Открой глаза, идиот

— Ты уверен, что мы справимся? — нервно спросил Поттер, чувствуя, как тошнота вновь подступает к горлу. — За себя я могу ответить. А вот ты… — Драко нахмурился. — Тебе ведь тяжело находиться среди них. Для тебя это настоящая моральная пытка. Поттер прикусил губу, ощущая, как ему хочется провалиться сквозь землю — или же просто разрыдаться и метать всё вокруг. — Поттер, — серьёзно произнёс Драко, но тут же исправился, — Фью. Ты же… — Да, Мерлин, я стараюсь держаться от них подальше, но всё равно они… особенно отец — подозревают меня в чём-то. И я их не виню, я понимаю, что делаю странные вещи, которые в конце концов вызывают подозрение! — Он ведь следит за тобой, — устало вздохнул Драко. Вот уж моральной поддержкой для героя ему не хотелось быть. — Мм, может быть. Мантия-невидимка — логично. — Профессор, — сделав сильный акцент, намекая на Снейпа, — ведь был прав: ты слишком уж похож на своего отца. — Сочту за комплимент, — криво усмехнулся Гарри. — Это был не комплимент, — устало ответил Драко, затем замер, встретившись взглядом с Регулусом. Блэк стоял в стороне, скрестив руки, и с любопытством наблюдал за Поттером. — Кто это? — наклонил голову Гарри, глядя на Блэка с непониманием. — Регулус Блэк. Тебе стоит быть осторожнее — он умнее, — предупредил Драко и тут же замолчал. Регулус подошёл к ним, кинув на Гарри оценивающий взгляд, изогнув брови. — А ведь говорил не товарищ. — Не товарищ, — подтвердил Драко. Поттер вспомнил о медальоне, о поступке брата Сириуса, и ощутил странное любопытство. Для него Регулус был настоящим неизвестным, загадочным человеком, которого трудно было понять. — И что же ты здесь делаешь? — раздался голос Сириуса. Гарри взглянул прямо на высокого юношу с длинными чёрными волосами; Сириус выглядел холодным, устремив взгляд на брата. Регулус тут же отвращённо посмотрел на Сириуса. Ведь тот предал семью ради каких-то глупых не ценителей чистокровных. — Не волнуйся, то, что я рядом с этими двумя, тебя точно не касается, — спокойно произнёс Регулус. Сириус лишь нахмурился, затем перевёл на Гарри слегка скучающий взгляд. — Дамблдор передал, что Джеймс будет присматривать за тобой, чтобы ты быстрее освоился. — Не стоило, — нахмурился Гарри. Всё-таки Сириус был поразительно красив в юности — впрочем, Регулус ничуть ему не уступал. — Сегодня ночью ждём тебя в гостиной, — отмахнулся от его слов Сириус, а затем вновь посмотрел на брата и холодно добавил: — Dis bonjour à ta maman. — Et sans toi, je sais — холодно отозвался Регулус. Сириус усмехнулся, но в его серых глазах мелькнуло что-то тёмное, почти болезненное. На миг между братьями повисло напряжение — невидимое, но ощутимое, словно воздух перед грозой. Гарри невольно перевёл взгляд с одного на другого. Они были похожи. И в то же время — совершенно разные. — Адара, полагаю, твой товарищ предпочитает общество сомнительных личностей, — спокойно произнёс Регулус. — Следуй за мной. Драко и Поттер переглянулись, и в их взглядах мелькнули совершенно разные чувства. Малфой, как всегда, сумел скрыть свои; Гарри же — нет. — Вот же мелкий идиот, — донёсся до него голос Сириуса, когда Регулус и Драко скрылись за поворотом. — Он твой брат? — спросил Гарри, всё-таки решившись узнать. Когда Сириус был жив, он почти ничего о нём не рассказывал. Лишь вскользь упоминал, что тот был ловцом, любимчиком Слизнорта… и Пожирателем. — Не задавай глупых вопросов, — сухо отозвался Сириус. — Джеймс, можешь выходить. Перед ними возник Джеймс, стягивая с плеч мантию-невидимку. У Гарри болезненно сжалось сердце — до дрожи захотелось протянуть руку и забрать её себе. Он ведь имел на это право… заслуживал её. Но не сейчас. Не в этом времени. В школьные годы Джеймс и сам пользовался мантией слишком часто и слишком охотно. Стоп. Мантия-невидимка. А если Джеймс всё слышал? Гарри занервничал. Ему и без того было невыносимо находиться рядом с ними — живыми, молодыми, смеющимися. Притворяться спокойным становилось всё труднее с каждой минутой. — Как сказал Дамблдор, я полностью отвечаю за тебя, — широко улыбнулся Джеймс, бросив на Гарри насмешливый взгляд. — Так что будь паинькой, Фью, иначе будет очень, очень, очень плохо. — Насколько плохо? — раздался спокойный голос за их спинами. Гарри узнал его мгновенно. Римус Люпин. Чёрт. Как же тяжело было смотреть на них — живых, беспечных, ещё не сломанных войной. — О… Лунатик… ты когда здесь появился? — занервничал Джеймс, растерянно