...𝙇𝙤𝙖𝙙𝙞𝙣𝙜 𝙮𝙤𝙪𝙧 𝙡𝙤𝙫𝙚 𝙨𝙩𝙤𝙧𝙮!

— Итак… — загадочно протянул Бомгю, как только его парень вернулся из комнаты и плюхнулся на диван. Движение воздуха закачало пламя свечей, расставленных на всех горизонтальных поверхностях гостиной, отчего на стенах заплясали тени. В сочетании с хлопьями снега, быстро падающего за окном, это выглядело волшебно. Почти как зимняя сказка. Почти. — Итак? — Тэхён устроился рядом и опустил голову на плечо Бомгю, вопросительно глядя снизу вверх. В отличие от Бомгю, ему не пришлось переодеваться из тщательно подобранного аутфита — спасибо привычке всегда собираться в последний момент. Но лёгкий макияж, который Тэхён не потрудился снять после смены планов, всё ещё напоминал о несостоявшемся свидании. Из ресторана позвонили в последний момент: сказали, что из-за сильного снегопада в центре начались перебои со светом и заведение пришлось закрыть, а всю бронь — отменить. Бомгю, уже надевший свой лучший наряд, был готов завыть от отчаяния и пойти брать все работающие рестораны города штурмом. Тэхён же, ещё не сменивший домашнюю одежду на что-то более приличное, резонно заметил, что снегопад за окном продолжал усиливаться, а все дороги на картах горели красным из-за пробок. Возможно, Бомгю бы это не остановило и он пошёл бы героически пробираться по сугробам, чтобы отпраздновать День всех влюблённых со своим парнем как положено. Но через пять минут свет погас уже у них в квартире, а ещё через одну — во всех соседних домах. Кажется, Вселенная была против. Бомгю в последний раз вздохнул по несбывшемуся романтическому ужину при свечах, которого он так ждал, и переключил внимание на настоящее. Какой смысл унывать и сокрушаться? Его любимый человек по-прежнему был рядом с ним, а значит, они всё ещё могли отпраздновать этот день. Даже со свечами, как и в оригинальной задумке. Пусть и немного… иначе, чем планировалось. — Итак, — повторил Бомгю, привычно запуская пальцы в каштановые волосы Тэхёна. — Мы застряли в снежном плену, без еды, воды и связи… — У нас полный холодильник продуктов, хён. — …И нам нужно как-то скоротать время, пока не привезли спасительную курочку, которую мы успели заказать в последний момент, — с нажимом продолжил Бомгю, проигнорировав замечание парня ради драматического эффекта. — Так что… у меня предложение. Он достал телефон, нажал на какую-то иконку и ткнул экраном Тэхёну в лицо. Тот, на секунду поморщившись от яркости, любопытно уставился на розовый экран загрузки, украшенный звёздочками, сердцами и алыми розами, а также, видимо, названием приложения, переливающимся всеми цветами радуги. — Что это? — «История любви», — без запинки прочитал Бомгю надпись, красующуюся на экране. — Вижу, — усмехнулся Тэхён, — но что это? Предлагаешь почитать фанфики? Бомгю фыркнул, толкнув его в бок. — Обижаешь, — в этот момент приложение загрузилось, представив взглядам парней красочный интерфейс в всё в тех же ярко-розовых тонах. Бомгю подтвердил мгновенно возникшую у Тэхёна догадку, авторитетно заявив: — Это лучше, чем фанфики. Фанфики с картинками! Выражение лица Тэхёна оставалось невозмутимым ровно три секунды. Дольше сдерживать смех парень не смог, даже несмотря на мигом надувшиеся губы сидящего рядом хёна. — Да нет, я не против, хён, — он примирительно похлопал Бомгю по бедру (по которому, возможно, ударил пару раз в приступе веселья) и притянул к себе, приобняв за плечи. Бомгю, пусть и неохотно, уложил голову ему на грудь. — Просто… почему именно эта… идея? Разумеется, Тэхён понимал, что выбирать особо не из чего. Они не могли посмотреть фильм на телевизоре, так как вайфай не работал без электричества, не могли заняться готовкой ужина по той же причине, не могли последовать своей маленькой вечерней традиции и вместе пособирать новые пазлы, которые Бомгю совсем недавно подарил ему на день рождения. Да, вариантов и правда было мало. И всё же… Бомгю нетерпеливо вздохнул и закатил глаза — несмотря на почти кромешную темноту гостиной, Тэхён был в этом уверен. — Ну, во-первых, это романтично… — Реально? — …Не перебивай, — Бомгю легонько ущипнул его за ногу, и Тэхён усмехнулся, послушно закрыв рот. — Во-вторых, это смешно! Мне нужна порция здорового кринжа, я всё ещё скорблю по стейку из того ресторана. Капризные нотки в его голосе вызвали у Тэхёна улыбку. — Как только апокалипсис закончится, мы туда сходим, обещаю, — он быстро наклонился к парню и утешающе чмокнул его в макушку. — Спасибо, ты милашка, — к счастью, новый вздох Бомгю прозвучал уже не так недовольно. — Так вот, в-третьих, нам всё равно надо чем-то убить время? И у меня есть повербанк! В-четвертых — стой, послушай, это самое крутое — там можно создать своего персонажа! И делать за него выборы! Разве не прикольно? На этот раз от шутливого закатывания глаз не удержался уже Тэхён. Похоже, у него не было других вариантов, кроме как согласиться: судя по энтузиазму и знанию деталей, Бомгю явно открывал это приложение не в первый раз. И Тэхён мог припомнить лишь одного человека, чьё плохое влияние могло привести его к… «фанфикам с картинками». Или, иными словами, гейским визуальным новеллам. — Юнджин посоветовала? — спросил он, заранее зная, какой ответ его ждёт. Яркая улыбка, которой просиял Бомгю при упоминании своей коллеги-слэш-подруги, не оставила никаких сомнений. — Тён-и так хорошо меня знает. Секси, — проворковал он, приторно захлопав ресницами и оставив на шее парня звонкий поцелуй. — Ну что, ты же согласен? Да?? Да??? Тэхён покачал головой, даже не пытаясь прятать улыбку. Его хён нечасто включал режим турбо-эгё, но, когда всё-таки это делал, сопротивление было попросту бесполезно. И физически невозможно. Зовите Тэхёна симпом, он станет спорить. — Окей. Но чур персонажа делаю я. — Ур-… Эй, стоп, почему это?!

