Потерянная жизнь

Ровно в девять утра ключ в двери повернулся, и позолоченная ручка опустилась вниз, впуская в кабинет новую хозяйку. Она вошла и включила свет — взгляд сразу зацепился за антикварный ковёр. Тяжело вздохнув, она закрыла за собой дверь. В нос ударил знакомый запах дерева, бумаги и пепла. Повернув голову, она заметила мраморный камин; у его основания виднелись следы пепла. Она прошла к длинному столу, проводя ладонью по дереву, и остановилась у кресла. От него пахло кожей — новой, ещё не тронутой временем. Отодвинув стул, новая премьер-министр села на своё, теперь уже законное место. Гермиона Грейнджер сама до конца не понимала, как ей удалось оказаться в этом кресле. Последние три года она была помощницей предыдущего премьера и его правой рукой. Работала на износ — днями и ночами. И теперь, когда он ушёл на покой, каким-то образом именно её усадил на это место. Гермиону. Разложив ежедневник и положив рядом подаренную родителями ручку с гравировкой её имени, Гермиона поднялась с кресла и подошла к окну. За окном суетились люди — все куда-то спешили. Снег уже лежал вдоль дорог, а улицы украшали к празднику. Начало декабря, и город готовился к Рождеству. Гермиона заметила, как несколько прохожих столкнулись друг с другом, и вещи одного из них разлетелись по тротуару. Один из них, поправляя странную одежду, издали похожую на мантию изумрудного цвета, быстро скрылся в толпе. Гермиона уже хотела присмотреться внимательнее, когда слева что-то привлекло её внимание — будто кто-то пошевелился. Она резко обернулась, невольно вздрогнув, и оглядела кабинет. Никого. Лишь картина — человек с серебряным париком, смотрящий из глубины полотна. Она всегда висела здесь и почему-то неизменно пугала Гермиону. Мистер Хилберг говорил, что картина была в кабинете всегда и что попытки убрать её ни к чему не приводили. Отвернувшись от картины, Гермиона вернулась к столу, включила компьютер и приготовилась к работе. Сегодня её ждали несколько встреч и ужин с другом. Она уже выстраивала в голове график дня, когда в дверь постучали, и в кабинет торопливо влетела светловолосая девушка. — Доброе утро, мисс Грейнджер, простите за опоздание. — быстро проговорила она, на ходу поправляя сумку и пытаясь удержать кипу бумаг, норовивших выскользнуть из рук. — На улице в меня врезался мужчина, пришлось всё собирать обратно. Руки у неё были слегка испачканы, а сумка — в слякоти. — Здравствуйте, мисс Гринграсс, — спокойно ответила Гермиона и указала на стул напротив. — Присаживайтесь. Сегодня много работы. Дафна Гринграсс работала в министерстве вместе с Гермионой три года. За всё это время Гермиона общалась с ней всего несколько раз, но именно её захотела видеть своей помощницей. Дафна не вызывала ощущения человека, способного плести интриги или мешать работе. Девушка была добросовестной, и этого оказалось достаточно. — В мантии? — спросила Гермиона, открывая ежедневник и ведя пальцем по расписанию. — Что? — переспросила Дафна, раскладывая бумаги на столе. — Мужчина, в которого вы врезались. На нём была изумрудная мантия, — спокойно сказала Гермиона. — Эм… — Дафна испуганно посмотрела на начальницу и на мгновение замерла. Затем бросила взгляд в окно и снова засуетилась. — Мантия? Я как-то не рассмотрела, во что он был одет. Он был явно недоволен и очень спешил. Я собирала свои вещи, а их в сумке столько… я даже боюсь, что… Гермиона больше не слушала. Она вернулась к расписанию, позволяя голосу помощницы раствориться в фоне. В одиннадцать — встреча с министром здравоохранения — тот хотел обсудить планы на будущий год. После — телефонный разговор с министром образования и долгие часы бумажной работы. Когда Гермиона закрыла блокнот и открыла почту, она пролистала входящие и сразу заметила несколько приглашений на ужины и банкеты. Не раздумывая, она переслала их Дафне. — Мисс Гринграсс, у вас на почте приглашения. Пожалуйста, расставьте их в расписании и пришлите мне, — сказала она. — Да-да… конечно. Всё сделаю, — не отрываясь от бумаг, ответила помощница. Гермионе это не слишком понравилось. То, что Дафна даже не подняла взгляда, означало: поручение легко может быть забыто. Поэтому она тут же продублировала просьбу письмом — на всякий случай. — Нашла! — вдруг воскликнула мисс Гринграсс и вскинула над головой конверт. — Что там? — спросила Гермиона, внимательно глядя на помощницу, явно обрадованную находке. — Вчера вечером это передали в приёмной. Здесь ваше имя, — Дафна протянула конверт.