Слова, которые мы не можем произнести

Нубу приоткрыла дверь и вошла в атриум. Изменник Ли Рен последовал за ней. — Подожди здесь, — сказала она. — Я их найду — Их ждали. Нубу вела себя так, будто отсутствие приема тоже было в порядке вещей. Она взбежала по лестнице, оставив бесполезного Рена сидеть на одной из богато украшенных резных скамеек, как и подобает человеку с его способностями. Он и не подозревал, что в Мистрале, по крайней мере внутри виноградной стены, еще столько свободного места. С таким количеством людей на квадратный километр город казался переполненным. Но даже после перераспределения власти деньги по-прежнему имели значение. Именно на это рассчитывали ненадежный Рен и прекрасная Нубуха. Нубуха. Нубу. Черт. — Поднимитесь наверх, мастер Рен, — донесся до него легкий мелодичный голос Нубу. Она говорила официально, чтобы ее не подслушали. Не то чтобы она его уважала. Нет. Она действительно уважала его. Она действительно доверяла ему. Иногда об этом трудно было вспомнить. Он начал подниматься по лестнице. Путь был только один. Наверху был всего один короткий коридор. Возможно, квартира была не такой уж огромной, как казалось. Глупый Рен последовал за Нубу в большую спальню, где их ждали родители, сидевшие на диване перед столиком. Они выглядели растрепанными, как и большинство людей в наши дни, но их одежда была такой же дорогой, как и обстановка в квартире. Мать выглядела любопытной, а отец — суровым. Отец Нубу посмотрел на Рена. — Тебе что-то от меня нужно. Рен глубоко вздохнул. Он был слишком медлителен, чтобы подобрать правильные слова. Слишком косноязычен, чтобы убедить этого человека. Лучшее, на что он мог рассчитывать, — это банальность, которая напомнит слушателям о других, более красноречивых ораторах. О тех, кто мог вдохновить. — Мистер Никос, вы нужны человечеству. — Моя семья на грани разорения, а ты напал на меня из-за моей собственной дочери, привёл её сюда, чтобы разрушить то немногое, что у нас осталось, — Его глаза сузились. — И всё это ради моих денег. — Это деньги Пирры — прошептала Нубу. Оба взрослых перевели взгляд с ничего не значащего для них Рена на девочку. Её мать открыла рот, чтобы что-то сказать. — Это деньги Пирры, — повторила Нубу громче. — Большая их часть. И нам нужна не вся сумма. Только десять тысяч. — Всего десять тысяч — повторил отец. — Всего. — Да, всего, — согласилась Нубу. Похоже, она набирала обороты. Делала то, что не удавалось Рену. — Это половина того, что вы предложили незнакомцам за моё похищение. Мастер Рен привёл меня домой, — На ее лице мелькнула торжествующая улыбка. — Заплати ему. Он встал, отодвинул стол в сторону и одним шагом преодолел расстояние, отделявшее его от дочери. Затем он ударил ее по щеке. Или ударил бы, если бы Рен не отшвырнул его к стене. Или Рен ударил бы его, если бы Нубу не врезал ему первым. Рену хотелось бы разочароваться в себе из-за того, что он потерпел неудачу, но он был слишком занят тем, что чуть не упал в обморок. Он смирился с тем, что не может не восхищаться этой девушкой. Этой женщиной. Этот решительный удар... Именно так поступила бы Нора, разве что посмеялась бы и покричала. Рен проклинал себя за то, что не остался верен Норе. Неужели его сердца недостаточно? Неужели он отнимет у Норы ее личность, оставив ее ни с чем? После всего, что она сделала? После всего, что он ей обещал? Ее отец рухнул обратно на стул, а мать вскочила со своего. — Нубу! — закричала она. — Это совершенно неприемлемо! — Я имею на это такое же право, как и ты. Ее команда имеет такое же право. Наша команда, — Пока Нубу говорил, Рен подошел ближе. Неужели демонстрация единства — это так банально? Возможно. Если она будет с ним связана, это может навредить ее делу. Но теперь уже слишком поздно. — Если ты не хочешь разориться, то либо человечество выиграет эту войну и вернет себе поместья, либо я стану знаменитой. Оба варианта маловероятны, но без финансирования ничего не выйдет. — Ни того, ни другого не случится, — согласился ее отец, потирая подбородок. — Вот что мы сделаем. Я дам тебе восемь тысяч, а через две недели ты приедешь одна и загладишь свою вину передо мной. Им нужно было всего пять тысяч. А они попросили десять... неужели это была идея Рена? — Спасибо, отец, — ответила Нубу. — Пожалуйста, пополни мой счет до вечера. До свидания — Она сделала реверанс, развернулась и вышла из комнаты. Рен, отстававший от нее, побежал за ней. Он был с ней одного роста, и ему не нужно было так торопиться. Она не сбавляла темп, пока не вышла из пентхауса. Тогда она прислонилась к стене и обмякла. Рен увидел слезы на ее лице. — Прости за твоего отца, — сказал Рен, повторяя одно из своих стандартных бесполезных утверждений об очевидном. — Все в порядке, — она улыбнулась сквозь слезы. — Я имела в виду то, что сказала. Пирры больше нет. Я наследница семьи Никос. Мне нужно верить в это здесь — Вместо нагрудника она коснулась рубашки Рена в центре его груди. — Я верю, что ты способна на удивительные вещи, — сказал ей Рен. Определенно на более удивительные, чем те, что творятся вокруг нее. — А еще я верю, что она хотела бы, чтобы я двигалась дальше, — Нубу подняла взгляд от груди Рена и посмотрела ему в лицо. Таких красивых глаз Рен еще не видел. — И была счастлива. Рен не мог ответить. — Они оба бы так поступили, — продолжила она. — Спасибо — выдавил Рен, с трудом сглотнув. Его разум изо всех сил старался ей поверить. И он надеялся, что его сердце вскоре последует его примеру. В идеале — до того, как она поумнеет и найдет кого-то получше.