***

«Что подарить партнёру на четырнадцатое февраля? Небанальные идеи специально для моих квир-котиков…» «Мой парень сделал мне ЛУЧШИЙ сюрприз на День всех влюблённых, и сейчас я расскажу вам какой…» «Вкуснейший торт с дубайским шоколадом, которым вы сможете порадовать своего любимого! Вам понадобятся всего двадцать восемь ингредиентов…» «Я купила СТО блайнд-боксов и вытащила СЕКРЕТНОГО ЗОЛОТОГО ЛАБУБУ!!! Смотри анбоксинг на моём канале…» Громкий раздражённый стон, сотрясший стены тёмной спальни, вполне мог посостязаться с криками динозавров из «Парка Юрского периода». После чего виновник такой реакции — телефон — с глухим стуком полетел куда-то в сторону. Теоретически Ёнджун понимал, что его смартфон не совершал никаких преступлений — просто показывал короткие видео, рекомендованные алгоритмами на основе его, между прочим, собственных предпочтений. И парень мог простить периодически вылезавшие распаковки игрушек, на которые он бесцельно залипал пару месяцев назад, или видео с готовкой, которые попадались ему лишь потому, что Субин использовал их чат в качестве архива рецептов. Вот только… в Субине-то и была проблема. А точнее, в том, что он сейчас не лежал с Ёнджуном в обнимку, а был в другом городе за сотни километров отсюда, пока дурацкий телефон с его дурацкими алгоритмами вовсю показывали Ёнджуну идеи для Дня всех влюблённых, милые подарки, целующихся парочек и прочий… абсолютно непозволительный в данной ситуации контент. Жестоко, негуманно и просто оскорбительно! И от того, что Ёнджун был вынужден торчать один в тёмной квартире без намёка на электричество и отопление, становилось ничуть не лучше. Парень издал новый, уже гораздо более жалобный стон и перевернулся на живот, утыкаясь лицом в подушку. Которая пахла Субином. Как и вся постель, на которой замёрзший, грустный и абсолютно презирающий жизнь Ёнджун оплакивал свою судьбу последние три часа — ровно с того момента, как ему пришло сообщение от Субина. «Дорогу перекрыли из-за метели. Боюсь, мы здесь до завтра». — Бин-а… — прошептал Ёнджун, тоскливо глядя в темноту. Туда, где на прикроватной тумбочке стояла их совместная фотография. Несмотря на кромешный мрак, Ёнджун помнил всё, что было запечатлено на том снимке, до мельчайших деталей. Гостиная в квартире Бомгю и Тэхёна, большая компания из общих знакомых. Ранняя вечеринка по случаю Нового года, выпавшая на их с Субином сто дней. Джинсовая рубашка Субина и его же худи на плечах Ёнджуна. Рука на талии, румянец на щеках и чуть припухшие губы — маленький секрет, так и оставшийся между ними. Тогда они улизнули ото всех и тайком целовались на кухне до тех пор, пока друзья не спохватились и не позвали их в зал делать фото на память. Ёнджун зажмурился, вспоминая тепло Субина, и тяжесть его осторожных ладоней, и его улыбку, и ангельские ямочки, которые он любил и ненавидел одновременно, потому что из-за них никогда не мог злиться на парня подолгу, и уже через секунду его неровные вздохи переросли в полноценные всхлипы. Драматично? Ещё как. Ёнджун в курсе. Но сегодня Субин должен был наконец вернуться после трёхнедельной командировки, и Ёнджун ждал этот день, как настоящая девушка солдата. Он специально отпросился с работы пораньше и закупился продуктами, планировал отчистить квартиру до блеска и приготовить вкусный ужин, представлял, как будет хлопотать о Субине с дороги, не выпускать его из объятий ни на секунду и много-много целоваться, навёрстывая долгие недели друг без друга. А теперь… Чёрт бы побрал эту дурацкую работу. И дурацкую метель, и дурацкую зиму, и вообще дурацкое всё и всех! …Кроме Субина, конечно. Ёнджун дважды шмыгнул, вытер лицо рукавом толстовки (разумеется, принадлежавшей Субину). Возможно, он при этом щедро размазал под носом сопли, но какая разница? Его парень сейчас не рядом, а на остальных Ёнджуну плевать. И вообще, в комнате всё равно было темно — настолько, что он даже рук своих не видел. Наверное, швырять телефон куда попало было глупой идеей. Ёнджун с чертыханием принялся шарить по матрасу и с облегчением вздохнул, когда через пару секунд нащупал гладкий металлический корпус. Вот только… — Нет, — Ёнджун несколько раз нажал на кнопку блокировки и нетерпеливо потапал по экрану, но тот оставался тёмным. — Нет-нет-нет, пожалуйста… Может, телефон отключился от слишком сильного удара о матрас? Сомнительная теория, но Ёнджун не удивился бы, если бы Вселенная решила поиздеваться над ним ещё немного. Он зажал кнопку и едва не завопил от радости, когда экран загорелся… значком разряженной батареи. После чего потух снова. — Пиздец… — шёпотом заключил Ёнджун. Дурацкие видео с парочками, танцующими под «Snowman»!!! Парень раздражённо взбрыкнул ногами, окончательно превращая постель в гнездо, и ударил подушку кулаком, вымещая накопившуюся злость на несправедливость этого мира. А затем всё же заставил себя успокоиться и сесть. Может, когда свет только отключили, ему было не до поисков свечей и спичек — после сообщения Субина Ёнджуну хотелось только грустно лежать на кровати и страдать. Но теперь, с внезапно нависшей перспективой остаться не только в темноте, но и без какой-либо связи с внешним миром, парню стало действительно жутковато. Ёнджун выпутался из одеяла и поднялся на ноги с намерением двинуться на кухню, но что-то заставило его остановиться напротив окна. Что-то было… не так. Уличный фонарь, которого обычно хватало, чтобы осветить всю спальню, сейчас, как и положено, не горел. Однако парень всё равно мог различить в темноте зимнего вечера тяжёлые белые хлопья, по какой-то причине стремительно летевшие… эм… вверх? Ёнджун моргнул, но направление снегопада не изменилось. Снег продолжал подниматься в обратном направлении от земли, закручиваясь маленькими белыми вихрями среди тёмных многоэтажек. Ёнджун нервно усмехнулся, для надёжности протерев глаза. — Какого… Он что… сошёл с ума от разлуки? Неужели у него и правда настолько не проработана — как там говорилось в том видео? — сепарированность от партнёра? Или во всём виноват слишком долгий скроллинг, и брейнрот захватил его мозг, и теперь ему мерещилась всякая чертовщина? Что дальше? Субиноподобные галлюцинации? Говорящее печенье с шоколадной крошкой? …Лабубу?.. Ёнджун сам не заметил, в какой момент его охватила паника. Он замотал головой, сделал нетвёрдый шаг назад и покачнулся, ударившись о кровать. Дыхание участилось, становясь всё более прерывистым, перед глазами поплыли мутные пятна. После чего комната закружилась вокруг него всё быстрее, словно засасывая в бездонный водоворот, а затем… …Наступила темнота.

***

Бомгю со смехом захлопал в ладоши, как только Тэхён поменял дефолтные брови персонажа на слегка изогнутые, тут же придавшие ему нахмуренный, почти обиженный вид. — Я понял, кого ты делаешь!!! — он чуть ли не прыгал на месте от восторга, раскачивая сидящего рядом Тэхёна. — Тён-а, ты гений! Только у него не такой нос. И добавь родинку! — Тут нет родинок, — медленно проговорил Тэхён, сосредоточенно листая предложенные варианты цвета глаз и макияжа. — О, смотри, голубые линзы. Норм, стрём? — Бр-р, стрём, зловещая долина, — решительно отверг Бомгю. Тэхён согласно кивнул, остановившись на привычном тёмно-коричневом цвете. — Интересно, как он там… — задумчиво протянул он, просматривая возможные причёски. Увидев, как его палец мечется между ирокезом и лысой головой, Бомгю толкнул парня в бок. — Йа, Тэхён-а! Мы делаем секси-красавчика как из дорамы, чтобы любовный интерес по нему сох! На Ёнджун-хёна со странными причёсками я и в жизни могу посмотреть, — когда Тэхён с ворчанием вернул персонажу чёрный маллет, Бомгю продолжил. — А вообще, не знаю. Но он был в сети недавно. Наверное, смотрит фотки с Субином и ревёт под грустную музыку. Тэхён промычал, увлечённо добавляя последние штрихи — самый нелепый из всех доступных нарядов и миленькие серьги-сердечки. — Бедный хён. Если бы мы знали, что всё так накроется, можно было бы встретиться втроём. — Не-е-е, не надо, — тут же серьёзно возразил Бомгю, покачав головой. — Он был бы как тот мем с грустным муравьём. Я бы даже за руку тебя держать не смог, пока он сидит с сопливым носом и плачет по Субину. Тэхён лишь фыркнул, мельком бросив взгляд на своего парня. — Не льсти себе. Ты бы специально это делал. — Фу, ты меня прямо насквозь видишь, жуть, — несмотря на свои слова, Бомгю расплылся в широкой ухмылке, пристроившись вплотную к Тэхёну, и нетерпеливо заёрзал на месте. — Ну всё, начинай! Тэхён ввёл имя персонажа, нажал на кнопку «Подтвердить», и после того, как им показали готовый аватар с нескольких ракурсов, экран загрузки сменился списком доступных историй. — Ага, что бы выбрать… — Бомгю принялся листать превью с таким серьёзным видом, будто решал судьбу мирового сообщества, как минимум. Ну, если так подумать, он и правда решал судьбу двадэшного Ёнджуна, которого они с Тэхёном создали. — Тэк-с, ну, вампиры — это прошлый век… — В прямом смысле. — Конечно, детка, — отвлечённо кивнул Бомгю, продолжив критически оценивать предложенные истории. — «Существует ли любовь между русалкой и человеком…» Э-эм, ну такое. Не хочу, чтобы до Ёнджун-хёна домогался полуголый рыбочеловек. — Может, это он будет русалкой? — усмехнулся Тэхён, наблюдая за его решительными свайпами. — Тем более, — с отвращением поморщился Бомгю. — Та-а-ак… «Мой босс без ума от меня»… — при виде этой истории его гримаса стала ещё отчётливее. — Буэ, служебные романы — это всегда какой-то кринж. Тэхён фыркнул. — Мне кажется, это проблема самого приложения. — Ну да, но… О! — смахнув очередное превью, Бомгю вдруг вцепился в телефон двумя руками и выпрямился, снова заёрзав на месте от восторга. — О боже, Тён-а, смотри! Тут второй перс — вылитый Субин! Я надеюсь, ему можно имя дать??? О-о-о, они ещё и соперники! Это идеально!!! Тэхён несколько скептически пробежался глазами по экрану. На обложке истории был изображён парень в университетской форме с типичной аурой альфа-самца, холодным взглядом и таким выражением лица, будто у него непроходящий запор. Довольно стандартно. Внизу бордовыми буквами мерцало название «Мой милый враг» и короткое описание: «Ты живёшь обычной жизнью, поступаешь в университет и надеешься, что хорошие оценки помогут тебе и твоей семье вылезти из бедности. Однако у заносчивого богатого хулигана, перейти дорогу которому тебе не посчастливилось в первый же день, на тебя совсем другие планы. Сможет ли ваша вражда стать чем-то большим?» — Уф, — лицо Тэхёна неконтролируемо скривилось от зашкаливающего количества клише на квадратный сантиметр. — Я думал, такое только на ваттпаде осталось, где матери всех подряд «One Direction» продают. Бомгю лишь весело ухмыльнулся, качая головой: — Не-е, это нестареющая классика! К тому же, Ёнджун-хёну такое идёт! Есть в нём, знаешь… — он защёлкал пальцами в воздухе, пытаясь вспомнить нужное слово. — Излишняя тяга к драматизму? — хмыкнул Тэхён. — Именно! — широко улыбаясь, закивал Бомгю. — А ещё он в тупые ситуации постоянно попадает. Ну, он же? Не то чтобы Тэхёну пришлось долго раздумывать над ответом. — Он, — подтвердил парень и уверенно кивнул Бомгю: — Жми.

