Действительно странно

Уже было темно, солнце давно покинуло линию горизонта, а охрана усилилась. Это не так сильно волнует двух подростков, которые спокойно бродят по железным путям. Ну, только один, а второй сидит на рельсах и слушает своего товарища. — ты никогда не думал, шо нам не повезло, Саш? - Пытаясь поймать равновесие на этой железной палке, спрашивает обладатель голубых глаз Саша же голову поднимает, явно не понимая сказанное: — Что ты имеешь ввиду, Секби? — То и имею! Сколько всего интересного есть за приделами этого ЗАТО! - заканчивает свою мысль. Да, конечно, даже обычного Ростикса нет. Ничего из такого подобного нет. Так ещё каждый друг друга знает, из за чего имеются проблемы с поиском друзьей, а население, дай бог, больше 30 тысяч! А ведь кто то романтизирует такое, наверное? Хотя никто даже понятия не имеет, какого жить в закрытом городе. — Возможно, - опускает взгляд на большие шпалы железных путей. Рассматривает в сотый раз каждое повреждение и каждый узор дерева. Он запомнил их наизусть, каждую травинку, каждую неровную шпалу. Абсолютно все. Это их секретное место. Каждый километр контралируется военными, а за проникновение ведётся уголовная ответственность. Поэтому это секрет. Их секрет. — Пф, - закатывает глаза Секби и останавливается: — лучше умереть, чем жить тут. В этом унылом городе, в котором ничего не происходит! И Санчез дёргается, слегка замирает: — Думаешь? Думаешь на том свете лучше? — Конечно! Наверное.. Ну, а вдруг нас ждет перерождение? И умерев, мы не вспомним сегодняшние проблемы. Мы родимся.. В Москве! В городе возможностей! - Разводит он руками, улыбается с надеждой в глазах, садится рядом. — А если там нас ждет вечная тьма? - смотрит на друга, который уселся рядом на холодные рельсы, создавая контраст своим тёплым телом рядом. Из за Саши Секби слегка тускнеет: — В любом случае, это мы узнаем только когда умрём. — не хочу умирать, - тихо говорит беловолосый. Подросток рядом затихает с ним. Действительно, а что будет? Будет ли свет в конце тунеля? Будет бог? А может будет скучнейший жанр аниме? Не хочется знать, но думать теперь сложно перестать. Если и умирать, то очень быстро. Без боли. Без возможности выжить. Если и умирать, то только тогда, когда мать и брат знать не будут. Когда их не будет. Но это тогда уже ждать старости? Всяко лучше, чем знать, что ты кого то бросил. Но больно ли умирать от старости? Больно умирать от инсульта? Холодок пробежал по коже от ветра в этом лесу. А потом тёплая голова легла на его плечо. Это был Секби. Он лёг на Сашу с мягкой улыбкой. Его явно уже не беспокоят недавние слова и проблемы сегодняшнего его. — уже темно.. - Протягивает голубоглазый: — пора домой? Теперь Санчеза ошпарило кипятком. Он вскочил с рельсов, случайно ударяя Секби своим плечом по виску. — Блять, меня убьют, если я поздно приду, - вроде кричит, а вроде старается быть тихим, дабы охрана не услышала. И они расходятся. Вновь идут по своей секретной тропинке, проползают под забором, через эту дырень, которая становится больше с каждым днем и закрывать кустами все труднее и труднее, но пока не обнаружили. Даже земля холодная. Даже в городе холодно. Тихо. Привычно тихо. Не как в больших городах. Людей слишком мало для шума. Дверь открывается и тепло пробивает замёрзшее тело, аж мурашки по коже пробежались. А потом слышится холодный строгий голос — И где ты был? - Саша глаза поднимает и встречается с такими же холодными янтарнами глазами. — гулял, - отвечает тихо, снимая с себя обувь. А потом следует ругань. Типичная ругань, когда ты приходишь поздно домой, когда родители обзвонили все морги, хотя в этом городе он только один. Наверное. Саша не знает точно. А потом мать остывает и приглашает Сашу за стол. За ним уже сидел его старший брат - Барси. Парень с изумительно красивыми волосами, такие же у мамы, только у неё они всегда более растрепаны. На самом столе стоял суп. Надоевший суп, который Санчез не станет есть один дома. Найдёт себе что то не в бульене или чипсы купит, пачку которых будет прятать у себя в комнате, а потом выбрасывать ее по пути в школу. Конечно пронесёт он ее в кармане или в портфеле. За стол садиться, атмосфера такая тёплая на маленькой кухне, но холод присутствует. Мать постоянно такая недовольная, когда Саша в очередной раз приходит домой поздно. — Опять был на железных путях? - Но впадает в такое бешенство, когда вновь узнает о похождениях. И не скрыть же. Никто не поверит. Да и мать уже всех знакомых распросила. — Все же хорошо.. Секби знает безопасные пути, - но ещё её злит Секби. Ну, как злит... По глазам тяжело