама дёрнулась. — Я не позвонил. Пока. Думал… может, не она. Может, совпадение.       Алис печально поцокала языком. — То есть ты позвонишь, расскажешь, что мы взяли, и у нас не получится сюрприза? Как грустно, Рикки… звучит так, будто мне стоит тебя кончить и просто забрать всё. Заодно очистить улицы от лишнего железа.       Голос тихий, почти ласковый, будто она действительно сожалела. Но глаза оставались пустыми. Поза расслабленная, руки опущены, только пальцы чуть шевелились — прикидывая траекторию.       Рик открыл рот — губы задрожали, слова полезли комом. — Нет, я… послушай, я просто продаю, я не с ними, я никому ничего не скажу, клянусь, я…       Алис слушала ровно три секунды. Потом вздохнула коротко, устало. Сумка тяжело упала на пол — глухой удар металла о бетон.       Мгновенный рывок. Рука мелькнула — не как удар, а как будто она просто протянула её вперёд. Пальцы прошли сквозь защитную сетку — тонкую, но прочную решётку, которой он отгораживался от покупателей. Металл хрустнул, сетка разошлась клочьями, как мокрая бумага.       Кулак вошёл в голову Рика — прямо в переносицу. Не с размаху. Просто вошёл. Кость треснула сухо, как старая ветка. Глаза закатились, тело осело — сначала на колени, потом на бок. Кровь потекла из носа и рта — густая, тёмная.       Алис стояла над ним. Рука в крови до запястья. Дыхание ровное. — Червь. Думал, что сможет продать меня дважды.       Она наклонилась, вытащила из его кармана телефон — старый, потрёпанный, экран треснутый. Последний звонок — номер без имени, тридцать семь минут назад. Раздавила аппарат каблуком — хруст пластика, треск стекла.       Потом подняла сумку, перекинула через плечо. Но остановилась. Посмотрела на Рика — тот всё ещё дышал, хрипло, прерывисто. Чуть наклонила голову, будто прислушиваясь к чему-то внутри. — Рикки, Рикки… ты же не думал, что я уйду, не посмотрев всё?       Она шагнула обратно к прилавку, несколькими рывками оторвала перегородку и перемахнула через прилавок к стеллажам. Пальцы пробежали по металлу — холодному, маслянистому. Глаза скользили по рядам: пистолеты, дробовики, коробки с патронами, гранаты, что-то похожее на самодельные заряды.       Взяла тяжёлый кейс — внутри Barrett M82, пятидесятый калибр, с оптикой и сошками. Провела ладонью по стволу — длинному, чёрному. Улыбка медленно расползлась — счастливая, почти детская.       Дальше — коробки с боеприпасами: бронебойные, зажигательные, фосфорные. Отобрала по две пачки каждого. Потом рюкзак с пластидом, детонаторами и парой противопехотных мин — старых, но рабочих. Ещё один кейс — с MP5SD, глушителем и тремя магазинами. Дробовик Benelli уже в руках. Glock 19 с удлинённым магазином. И еще всякое по мелочи. Оружие не самое современное, но функции свои выполняет. Всё аккуратно укладывалось в четыре большие сумки — тяжёлые, но она подняла их без видимого усилия.       Последний взгляд на Рика. Он дышал слабо. Алис присела на корточки рядом. — Последняя распродажа, Рикки, — сказала тихо, почти ласково. — Спасибо за скидку.       Она встала, обшарила его карманы, прилавок. Несколько пачек купюр полетели в одну из сумок. Вышла, не закрывая дверь.       К внедорожнику Алис вернулась с четырьмя сумками — две на плечах, две в руках. На правом плече висел длинный чехол с Barrett, тяжёлый, как обещание расплаты. На лице — счастливая улыбка, от которой даже грязный неон вокруг казался бледнее.       Дверь открылась. Сумки тяжело упали на пол салона и в багажник, металл звякнул. Алис села, захлопнула дверь.       Мия нарушила тишину первой — голос дрожал. — Это… всё?       Алис повернула голову — улыбка не исчезла. — У Рика была последняя распродажа. Скидка за скорость.       Лукас смотрел на чехол с Barrett. Запястья мигали зелёным — ровно, почти нагло.       Она принесла войну. И улыбается, как будто купила мороженое. А я сижу и думаю: хорошо, что она на нашей стороне.       Джейк кашлянул — нервно, но с попыткой пошутить. — Ты… это всё для нас? Или просто решила прикупить коллекцию на чёрный день?       