Загружаем вашу историю любви!

♥︎♥︎♥︎♥︎♥︎♥︎♡ 100%

▼▼▼

Длинный коридор. Светлые стены. Ряд дверей с номерами с одной стороны и окна, выходящие на какой-то стадион, с другой. Яркие светодиодные лампы над головой, плиточный пол под ногами и… Тетради в руках?.. Рюкзак за спиной?.. Какая-то… стрёмная полосатая кофта? И зауженные брюки?.. Стоп, что?! Ёнджун панически вскрикнул, обхватывая себя руками и оглядываясь по сторонам. Стопка тетрадей звучно шлёпнулась на пол, но парню было не до этого. Потому что какие ещё, к чёрту, тетради?! Он ведь только что был в своей спальне и пытался развидеть неправильный снегопад! Боже, он что… умер?! — Ёнджуни? Ты чего? Услышав чужой голос, Ёнджун обернулся так резко, что едва не вывихнул шею. Он лишь сейчас заметил высокого незнакомца, стоявшего рядом и следившего за ним с милой улыбкой. — Эх, ты! Не выспался, что ли? — добродушно произнёс тот, присел на корточки, собрал разлетевшиеся тетради и всунул их обратно в руки Ёнджуну. — Идём! Нужно занять стол, пока ещё места есть! Какой стол? Какие места? Не обращая внимания на шок на лице Ёнджуна, парень схватил его за локоть и резво потащил за собой, лавируя между другими людьми, которых Ёнджун изначально даже не заметил. Он едва успевал переставлять ватные ноги, следуя за незнакомцем, пока лихорадочно пытался осмыслить происходящее. Нет, он не мог умереть… Или мог? Неужели мозг решил, что с него хватит думскроллинга, и отключил его из жизни? Ёнджун нервно усмехнулся. Да не, бред какой-то. Как минимум, у некоторых экранное время бывает и похуже. Как максимум — тогда ему должны вручить премию Дарвина. Конечно, если он правда умер. Внезапно ему снова стало не до смеха. А вдруг он потерял сознание и, ну, предположим, замёрз насмерть? В квартире и правда было холодно, и Ёнджун помнил, что в последние секунды чувствовал себя неважно. В голове предательски мелькнула мысль о том, каково будет Субину, вернувшись из командировки, обнаружить его окоченевшее тело, и губы парня мелко задрожали. В который раз за этот вечер — хотя сейчас, кажется, почему-то был день? — Ёнджуну захотелось расплакаться. Ну, или хотя бы взять паузу, поделать дыхательные упражнения и хорошенько всё обдумать. Вот только сделать это у него почему-то не получалось — сколько бы Ёнджун ни пытался остановиться, ноги несли его следом за незнакомым парнем, словно на автопилоте. Так может, раз тело его не слушалось, это был сонный паралич? Хотя… тоже вряд ли. Ёнджун ни разу его не испытывал, но слово «паралич» как будто подразумевало, что он должен лежать бревном, не способный пошевелить и пальцем, а не тащиться на всех парах… да, кстати, куда они идут? — Сейчас поедим в столовой, — будто прочитав его мысли, парень обернулся к Ёнджуну на ходу, продолжая всё так же радостно улыбаться: — Потом зайдём в библиотеку и возьмём учебники, а дальше — на пару! Сегодня же первый учебный день! Поспешим! Кстати, интересно, что на обед? Едва он договорил фразу, на его лице снова появилась неизменная улыбка. И… Окей, это было крипово. Что-то в манере речи этого парня настораживало. Он звучал как… робот. Или чрезмерно доброжелательный NPC из какой-нибудь игры. По спине Ёнджуна пробежали мурашки, и ему инстинктивно захотелось поёжиться. Но вместо этого он улыбнулся и поравнялся с парнем, закинув руку ему на плечо. — Кай, тебе бы только поесть. Тебе кроме еды вообще хоть что-нибудь нравится? Душа Ёнджуна ушла в пятки, как только он закончил проговаривать слова. Какого хрена? Какой ещё Кай? С чего он взял, что его зовут Кай? Почему он разговаривал с этим парнем так, как будто его знает? Почему в принципе произносил эти кринжовые слова, если не хотел этого делать?! По-прежнему игнорируя потрясение Ёнджуна, парень… ну, видимо, по имени Кай, бросил на него быстрый взгляд и мягко улыбнулся. После чего ответил многозначительным, ничуть не подозрительным: — Нравится. И внезапно у Ёнджуна возникло очень, очень плохое предчувствие.

▼▼▼

— Чел вообще не палится, — фыркнул Тэхён, разглядывая блондинистого двадэшного паренька с чересчур широкой дефолтной улыбкой. Затем недоверчиво наклонил голову: — Получается, это второй любовный интерес? Прямо так, с самого начала? — Похоже, — кивнул Бомгю, нажав на экран и перейдя к следующему слайду. — Бедняга, у него штаны не прорисованы. И он разговаривает репликами из диснеевского мюзикла. Наш Ёнджуни такого точно не выберет, он достоин лучшего. Тэхён хмыкнул. — Не уверен, что дальше будет лучше. — В этом вся суть! — пропел Бомгю и нетерпеливо тапнул по экрану снова. — Ну что, где там уже Субин?