— Вас уже не было, я унесла его домой, а сегодня утром он выпал из сумки. Гермиона взяла конверт и сразу поняла, что Дафна не лгала. Он был запечатан, в углу испачкан грязью, а по поверхности ещё не высохли капли растаявшего снега.Премьер-министр задумалась: кто мог отправить ей письмо обычной почтой, да ещё сейчас, когда всё решалось в электронных письмах. — От кого оно? — спросила Гермиона, разглядывая конверт. — Не знаю, министр. Здесь только ваше имя. Возможно, внутри указано, от кого письмо, — пожала плечами Дафна. Конверт был слегка желтоватым, будто из другой эпохи, и запечатан сургучом. Чёрными чернилами, размашистым почерком, на нём было выведено её имя и фамилия. Гермиона вскрыла его, вынула лист и начала читать. Дорогая Гермиона! Поздравляю тебя с тем, что ты заняла пост премьер-министра. Ты шла к этому долго и заслуженно, и я искренне верю, что ты справишься и сделаешь больше, чем от тебя ожидают. Прости, что не поздравил тебя с днём рождения и не прислал подарок. Я надеюсь, ты провела свой день рождения так, как хотела, рядом с теми, кто тебе дорог. Мне сообщили, что теперь я могу написать тебе. Я не стал тянуть — слишком многое осталось несказанным. Бумага не лучшее место для таких разговоров, но другого выхода у меня сейчас нет. Я очень надеюсь, что мы встретимся и я смогу рассказать тебе больше лично. Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понимать: вопросов у тебя будет много. Возможно, это письмо добавит тебе лишних мыслей и беспокойства, и мне жаль. Но прошу тебя — потерпи. Дождись, пока с тобой снова свяжутся. И ещё… заранее прости за всё, что произошло. Я правда надеюсь, что однажды ты сможешь понять нас и причины наших поступков.

Береги себя. Г.

Гермиона читала письмо и совершенно ничего не понимала. Она перечитала его снова, но смысл не прояснился: в нём не было ни одной подсказки о сути. Кто сообщил этому человеку, что он может написать ей? Почему не сделал этого раньше? Он знал, что у Гермионы было день рождение, хотя это и не новость — теперь её биография была в открытом доступе. Но тогда, в сентябре, о ней ещё мало говорили. Он писал о встрече, которая должна состояться, но не сказал, когда. Кто этот человек — Г? И почему не назвал своего имени? Вопросы налетали один за другим, всё быстрее и быстрее. Гермионе стало трудно дышать, горло словно сжималось, а пальцы дрожали. В ушах зазвенело. Такое иногда случалось, когда она слишком перенервничала или видела кошмары, но сейчас не было ни причины для тревоги, ни сна. И всё равно тревога сжимала её грудь. — Мисс Грейнджер, встреча с министром через двадцать минут, — прозвучал голос, и Гермиона оторвалась от письма. — Что? — подняла голову Гермиона и увидела Дафну, которая уже собрала бумаги и, по всей видимости, отнесла их на своё место. Она вернулась, чтобы сообщить о встрече. Гермиона поняла, что просидела здесь слишком долго, поглощённая письмом. — Встреча, — повторила Дафна. — Через двадцать минут. — Да… да… — кивнула Гермиона, не моргая. Дафна уже собиралась уходить, когда Гермиона позвала её: — Дафна. Помощница остановилась и обернулась с широко открытыми глазами, словно Гермиона сказала что-то неожиданное. — Да, мисс Грейнджер? — Ты точно… точно не знаешь, от кого это письмо? — тихо спросила Гермиона. — Нет, мисс Грейнджер, — покачала головой Дафна. — Что там сказано? — Я не понимаю… вот, посмотри, — протянула письмо Гермиона. Дафна быстро пробежала глазами строки. — Очень странно, — заключила она, возвращая письмо. — Кто этот Г? Гермиона лишь покачала головой и пожала плечами. — Может… это ваш тайный поклонник? — неуверенно предложила Дафна. — Как тот человек, что однажды ходил за вами неделю  до работы, а потом вы вызвали полицию? — Она расхохоталась. — Не думаю, — усмехнулась Гермиона. — Тот был просто ненормальный. А здесь… читая это, я начинаю сомневаться в себе. — Я в вашей команде, — сказала Дафна серьёзнее. — Письмо явно лишено смысла и понятно только его автору. Не забивайте себе голову. Министр скоро будет здесь, и вам нужно предстать перед ним в лучшей форме. И, к большому удивлению Гермионы, Дафна положила руку ей на плечо, сжала её и улыбнулась. Наверное, сама не поняла, почему это сделала, потому что тут же быстро убрала руку и скрылась за дверью. Гермиона сложила письмо, убрала его в ящик стола и снова сосредоточилась, ожидая визита министра.