Машина тронулась. — Для тех, кто придёт. Если придут. А если нет — значит, Рикки зря умер.       Тайлер тихо выдохнул, пальцы сжали телефон. — Он… мёртв?       Алис посмотрела на него спокойно, почти нежно. — Был жив, когда я уходила. Но не думаю, что надолго. У него слабое сердце… и слабая челюсть.       Машина поднималась по уровням — медленно, будто автопилот тоже чувствовал тяжесть внутри салона. Никто больше не спрашивал. Только дыхание, стук сердца и тихий гул мотора.       Мия прижималась к Лукасу всем телом — мелко дрожала, но слёз не было. Пальцы впились в рукав так, что ткань собралась складками.       Сара сидела напротив, колени сведены, руки на сумочке — пальцы белые от напряжения. Она смотрела в окно, но ничего не видела.       Джейк сидел впереди, спиной к остальным. Пальцы барабанили по бедру — быстро, нервно.       Тайлер держал телефон в руках — экран погас, но пальцы всё равно гладили его края.       Алис откинулась на сиденье. Улыбка всё ещё играла в уголках губ.       Пусть приходят. Теперь у меня есть, чем их встретить. А ещё есть толпа гражданских, которых надо прикрывать. Никто не обещал, что будет только веселье.       Машина въехала в подземный гараж башни Aurora Residences. Двери открылись с тихим шипением. Алис вышла первой — сумки в руках, чехол на плече. Остальные вывалились следом — молча, как будто воздух в салоне отнял у них слова.       Она прошла к лифту, не оглядываясь. В лифте повернулась к ним всем разом. — Кто верит в их добрые намерения — на выход до того, как я заминирую входную дверь.       Голос ровный, деловой, без насмешки. Только факт.       Никто не вышел. Даже Джейк, который всю дорогу твердил про отца, просто стоял и смотрел в пол.       Лифт остановился на сорок седьмом. Двери разъехались. Алис шагнула первой. — Квартира большая. Входов три: главный, балконный, технический люк в гардеробной. Окна на сорок седьмом — могут полезть с дронами или верёвками.       Она прошла в гостиную, сбросила сумки на пол. Открыла первую — вытащила клейморы, противопехотные мины, детонаторы, моток провода. — Мия, Сара — держите погремушки. Не трясите. — Сунула им по мине. — Джейк, Тайлер! Набейте магазины.       Мия взяла — руки дрожали. Парни несколько растеряно взяли коробки с патронами и магазины от оружия.       Лукас замялся, но тоже присоединился. — Я… я не знаю, как… — Не надо знать. Просто держи. Я сама поставлю.       Алис двигалась быстро, точно. Сначала дверь — приоткрыла, присела, прикрепила мину к нижней части полотна. шнур детонатора подвела к косяку, замаскировала под плинтус. Потом балкон — клеймор на подоконнике, направленный наружу и слегка вверх, радиодетонатор.       Технический люк в гардеробной — ещё одна мина, плюс граната с чекой на верёвке.       Нова стояла в спальне — глаза закрыты, подсветка радужки едва заметна. Алис подошла, открыла шкаф, завела её внутрь — аккуратно, почти бережно. — Если прорвутся — хоть не получат, чего хотят.       Прикрепила к внутренней стороне дверцы шкафа мину, шнур от взрывателя дала держать самой Нове, вторую дверцу шкафа заблокировала щеколдой.       Потом оружие. Desert Eagle — на журнальный столик в гостиной. Benelli — за диваном в углу. MP5K — под кухонным островом. Ещё пистолеты — по одному в коридоре, в спальне, у балкона. Патроны рассовала по ящикам, под подушки, в карманы курток.       Джейк прислонился к стене, вщелкивая патроны в магазин ПП. — Ты точно уверена, что они полезут?       Алис не подняла головы — проверяла детонаторы. — Если Кейн сказал, что придёт — значит, придёт. А если нет — значит, мы просто хорошо подготовились к вечеринке.       Тайлер сидел на диване, вертя в руке заряженный магазин от Глока. — А если полиция?       Алис наконец выпрямилась. Посмотрела на него спокойно, почти ласково. — Полиция в Элит-Сити не полезет в пентхаус Хейза без ордера. А ордер им никто не даст. Так что если что-то и начнётся — начнётся тихо.       