▼▼▼

Ёнджун не переставал ковырять еду палочками, сидя за столом напротив Кая, но ни одна рисинка в итоге не попадала ему в рот. Сам он был этому только рад, ведь не испытывал никакого аппетита. Вот только некоторые… странности не давали ему покоя. Во-первых, Кай за последние полчаса тоже не проглотил ни крошки. Хотя он время от времени подносил палочки к губам, его порция оставалась нетронутой. Во-вторых, еда в их тарелках выглядела подозрительно идеально. Вот прямо слишком, чересчур, как нарисованная. В-третьих, люди за соседними столами — в основном, парни и девушки примерно их возраста в одинаковой бордовой форме, — тоже ничего не ели. Они просто делали вид, но не съедали ни кусочка. Ёнджун специально следил. И поэтому он также заметил ещё один парадокс: другие люди выглядели… странно. Слишком типично, обобщённо, как-то плоско, будто нарисованные под кальку персонажи. Что хуже всего, когда они вставали из-за стола и уходили уносить подносы, их лица становились неразличимыми. Они как будто… стирались. Всё это было странно, пиздец как жутко и точно нереально. С каждой новой неестественной деталью Ёнджуну всё больше хотелось лечь на пол, закрыть глаза и не вставать, пока он не почувствует, как просыпается в своей комнате. Ведь он же спал, да? Не могло быть такого, чтобы после смерти людей ждало что-то… подобное. Это не было похоже ни на рай, ни на ад, ни на чистилище. Всё происходящее скорее смахивало на сон под температурой, помноженный на бред душевнобольного, помноженный на отходняк от анестезии после удаления аппендицита. Другим словом — пиздец. В целом от истерики Ёнджуна спасало только то, что Кай, который почему-то всегда был рядом, казался — не считая вечной улыбки — вполне нормальным. Вроде бы живым. Дружелюбно настроенным. И очень разговорчивым. Он говорил обо всём. О том, как рад, что они познакомились на распределении и стали друзьями. О том, как ему не терпится начать изучать новые дисциплины. О том, как ему жаль, что Ёнджун не сможет ходить в кружки, ведь он работает на двух подработках, чтобы содержать семью… Ёнджун не знал, о чём он вообще говорит. Не знал, почему продолжал сидеть напротив и слушать. И уж тем более не знал, зачем с любопытством повернул голову, когда где-то позади послышался возбуждённый гвалт. Он смог различить лишь большую толпу из девушек и парней, окруживших кого-то на входе в столовую. — Что за шум? — недовольно нахмурился Ёнджун, и его действия впервые совпали с желаниями, потому что да, он действительно был недоволен. Какая ему разница, что там за шум? Почему его тело и язык поступали так, как им вздумается? Это начинало раздражать. — Ты не в курсе? — глаза Кая округлились. Он встал и стал убирать нетронутые тарелки на поднос, и Ёнджун — конечно же, против воли — тут же последовал его примеру. Кай чуть понизил голос, наклоняясь к нему: — Ёнджуни, я знаю, ты много трудился, чтобы сюда попасть, но надо же иногда вылезать из библиотеки! Это же звезда нашего потока! Богач! Староста! — миллиардер, плейбой, язвительно продолжил про себя Ёнджун. — А ещё у него плохая репутация. Но девчонкам это даже нравится! Ёнджун поморщился, взял поднос в руки и отправился прочь от стола, оборачиваясь к Каю на ходу. — В общем, понятно, богатый сноб. Такие меня не интересуют. Лучше скажи, где… Ёнджун точно знал, что хотел спросить, где будет следующая пара, потому что… без понятия почему. Просто ему в голову будто загрузили какой-то скрипт, и он произносил фразы, даже не успевая о них задуматься. Но на этот раз договорить у него не получилось. Ещё на середине вопроса Ёнджун почувствовал, как поднос врезался во что-то твёрдое, а когда обернулся, то увидел перед собой чей-то пиджак. С пятном от пролитого бананового молока. Упавшего с его подноса. — Ох! Прости, я… Ёнджун запнулся, как только взгляд зацепился за значок над карманом с золотой вышитой эмблемой. «Чхве Субин». Сердце ёкнуло. Да нет, не может быть. Ёнджун с надеждой поднял голову и едва не задохнулся. Потому что перед ним действительно стоял… Субин?! Правда… почему-то с красными волосами, тоже в этой дурацкой форме и с непривычно раздражённым выражением лица, но это был Субин? Его Субин?! Когда он успел покраситься? Как он здесь оказался? Он искал его? Он пришёл его спасти? Ёнджуну хотелось заплакать от облегчения и завопить от радости, броситься Субину на шею и вместе убраться из этого странного места как можно скорее. Но ему даже не дали шанса открыть рот. Хотя, как Ёнджун уже успел убедиться, не то чтобы он физически был на это способен. — Тебя не учили смотреть, куда идёшь? — грубый тон Субина разрезал воздух, словно хлыст. Ёнджуну будто дали пощёчину. — Ч-что? Субин надменно фыркнул, скривившись в гримасе. Ёнджун нахмурился, пытаясь избавиться от диссонанса. У парня напротив было лицо его любимого человека, но… Оно выглядело чужим. Субин выглядел чужим. И это сбивало с толку. — Ты назвал меня богатым снобом, врезался в меня и пролил молоко на мою форму, — продолжил Субин, ткнув в него пальцем. — А она стоит дороже, чем коробка из-под обуви, которую ты считаешь своим домом. Чем будешь платить, Чхве Ёнджуни?

▼▼▼

— Кажется, называть его «Ёнджуни» было так себе идеей, — надул губы Бомгю, тапая по экрану. — А вот чел реально выглядит как Субин. Только, типа, его злобный брат-близнец. — Ну… если только так, — сомнительно протянул Тэхён, разглядывая красноволосого персонажа с абсолютно нечеловеческими пропорциями роста и телосложения. — Хотя вообще, по опыту, все яойные персонажи выглядят как Субин на стероидах. — Хм… А у тебя большой опыт чтения яоя, детка? — прищурился Бомгю, отложив телефон и смерив своего парня пристальным взглядом. Тэхён иронично усмехнулся, сверкнув ямочкой на щеке. — Хён, мне напомнить, по чьей инициативе мы сейчас играем в это? — Я просто спросил…

▼▼▼

Ёнджун ощутил укол обиды, как только Субин закончил говорить, но быстро заставил себя стряхнуть это чувство. Потому что какого хрена?! О каком бы доме размером с коробку сейчас ни шла речь, это был не его дом. И, как бы сильно этот парень ни напоминал Субина, это был не его Субин. Его Субин никогда бы не позволил себе так с ним разговаривать. Не говоря уже о том, что он вёл себя так, будто они не знакомы. Ладно, Ёнджун — он лишний раз голову не мог повернуть. Но Субин-то что?! Чем дольше Ёнджун об этом думал, тем сильнее заводился. Но вместо того, чтобы обрушить на субиноподобного парня праведный гнев, он лишь робко произнёс: — Я… я постираю. Блять, чего?! Да не собирался он ничего стирать! И почему он вообще заикался?! Субин усмехнулся, оценивающе склонив голову набок. — Не надо. Я знаю способ получше. Он сощурил глаза, нагло оглядывая Ёнджуна с головы до ног, и Ёнджуну немножко захотелось умереть, потому что окей, ладно. Вот так его Субин и правда иногда делал. Однако это обычно происходило за закрытыми дверями их спальни и в абсолютно другом контексте, о котором сейчас речи вообще не шло. Вроде бы. Ёнджун на это надеялся. Он испуганно вздрогнул, когда Субин наклонился ближе и невозмутимо произнёс: — Будешь у меня на побегушках. — Ч-что? Субин расплылся в ухмылке и понизил голос, промурлыкав в считаных сантиметрах от его губ: — С этого дня ты будешь делать всё, что я скажу, Чхве Ёнджуни.

▼▼▼

♥︎ (Согласиться)

♡ (Отказаться)

Бомгю и Тэхён удивлённо застыли, когда вместо привычного текстового окна на экране всплыли две кнопки с выбором ответа, а в центре замигал крошечный значок секундомера, отсчитывающий пять секунд. — Согласиться?! Да Ёнджун-хён бы его за такое прикончил, — тихо пробормотал Тэхён, в то время как Бомгю торопливо нажал на второй вариант. — Ага, щас, разбежался, — Бомгю возмущённо помотал головой, с круглыми глазами пялясь на экран. — Нет, я, конечно, всё понимаю, но… Он охуел??

