// AL1C3.cor███ted

      Алис прошла к разбитому окну и выглянула вниз. Улица внизу оставалась пустой — ни мигалок, ни сирен, ни любопытных зевак. Элит-Сити умел молчать, когда это выгодно. — Теперь главное — объяснить копам, что тут произошло, — сказала она спокойно, будто обсуждала меню ужина. — Десять трупов в масках, разбитые окна, мины, кровь по ковру. Думаю, они не поверят, что это бытовая ссора.       Лукас стоял посреди комнаты, пистолет всё ещё в руке, пальцы побелели на рукояти от напряжения. — Копы… — повторил он тихо.       Алис кивнула, её губы чуть изогнулись в усмешке. — Приедут. Поэтому пора будить папочку.       Лукас посмотрел на неё — долго, без слов, потом медленно кивнул, признавая неизбежное. — Он меня убьёт. — Нет, — ответила она ровно. — Он тебя спасёт. Потому что если узнает от копов — будет хуже. А если от тебя — скажешь: «папа, кто-то хочет обидеть твоего сыночка». И он включит всех адвокатов, которых купил за последние двадцать лет.       Лукас выдохнул коротко, почти болезненно, и достал телефон — пальцы чуть дрожали, но экран включился. Набрал номер — короткий, знакомый до боли.       Гудок. Второй. Третий. Ричард ответил на четвёртом — голос сонный, но уже жёсткий. — Лукас? Четыре утра. Что случилось?       Лукас сглотнул, борясь с комом в горле. — Папа… к нам пришли. Десять человек. В масках. С оружием. Они хотели… забрать Нову.       Тишина на том конце — долгая, тяжёлая. — Нову? — переспросил Ричард медленно. — Ты там всех кукол решил скупить что ли? — Да. Они… они мертвы. Все. Алис… она их…       Он не договорил. Ричард перебил — голос стал ледяным. — Алис? — Да.       Ещё тишина. Потом Ричард выдохнул — почти слышно. — Сколько трупов? — Десять. — Где полиция? — Ещё не приехала. Но приедет.       Ричард помолчал секунду. — Сиди там. Не трогай ничего. Ни тела, ни оружие. Я звоню адвокатам. И… скажи Алис, чтобы она ничего не говорила копам, пока не приедут мои люди. Понял? — Понял. — И Лукас… — Да? — Молодец, что позвонил первым.       Связь прервалась.       Лукас опустил телефон и посмотрел на Алис, его плечи чуть расслабились. — Он едет. С адвокатами.       Алис кивнула, её глаза блеснули в полумраке. — Хорошо. Тогда у нас час, может, полтора. Убираем следы, которые нельзя объяснить. Тела не трогаем — пусть лежат. Оружие — в шкаф. Мины я разоружу сама. Те что остались еще.       Она повернулась к остальным, оценивая их бледные лица. — Кто поможет? Кто нет — сидите в ванной. Без обид.       Мия сделала шаг вперёд — и тут же остановилась. Её рука прижалась к животу, взгляд скользнул по ближайшему телу, и лицо мгновенно посерело. Она покачнулась, отступила назад к дивану и осела на край, обхватив себя руками. — Я… не могу, — прошептала она, почти беззвучно. — Простите. Опять… всё плывёт.       Алис коротко кивнула — без осуждения. — Сиди. Дыши глубже.       Тайлер смотрел в пол, челюсти сжаты так, что проступили желваки. Его уже один раз вырвало в углу, когда первый луч фонарика скользнул по развороченной груди ближайшего в маске. Теперь он медленно выдохнул через нос, вытер рот тыльной стороной ладони и шагнул к сумке с патронами. — Я в деле, — сказал тихо, но твёрдо. Голос дрогнул только на последнем слове.       Он наклонился, начал собирать рассыпанные магазины, стараясь не смотреть на тела. Руки дрожали, но движения становились точнее с каждой секундой.       