* * *

Министр задержался дольше, чем рассчитывала Гермиона. Он был таким нудным и совсем не сведущим в некоторых аспектах. Сначала она пыталась мягко исправлять его, уточнять детали, но вскоре поняла: это бесполезно, и просто слушала его речи. Он говорил о необходимости сокращения расходов на страховку, потом неожиданно перескочил на рассказ о том, как провёл отпуск, и подробно объяснял, как горный воздух влияет на лёгкие. При этом он время от времени поправлял очки, теребил ручку на столе, тихо покашливал, а когда подносили документы, с увлечением изучал штампики и подписи, забывая о сути разговора. Министр не посмотрел на часы, не спешил на обед, а Гермионе теперь придётся ждать конца рабочего дня, чтобы перекусить. Он ещё пару раз наклонился, чтобы рассмотреть карту региона, указал пальцем на случайные города и с увлечением рассказывал истории о прошлом планировании бюджета, забывая, что Гермиона уже всё это слышала. — Скажешь, когда он в следующий раз захочет наведаться, и я уеду куда-нибудь, чтобы он точно меня не нашёл, — сообщила Гермиона Дафне, пока они работали над документами. — Мисс Грейнджер, сегодня в министерстве был какой-то сумасшедший дом по сравнению с встречей с министром, — сказала Дафна, передавая очередной документ на подпись, и при этом нервно покрутила ручку в пальцах, словно пыталась понять, почему ручка заедает. — И что же? — Гермиона ставила подпись своей гравированной ручкой, подрагивая пальцами, пытаясь скрыть усталость. — Миссис Брек за обедом рассказывала, что сегодня всюду снуют люди в мантиях, — размышляла Дафна глазами оглядывая кабинет. — Я вспомнила, что вы утром об этом говорили. Странно… может, праздник какой? Или собирают пожертвования? И я ещё вспомнила, что мантии на все случаи жизни шьёт мадам Малкин. — Кто? — спросила Гермиона, прищурившись. — Вот и я о том же, мисс Грейнджер. Я вспомнила это случайно, видимо, прочла о швее в журнале, и почему-то подумала, что те мантии, о которых говорила миссис Брек, должны быть оттуда. — Я очень сомневаюсь, что мантия — настолько распространённая одежда, чтобы о ней писали в журнале, — Гермиона отложила бумаги и поднялась с кресла, налить себе воды. Она невольно постукивала пальцем по крану, проверяя, течёт ли вода, и на секунду задумалась, стоит ли поправить шторы, чтобы свет падал ровнее. — Но я точно помню, что знаю об этой женщине. Я не схожу с ума, — сказала Дафна, теребя край своей блузки и покручивая волосы за ухом. — Я верю тебе, Дафна. Но миссис Брек — старая женщина, которой давно пора носить очки для лучшего зрения, а не отказываться от них ради стиля и красоты. Очки её возраст не испортят, — спокойно ответила Гермиона, поправляя угол подушки на кресле. Взгляд Гермионы устремился на навесные часы. Стрелка давно перевалила отметку шести часов вечера. — Наверное, всем уже пора отдохнуть, — сообщила Гермиона, глядя на часы: уже шесть вечера. — Идите, мисс Гринграсс домой. На сегодня достаточно. Дафна кивнула, но прежде чем выйти, она ещё пару раз оглянулась, будто хотела убедиться, что ничего не забыла. Тихо щёлкнула языком, проверяя, всё ли в порядке и после вышла за дверь. Гермиона сложила вещи в сумку и аккуратно убрала стол — она любила порядок. Встав с кресла, она уже собиралась идти выключить свет, когда за спиной раздался писклявый голос: — Вам придётся остаться, премьер-министр. Министр Магии просит о встречи. Холод пробежал по телу, и Гермиону внезапно затрясло. Она резко развернулась, но кабинет был пуст. Всё оставалось так же, как и минуту назад. Никто не мог сюда проникнуть, но на рефлексе она всё же прошептала: — Кто здесь? Голос дрожал, хотя она старалась удержать спокойствие. Она медленно направилась к столу, обшарила кабинет взглядом, но там было пусто. Сердце колотилось, дыхание стало прерывистым. «Пожалуй, мне стоит отдохнуть»,— подумала Гермиона, пытаясь убедить себя, что это всё — усталость и напряжение дня. Снова подошла к выключателю. И уже дотронувшись до него, сзади снова послышалось: — Вы, наверное, не поняли, премьер-министр. Гермиона резко развернулась, готовая закричать, и замерла: картина на стене шевелилась. Человек сидел в кресле на полотне и ковырял в ухе гусиным пером. — Какого… чёрта… — прошептала Гермиона и попятилась