▼▼▼

Ты охуел?? Ёнджуну практически жгло язык от желания задать вопрос вслух, но, разумеется, он снова сказал что-то абсолютно другое. — Много чести для такого заносчивого придурка как ты, Чхве Субин. Окей, формулировка другая, но суть та же. Ёнджун был рад, что внезапно не выдал в ответ что-то вроде «конечно, с радостью, всегда мечтал возродить рабство». Кто знает, вдруг его спящий мозг был на такое способен? Потому что да, после долгих метаний Ёнджун всё же решил остановиться на версии о том, что он сейчас просто спал. То, что он однажды проверил совместимость их с Субином дат рождения, ещё не значило, что он верил в параллельные миры, загробную жизнь и прочую чепуху. Так что сон казался самым логичным объяснением всего происходящего. Да, бредовый, да, кринжовый, но с кем не бывает? Не то чтобы Ёнджун мог контролировать содержание своих сновидений. К сожалению. — Зря, Ёнджуни, — тихо процедил в это время Субин, прожигая его потемневшим взглядом. — Я не умею принимать отказы. Ну так сходи к психологу, мысленно огрызнулся Ёнджун, и, не удостоив Субина ответом, повернулся к Каю. — Идём. Скоро занятия начнутся. Они слились с потоком людей в коридоре, уверенно зашагав в не известном Ёнджуну направлении. Видимо, «на занятия». Ёнджун понятия не имел, на какие. Сон, всего лишь сон. — Не переживай, — Кай мягко коснулся его локтя, глядя на него со странным сочувствием. — Ты молодец, круто его отшил. Ёнджун был бы не против успокоить паренька и сказать, что сейчас переживал о вещах немного другого масштаба, но вместо этого лишь улыбнулся. — Спасибо, Кай. Я рад, что у меня есть такой друг, как ты. В ответ Кай бросил на него томный взгляд, и почему-то Ёнджуну захотелось остановиться и подолбиться головой об стенку.

▼▼▼

— С днём френдзоны, — задумчиво протянул Бомгю, нажав на следующий слайд. — Хотя так-то он симпатяжка. Я бы ему дал. Он выждал несколько мгновений, краем глаза следя за реакцией Тэхёна, прежде чем произнести финальный панчлайн и перевести всё в шутку. Однако его озорство быстро исчезло в никуда. Потому что одновременно с его дразнящим «Денег на мороженое» Тэхён на полном серьёзе выдал: — Я бы тоже. Новая пауза, которую планировал выдержать Тэхён, чтобы поддеть своего хёна в ответ, продлилась не дольше секунды. Он слишком быстро сломался при виде искреннего возмущения на лице Бомгю. — Да шучу я, хён! — попытался успокоить парень, едва сдерживая смех. — Ага, — сухо ответил Бомгю. — Ты вообще первый это сказал! — Да, но я не… — Бомгю негодующе замычал, когда Тэхён подался вперёд и прервал его возражения поцелуем, не переставая улыбаться. За что тут же получил щипок в бок. — Кан Тэхён! — сердито пробурчал Бомгю, как только он отстранился. — Если ты думаешь, что можешь успокоить меня одним поцелуем, то ты… — он вздохнул, окончательно потеряв весь запал после того, как Тэхён поцеловал его снова. — Очень прав, к сожалению. Всё, хватит меня отвлекать! Нас ждут великие дела. — Да, капитан, — рассмеялся Тэхён и прижался щекой к плечу своего хёна, вновь устремив внимание на экран телефона.

▼▼▼

Резкий звук свистка разрезал тишину, и внезапно всё пришло в движение. Девушки и парни в одинаковой спортивной форме, сетка, натянутая посреди большого спортзала, топот и звук трения резиновых подошв кроссовок об пол, запах пота и старого инвентаря. Ёнджун непонимающе захлопал глазами, оглядываясь по сторонам. Он что… попал на урок физкультуры? Когда он успел переодеться? Как он вообще здесь оказался? Они ведь только что шли по коридору из столовой! Ёнджун окинул взглядом толпу и испытал что-то вроде облегчения, заметив чуть поодаль Кая — тоже в спортивной форме и с неизменной улыбкой. Ёнджун непонимающе выгнул брови, пытаясь без слов спросить, как чёрта здесь творится. Но Кай, похоже, не видел в происходящем ничего странного. А переглядки с Ёнджуном и вовсе воспринял по-своему. — Ёнджуни! — он подмигнул и пасанул ему волейбольный мяч, который, однако, улетел куда-то парню за спину. Опять «Ёнджуни»! Вообще-то, так его называл только Субин, потому что ему всё можно, и, пожалуй, Бомгю, потому что ему плевать, что можно и что нельзя. Так почему в этом сне все подряд обращались к нему панибратски? Ёнджун успел возмутиться такой фамильярности только мысленно. Ведь в следующий момент чей-то сильный толчок в спину заставил его потерять равновесие и врезаться в стоящего рядом человека, и Ёнджун, издав вопль и зажмурившись, полетел носом вперёд.

▼▼▼

— О боже, они реально собрали все клише, — вскинул брови Тэхён, когда на экране появилась кат-сцена: двадэшный Ёнджун, лежащий на груди такого же двадэшного Субина и касающийся его губ своими в случайном поцелуе. Оба с одинаково красными щеками, округлёнными глазами и россыпью сверкающих блёсток и полупрозрачных сердечек вокруг. — Да уж, — ухмыльнулся Бомгю. Кажется, его наличие банальных сюжетных сцен только раззадоривало. — Надеюсь, он не попросит у него компенсацию или типа того.

▼▼▼

Ёнджун вскочил на ноги со скоростью молнии, отшатываясь от Субина, всё ещё лежащего на полу, как от огня. Сердце бешено стучало, в ушах пульсировала кровь, а мыслями завладела паника. Чёрт! Он только что поцеловал другого человека! Получается, он изменил Субину?! …Хотя по сути этот парень и был Субином, и выглядел как он, и всё вышло случайно, и вообще, это был всего лишь сон… Но всё равно! Угораздило же! Ёнджун, конечно, по жизни был мастером вляпываться в стыдные ситуации, но так низко он ещё не падал. Во всех смыслах. Сам того не осознавая, парень испуганно попятился назад, однако не успел уйти далеко. — Не так быстро, Ёнджуни. Субин — красноволосый, ненастоящий, дурацкий Субин, каким-то образом вновь оказавшийся перед ним, схватил его за запястье и резко притянул к себе, так, чтобы его голос был слышен только Ёнджуну: — Я требую компенсацию. Волна ужаса внутри Ёнджуна сменилась гневом. Адекватный? — вполне искренне хотелось ему уточнить у Субина, но он ответил лишь непонимающим: — За что? Субин наклонился ближе, перекрывая собой всё, что происходило вокруг: растерянные лица одногруппников, что стояли поодаль и следили за ними, светлые стены спортзала и размытые фигуры преподавателей вдали. Теперь Ёнджун видел перед собой только тёмные глаза Субина, и его пульс тут же предательски подскочил снова. Ёнджун мысленно ругнулся на себя. Какого хрена он делает? Что за реакции на дурацкие, несуществующие проекции своего парня? Ёнджун постарался отвлечься и вспомнить своего Субина, но это не дало какого-то вау-эффекта. Потому что тот, кто стоял напротив, выглядел идентично. Ладно, видит бог, Ёнджун хотя бы попытался. — За то, — медленно проговорил Субин, не сводя с него взгляда, — что ты украл мой первый поцелуй.

▼▼▼

♥︎ (Пообещать компенсировать настоящим поцелуем) ♡ (Высмеять его)

— Жесть, тут даже выборы кринжовые. Мне так нравится! — Бомгю затряс плечами, напоминая восторженного щенка, получившего заветную вкусняшку. — Но ещё слишком рано. Он нам ничего хорошего не сделал. — Правильно. Туда его, — с улыбкой кивнул Тэхён, и Бомгю без раздумий ткнул на второй вариант до того, как истекли отведённые пять секунд.

▼▼▼

Окей, Ёнджун был на грани последние… хрен знает сколько часов, учитывая, что время во сне текло по-другому, а он и вовсе перемещался из одной локации в другую, как долбаный доктор Стрэндж. Но это… это было просто смешно. Ёнджун едва не прыснул прямо Субину в лицо. Первый поцелуй? Вот у него? Они же в университете! …Вроде бы. Веселье Ёнджуна немного поубавилось, когда он поймал себя на том, как быстро смирился с лором своего психоделического сна. Тем не менее, на удивление самому себе, на этот раз у него и правда получилось рассмеяться. — Серьёзно? — он попытался выдернуть запястье из хватки Субина, но провалился. Окей, такое и в жизни бывало, плавали, знаем. Это не помешало Ёнджуну продолжить ухмыляться парню в лицо. — За тобой бегают толпы девчонок, но ни одна из них тебя не поцеловала? Может, проблема в тебе? Субин сжал его руку чуть сильнее, угрожающе понизив голос. — Следи за словами, Ёнджуни. — Иначе? — Тебе придётся за них отвечать. Сердце Ёнджуна пропустило удар одновременно с тем, как в глазах Субина вспыхнула едва заметная искра, и он подумал, что у него ещё никогда не было такого долгого, муторного, хитровыебанного и выборочно реалистичного влажного сна.