Джейк хмыкнул — громко, нарочито. — Ну всё, команда мечты в сборе. Один блюёт, вторая в отключке, третий молчит как рыба на суше. Красота. — Он хлопнул Тайлера по плечу — сильно, почти до боли. — Давай, киношник, не ссы. Собирай железо, пока я тут не начал орать матом на всю башню.       Сам Джейк уже рылся в ящике под телевизором, вытаскивая два пистолета и горсть патронов, которые Алис туда засунула накануне. Движения резкие, злые, но точные. Он бросил взгляд на тела, сплюнул в сторону. — Десять мудаков. И ни один не успел даже пискнуть. Респект, Алис.       Алис не ответила. Она уже двигалась по квартире. Никто не спрашивал, как она это делает и откуда знает. Просто делала.       Лукас стоял неподвижно несколько секунд. Потом медленно подошёл к кофейному столику, где валялся дробовик которым Алис так и не воспользовалась. Поднял его, проверил магазин. Пальцы почти не дрожали. Почти.       Он оглянулся на спальню где так и стояла Нова. Взгляд задержался дольше, чем нужно. Запястья мигнули красным с желтоватым отливом, будто система пыталась успокоить сама себя.       Это из-за меня. Из-за того, что я не отдал её. Из-за того, что захотел оставить.       Он сглотнул. Положил дробовик в спортивную сумку, которую Джейк уже притащил из гардеробной. Потом нагнулся и начал собирать гильзы — одну за другой, методично, как будто каждая из них напоминала: это цена его выбора.       Алис прошла мимо, бросила в ту же сумку ещё один пистолет. — Хватит думать, — сказала тихо, только для него. — Делай.       Лукас кивнул — коротко. Продолжил собирать.       Они работали молча. Оружие исчезало в сумках и ящиках. Кровь на ковре никто не трогал — только прикрыли краем другого ковра. Ветер из разбитых панорамных окон унес запах пороха и железа, но казалось что он так и висел в воздухе.       За окном светлело. Утро шло своим чередом — равнодушное к тому, что внутри пентхауса пытались спрятать следы чужой смерти. И своей вины.       Они закончили через двадцать семь минут. Сумки с оружием ушли в гардеробную, на самый верх шкафа, за коробки с ненужной одеждой. Гильзы собраны в пластиковый контейнер из-под протеина. Кровавые следы на паркете прикрыты вторым ковром — теперь комната выглядела просто как после особенно дикой драки, а не бойни.       Алис прошла к окну, отодвинула штору. Рассвет сочился серым светом сквозь щели в жалюзи. Улица внизу всё ещё пустая. Ни машин, ни людей. Только мигающий рекламный билборд на соседней башне — вечная улыбка какой-то синтетической модели. — Скоро приедут, — сказала она тихо. — Сначала копы. Потом адвокаты. Потом, может, и папаша твой лично.       Сара подошла к Мии, села рядом, обняла за плечи. Мия прижалась к ней, глаза закрыты, дыхание неровное. — Всё нормально будет, — прошептала Сара, хотя сама едва верила. Голос дрожал, но она старалась держать спину прямо.       Джейк расхаживал по комнате, не в силах усидеть. Остановился у бара, налил себе виски — полный стакан, без льда. Выпил половину одним глотком, поморщился. — Знаете, что самое смешное? — сказал он громко, оборачиваясь ко всем. — Мы тут убираем трупы, как будто это после корпоративной пьянки. А на самом деле — десять покойников. Десять! Я в жизни столько мёртвых не видел, даже в VR-играх. И чё? Никто не орёт, никто не звонит маме. Мы просто… прибираемся.       Тайлер поднял голову от пола. Он всё это время сидел на корточках у стены, спиной к телам, и молчал. — Потому что если начнём орать — не остановимся, — ответил он тихо. — А потом нас увезут в психушку. Или хуже.       