Слова, которые мы не можем произнести

Я жива. Я свободна. Я — Бранвен. — Рейвен Бранвен, взгляни на свою богиню и пойми, что ты хочешь ей угодить. Куда делись те дети? Лживая дева думала, что знает всё. Всё, что могла видеть Рейвен. И она могла это доказать. Рейвен чувствовала это. Чувствовала притяжение. Но не всем давалось легко подчинение. Я вольна думать. Кроме того. Рейвен уже не была человеком в полном смысле этого слова. Буря, вызванная Синдер, пронеслась мимо нее. — В дне пути от города — Порча разгоралась внутри нее, чувствуя нелояльность. Она распространялась по ее телу, оставляя за собой отчетливые следы агонии, исходящие из самой ее сути. Ложь. Это была ложь. Рейвен Бранвен все еще могла сопротивляться. Пока ее об этом не просили. — Эта девчонка до сих пор заставляет Салем нервничать, — сказала Синдер. — Несмотря на все мои контрмеры — Она не собиралась делиться информацией. На самом деле, если бы Салем узнала, что происходит, это, скорее всего, снизило бы ценность Рейвен. Но после смерти её предыдущих приспешников Синдер нужен был кто-то, с кем можно было бы поговорить. Рейвен не могла просто так уйти от внимания Синдер. Ей приходилось бунтовать по-другому. По мелочам. По мелочам, которые имели огромное значение. — Я в вашем распоряжении, госпожа — По большей части это была правда. Она должна была делать всё, что просила Синдер. Здесь, в подземелье, Рейвен должна была делать всё, что от неё требовали. С этой точки зрения Синдер была одной из наименее важных фигур. Любой представитель светлого народа мог отменить её приказы. — Я так понимаю, ты ещё какое-то время пробудешь здесь взаперти. Из жалости я решила, что ты пойдёшь со мной в следующее путешествие — Синдер нуждалась в ней. Рейвен лучше всех из осквернённых владела магией света. В своей нише, когда её использование соответствовало намерениям осквернённых, она была сильнейшей в мире. Возможно, даже сильнее самих представителей светлого народа. Рейвен видела, как они используют свою силу, почти так же редко, как покидают свой город. Порча добралась до ее кожи, расползаясь из груди и прокладывая извилистые пути по нервным окончаниям в конечностях и шее. Синдер могла бы это заметить. Но она не заметила. Рейвен была недостойна внимания Синдер. Может быть, она думала, что Рейвен такая же, как и все зараженные. Что она схватится за грудь, упадет на землю с криком и молча решит больше никогда не сопротивляться порче. Может быть, она думала, что Рейвен уже сдалась. Как когда-то сдалась сама Синдер. Я не такая, как ты. Я не рабыня. Я — Бранвен. Арджент могла бы быть ее дочерью. Но, конечно, она не могла ею быть. Она была особенной. А Рейвен никогда не была особенной. Она была заурядной, даром Бранвен. Недостойной внимания. Может быть, они заразили ее не так, как надо, потому что она сама вызвалась. А может быть, потому, что она была их первой жертвой за долгое время. Или, по крайней мере, первой, кто пережил процесс заражения. Я сделала это ради Саммер. Вот почему это сработало. Она могла сопротивляться, пока это служило цели ее капитуляции. Она терпела боль ради своего лидера. Своего настоящего лидера. Альфа-волка Рейвен Бранвен. Пока я вижу в этой девочке тебя. Пока я вижу в ней тебя. Она могла оставить все, что ей было нужно. — Ну что ж, вперед — Это была классическая тактика абьюзера. Требовать невозможного. Требовать, чтобы приказы выполнялись до того, как они будут отданы. Я умнее. Я лучше. Порча бурлила в ответ на ее заявления. Рейвен достала Знамение. Он ей не был нужен, но когда большая часть мозга сосредоточена на том, чтобы не дать разорваться кровеносным сосудам, ритуалы помогают сосредоточиться. — Куда, госпожа? — Ей не нужно было этого говорить. Вовсе нет. Она могла бы наслать на Синдер проклятие, создать портал для себя и сделать тридцать-сорок шагов, прежде чем ее одолеет слабость. Я прагматична. Я действую вовремя. Порча отступила, но лишь на время. — Сегодня я настроена серьезна. Мы отправляемся в Мистраль. После всех усилий, приложенных к тому, чтобы Синдер не нашла Руби Роуз, они направлялись в один и тот же город в один и тот же день. И Рейвен была трижды проклята. Она могла бы переубедить Синдер, если бы честно рассказала ей о местонахождении Руби. Она могла бы переубедить Синдер, если бы солгала о том, что произошло с Оспином. А теперь ей придется смотреть, как Руби бросит ей вызов и погибнет. Эта боль была новой. Я не сдамся. Рейвен прорезала дыру в пространстве и наблюдала, как Синдер проходит сквозь нее. Она могла бы создать портал там, где хотела, и посмотреть, как аура девушки перенесет купание в лаве. Это было так просто сделать, но в то же время невозможно. От этой мысли она вздрогнула и споткнулась, когда ее скверна вспыхнула, но к тому времени Синдер уже была по другую сторону. Никто ничего не заметил. Я была матерью. Рейвен сделала бы то, что должна была сделать. Руби Роуз была ее дочерью, по крайней мере номинально. Рейвен подчинилась бы приказам Синдер, как и должна была, но это не означало, что она поможет ей победить. Синдер уже потратила Внутреннюю бурю, пытаясь купить ее лояльность. Рейвен нужно было доставить ее туда, куда она хотела попасть, прежде чем она снова воспользуется этой силой. Если бы в Рейвен осталось достаточно человечности, чтобы чувствовать любовь, что-нибудь бы ей помогло. Когда придет время. Я — Бранвен. Я — Охотница. Я — Рейвен. А если нет, она сделает все сама. Как-то.