назад. — Фу… как невежливо, — сказал человек на картине и отвернулся, но добавил: — Сядьте и подождите. Гермионе ничего не оставалось, как медленно подойти к своему креслу и опустить себя в него, не сводя глаз с картины. Сердце сжималось, ладони вспотели, дыхание участилось. «Наверное, я схожу с ума. Эта работа явно не по мне… Если это продолжится, я окажусь в доме для душевнобольных в первый же день.» Через несколько секунд раздался громкий треск. Гермиона метнула взгляд к камину — пламя вспыхнуло зелёным, и на мгновение она замерла, не веря глазам. А через секунду на антикварном ковре появился мужчина, стряхивая с себя пепел. Страх, недоумение и лёгкая дрожь по всему телу переплелись в одно чувство. Гермиона открыла рот, но слова застряли в горле. Сердце колотилось так, словно вот-вот выскочит, а разум отчаянно пытался найти рациональное объяснение происходящему. Мужчина был одет в строгий серый костюм, волосы белого цвета аккуратно зачесаны назад. Он выглядел почти так же, как Гермиона — примерно её возраста, но в нём была странная тяжесть, словно каждое движение давалось с усилием. Гермиона уставилась на него, дыхание прерывалось, сумка плотно прижата к груди, и, наверное, впервые за всё это время она даже не моргнула. Он слегка прокашлялся, засовывая одну руку в карман, и на мгновение ей показалось, что он тоже не дышит — взгляд его был неподвижен, взгляд её словно сверлил. Но через несколько секунд он всё же заговорил: — Добрый вечер, премьер-министр. Поздравляю вас с назначением на должность. Гермиона не ответила, лишь кинула на него холодный взгляд. — Что ж… — он снова прокашлялся, отвёл взгляд от Гермионы и обвел комнату глазами, будто пытаясь зацепиться за что-то знакомое. — Вы не возражаете? — спросил он, указывая на стул напротив неё. Гермиона покачала головой, и он медленно прошёл к креслу, сел, положив руки на стол и сцепив их в замок. Он снова прокашлялся, а затем попытался заговорить, но на мгновение замер, будто забыл, с чего хотел начать. — Моё… имя… Драко Малфой. Я… я… — он взглянул на Гермиону, которая всё ещё прижимала сумку к груди и буквально сверлила его взглядом, мысленно проклиная момент его выхода из камина. — Салазар, дай мне сил… — пробормотал он, размахивая руками перед лицом, а потом снова опустил их на стол. Он закрыл глаза, как будто собирался отбросить себя и свои сомнения, потом снова открыл и продолжил: — Мисс Грейнджер, моё имя — Драко Малфой, и я являюсь действующим министром магии Англии. На мгновение в его глазах мелькнула растерянность. Каждое слово давалось с усилием. Его тело слегка дрожало, плечи напряглись, а взгляд периодически скользил по комнате, будто он искал опору в мебели или картинах, чтобы удержать себя в руках. Гермиона не могла отвести глаз — он выглядел одновременно властным и удивительно уязвимым, и это ощущение странно усиливало её тревогу. Гермиона кивнула и стала осматривать кабинет, пытаясь найти хоть что-то, что объясняло бы происходящее. Камеры? Потайные двери? Шутку сотрудников? Но ничего не обнаружила. — Вы меня слышите, министр? — позвал Драко Малфой, привлекая её внимание. Гермиона коротко кивнула, заморгала, почти надеясь, что если она это сделает, он исчезнет, и всё окажется просто нервным потрясением. Но ничего не произошло. Человек напротив, похоже, действительно воспринимал её как сумасшедшую — у него был такой взгляд, такое лицо. — Так вот… Я министр магии, и моя обязанность сегодня заключается в том, чтобы ввести вас в курс дела. А дальше… дальше вами займутся. Я здесь, чтобы выполнить свою часть работы, и должен… чёрт, — прошептал он, уставившись себе на ноги. — Что значит «вами займутся»? — хрипло спросила Гермиона. От её вопроса его дернуло, он снова прикрыл глаза, тяжело сглотнул и устало выдохнул. — Я… я не… не могу рассказать вам сейчас, но в ближайшее время вы всё узнаете. А пока прошу выслушать меня и не… не перебивать. И, пожалуйста, не задавайте вопросов, пока я не закончу. Гермиона кивнула и чуть приподнялась с кресла: — Пока вы не начали… — тихо начала она, глаза её метали по комнате. — Я пожалуй налью себе воды. Не хотите ли… — Да, конечно. Спасибо, я пожалуй откажусь. Подожду вас, — сказал он, снова уставившись на свои ботинки. Взгляд у него был