понять. Но она явно недовольна. — опять Секби.. - тяжело вздыхает: — я же просила тебя не общаться с ним. Он.. - не получается закончить предложение. Что то останавливает. Страх обидеть? Кто ж знает этих взрослых. — Почему ты так не любишь его? Он хороший! Он мой лучший друг! Единственный, кто у меня есть в этом городе! - А вот узнать хочется — Когда нибудь он доведёт тебя до таких проблем! Ты же не мальчик маленький, паспорт имеется! Поймают и посадят! Это вам не шутки! Как ты не понимаешь, что он, - затихает. Что же так мешает ей сказать гадость Секби, но вполне спокойно позволяет ругать Сашу: — он странный! — ничего не странный, - отрицает — нет, он странный! - Санчез с грохотом встает со стула после этих слов. Сказать что то против? Но зачем опять ругаться из за этого? Ничего не изменится. И уходит. Оставляет уже холодный суп на столе, злую мать и растерянного брата. Хоть он выглядит более чем спокойно. Наверное привык. Дверь в комнату закрывается с таким же грохотом. И ранее тёплый свет сменяется вновь на холодную тьму. Голова заполняется разными мыслями, ненавистью, а потом боль. Голова начинает гудеть, будто по ней бьют молотком. Больно. Слышать даже не хочется. Секби не странный. Скрип двери, тёплый свет просачивается внутрь, а потом вновь пропадает, когда Барси закрывает дверь. — Саш? - он не реагирует. То ли от боли в голове, то ли потому что в принципе не хочет. — да ну тебе... - Подходит старший и кладёт руку на плечо младшего, слегка тряся: — не серчай так. Мы же переживаем за тебя.. На путях действительно опасно.. Поймают и все... И кирдык, - Санчез отмахивается, пытается сбросить с себя тяжёлую руку. А потом его обнимают. И Санчез замирает. Обнимает в ответ — Наверное.. - Тихо соглашается, хоть голова до сих пор гудит, а оскорбления принимает на личное. Утром уже все иначе. Тепло, хорошо, а рядом стоит дорогой тебе человек - Секби. Он что то рассказывает, что то о том, какого за пределами этого города. Как там хорошо. Как там много всего. А Санчез заглядывает ему прямо в глаза. В эти небесно голубые глаза. Ищет в них тучи, что то странное. — а шо там у тебя? - останавливается и смотрит на друга: — не сильно ругали, надеюсь? Прости, если шо. Не хотел тебе проблем, честно Ну, не может Секби быть плохим. Тем более странным. Он же так заботится о нем. — ну, как обычно, наругали, - отводит взгляд: — сказали, что ты странный и мне нельзя с тобой водиться Секби, слушая это, слегка хмуриться скрещивая руки на груди — Она просто не хочет, что бы мы были вместе, вот и все. Ты правда считаешь меня странным? - отходит на пару шагов, разводит руки, что бы его оглядели, нашли изъян. Но Саша уже пытался. — Нет.. - честно признается. Но что то не так. Что то точно не так. — Ну, вот! - довольно улыбается — что насчет твоих родителей? - Резко встревает вопрос у Саши: — я так давно не слышал от тебя новостей о них. Что там у Джаста с Альфедовым? Как там дядя Альцест? Секби слегка поникает, Вновь хмурость на лице. Обида. Злость. Грусть? — Ничего. Какая разница? Им все равно плевать на меня. Сколько бы я не старался, они все равно не заметят меня. Я же не такой умный, как Джаст. Я хорошист, а не отличник как он. Я не такой послушный, как Альфедов! Я всегда что то между. Саша тяжело вздыхает. И как он мог забыть. Помнится день, когда еще мать была очень добра к Секби, он пришёл к Санчезу в гости. Вечером. Весь заплаканый. Именно тогда он рассказал, что не ощущает любви отца. Вроде его хвалят, говорят, какой он молодец, но по сравнению с Джастом и Альфедовым.. Он очень любил своих братьев, всегда заступался.. Но любви отца не принимал. Не чувствовал. Будто каждое доброе слово - лесть. Он чувствовал себя одиноко с этими проблемами. Так ещё сверху давило клеймо второго места. На этом разговор и закончился. Наступала ночь, на дворе вечер, а эти двое сидят на площадке с портфелями. Домой не хочется. Да и что там делать? Даже на улице скучно, а дома тем более. Секби сидел на самой верхушке паутинки - полусферы. Чуть ниже сидел Санчез. Портфели отброшены и лежат прям около сферы. Как говорится: дело было вечером, делать было нечего. Вроде все обговорили, все сделали, что могли. Пару раз даже город обошли, ведь дорога занимает туда - обратно минут 20. Настало время скуки. Санчез всматривался в землю, все так же думая над словами матери и поведением Секби. Пытался найти ту самую странность. Что вообще случилось, что в один день мать просто возненавидела его? Все же было хорошо. Даже в гости его звала. А сейчас? Не желая долго молчать, Секби спустился на пару перекладин ниже, прямо к Саше. — Сашуль, - вызывает