Джейк фыркнул, но смех вышел нервным. — Да ты философ, киношник. Снимай это когда-нибудь. «Ночь, когда мы прибирали пентхаус». Название — огонь.       Алис повернулась от окна. Её взгляд прошёлся по всем — оценивающе, холодно. — Хорош трепать. Садитесь. Дышите. Когда придут — говорите только то, что я скажу. Никто не видел, как именно всё случилось. Было темно. Шум. Выстрелы. Потом тишина. Всё.       Джейк проворчал: — Ну, так для нас все так и было, мы ж в ванной сидели.       Она подошла к Лукасу, встала перед ним. Наклонилась чуть, чтобы смотреть в глаза. — Ты готов?       Он поднял взгляд. Медленно кивнул. — Готов.       Алис положила ладонь ему на затылок — сильно, но не больно. Пальцы сжались, будто напоминая: ты не один.       В этот момент снизу донёсся далёкий, но уже отчётливый вой сирен. Одна машина. Потом вторая. Звук нарастал — приближался.       Джейк замер со стаканом у губ. — Ну вот и гости.       Тайлер медленно встал, отряхнул колени. Сара крепче обняла Мию.       За дверью послышались шаги. Тяжёлые, уверенные. Стук в дверь — три раза, резко. — Полиция Элит-Сити! Открывайте! — неуверенно крикнул патрульный, стоя в раскуроченном дверном проеме и глядя на ошметки тел.       Тишина в комнате стала густой, как кровь на ковре.       Алис шагнула вперёд, бросив через плечо: — Улыбайтесь, ребят. Мы — жертвы.       Лифт открылся на этаже с тихим вздохом. Ричард Хейз вышел первым — костюм безупречный, даже в пять утра, глаза холодные, как сталь. За ним трое адвокатов в одинаковых тёмных пальто, каждый с кейсом и планшетом. Позади — четверо сотрудников службы безопасности компании, в чёрных куртках с незаметными эмблемами Haze Aesthetics.       У разбитого входа в пентхаус уже стояла группа полицейских: капитан с усталым взглядом, сержант с блокнотом, двое криминалистов в белых комбинезонах с инструментами и ещё один детектив в штатском с рацией. Они заглядывали внутрь — дверь лежала на полу, выбитая, мина оставила следы осколков на стенах. Один криминалист уже надевал перчатки, но не входил.       Ричард шагнул внутрь. Взгляд прошёлся по комнате — по телам, по коврам, по разбитому стеклу. Остановился на Лукасе. — Ты цел? — спросил он тихо, но в голосе сквозила сталь.       Лукас кивнул. Подошёл ближе. Ричард обнял его — коротко, сильно, по-мужски, без лишних слов. Потом отпустил, вышел назад и повернулся к капитану. — Доброе утро. Ричард Хейз. Это квартира моего сына. Что здесь произошло?       Капитан выпрямилась, блокнот в руке. — Господин Хейз, вызов о нападении. Десять тел. Ваша… охрана уже дала предварительные показания. Мы ждём разрешения на полноценный осмотр, но пока можем зафиксировать очевидное.       Один из адвокатов — седой, с голосом как наждачка — шагнул вперёд. — Осмотр без ордера? На обыск собственности моего клиента? Основания для подозрений в отношении жильцов?       Сержант кашлянул, переступил с ноги на ногу. — Там десять трупов, сэр. Это уже преступление.       Ричард поднял ладонь. Все замолчали. — Трупы нападавших. Мой сын позвонил мне первым делом. Сказал: на них напали. Они отбились. Ждут полицию. Если вы считаете, что он должен был сам убрать тела — ваше мнение. Моё — что он поступил правильно.       Капитан вздохнула. Рация на поясе тихо пискнула. — Мы понимаем. Но протокол. Место преступления.       Второй адвокат — женщина с короткой стрижкой — уже говорила в телефон. — Прокурор Дженкинс? Да, с места событий. Требуем присутствия независимого эксперта. Нет, мы не препятствуем. Просто… подождите минуту.       