виноватый. Гермиона встала, всё ещё прижимая сумку к груди, и направилась к маленькому комоду с напитками. Она шумно перебирала бутылки, одновременно копаясь в сумке. — Вы уверены, что ничего не хотите? — спросила она, возвращаясь к столу. — Нет, спас… — он не успел договорить. Он повернулся, оголяя участок шеи. И в этот момент Гермиона, быстро вытащив из сумки шокер, приставила его к его шее и включила. Несколько секунд его тело дрожало, а затем обмякло, и Гермиона убрала устройство. Он упал с кресла на пол, бессознательный. — Твою мать… — прошептала Гермиона, быстро бросаясь искать телефон в сумке. — Что вы наделали, министр? Что наделали? Это скандал! СКАНДАЛ! — закричал человек с картины, суетливо спрыгнул с кресла и скрылся за рамкой. Глаза Гермионы расширились, но она продолжала искать телефон. Нашла, быстро набрала первый попавшийся номер. — Да, мисс Грейнджер? — ответил знакомый голос. — Где ты? Вернись в мой кабинет срочно, иначе я сойду с ума! — сказала Гермиона. — Я только вышла из здания, уже бегу, — послышались стук каблуков по трубке. Гермиона осмотрела лежащего без сознания человека, сердце бешено колотилось, руки дрожали, а разум пытался понять, что только что произошло и как всё объяснить хотя бы себе самой. Дверь кабинета распахнулась, и вбежала Дафна. Она замерла: на полу лежал человек без сознания, а Гермиона стояла рядом с шокером в руке, с выражением лица, будто только что видела призрака. — Что… что тут происходит?! — выдохнула Дафна, прикрывая рот рукой. — Кто этот человек? — Он… он сказал, что он… министр… магии… — Гермиона моргала, будто проверяя, слышит ли она себя. — Министр чего? — Дафна шагнула ближе, глаза расширились. — Магии! — Гермиона громко повторила. — И смотри на картину… он… сбежал. — Сбежал? С картины? — Дафна морщилась, не веря своим ушам. — Да, Даф… — Гермиона сама удивилась, что выдала это имя. — Встал с кресла, закричал «Это скандал!» и… просто вышел… из картины. — Ты шутки шутишь? — Дафна села рядом и стала осторожно осматривать мужчину. — Я бы хотела, чтобы это была шутка… — Гермиона села на край стола, нервно теребя шокер. — Он вышел из камина, Дафна. ИЗ КАМИНА! — Я же говорила, что слышала про мадам Малкин… — Дафна достала бирку с шеи мужчины. На бирке было написано: «Магазин мадам Малкин, мантии на все случаи жизни». — И вообще… зачем ты его ударила? — спросила Дафна, уже начиная теряться в этой абсурдной ситуации. — А что мне оставалось делать? — Гермиона размахивала руками. — Он прямо… появился! — И шокер у тебя откуда? — снова уточнила Дафна. — Купила после того случая с тем типом, который неделю за мной ходил. Видишь, пригодился, — Гермиона показала на шокер и бросила его на пол. — Что будем делать? — Думаю, сначала надо его поднять. Он вот-вот очнется. Вызывать полицию? — предложила Дафна. — И что им скажем? «Человек вышел из камина, я его шокером ударила»? Министр в первый рабочий день… Бред какой-то! — Гермиона начала ходить вокруг тела, как хищник. Дафна, пыхтя, пыталась усадить мужчину на стул, волосы постоянно лезли в глаза. — Как я потом буду смотреть всем в глаза? — Гермиона с ужасом хлопала руками. — «Ой, министр… из камина… да, шокер…» Меня точно отправят куда-нибудь! — Может, всё-таки поможешь мне? — Дафна тяжело вздохнула. — Ах да… прости, — Гермиона подошла и вместе с Дафной, приложив немало усилий, усадила мужчину на кресло. Голова его покоилась на плече, тело было полулежа. — Ну что дальше-то? — Гермиона села напротив. — Надо связать его. Вдруг он опасный, когда очнется. Тогда сможем выяснить, кто он, и вызвать полицию, — предложила Дафна. — Да, ты права. Есть веревка? — Гермиона сняла ремень со своих брюк. — Только этого не хватит для ног. Снимай свой. — Ах да, конечно! — Дафна сняла ремень с платья. Вместе они аккуратно связали руки и ноги мужчины, вытерли пот со лба и с облегчением осмотрели результат. — Думаю… не сбежит. — устало сказала Дафна, садясь напротив. — Надеюсь, — кивнула Гермиона. Они устроились напротив, как на допросе, только бессознательного. Молчание длилось несколько минут, пока Дафна не прервала его: — Как долго он еще будет без сознания? — ковыряя лак на ногтях. — Не знаю… Шокер из отдела бытовых принадлежностей. Изначально фонарик, с другой стороны — шокер. Не такой сильный, как профессиональные устройства, — Гермиона нервно покусывала губу. — А если всё-таки мощный, и мы не проверили, жив ли он? — Дафна взглянула на Гермиону. Гермиона резко встала, подошла к мужчине и на коленях проверила пульс. — Пульс есть. — она вздохнула с облегчением. — И кажется… он скоро очнется. Гермиона успела только дойти обратно и сесть в кресло, как послышалось мычание. — Черт… Блейз… ты снова купил эту дрянь… Поттер же сказал, что это… — мужчина с трудом разлепил глаза, но голова всё ещё покоилась на плече. Когда он наконец понял, где находится, быстро среагировал и попытался встать, но оковы не позволили. — Какого черта? Что происходит?! — яростно прорычал он и уставился на девушек, которые смотрели на него ошарашенно. Дафна раскрыла рот, вцепилась в руку Гермионы и сжимала её от страха, а Гермиона шумно вдыхала и выдыхала воздух. — Что вы себе позволяете?! Салазар, Грейнджер, отпусти меня, слышишь? — закричал он, пытаясь вырваться. — Теперь я понимаю вашу панику, министр… — проговорила Дафна, всё ещё крепко держа Гермиону. — Он гораздо неадекватнее, чем вы говорили. — Это вы что себе позволяете?! — наконец набралась смелости Гермиона. Голос её уже не дрожал: человек был связан, и она чувствовала уверенность. — Кто вы такой? Вы ворвались в мой кабинет, говорили какие-то немыслимые вещи, а теперь ещё позволяете себе обращаться ко мне, словно я ваша подружка! — Да к черту такую подружку, которая вырубает тебя со спины и связывает! — буркнул он. — Знаешь, это не по этикету, Грейнджер. Этому меня учили. — Он задергался, снова пытаясь освободиться. — А ты что смотришь, Гринграсс? Отпусти меня! — И не подумаю, — провопила Дафна. — Мисс Грейнджер, давайте вызовем полицию, — почти спрятавшись за Гермионой. — Конечно вызовем… но сначала узнаем, как он пробрался в мой кабинет и чего хочет. Кто тебя подослал? Брекфорд? Не смог занять должность и решил обвинить меня, что я сошла с ума? — Гермиона стала выдвигать свои версии, перебивая его. — Да что с вами? — рявкнул он. — Я сразу сказал, кто я и что мне нужно! Где ты была, когда я это говорил? Пусти! — он задергался ещё яростнее. — Идиотки! — Ну знаете ли… — Дафна побагровела от злости. — Это уже никуда не годится. — Она стала рыться в сумке, ища телефон. — Министр магии? — пробормотала Гермиона. — Тут точно мы идиотки, мистер… — Малфой, — грубо ответил он. — Да, — подтвердила Гермиона. — Вы сказали, что пришли сообщить и поздравить меня, и что мной займутся позже. Я могу это воспринимать только как угрозу. Кто должен мной заняться? Кому невыгодно моё положение на посту премьер-министра? — она говорила быстро, как на допросе. — Да что ты черт побери несёшь! — перебил Малфой, прикрыв глаза. — Я сказал тебе правду, кто я, а остальное меня не касается. Я пришёл поздравить тебя с назначением. — С какой стати? — Гермиона задрала нос. — С той, что я министр и обязан ввести тебя в курс дела, чтобы в дальнейшем при любых проблемах в волшебном сообществе предупредить маглов, чтобы они были осторожнее, — говорил он спокойно, словно о погоде. — Вы себя вообще слышите? — вмешалась Дафна, всё ещё рыщущая в сумке. — Справа, Дафна, — сказал Малфой, заметив её поиски. — Наведи уже порядок в своей сумке. Дафна зло посмотрела на него. Гермиона бросила взгляд на сумку и увидела, что справа действительно лежит телефон. Девушка вытащила его и начала набирать номер. — Я звоню в полицию, — сказала она, стараясь правильно нажимать кнопки. Воздух снова задрожал, как во время появления Малфоя, и из зелёного пламени выскочил ещё один человек. Он выставил руку вперёд и крикнул: — Акцио! Телефон вылетел из рук Дафны и оказался в руках мужчины. Гермиона и Дафна подпрыгнули на местах и отскочили к окну, всё ещё держась за руки. — Министр… министр… я привёл помощь! — послышался знакомый голос с картины, и человек с серебристым париком снова сел на своё кресло. — Как ты вовремя… — начал Малфой. — Прошло много времени… Поттер, где ты был? — он повернулся к мужчине, который только что появился. — Я был в патруле, — спокойно ответил Поттер и подошёл к Малфою. — Что здесь произошло? — тихо спросил он. — А ты не видишь? — Малфой махнул руками. — Эти сумасшедшие сначала вырубили меня какой-то