улыбаясь. — Ты где был? Я тебя весь день искал! — недовольно бросил Сириус. Римус, однако, смотрел только на Гарри. Внимательно. Почти изучающе. — Сохатый, у тебя, кажется, нет брата? Джеймс возмущённо цокнул языком. — Да нет у меня брата. Он всего лишь дешёвая копия оригинала. — Нельзя же так, — нахмурился Римус и укоризненно посмотрел на Джеймса. Затем он перевёл мягкий взгляд на Гарри. — Я Римус Люпин. Прости их, они немного… шумные. — Фью. Просто Фью, — кивнул Гарри и неловко пожал ему руку. — Ты так и не ответил на вопрос, — тут же встал между ними Сириус, недовольно глядя на Римуса. — Да ладно тебе, Бродяга, он же староста, как-никак. Конечно занят, — тут же вставил Джеймс. Римус кивнул в сторону Джеймса, давая понять, что тот ответил за него. — Так зачем я тебе понадобился? Сириус уже открыл было рот, но, наткнувшись на хмурый взгляд Римуса, лишь стиснул зубы и промолчал. — Долго ещё будешь дуться? — скривился он. — Понятия не имею, о чём ты, дружище, — Римус сжал пальцы в кулаки, но тут же отвёл взгляд. Сириус возвышался над ним, и это, казалось, только усиливало напряжение. — Фью, пойдём со мной. Покажу тебе школу вместо Джеймса. У них ведь так много дел — шутки шутить, — последнее он произнёс с едва заметной болью. — Да ладно тебе, Лунатик… — начал Джеймс, но договорить не успел. Римус уже развернулся и направился прочь. — Спокойной ночи, — бросил он через плечо, обращаясь к Сириусу и Джеймсу, и в его голосе не было ни тени прежней мягкости. Гарри ничего не оставалось, кроме как поспешить за ним. Он вспомнил — да, кажется, Люпин всё ещё сердился на Сириуса из-за того самого инцидента на пятом курсе. Иной причины такой холодности Гарри не видел. — Надеюсь, они тебя не достают, — спросил Римус спустя какое-то время. — Нет, не переживай, — Гарри внимательно встретился взглядом с Люпином. Они шли молча. Гулкое эхо их шагов отскакивало от высоких сводов, и в этой тишине Гарри наконец-то смог внимательно рассмотреть Римуса. С этого расстояния было видно, насколько сильно он отличался от своих ярких друзей. На шестом курсе Люпин казался каким-то надломленным. Его мантия была аккуратно залатана на локтях, а воротник рубашки слегка обтрепался, подчеркивая его худобу. Но больше всего поражало лицо: в свои шестнадцать он уже носил на себе печать вечной усталости. Тонкие, рваные шрамы — следы его личного ада — белели на щеках и уходили за уши. Он шел немного сутулясь, словно под тяжестью невидимого груза, и его руки, длинные и жилистые, постоянно теребили ремень сумки. Римус прервал молчание первым, не поворачивая головы. Его голос прозвучал мягко, но в нём сквозила затаенная грусть. — Джеймс, Сириус и Питер… на самом деле они неплохие ребята, Фью, — он на мгновение запнулся, и на его лице промелькнула тень, будто он вспомнил что-то болезненное. — Просто иногда их… энтузиазм переходит границы. Если они достают тебя или их шутки покажутся тебе жестокими, я прошу прощения. За них и за себя. Он остановился у высокого окна, за которым сгущались синие сумерки. — Быть их другом — это значит постоянно находиться в центре шторма, — продолжал Римус, и его взгляд, устремленный на Запретный лес, стал отрешенным. — Иногда я сам не успеваю за ними. Но поверь, у них добрые сердца. Просто… они еще не знают, что такое настоящая потеря. Гарри смотрел на профиль Люпина, на его заострившиеся скулы и тени под глазами. В этот момент Римус выглядел старше Джеймса и Сириуса на добрый десяток лет. Он был единственным из них, кто уже тогда понимал цену тишины и безопасности. — Тебе не нужно за них извиняться, — тихо сказал Гарри. Римус наконец посмотрел на него. Его янтарные глаза блеснули в полумраке. Он слабо, едва заметно улыбнулся — той самой понимающей улыбкой, которая через много лет будет согревать Гарри в кабинете ЗОТИ. — Возможно. Но как староста и как их друг, я чувствую, что должен это сказать. Доброй ночи, Фью, — произнес Римус, останавливаясь у поворота к гриффиндорской башне. Он выглядел совсем изможденным, и при свете факелов его кожа казалась почти серой. — Надеюсь, ты найдешь дорогу. В этом замке легко потеряться, если искать не то, что нужно. Гарри кивнул, чувствуя странный ком в горле. — Спасибо, Римус. И... постарайся отдохнуть. Люпин лишь слабо улыбнулся — той самой улыбкой, в которой не было радости, только бесконечное понимание — и скрылся за портретом Полной Дамы. Гарри развернулся и быстро зашагал в сторону своих покоев. Дамблдор