Сержант закатил глаза — тихо, но все заметили. — Эти адвокаты. Всегда так.       Криминалист рядом хмыкнул. — А вы думали, в Элит-Сити будет по-другому? Хейз — это полгорода.       Капитан помолчала. Потом кивнула криминалистам. — Ладно. Входим вместе. Без прикосновений к уликам.       Они прошли внутрь — осторожно, ступая мимо осколков и дверного косяка, где мина оставила чёрный след. Рассветный свет падал косо, выхватывая силуэты тел в масках.       Алис сидела на диване, руки на коленях, взгляд прямой. Оружие уже спрятано. Остальные стояли у кухонного острова. Мия всё ещё бледная, Сара держит её за руку. Джейк опирается на стойку, Тайлер стоит чуть в стороне, глаза бегают по комнате — фиксирует, запоминает.       Ричард взглянул на сына, кивнул ему коротко. Потом посмотрел на Алис. Долго. Оценивающе. — Спасибо, — сказал он ровно.       Алис пожала плечами — по-уличному, резко. — Не за что, босс. Просто делала, что надо.       Капитан оглядела тела, поморщилась. — Профессионалы. Тактическое снаряжение. Кто они, по-вашему?       Адвокат с седыми висками снова шагнул вперёд. — Вопросы — после того, как все дадут показания в присутствии юристов. Мой клиент готов сотрудничать. Полностью. Но по протоколу.       Капитан вздохнула. — Господин Хейз, это массовое убийство. — Самооборона, — отрезал адвокат. — Нападавшие с оружием. Жильцы защищали жизнь и собственность.       Сержант кашлянул. — Защищали… минами? Это же самодельные взрывные устройства.       Третий адвокат открыл планшет. — Лицензия на охранные системы. Выдана неделю назад. Всё в рамках закона.       Капитан закатила глаза. — Конечно. У Хейзов всегда всё в рамках.       Ричард не улыбнулся. Только посмотрел на Лукаса — взгляд тяжёлый, но не обвиняющий. Пока.       Криминалисты начали работу: вспышки фотоаппаратов, метки на полу, пакеты для улик. Адвокаты стояли рядом, комментировали каждый шаг. — Не трогайте это тело. Оно в зоне обзора камеры. Записи запросим.       Сержант проворчал тихо: — Как будто у нас своих камер нет.       Капитан шикнула на него. — Работаем. Господин Хейз… спасибо, что приехали.       Ричард кивнул — коротко. — Это мой сын. Я всегда приеду.       Алис сидела молча. Только смотрела на хаос — и ждала. Джейк рядом тихо хмыкнул, когда криминалист прошёл мимо одного из тел: — Смотри, этот мудак даже с оторванной ногой ствол так и не отпустил. Профессионал, блин.       Никто не засмеялся. Но напряжение чуть спало. За окном светлело.       Криминалисты работали до полудня. Вспышки камер, шаги в белых бахилах, тихие команды. Адвокаты комментировали каждый мазок, каждую метку. К полудню тела упаковали в чёрные мешки, унесли на носилках. Кровь осталась — только контуры, обведённые мелом. Запах пороха выветрился, сменившись запахом дезинфекции и пота.       Капитан подошла к Ричарду в последний момент. — Господин Хейз. Мы уходим. Показания снимем позже, в участке. С адвокатами, разумеется.       Ричард кивнул. — Благодарю за понимание.       Она посмотрела на Алис — долго, оценивающе. — Вы хорошо стреляете. Для беглянки из Найт-Сити.       Алис усмехнулась уголком рта. — Жизнь учит. Быстро.       Капитан хмыкнула и вышла последней. Дверь закрылась. Тишина упала тяжёлая, как мокрый ковёр.       Ричард повернулся к сыну. — В мой офис. Через час. Один.       Лукас кивнул — молча.       Ричард посмотрел на Алис. — Ты тоже. Но позже.       