магловской штукой, а потом связали. Ты вроде как мракоборец и должен следить за своим министром. — Я мракоборец, а не твой телохранитель, министр, — подчеркнул Поттер, будто с улыбкой. — Я же изначально говорил тебе идти со мной, — продолжал Малфой. — Тем временем Гермиона незаметно дотянулась каблуком до шокера и медленно подтянула его к себе. — Это твоя работа, Малфой. Ты обязан был прийти и поговорить с ней… с премьер-министром, а не… — он замолчал, заметив шокер. — Да, Грейнджер, давай. Заряди ему, чтобы он понял, — подначивал её Малфой. — Заткнись! — резко сказал Поттер. — Гермиона, мы… мы тебя не тронем. Всё в порядке. Мы просто поговорим. Давай успокоимся и сядем. Я же писал, что мы встретимся, но я совсем не хотел, чтобы это выглядело так. Снегг советовал делать всё постепенно, но мы не учли твою реакцию на Малфоя. — Кто вы такие и чего вам нужно? — спросила Гермиона, вытягивая руку с шокером. — Гермиона… у него эта штука… что он с ней сделал? Как… как… — прошептала Дафна на ухо, указывая на палочку в руках Поттера. — Прости, — быстро сказал Поттер и положил палочку на стол. — Полиция нам не нужна, Дафна. Думаю, договоримся, — поднял руки, показывая, что он безоружен. — А этого? — Гермиона махнула шокером в сторону Малфоя. — Тоже есть такое? — Эм… да… — Поттер замешкался. — Но он же связан. Он не сможет ничего сделать. — Достань, — скомандовала Гермиона, и Поттер встретился глазами с Малфоем. — Он не тронет меня, — заключил Малфой. — Прекрати, Малфой, — прошипел Поттер. — Ты же видишь, что пугаешь её. — Да мне-то что. Они могли меня убить этой штукой, а тебя это не беспокоит! — возмущался Малфой. — Беспокоило бы, если бы убили, — огрызнулся Поттер и принялся проверять карманы министра. Когда палочка была найдена, он положил её рядом со своей. — Всё в порядке, — сказал он. — Кто вы такие? — снова спросила Гермиона. — Может, сначала развяжете меня? — попытался пошутить Малфой. — НЕТ! — в один голос закричали Гермиона и Дафна. — Какой позор, — усмехнулся Малфой и попытался устроиться поудобнее. — Что бы сказали старики, если бы увидели эту картину снова… — проговорил он почти шепотом, и это услышали лишь единицы. — Меня зовут Гарри Поттер. Я твой школьный друг, Гермиона, — сказал он спокойно. — Уверен? — Гермиона прищурилась, оглядывая его растрёпанные волосы и плащ, который явно нуждался в замене. — На мой взгляд, вам бы больше подошло обучение в школе святого Брутуса. Я училась в приличной школе в Барнете. — Боюсь, что нет, — ответил Гарри, качнув головой. — Что «нет»? — переспросила Гермиона, насмешливо подняв бровь. — Ты не училась там, Гермиона. — Вы слишком хорошо меня знаете, чтобы сейчас сидеть здесь и говорить со мной. Вы знаете, где я училась и где получила высшее образование. Если бы не моё обучение, я не была бы здесь, — сказала Гермиона, вызывающе вздернув нос. — Я не спорю, что ты училась, — мягко сказал Поттер. — Ты училась в Хогвартсе, и уверяю тебя, училась лучше всех остальных. Лучше меня и уж тем более нашего дорогого министра. — Он бросил взгляд на Малфоя, тот лишь фыркнул. — Я понимаю, что тебе трудно поверить, но прошу хотя бы выслушать нас. Просто выслушай и восприми это как слова, пока что. — В чём вы пытаетесь меня убедить, мистер Поттер? — Гермиона расправила плечи. — Что я выдумала своё обучение в Барнете? Я повторяю: я не была бы здесь без школы и университета, которые окончила. — А я? — тихо вмешалась Дафна. — Откуда вы знаете моё имя? Почему знаете, что у меня в сумке? Такие вещи никому не известны. — Мисс Грейнджер любезно поделилась этим со мной, — прозвучал голос Малфоя. Глаза Гермионы округлились, брови взлетели. Она повернулась к Дафне и покачала головой. — Я рядом с мисс Грейнджер всего первый день, и она не могла рассказать такие вещи, — тихо сказала Дафна. — Всё, что я могу сказать, Дафна, — продолжил Поттер, — это что ты хороший друг и всегда была рядом с Гермионой, а она рядом с тобой. — Мы учились вместе и потом.... — тихо сказала Гермиона, чувствуя лёгкую боль в груди. — А потом наши пути разошлись. — Но тем не менее вы вместе связали Малфоя и сейчас находитесь здесь, — отметил Поттер. — Кажется, мы отвлеклись, — вмешался Малфой. — Развяжите меня, иначе я не смогу отсюда уйти. У меня ещё есть