▼▼▼

На этот раз, моргнув, Ёнджун очутился в библиотеке. Он догадался об этом по рядам стеллажей, уставленных книгами, столам с лампами для чтения и запаху старой бумаги. И если отбросить в сторону тот факт, что он только что переместился во времени и пространстве (снова! Какого чёрта?!), это было вполне… неплохо. За окном вечерело, в помещении царила уютная тишина, в поле зрения не наблюдалось ни одного субиноподобного столба, а за столом с Ёнджуном снова сидел вроде как вполне безобидный Кай. Ёнджун почти обрадовался, увидев его напротив. Почти. Потому что парень, которого выдумал и сделал его лучшим другом его мозг, имел свойство много и увлечённо говорить. О вещах, в которых Ёнджун не смыслил вообще ничего. — …И он признался Юне прямо после лекции! И она сказала да, представь?! Они такая милая пара! Я так за них рад! — пропищал Кай, видимо, продолжая разговор, начатый задолго до того, как Ёнджун пришёл в себя. Ёнджун даже не был уверен, что вообще принимал в нём участие. Кажется, для болтовни Каю хватало просто компании. Несмотря на то, что Ёнджун понятия не имел, кто такая Юна и кто ей признался, он улыбнулся и легко толкнул парня под столом, словно слушал всё это время. — Лучше бы ты за себя так радовался. Кай надул губы, вздохнув и отведя взгляд. — Да мне пока нечему… Ёнджун любопытно наклонил голову. Не то чтобы ему было любопытно, но у него всё ещё не получалось отклоняться от сценария сна. — Что, неужели ни на кого ещё не положил глаз? Кай вздохнул снова и прикусил губу, как-то робко взглянув на Ёнджуна из-под ресниц. — Ну, есть один человек… — Серьёзно? — Ёнджун с азартом наклонился ближе. — Кто это? Я его знаю? …Ладно, окей. Возможно, ему было чуть-чуть, совсем немного интересно. Он всегда любил посплетничать. — Да, — медленно кивнул Кай и после недолгой паузы посмотрел Ёнджуну в глаза. — Вообще-то… ты очень хорошо его знаешь… Ёнджун задержал дыхание, с ужасом глядя на него. О нет. В памяти моментально заиграли давно забытые флешбэки и замигали красные аварийные лампы, а голос Ли Чжончжэ в голове громогласно заорал: «Стойте!!! Я уже играл в эти игры!!!» — Вот как… Ну, желаю тебе удачи! — неловко протянул Ёнджун и вдруг встал из-за стола. — Ой, кстати, мне нужно книгу одну найти, я сейчас! Он одарил Кая извиняющейся улыбкой и двинулся куда-то вглубь библиотеки, оставляя раскрытые тетради, учебники и Кая позади. Ну, зато даже во сне его толерантность к кринжовым подкатам оставалась такой же низкой. Хотя бы это радовало.

▼▼▼

— О нет, бедняга… Его ввели в сюжет, чисто чтобы страдать… — Бомгю жалостливо заломил брови, читая слайды с таким лицом, будто это его лично только что отшил парень, который ему нравился. Минусы эмпатии. — Посмотри на его щенячьи глазки! Я сейчас заплачу… Тэхён поджал губы, глядя на кат персонажа, застывшего на экране — в кои-то веки без привычной улыбки, с печальным выражением лица и сиротливым «…» вместо реплики. В голове машинально всплыла философская фраза, которой Ёнджун, ещё задолго до появления Субина, любил завершать рассказы о неудачных подкатах своих горе-ухажёров. «Говном ты не был, но и до вершин не добрался». Несмотря на то, что под ситуацию Кая она подходила как нельзя лучше, Тэхён сдержался, не желая прерывать сентиментальный лепет Бомгю о том, как он хочет его усыновить.

▼▼▼

По правде говоря, Ёнджун думал, что ушёл лишь для того, чтобы избежать разговора с Каем. Но, похоже, у него и правда была определённая цель, ведь ноги продолжали нести его в каком-то конкретном направлении, не давая остановиться ни на секунду. Парень мысленно присвистнул от размеров библиотеки, миновав несколько залов с большими витражными окнами, дошёл до секции «Корейская филология» и остановился у какого-то рандомного стеллажа. Ну, то есть, для самого Ёнджуна он был рандомным. А вот его взгляд тут же принялся сканировать содержимое полок, пока наконец не приметил толстую книгу в тёмно-красном переплёте, стоявшую на самом верху. Похоже, она-то и была ему нужна. Парень привстал на цыпочки, потянулся вверх и… — Это ищешь, Ёнджуни? Внезапная близость чужого тела и вкрадчивый голос над самым ухом заставили вздрогнуть. Ёнджун инстинктивно попытался отпрянуть, но врезался во что-то твёрдое, что при ближайшем рассмотрении оказалось… Конечно же, приставучим Субином. С довольной ухмылкой, начинавшей порядком действовать Ёнджуну на нервы. Чёрт возьми, ну что он здесь забыл? С другой стороны… ожидать увидеть кого-то другого было как будто бы глупо. Ёнджун уже привык, что в этом сне его повсюду преследовал красноволосый Субин. — Отдай, — процедил он, вжимаясь в стеллаж и сердито глядя на Субина, который перехватил книгу и держал её над головой. Ёнджун и правда злился. Да, этот бумажный пылесборник ему не всрался, но это было уже делом принципа. Ухмылка Субина стала шире и самодовольнее, и он наклонился ближе, продолжая удерживать книгу над головой Ёнджуна и при этом активно нарушать его личное пространство. Вот же утырок, презрительно фыркнул про себя Ёнджун. Но его раздражение быстро сменилось паникой, когда Субин наклонил голову и нахально оглядел его снизу вверх, на пару секунд задержавшись на губах. — Попробуй отбери, Ёнджуни.

▼▼▼

— Слушай, у него явный кинк на унижение, — покачал головой Тэхён, дочитав реплику двадэшного фаворита. — Мы его уже столько раз отшили, а он всё равно клеится. — Я же говорю, вылитый Субин, — хмыкнул Бомгю, за что получил тычок под ребро и упрекающе-смеющееся «Хён!». Хрюкнув над своей же шуткой, он тапнул по экрану, и перед ними появился новый выбор на время.

♥︎ (Смутиться и уйти) ♡ (Остаться и бросить вызов)

— Ну ещё мы не сбегали, как смущённые омежки, ага, — негодующе заявил Бомгю и после согласного мычания Тэхёна ткнул на второй вариант. — Кстати, интересно, что будет, если не успеть?.. Тэхён пожал плечами, задумавшись на секунду. — Не знаю. Может, выберется самый лоховский вариант. Бомгю улыбнулся, вернул голову на его плечо и перехватил нагревшийся телефон поудобнее. — Тогда нам это не грозит. У меня самая быстрая лапка на Диком Западе.