Потом любовно взяла чехол Barrett и начала собирать, проверяя каждую деталь, а то может крайне неловко выйти, если при первом же выстреле рванет затвор. — Кто не готов — может уйти. Сейчас. Потом будет поздно.       Мия посмотрела на Сару. Сара посмотрела на Мию. Потом обе перевели взгляд на Лукаса.       Лукас медленно кивнул. — Никто не уходит.       Алис улыбнулась — коротко, без тепла. — Тогда все на места. И без паники. Они ещё не пришли.       Алис стояла посреди гостиной — Barrett закинут на плечо как дубина, глаза полуприкрыты, тело расслаблено, но готово к рывку. Она повернулась к остальным — медленно, без лишней спешки. — Ваша главная задача — не мешать мне. Самое безопасное место — ванная комната. Толстая дверь, одна точка входа. Сидите там. Каждому по Глоку. Если кто-то войдёт кроме меня — наводи́те и стреляйте. Не попадёте — хотя бы шум поднимете. Всё ясно?       Мия сидела на диване, колени подтянуты к груди. Посмотрела на пистолет, который Алис положила перед ней на столик — чёрный, тяжёлый, чужой. Протянула руку — пальцы дрожали, но обхватила рукоять. — А если я не смогу? — спросила тихо, почти шёпотом.       Алис не смягчилась. — Тогда не сможешь. Но если не попробуешь — умрёшь наверняка. Выбор за тобой.       Сара взяла свой Глок — пальцы дрожали меньше, но костяшки побелели. Она сжала губы, кивнула коротко. — А если это просто сосед? — голос вышел сиплый. — Соседи в полночь двери не ломают. Если ломают — значит, не соседи.       Джейк стоял у окна, руки в карманах. Вытащил одну, взял пистолет — не глядя на Алис, но с лёгкой ухмылкой, пытаясь скрыть нервозность. — Кто полезет — всех положу!       Алис кивнула — коротко. — Выстрел в воздух — тоже вариант. Главное — не стойте на открытом месте.       Тайлер взял Глок последним. Посмотрел на Алис долго, без улыбки, но с каким-то внутренним стержнем. — Ты правда думаешь, что они придут сегодня? — Думаю, что если придут — то скоро. А если нет — посидим в ванной с пистолетами. Не самый худший вечер. Кофе кто-нибудь хочет?       Лукас стоял ближе всех. Запястья мигали зелёным — стабильно.       Она говорит, как будто это обычный инструктаж. А я стою и киваю. Потому что она берёт на себя всё то, что я не умею. И это… почти успокаивает.       Он взял Глок — холодный, непривычный. Посмотрел на Алис. — А ты?       Алис улыбнулась — той улыбкой, от которой внутри холодело, но в уголках губ сквозила привычная ирония. — Я буду там, где они войдут.       Она прошла к двери — проверила мину, убедилась, что провод не торчит. Потом повернулась к ним всем. — В ванную. Сейчас. Без разговоров.       Мия встала первой — медленно, но без возражений. Сара следом. Джейк и Тайлер пошли за ними. Лукас задержался на секунду — посмотрел на Алис. — Не умирай.       Алис чуть наклонила голову. — Не собираюсь.       Они ушли в ванную — тесную, но с толстой дверью. Алис закрыла за ними, проверила замок. Потом вернулась в гостиную.       Села на диван — Barrett на коленях, Дигл в кобуре на бедре, глаза на двери.       Квартира затихла. Только тиканье часов и далёкий гул города за окном.       Алис ждала. Улыбка исчезла. Остались только глаза — красные, спокойные, очень внимательные.       Ванная комната на сорок седьмом этаже была просторной — мрамор, тёплая подсветка, большое зеркало во всю стену, — но сейчас в ней царил полумрак. Только слабый свет от светильника по бокам зеркала.       Мия сидела на краю ванны, колени подтянуты к груди, платье задралось, но она не поправляла. Глок лежал рядом — чёрный, чужой. Она старалась не смотреть на него.       Сара стояла у раковины, опиралась ладонями на мрамор, смотрела в зеркало на своё отражение — бледное, с красными пятнами на шее от поцелуев, волосы растрёпаны. — Это безумие, — сказала она тихо. — Просто сидеть и ждать, пока кто-то придёт нас убить.       Тайлер прислонился спиной к стене, скрестил руки. — Безумие — это выйти сейчас. Тогда тебя точно найдут. А здесь хотя бы дверь толстая.       