Она не ответила. Только чуть наклонила голову — жест почти насмешливый.       Друзья разошлись молча. Ричард сунул каждому конверт — толстый, белый, без надписи. — За молчание и… моральный ущерб, — сказал он ровно. — Если что-то всплывёт в прессе — звоните мне первым.       Джейк взял конверт, взвесил на ладони. — Щедро, босс. Я молчу, как рыба в аквариуме.       Мия взяла дрожащей рукой. Сара — аккуратно, двумя пальцами.       Тайлер просто кивнул.       Они ушли. Лифт увёз их вниз.       Ричард. Лукас и Алис совершили короткую поездку к другим пострадавшим от этой перестрелки, но это нигде не афишировалось.       Через два дня пришёл отчёт криминалистов. Короткий, сухой. Десять нападавших — без документов, в тактике. Оружие стандартное для наёмников. Смерть от пуль, осколков, ударов. Мины — самодельные, но лицензированные как охранная система. Вывод: самооборона. Чрезмерная, но оправданная.       Дело закрыли через три дня. Ордер на обыск не дали. Тела — в морг, как неопознанные. Никто не пришёл.       Ричард дал пресс-релиз: «Мой сын подвергся нападению. Мы сотрудничаем со следствием». Пресса проглотила. В Элит-Сити такое не редкость.       Алис дала показания один раз — коротко, под запись адвокатов. — Защищала жизнь и квартиру. Они открыли огонь первыми. Всё.       Больше от неё ничего не потребовали, вопрос о её документах так и не всплыл, утопленный адвокатами и купюрами.       Ричард вызвал Лукаса в офис Haze Tower ближе к вечеру. Верхний этаж — сплошное стекло от пола до потолка, вид на Финансовый Кластер-7, где небоскрёбы горели тысячами окон, как холодные звёзды. Ричард стоял у окна, спиной к двери, руки за спиной. Когда Лукас вошёл, он не обернулся сразу — дал тишине повиснуть. — Садись, — сказал наконец, не оборачиваясь.       Лукас сел в кресло напротив стола. Руки сунул в карманы, чтобы скрыть лёгкую дрожь. Запястья мигали синим — ровно, но с редкими зелёными вспышками.       Ричард повернулся. Лицо спокойное, но глаза — как сталь под тонким льдом. — Я не буду спрашивать, кто такая Алис, — начал он тихо. — Я и так знаю, что она не человек. И знаю, что она сделала ночью то, что не под силу никаким имплантам.       Лукас поднял взгляд — коротко, потом снова опустил.       Ричард подошёл ближе, опёрся ладонями о стол. Пальцы чуть побелели. — Меня интересует другое. Почему за вашей куклой пришли десять наемников? Кто их послал? И главное — почему ты до сих пор не отдал её? А еще — вы уверенны что пришли за Новой, а не за Алис? — последнее было сказано с нажимом.       Лукас сглотнул. — Кто-то хотел её купить, именно Нову, Алис тоже не поверила и уточняла. Я отказался. Сказал, что она не продаётся. Больше ничего не знаю.       Ричард выдохнул — резко, через нос. Повернулся, прошёлся к окну, остановился. Сжал кулак так, что костяшки хрустнули. — Отказался, — повторил он, и в голосе впервые прорвался настоящий гнев. — Ты отказался. И из-за этого чуть не потерял жизнь. И не только свою.       Он резко развернулся. — Десять трупов в твоей квартире, Лукас. Десять. А ты сидишь тут и говоришь «больше ничего не знаю». Ты хоть понимаешь, что могло случиться? С тобой. С ней. С этой… машиной, которую ты решил защищать любой ценой.       Лукас молчал. Только пальцы в карманах сжались сильнее.       Ричард провёл рукой по лицу, потёр переносицу. Голос упал до шёпота. — Я не злюсь на то, что ты её не отдал. Я злюсь на то, что ты не пришёл ко мне раньше. Что не сказал. Что решил справиться сам.       