▼▼▼

«Попробуй отбери?» Серьёзно? Они что, в детском саду? Ёнджун был готов взорваться от злости. Он вообще не помнил, чтобы за все четыре года отношений с Субином когда-нибудь злился на него так много и так сильно, как в этом сне. — Самодовольный придурок, — произнёс он сквозь зубы, прожигая Субина пылающим взглядом. — Ненавижу тебя! Он правда это сказал? Вау. Хоть что-то здесь сходилось с его настоящими мыслями. …Ну, или нет. Потому что в жизни Ёнджун бы ни за что не повёлся на эту уловку и не стал бы унижаться из-за какой-то книги. Но здесь… здесь его самодостоинство почему-то не работало, а его мозг решил, что поддаваться на провокации — это отличный вариант досуга. Ёнджун оттолкнулся от стеллажа и подпрыгнул в попытке выхватить книгу из рук Субина, но та оказалась безуспешной. Субин быстро опустил книгу и убрал её на среднюю полку… и оставил руку прямо там, на уровне талии Ёнджуна, окончательно заключив его в клетку. Прекрасно. Теперь Ёнджун мог официально поздравить себя с тем, что его припёрли к стенке, как главную героиню какого-нибудь сёдзё-комикса. Он вспыхнул от гнева (и, честно сказать, стыда), заметив, с каким удовольствием Субин наблюдал за его смущением. И как близко он находился к нему. В тесном проходе между стеллажами. В одном из самых дальних залов библиотеки. Без единой души вокруг. Сказать, что в голове и теле Ёнджуна произошёл полномасштабный сбой, когда он это осознал, — ничего не сказать. Всё стало ещё хуже, когда Субин встал вплотную, оставляя между их телами считаные миллиметры. — Если правда так сильно меня ненавидишь… — бархатным голосом произнёс он, одновременно опуская ладони на талию Ёнджуна, и Ёнджуну захотелось кричать. Потому что какого хрена. Какого хрена этот Субин его трогал и какого хрена его ладони ощущались точно так же, как ладони настоящего Субина. Настолько сильно, что ему даже… не было противно? Он что, настолько изголодался по прикосновениям Субина за время его отсутствия? Ёнджун прикусил губу, пытаясь успокоить участившийся пульс. Это просто сон, это просто сон, это просто очень странный, нелогичный и рейджбайтный влажный сон… Ёнджун рвано выдохнул, когда его ухо опалило горячее дыхание Субина. — …Докажи.

▼▼▼

♥︎ (Ударить) ♡ (Поцеловать)

— Вау, битва говна и мочи, — с энтузиазмом, несколько противоречившим его же словам, произнёс Бомгю и тут же восторженно хлопнул в ладоши, заметив, что время на выбор увеличилось. — Похоже, это поворотный момент! Так, ну всё, пора… — Стой! — воскликнул вдруг Тэхён, настороженно глядя на убывающие десять секунд. — А если мы продолжим выбирать, у них что… будет… секс? Бомгю покосился на него с недоумением. — Что за вопросы?! Конечно, будет, иначе никто не стал бы в это играть! У них будет кринжовый, дурацкий, абсолютно нереалистичный хейт-секс, — заявил он с видом эксперта и уверенно занёс палец над вторым вариантом ответа.

▼▼▼

Ладони Субина стиснули талию Ёнджуна чуть крепче, прожигая кожу сквозь одежду. Жар его тела передался Ёнджуну, отзываясь щекоткой в солнечном сплетении и сбитым дыханием. В его взгляде горели уверенность и явное желание, и Ёнджуну правда хотелось умереть. Если он ещё не. Ведь, похоже, он ошибся, и это был не сон. Похоже, он всё-таки умер и попал в ад. Похоже, его бабушка была права, и его настигла небесная кара за то, что он гей. Потому что место, где он находился, выглядело как сеттинг какой-нибудь дорамы из 2012, и все, включая его самого, носили эти ужасные скинни, и он не мог распоряжаться самим собой, и его соблазнял парень, крипово похожий на Субина, и всё происходящее напоминало его худшие свидания из Grindr — а с ними, Ёнджун был абсолютно убеждён, посостязаться мог только ад. Что означало, что он попал в… кринжовую гейскую преисподнюю? И за что, спрашивается?! За то, что любил Субина? И теперь к нему приставили его клона, выкрутив все его качества в противоположную, самую худшую и кринжовую сторону? Кто бы это ни придумал, он больной ублюдок с извращённой фантазией. Хотя Ёнджун не был уверен, что это оскорбление, а не комплимент, учитывая, что речь шла о сатане, или кто там правит адом. В любом случае, долго раздумывать над этим вопросом ему не позволили. Потому что внезапно ладони Ёнджуна без его же согласия легли на чужую грудь, а в голове появилась чёткая цель: поцеловать Субина. Вот этого Субина. Прямо сейчас. Несмотря на то, что Ёнджун точно не хотел этого делать. …Или хотел? Чёрт, он сходил с ума! Ёнджун подался вперёд, панически зажмурился и…

▼▼▼

— Еда! — завопил Бомгю, забывая об истории, как только на экране высветился входящий вызов. Он вскочил с дивана, на ходу отвечая курьеру, и помчался в прихожую с драматизмом человека, голодавшего несколько суток, но вдруг резко остановился. Тэхён, последовавший за ним с небольшим опозданием, вздрогнул от громкости вопля, раздавшегося из коридора. Либо, пока они сидели в темноте, к ним в квартиру пробрался грабитель, либо заполз таракан. Одно из двух, подумал Тэхён, подходя ближе и мысленно надеясь, что ни один из вариантов не был правильным. Однако всё оказалось куда прозаичнее. Стоило ему приблизиться, Бомгю с опустошённым видом показал чёрный экран телефона. Десять секунд, отведённые на выбор, истекли, и приложение просто… вылетело.

***

Свечи в гостиной почти догорели, но парни, привыкшие к темноте, не обращали на это внимания. Они устроились на полу за журнальным столиком, в привычном месте для вечерних перекусов, и наслаждались долгожданной курочкой, аромат которой наполнял тёмную квартиру. — Обидно, конечно. Обломали нашему анимешному Ёнджуну секс. Жаль этого добряка, — вздохнул Бомгю, играясь с рваным краем салфетки. Тэхён, привычно доедающий его порцию, потому что он слишком быстро наелся, хмыкнул. — Может, оно и к лучшему. Если бы хён узнал, по-любому был бы против, — он наконец отодвинул пустой контейнер, с сытым вздохом прислонился к спинке дивана и с мудрым видом произнёс: — До свадьбы с Субином его ласкать может только… — …Субин, — с ухмылкой закончил за него Бомгю и расплылся в тёплой улыбке, когда Тэхён тихо рассмеялся. Бомгю всегда чувствовал особенную гордость, когда ему удавалось рассмешить своего парня. Однако в следующую секунду что-то отвлекло его, заставив переключиться с ямочки Тэхёна на тёмное окно за его спиной. — О? — Что там? — тут же заметив, с любопытством оглянулся Тэхён. Бомгю моргнул пару раз и снова перевёл взгляд на него, пожав плечами. — На секунду показалось, что снег вверх идёт. Тэхён задумчиво помычал, понаблюдав за видом из окна ещё несколько секунд. — Ветер, наверное. — Наверное, — согласно кивнул Бомгю и пристроился поближе к нему, мгновенно расслабляясь в объятиях парня. — Надеюсь, погода успокоится… — тихо проговорил Тэхён, прислонившись щекой к его макушке и медленно поглаживая по спине. — Если Субин завтра не вернётся, хён совсем расклеится. Бомгю слабо улыбнулся. Неизменная забота Тэхёна о тех, кто ему дорог, — одно из многих качеств, за которые Бомгю его так любил. Он обнял парня чуть крепче и уверенно пообещал: — Если не вернётся, то сходим его проведать, — и тут же хихикнул от мягкого поцелуя в щёку и покорного: — Да, дорогой.