выделил им с Драко отдельную комнату в одном из заброшенных коридоров, подальше от факультетских гостиных, чтобы лишний раз не провоцировать вопросы о них. Эхо его шагов раздавалось в пустом коридоре, напоминая о том, как глубоко он завяз в этом прошлом. Перед глазами всё еще стоял Римус — шестнадцатилетний мальчик, который извинялся за грехи своих друзей, не подозревая, какая участь ждет их всех. Подойдя к нужной двери, Гарри шепнул пароль и вошел внутрь. Драко уже был там. Он сидел в кресле, все еще в своей идеально отглаженной мантии, и его лицо было таким же бледным, как у Люпина, но по совсем другой причине. — Нагулялся со своим оборотнем? — не оборачиваясь, процедил Драко. Его голос был холодным, но Гарри уловил в нем тень нервного напряжения. Гарри тяжело опустился на соседнюю кровать и стянул кроссовки. — Он не «мой оборотень», Малфой. Он просто помогал мне освоиться. А ты? Как прошло знакомство с «элитой» Слизерина? — Слизеринцы очень недоверчивы к чужакам, — произнёс Драко с видом человека, объясняющего очевидное. — Для них я чужак. Регулус Блэк, конечно, подозревает меня в чём-то, но открыто ничего не покажет — я это знаю. Он будет тихо наблюдать. Да и он был прав, когда сказал, что я напоминаю ему Нарциссу. — Думаешь, он скоро узнает? И как нам выбраться? — нахмурился Поттер. — Может ли быть так, что медальон цел? Мы могли бы забрать его и… — И вновь попасть в прошлое? — съязвил Драко. Вздох. Выдох. — Нет, Малфой, уж точно нет. Куда в прошлое ещё. — Ну, не знаю… я бы хотел увидеть Септимуса Малфоя, — кисло ответил Драко. — Ты как-нибудь переживешь. — устало произнёс Гарри, не замечая гневного взгляда Драко. — Опять устроишь сцену, что во всём виноват я? Каюсь. — Я размышляю, — цокнул Драко. — Может быть, ты прав. Когда Нотт говорил о медальоне, мне казалось, он не рассказал всего. Да и по слухам я знаю лишь то, что артефакт способен отправлять в прошлое. Но что, если в нём есть ещё функции — отправление в настоящее, где мы были? Для этого времени это, конечно, лишь будущее, но находясь именно сейчас, в эту минуту, для нас это всего лишь прошлое, а для твоего отца и других — настоящее. Со временем шутить особенно не стоит. Я много читал, но всё это были лишь теории, не доказанные фактами. — А что будет, если мы всё же попытаемся что-то изменить? — осторожно спросил Гарри. — Поттер, это слишком тяжёлая тема. Даже магия не способна дать на неё однозначный ответ, и до сих пор всё это остаётся загадкой. Как именно, кто именно и где именно создал этот артефакт. Судя по ощущениям, это явно не тёмная магия. Но почему-то все книги и сведения о нём хранились лишь в закрытых секциях. Мне было нелегко туда попасть — как бывший Пожиратель, я неизбежно вызывал подозрения, — Гарри почувствовал укол совести. — И, опираясь на те знания, что я получил, просиживая там ночами, могу предположить: если мы попытаемся изменить прошлое, мы умрём. Рано или поздно мы всё равно должны выбраться отсюда. Мы чужаки в этой временной линии. Сбой. Ошибка. — Это как вирус, попавший в ноутбук, — Гарри кивнул, но тут же заметил озадаченный взгляд Драко. — Что такое «ноутбук»? — Ммм… это маггловская вещь, — вздохнул Гарри. — Отец Рона однажды принес один, дал показать. И как бы случайно он подхватил вирус, после чего сломался. Мне показалось, что ситуация похожа. — Он опустил взгляд, и грусть на мгновение скользнула по его лицу, вспоминая друзей. Драко прикусил губу. — Звучит ужасно. — Да. Так что считай, мы вирус, попавший в ноутбук. — Мы можем сидеть в библиотеке отдельно, в разное время, — устало протянул Драко, улегшись на кровать. — Если спросят, скажешь, что просто интересуешься или что такое задание дали, а ты ищешь информацию. — А почему отдельно? — нахмурился Гарри. — Дядя считает, что мы товарищи. Повисло молчание. Драко устало уточнил: — Мой дядя, Регулус Блэк, считает, что мы товарищи. — И? — Гарри действительно не понимал, в чём тут дело. — Но мы не товарищи, — нахмурился Драко. Гарри открыл рот, но тут же захлопнул. Словно почувствовал что-то. Драко всем сердцем молился, чтобы Поттер не начал нести ерунду. — Мы товарищи по несчастью, — хмыкнул Гарри. — Я тут жертва, брось, — закатил глаза Драко. Поттер рассмеялся, искренне улыбаясь. — Спокойной ночи, Малфой. — Покойных, — тихо ответил Драко. Лишь спустя время, когда Драко уже крепко спал, Поттер осознал, что пропустил встречу в Гриффиндоре. Он вспомнил, как Сириус говорил об этом ранее.