Джейк сидел на полу, спиной к унитазу, колени разведены. Пистолет лежал у него на бедре — он даже не пытался его держать. — Я думал, мы просто потусим, — произнёс он, глядя в потолок. — А теперь у нас в квартире арсенал и мины. И Алис, которая улыбается, когда говорит про убийство. Типичная суббота, разве нет?       Мия всхлипнула — коротко, почти беззвучно. — Она убила человека. Просто так. А мы сидим и ждём, пока она нас защитит. Или не защитит.       Сара повернулась к ней. — Ты видела, как она это сделала? Нет. Мы только слышали. Но она принесла четыре сумки оружия. И улыбается. Как будто это нормально.       Тайлер хмыкнул — нервно. — Это её игра. А мы в ней… ну, не совсем пешки. Скорее, зрители с билетами в первый ряд.       Джейк потёр лицо ладонями. — Знаете… я думал, самый страшный вечер в моей жизни был, когда отец узнал про мой долг в казино. А теперь я сижу в ванной с пистолетом и жду наёмников. Смешно, но это заставляет переоценить уровни проблем.       Сара села рядом с Мией — медленно, будто боялась сломать что-то внутри себя. — Не смешно. Страшно.       Мия положила голову ей на плечо. — Но мы вместе.       Они замолчали. Только дыхание — тяжёлое, неровное. Глок в руке Мии больше не дрожал — она просто держала его, как талисман.       Если уйти — найдут. Если остаться — может, выживем. Выбор сделан.       За дверью — тишина. Только далёкий гул города и редкие шаги Алис в гостиной.       Никто не плакал. Никто не кричал. Просто сидели — тесно, плечом к плечу, и ждали. Ждали, пока ночь не кончится. Или пока не начнётся что-то гораздо хуже.       В три четырнадцать ночи всё взорвалось разом.       Окна в балконе и спальне разлетелись осколками — четыре точки прорыва, стекло посыпалось внутрь, как град из битого льда. Светошумовые гранаты влетели следом — вспышки ослепительного света, треск, который мог оглушить слона. Газ пополз по полу — густой, раздражающий, с привкусом химии.       Входная дверь сорвалась с петель — таран ударил, металл заскрежетал, дверь упала внутрь. Мина сработала мгновенно — взрыв короткий, осколки разлетелись веером, разрывая двоих в чёрном тактическом снаряжении в клочья: мясо и броня смешались в красной каше. Третий отлетел назад, зажимая бок, где торчала кость.       Технический люк в гардеробной открылся — верёвка спустила двоих, растяжку они обезвредили. Первый ступил на пол — мина под ногой рванула, ногу оторвало по колено, кровь брызнула аркой, он упал, воя. Второй осел рядом, зажимая уши от эха взрыва.       Десять человек — в масках, бронежилетах, с ПП и пистолетами — ворвались одновременно: четверо через вход — минус два, — четверо через окна — по двое на балкон и в спальню, — двое через лаз (один корчится).       Алис не ждала. Оптика в глазах отфильтровала вспышки — зрение осталось чистым. Газ вдохнула — био-реактор принял его как воздух, не моргнула. Она уклонилась от первого выстрела — тело, неестетвенно изгибаясь, дёрнулось вбок, очередь из ПП прошла мимо, врезалась в диван, разорвав подушки в пух.       Много. Но предсказуемо. Вход — главное направление удара. Окна — отвлекающий. Лаз — для Новы.       Она скользнула за кухонный остров — пуля ударила в столешницу, щепки полетели. Barrett рявкнул — первый у входа рухнул, грудь разорвало, ребра торчали белыми осколками. Второй выстрелил — Алис перекатилась вбок, пуля рикошетом ушла в стену. Она встала на колено, фиксация, баллистический сопроцессор в ладонях отработал — выстрел, голова второго разлетелась, мозги размазало по косяку.       Через балкон влетели двое — радиосигнал от Алис, клеймор сработал — взрыв направленный, осколки разорвали одного пополам, внутренности вывалились на пол. Второй упал на колено, товарищ его невольно прикрыл, выстрелил в сторону Алис — она уклонилась, тело, будто игнорируя инерцию и всемирное тяготение, скользнуло в сторону, пуля прошла мимо уха. Barrett в руках, затвор, лязг гильзы, сопроцессор — выстрел, плечо наемника оторвало, он завыл, падая в лужу собственной крови, пуля продолжила полет куда-то дальше.       