Пауза повисла тяжёлая. Ричард смотрел на сына — долго, не отводя глаз. В этом взгляде было не только раздражение. Была усталость. И страх, который он никогда не умел показывать прямо. — Ладно, — сказал он наконец, садясь обратно. — Пока живи. Но если они вернутся — ты звонишь мне первым. Мне. Потому что я не потеряю сына из-за какой-то куклы.       Лукас кивнул — медленно.       Ричард махнул рукой — жест усталый, почти отеческий. — Иди. И передай ей… чтобы была осторожна. Очень осторожна.       Лукас встал. Дверь за ним закрылась тихо.       Ричард остался один. Посмотрел в окно — на город, который принадлежал ему наполовину. Сжал губы.       Он мой сын. И я не отдам его никому.       Алис ждала внизу, у машины. Сидела на капоте, курила сигарету. — Ну? — спросила она, когда он подошёл. — Пока живём.       Она усмехнулась. — Значит, выиграли раунд.       Они сели в машину. Уехали.       Переезд прошёл ночью. Через подземный гараж Aurora Residences. Без света, без лишних глаз. Ричард снял весь двадцать восьмой этаж в Silver Veil — старый комплекс на отшибе Финансового Кластера-7. Двенадцать квартир, объединённых в одну.       Нова в отдельной комнате — белой, без окон. Вечером Алис зашла в эту комнату. Лукас уже сидел там — на полу, спиной к стене.       Алис присела рядом. Положила руку ему на плечо. — Она в порядке? — В порядке.       Алис посмотрела на Нову — долго. — Знаешь… я думала, она просто дорогая игрушка. А теперь думаю — может, она умнее нас всех.       Лукас усмехнулся криво. — Может.       Они посидели молча. За окном горели огни Нижнего Кольца.       Алис встала. — Пойдём спать. Завтра Ричард хочет отчёт. И разговор.       Лукас поднялся следом. — Он всё ещё думает, что это моя вина? — Он думает, что ты его сын. А это уже много.       Они вышли. Дверь закрылась тихо.       Нова осталась стоять. Глаза закрыты. Подсветка радужки едва заметна.       Всё так же. Но изменилось всё.       Алис сидела за кухонным столом — свет от экрана-окна падал ей на лицо холодным голубым. Кофе в кружке давно остыл, но она не замечала. Взгляд в никуда, AR-интерфейс мигал в глазах, отражаясь стремительными бликами на искуственной радужке.       Она запустила цепочку запросов: сначала поверхностный поиск по Кейну — обрывки из открытых баз ЧВК, старые фото в униформе Black Veil. Потом глубже — через прокси, через тёмные каналы. Имя всплыло рядом с Aether Dynamics. Элизабет Кроу — руководитель спецпроектов. Утечки с форумов коллекционеров: «Aether охотится за багованными Beta 4.2». Форумы даркнета: «Операция Echo-4.2. Кейн на подряде».       Алис откинулась на спинку стула. Усмехнулась — коротко, без веселья.       Лукас вышел из спальни — волосы растрёпаны, футболка мятая. Запястья мигали синим. — Что-то нашла?       Она повернула экран к нему. На нём застыло фото: Кейн вполоборота, рядом логотип Aether — стилизованная буква «A» в круге из нейронных сетей. — Aether Dynamics. Кейн — их пёс. Кроу — хозяйка. Ресурсов хватает: миллиарды в ИИ, связи с ЧВК, лаборатории по реверсу старых моделей.       Лукас замер в дверях. Взгляд скользнул к белой двери детской. — Откуда ты… столько знаешь?       Алис пожала плечами — по-уличному, резко. — Копнула, куда не светят, — потом с усмешкой: — В Найт-Сити учишься быстро, если хочешь остаться живой. Эти корпоративные крысы не остановятся. Физический штурм провалился — теперь пойдут через давление. Через твоего отца, скорее всего. — Она знала, что он знает, что она не из Найт-Сити, но придерживалась этой легенды даже наедине. Лукасу все проще становилось поверить в это.       