***

Ёнджун распахнул глаза и рывком сел на кровати. Дыхание было сбито напрочь, сердце всё ещё колотилось в груди, и парень будто до сих пор чувствовал тяжесть чужого тела, пригвоздившего его к месту. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что он был один и никакой настойчивый красноволосый Субин больше не угрожал его рассудку. — Пиздец, — выдохнул Ёнджун, устало протерев лицо рукой. И тут же замер. Он что, сейчас взял и сказал это вслух? И мог двигаться? Вот так просто? Ёнджун задержал дыхание и осторожно осмотрелся. Знакомые тёмные стены, мятая постель, снег за окном — падающий, как и положено, вниз. Всё выглядело до боли безмятежно, спокойно, обычно. Ёнджун был в своей квартире. В своей пижаме. В их с Субином спальне. Что могло означать только одно. Это был просто сон. Он реально настолько утомил себя скроллингом и тоской по Субину, что умудрился заснуть и сгенерировать самый неадекватный сон в своей жизни. Браво, просто браво. Ёнджун неверяще усмехнулся. Затем ещё раз. И ещё. После чего мотнул головой и шлёпнул себя по щеке, чтобы перестать смеяться в темноте, как ненормальный. При этом вновь обретённый контроль над своими конечностями так окрылял, что Ёнджуну почти захотелось дать себе ещё одну пощёчину. Но он сдержался. Хватит на сегодня самоабьюза. Сколько он вообще проспал? Парень на автомате потянулся за телефоном, но одно безрезультатное нажатие кнопки заставило вспомнить, что тот разряжен. Точно. Ёнджун откинулся на подушки и выдохнул, прикрыв глаза. Родная обстановка и долгожданное ощущение безопасности были так приятны, что он почти смог расслабиться и погрузиться в лёгкую дрёму снова… Если бы вдруг не услышал скребущийся звук, доносившийся из прихожей. Ёнджун подскочил, испуганно глядя в темноту коридора. Тихий металлический скрежет напоминал ковыряние в дверном замке. Пульс мгновенно ускорился, сердце застучало где-то в горле, а в памяти всплыли все последние криминальные происшествия города. Спасибо, мозг, очень вовремя. Ёнджун тихо ругнулся, сжал руки в кулаки и осторожно двинулся к двери. В конце концов, не зря же он смотрел столько тру-крайма? Он не умрёт без боя… Ну, или умрёт. Потому что скрежет вдруг стих и сменился громким стуком, и от неожиданности Ёнджун едва не словил приступ. — Чёрт, да кто там, — дрожащим голосом пробормотал он, пытаясь бесшумно подойти к двери и заглянуть в глазок. Что оказалось сложной задачей, учитывая, что в квартире не было света и он сшиб уже как минимум два угла. А ещё бесполезной, запоздало понял Ёнджун. Ведь в подъезде тоже не горела ни одна лампочка, и он не увидел ничего, кроме кромешной темноты. Парень вздрогнул всем телом от новой череды ударов в дверь и чертыхнулся снова. Что ж. Иного выхода у него не оставалось. — Кто там? — громко спросил он, стараясь звучать максимально сурово. Как будто у него в данный момент не тряслись коленки и он не держался за дверную ручку, как за последний оплот надежды. Одного приглушённого жалобного «Хён…», раздавшегося из-за двери, хватило, чтобы Ёнджун забыл обо всех прослушанных подкастах про маньяков. Он без колебаний повернул замок и распахнул дверь настежь. — Субин-а?.. — неверяще спросил он в темноту. И не ошибся. Высокая фигура, укутанная в шарф, и правда принадлежала Субину, который шагнул на порог с таким видом, будто вернулся из-за полярного круга. — С Днём всех влюблённых, хён, — произнёс он с одышкой человека, поднявшегося на восьмой этаж пешком, и протянул Ёнджуну охапку чего-то. — И, э-э… сюрприз. В руках Ёнджуна зашуршала бумага, а обоняния коснулся свежий аромат… роз? Парень глупо раскрыл рот. — Это… цветы?.. И, окей, это правда был не тот вопрос, который Ёнджун хотел задать Субину первым делом. Но всё это настолько застало его врасплох, что он брякнул первое, что пришло в голову. А именно, откуда Субин достал цветы, если в городе уже несколько часов не было электричества и не работали практически никакие магазины. — Да, только не уверен, что они ещё живы, — ответил Субин, наклоняясь, чтобы снять обувь. — Я их ещё там купил, думал же, быстро доедем. Ёнджун изумлённо смотрел на его неясный, припорошенный снегом, но такой безошибочно родной силуэт. Сердце продолжало стучать катастрофически быстро, но теперь уже совсем по другой причине. — Но… ты же писал, что трассу перекрыли… — неуверенно произнёс он. — А, ну, — Субин отряхнулся от снега и принялся избавляться от верхней одежды. — Там ехала скорая, для неё открыли. Так что Джин-хён вышел к рабочим и уговорил, чтобы нас тоже пустили. На свой страх и риск. — Как? — Ёнджун оторопело хлопал глазами, наблюдая за тем, как парень запустил руку в волосы, взъерошивая влажные пряди. — Сказал, что у него жена рожает, — пожал плечами Субин, вешая куртку на место как ни в чём не бывало. — Чего? — глупо переспросил Ёнджун. — Прикинь, сработало. Даже счастливого пути пожелали, — хмыкнул Субин. Наконец закончив выкладывать из карманов ключи, телефон и прочую мелочь, он подошёл к Ёнджуну, так и застывшему посреди коридора, и взял его за руку. — Я хотел позвонить и предупредить, что всё-таки приеду, но у тебя телефон выключен. Ничего не случилось? — Нет… Он просто сел… — тихо проговорил Ёнджун, отуплённый и зачарованный теплом его ладоней. Почему-то руки Субина после улицы были теплее, чем у него в квартире. — Я так и подумал, — улыбнулся Субин, сжимая его пальцы. — У меня в пути тоже сел. А в подъезде темно, так что я ключом в скважину не мог попасть. Напугал тебя, наверное. Его заботливый взгляд и согревающие касания наконец вывели Ёнджуна из транса. Ему было всё равно на букет, с шорохом выпавший из рук, на холодные лужицы растаявшего снега под ногами. Он шагнул вперёд и уткнулся в шею Субина, прижимаясь к нему всем телом. — Я думал, ты не приедешь… — прошептал он, стискивая его крепко-крепко, как мечтал столько долгих дней. — Я так соскучился, Бин-а! Субин мягко выдохнул и обнял его в ответ, зарываясь носом в его волосы. Ёнджун приподнялся на носочки и обвил его шею руками, не желая, чтобы их разделяли лишние миллиметры. Его захлестнули такие облегчение и эйфория, что он в принципе готов был взлететь, словно наполненный гелием воздушный шарик. Наверное, примерно так ощущают себя собаки, когда их хозяева возвращаются из долгого отпуска, подумал он. Хотя, в принципе… это же у них с Субином в ящике с игрушками лежал мягкий розовый ошейник. С кружевами и атласным бантиком посерединке, потому что «ты моя принцесса, хён». Ёнджун вспомнил, как звучал голос Субина и каким взглядом парень смотрел на него, когда дарил ему этот, кхм, аксессуар, и по его спине побежали приятные мурашки. Субин медленно повторил их путь, проведя ладонями вдоль его позвоночника и заключив его талию в крепкое кольцо рук. — Я тоже, хён. Просто ужасно, — пробормотал он, проходясь поцелуями-бабочками по лицу и шее Ёнджуна. — Я серьёзно думал, что с ума сойду. — Не преувеличивай, — улыбнулся Ёнджун, вздрагивая от щекотных касаний, но не предпринимая никаких попыток увернуться. Он слишком скучал по Субину и его поцелуям. — Серьёзно! — тот слегка отстранился, чтобы найти его взгляд в темноте. — Мне даже сон сегодня странный снился. Ты меня в нём соблазнял. Соблаз-… Что?! Ёнджун едва не подавился воздухом, спешно замаскировал кашель под смешок и постарался взять себя в руки. Впервые за день он был благодарен небесам за отключение электричества. Ведь, если бы не оно, Субин бы точно заметил, что его охватила лёгкая паника. И что он покраснел до корней волос от воспоминаний о своём странном сне. Чёрт, должен ли он рассказать об этом Субину? Но что он мог сказать? Любимый, прости, я изменил тебе с тобой, но с другими волосами и характером? Во сне? Нет, звучит как бред. Пожалуй, о таком лучше молчать. Или, по крайней мере, не вываливать прямо на пороге. — Ты устал? — спросил Ёнджун, натягивая беззаботную улыбку и переводя тему. Он разомкнул объятия и взял Субина за руку, намереваясь наконец отвести его в гостиную, но тот упрямо притянул его обратно, не желая двигаться с места. — Нет, — тихо промурчал Субин, потираясь кончиком носа о его шею, отчего у Ёнджуна слегка перехватило дыхание. — Я голодный. Ёнджун тут же почувствовал укол вины за то, что парой часов ранее предпочёл грустить и лежать в телефоне, а не заниматься домашними делами. — Я даже ничего не готовил… — чуть пристыженно проговорил он, сжимая ткань рубашки на спине Субина. И тут же вскрикнул, вцепившись в его плечи, потому что парень без предупреждения поднял его на руки. — Это хорошо, — с едва слышной усмешкой в голосе произнёс Субин, перехватил Ёнджуна на весу, словно пушинку, и уверенно зашагал в спальню. — Потому что я не про еду, хён.