В спальне — два через окно, в AR Алис видит их через вебкамеру ноутбука Лукаса, радиосигнал — клеймор на подоконнике рванул. Одного разнесло в фарш. Второго отбросило, но трос не дал ему улететь вниз, слегка оглушенный, он таки вошел в помещение, пистолет в руках. Алис уже была в дверях — перекатилась, выстрелила из MP5K, подобранного с дивана. Очередь короткая — в ноги, кости хрустнули, потом в грудь, кровь хлестнула фонтаном. Он упал, хрипя, булькая.       Из лаза — один полз, второй — цел, с ПП. Он выстрелил — Алис ушла вбок, пуля врезалась в стену. Подскочила ближе — рывок, как молния, рука схватила за горло, впечатала тело в стену. Хруст позвонков, наемник обмяк. Второй из лаза — раненый — попытался приподняться, дергая культей на месте ноги, но она наступила на руку — пистолет вылетел, потом каблук на голову — треск черепа, мозги растеклись.       Тишина. Только запах пороха, крови и горелого мяса.       Алис стояла посреди хаоса — дыхание ровное, одежда порвана осколками и щепой от мебели, но тело цело. Прошла к шкафу, подключение к Нове, приказ отпустить шнур от детонатора, открыла дверь. Кукла внутри — спокойная, как всегда.       Потом повернулась к двери ванной — постучала два раза, спокойно. — Всё. Выходите.       Дверь открылась медленно. Все замерли на пороге. Никто не говорил. Только смотрели.       Квартира выглядела так, будто в ней только что прошла война, а не вечеринка. Разбитые окна зияли чёрными провалами, через которые задувал холодный ветер с запахом дождя и выхлопов. Осколки стекла блестели на ковре вперемешку с гильзами, кровью и кусками плоти. Тела лежали там, где упали: у входа — разорванные осколками мины, в луже густой тёмной крови, где ещё пузырилась пена; у балкона — один пополам, внутренности вывалились на пол, как размотанные кишки; в спальне — грудь разворочена, лицо превратилось в кашу из мяса и костей; у гардеробной — проломленный череп, мозги растеклись серо-розовым пятном, с металлическим блеском имплантов.       Алис стояла посреди этого месива. Кровь на руках уже подсохла коркой. Она странно органично смотрелась в этой сцене...       Мия выглянула первой — глаза расширились, лицо побелело. Она сделала шаг — и осела в обморок, тело обмякло, платье задралось.       Сара ахнула, подхватила её — руки дрожали, но она удержала, опустив Мию на сухой участок пола. Сама стояла скованно, губы плотно сжаты, взгляд отводила от ближайшего тела. — Держись, Мия, — прошептала она, вытирая пот со лба подруги. — Дыши.       Джейк вышел следом, споткнулся о гильзу — выругался громко, но грубо, с нервным смешком. — Чёрт, это что, мясная лавка? — Он опёрся о стену, лицо позеленело, но сдержался. — Алис, ты их… на фарш пустила. Круто, но блин, воняет как в аду.       Тайлер шагнул за ним — увидел развороченный торс у балкона, зажал рот рукой. Его вырвало — резко, в угол, он согнулся пополам, кашляя. — Извините… — пробормотал он, вытирая рот рукавом. — Не удержал. Это… слишком.       Лукас вышел последним — замер в ступоре, глаза стеклянные, ноги не слушались. Он смотрел на хаос, на кровь, которая хлюпала под ботинками, и не мог пошевелиться. Запястья переливались красным, но тело не реагировало.       Это реальность. Не сон. И она сделала это одна.       Алис подошла ближе — шаг уверенный, как ни в чём не бывало. — Эй, вы там в порядке? — бросила она грубовато, с невинной непосредственностью. — Не время нюни распускать. Копы скоро нагрянут.       Она хлопнула Лукаса по плечу — сильно, выведя из ступора. — Звони отцу, Хейз. Пусть включает адвокатов. Иначе нас всех упакуют.       Лукас кивнул механически, достал телефон — пальцы дрожали.       Мия пришла в себя — моргнула, села, опираясь на Сару. Лицо в поту, глаза красные. — Что… это всё? — прошептала она слабо.       Алис усмехнулась криво. — Пока да. Но если второй раунд — будьте готовы. Кофе хотите? Утро на подходе.       Сара помогла Мии встать, Тайлер выпрямился, Джейк отлепился от стены. Лукас набрал номер.       За окном светлело. Тишина повисла — пропитанная запахом крови, пороха и рвоты. И чуть слышный гул города внизу.