Он сглотнул. Подошёл ближе, опёрся ладонями о стол. Пальцы оставили влажные следы на стекле. — Что делать?       Она посмотрела ему в глаза — спокойно, но с той мягкостью, которая появлялась только наедине. — Звонить Ричарду. Пусть знает, кто дёргает за нитки. Он включит своих людей. А мы… будем ждать. И готовиться.       Кейн сидел в тесном номере мотеля на уровне минус девять — Нижний Кольцевой, где даже камеры слежения работали через раз, а воздух пропитан плесенью и отходами. Окно заклеено газетой, свет от единственной лампы падал на стол, заваленный планшетом, пустыми банками энергетика и пачкой распечаток. Он не спал уже вторые сутки, пальцы барабанили по столу — ритм неровный, злой, как тиканье бомбы.       На экране планшета — открытый защищённый чат. Сообщение от «Э.К.» (Элизабет Кроу) пришло сорок минут назад: «Доклад. Сейчас».       Кейн выдохнул через нос, потёр переносицу и начал печатать — медленно, будто каждое слово выдавливал из себя с усилием.       «Цель: ET-4.2-0874-19.       Локация: подтверждена, пентхаус Aurora Residences, 47-й этаж.       Группа: 10 штурмовиков.       Результат: 100 % потери. Все ликвидированы.       Причина:       Оборона на уровне профессиональной военной охраны. Мины направленного поражения на всех точках входа (входная дверь, балкон, технический люк).       Цель защищала женщина (выданный позывной «Demon»). Реакция на вспышки/газ нулевая. Уклонение от огня на уровне усиленных рефлексов. Уничтожила группу за 87 секунд.       Оружие: крупный калибр (Barrett M82), ПП, дробовик. Всё использовалось эффективно.       Вывод: модель не просто охраняется. Она интегрирована в систему активной защиты. Возможно, сама цель координировала оборону».       Он остановился, пальцы замерли над клавиатурой, потом добавил коротко:       «Прошу разрешения на смену тактики. Физический штурм неэффективен. Рекомендую давление через Ричарда Хейза или юридический канал.       Конец доклада».       Отправил. Экран мигнул — «прочитано».       Через две минуты пришёл ответ — короткий, без приветствий:       «Разрешаю смену тактики.       Давление через Хейза-старшего. Найдите рычаг.       Доклад через 48 часов.       Не облажайтесь снова».       Кейн закрыл чат, откинулся на спинку стула и посмотрел на потолок — потрескавшийся, с пятнами плесени.       Десять человек. За 87 секунд. Она даже не запыхалась.       Он потёр шею — там, где ещё чувствовался фантомный холод от её взгляда в переулке, и усмехнулся криво, без веселья: Ричард Хейз. Если он узнает, что его сыночек держит у себя бомбу замедленного действия… он сам её отдаст. Или уничтожит. Нужно найти, чем его прижать — долги, связи, слабости. Что угодно.       Кейн встал, открыл окно — холодный воздух Нижнего Кольцевого ворвался внутрь, неся запахи ржавчины и отчаяния. Он достал телефон — другой, не тот, что использовал для связи с Кроу, — и набрал номер. — Это Кейн. Нужно досье на Ричарда Хейза. Всё. Семья, финансы, любовницы, долги, старые грехи. Всё, что можно использовать.       На том конце коротко ответили: — Срок? — Вчера.       Он отключился, посмотрел на планшет — там всё ещё висело последнее сообщение от Кроу.       Не облажайтесь снова.       Не облажаюсь. Просто поменяю правила.       Он закрыл окно, сел обратно за стол и начал читать старые отчёты по Хейзам.