его Секби: — а давай.. Сбежим? От сюда. Это озадачило. И напугало, что ли? — Сбежим? Куда? И как? - намного интереснее последний вопрос. — Куда? Да хоть на тот свет! - разводит он руки, чуть не ударяя Сашу. Когда - нибудь обязательно так прилетит второму: — По нашему секретному месту, конечно! Я знаю дорогу, точно выйдем! Аж смешно. Саша позволяет себе усмехнуться. Сбежать? Из ЗАТО? Да границу этого города защищают лучше, чем границы Северной Кореи. — Хорошо, а если мы встретим поезд? Мы даже не можем узнать расписание, - даже такая информация находится в секрете. Тут только если звонить в сам жд вокзал, но не факт, что ответят — Ну, мы же не настолько глухие, что бы под него попасть! - опустим тот момент, что водитель может их заметить и уже на вокзале рассказать охране. Неизвестно как это произошло, но прямо сейчас Санчез кладёт в свой рюкзах свои вещи. Ему не так много надо, главное не вещи, главное - пройти мимо матери и брата. Если мать легко пройти, то не того, кто сейчас открыл дверь и впустил тёплый свет в холодную тёмную комнату. Холодная не из за света. Сам воздух, что ли стал холодным. Пробивал насквозь. И Барси это заметил. Заметил все: вещи, испуганный взгляд Саши, холод - абсолютно все. — Саш, не уходи, пожалуйста, это опасно, - тихо отвечает старший. Сам напуган. Самому страшно — О чем ты? Я.. Нет.. Я на ночёвку к Секби, - больше никакие отговорки не работали, если они были связаны с Секби. — я серьёзно.. Не бросай меня, Саш. Мама права, - делает паузу: — Секби.. Он.. — Странный? — Не совсем.. — Так и скажи, что он странный, - даже Барси так думает: — Мама просто ненавидит меня! Она не хочет, что бы я был счастлив, раз даже уехать от сюда не хочет! Мне тут плохо! А тебе? Ты бы тоже хотел жить в большом и свободном городе! Без запретов! - Барси точно удивлён. Он не задумывался насчет своего дома. Наверное, правда хочется, но законным способом. — Саша.. Нет.. Это не так.. Мы тебя очень любим, - делает шаг вперед: — Пожалуйста, останься, это опасно.. Ты знаешь, железные дороги очень хорошо охраняются — Секби знает безопасный путь, - убеждает уже себя. Страшно. Как же ему страшно. Но какая разница, если рядом с ним тот, кто к нему так добр, несмотря ни на что? Но правильно ли поступает Саша, бросая свою семью и тех, кого так любит? Наверное, нет.. Но ради Секби.. Ради того, кто так тепло успокаивал в моменты, когда хотелось закончить со всем. Когда внутри процветала ненависть к себе, а Секби срезал эти бутоны, согревая в самые холодные вечера. Поднимает взгляд и перед ним ранее упомянутый раскрывает из под кустов их проход. В их секретное место. Только их место. Еще не поздно развернуться и уйти, пойти домой. Лай собаки бьет по ушам не хуже голоса Секби, который говорит быстрее бежать к путям. Адреналин тоже бьет. Тоже не слабо. Но он пропадает быстро, когда эти двое уже около путей. Когда пойти домой не поздно. Кажется, Секби плевать. У него даже лицо спокойное, пока Санчез весь бледный. Действительно странный — Секби, - слабо, хрипло зовет Саша: — ты действительно странный Секби останавливается сразу после того, как забирается на пути. Застывает на месте, даже не поворачивается. — ты заставляешь меня делать ужасные вещи!.. Нам нужно вернуться.. Мама.. Барси.. Они переживают! Джаст и Альфедов переживают за тебя! - даже сам не заметил, как перешёл на более громкий тон. — нет, нам нужно бежать от сюда. Пока не поздно, - даже не глянул. Уже собрался продолжить путь, но не успевает и шага сделать, как Санчез оказывается в метре от него. Берет за руку, тянет к себе — Нет! Секби, пожалуйста! Слезай! Нам нужно идти домой! Пока не поздно! Прошу тебя! - Кричит. Срывается на крик. Лай громче, а значит и охрана близко. А по щекам текут горячие слезы. Неизвестно когда они пошли. В момент, когда Саша одумался, или когда лай стал громче Секби руку тянет к себе, тянет за собой Санчеза, который даже не думал отцепляться. — Саша, ты дурак, - поворачивается, смотрит в эти заплаканные янтарные глаза: — Знаешь почему твоя мать не хочет, что бы мы с тобой общались? Санчез чуть не падает на него, но удерживается и уже стоит напротив: — Потому что она считает тебя странным. Нет, - знакомая улыбка. Тёплая. Которая согревала в самые плохие вечера: — Потому что я мертв. Гул в ушах, будто опять начинают колотить молотком. Любой шелест превращается в адские вопли, громкий гудок, боль в голове, яркий свет, в котором растворяется его Секби. Растворяется его тепло. Время замедляется. И только сейчас он понимает: он начал выглядеть странно. Действительно странно. Толчок. Холодное железо. Поезд.