дела. — Сейчас твоё дело — я, — твёрдо сказала Гермиона. — А всё остальное — вторично, — дословно повторила она, и Малфой почти одновременно произнёс то же, не поднимая взгляда. Он говорил тихо, глядя в пол, а Гермиона удивилась — откуда он знал, что она подумает именно так? Она ждала объяснений, но он так и не поднял головы. Она говорила эту фразу несколько раз своему бывшему жениху, с которым у них так и не сложилось. Тёплые воспоминания о нём всё ещё жили в её сердце, но обстоятельства были непреодолимы: карьера Гермионы не позволяла им быть вместе, а он слишком зависел от путешествий и жизни вдали от политики. Каждый раз, вспоминая это, ей становилось немного грустно, но она знала — они выбрали свои пути, и теперь оставалось лишь жить дальше, концентрируясь на настоящем. Гермиона медленно опустила руку с шокером, которая от усталости повисла вдоль тела. В голове надвигался рой мыслей, и ей хотелось закрыть уши руками, чтобы всё это прекратилось. Она крепче сжала руку Дафны и направилась к столу. Сев в кресло, Гермиона смотрела в никуда, чувствуя, что этих двоих стоит выслушать. — У вас есть пять минут, чтобы объяснить, кто вы и чего хотите. Оба, — сказала Гермиона, глядя на пустой стол. — Только развяжите меня уже, — буркнул Малфой. Через мгновение он был свободен, и все расселись по местам. Малфой, сидя напротив Гермионы, смотрел на неё так пристально, что она почувствовала на себе его взгляд. Она перевела глаза на него, задержав взгляд на секунду, но Поттер прервал её мысль. — Герми… — начал он, но Гермиона подняла руку. — Мисс Грейнджер, попрошу, — строго сказала она. — Я вас всё ещё не знаю. — Да, простите… Мисс Грейнджер, — исправился Гарри. — Я даже не знаю, с чего начать… — устало выдохнул он и поправил очки. — Поттер, — вмешался Малфой, привлекая внимание к себе. — Ты уверен, что можно? — Что можно? — переспросила Гермиона. — Разве вы не хотели «всё рассказать»? — Эм… да. Я очень хочу, — сказал Гарри, взъерошив волосы. — Но… — он коснулся взгляда на Малфоя, чьё лицо оставалось строгим и напряжённым. — Снейп сказал делать всё постепенно, а ты хочешь вывалить на неё сразу всё? — прохрипел Малфой сквозь зубы. — Кто такой Снейп? И почему он решает, что и как делать? — повысила голос Гермиона, и оба посмотрели на неё. — В общем-то, Драко прав, мисс Грейнджер, — тихо сказал Поттер. — Я не должен говорить многое, но видимо выхода нет. — Он вздохнул, глядя на стол с сожалением. — Нет, Поттер. Ты расскажешь только про волшебный мир и о том, что Гермиона — часть этого мира. Остальное узнаешь, когда будешь готова. Если всю информацию вывалить сразу, ты сойдёшь с ума, и всё будет напрасно, — сказал Драко твердо, уже обращаясь к Гермионе. Гермиона выслушала его слова, широко открыв глаза, её непонимание только усиливалось. — Не думаю, что сказки, которые вы хотите мне рассказать, сведут меня с ума, — сказала Гермиона. — Мистер Малфой, вы зря беспокоитесь. А если у мистера Поттера припасена целая история с моим участием, о которой я «чудесным образом забыла», прошу рассказать — и проваливать. Либо говорите всё сейчас, либо я не собираюсь больше слушать этот бред и звоню в полицию. Малфой вскочил с кресла, упер руки в стол и грозно посмотрел на Гермиону. Она даже не пошевелилась, лишь с вызовом встретила его взгляд. Пару секунд он стоял, а затем в два шага направился к камину. — Я пришлю вам письмо, премьер-министр, со всеми указаниями. Надеюсь, на этом наше сотрудничество закончено, — сказал он через плечо, не оборачиваясь. Его палочка прыгнула на ладонь, и через секунду он исчез в пламени камина. Дафна, всё ещё сидя, смотрела на происходящее. Рука её дернулась на руке Гермионы, и Гермиона лишь положила свою ладонь сверху, чтобы хоть как-то успокоить подругу. Поттер смотрел, как исчез Малфой, а затем с такой же грустью повернулся к Гермионе и кивнул головой. — Малфой всё же прав, Гермиона, — сказал Гарри, на этот раз не обращаясь официально, как она просила. Он помолчал минуту, собираясь с мыслями, а затем продолжил: — Я могу рассказать тебе, как мы познакомились и как стали друзьями… Остальное думаю рассказать в другой раз. Профессор Снейп и так будет недоволен моим сегодняшним визитом. Он не очень хотел, чтобы пришёл Малфой, предпочитал, чтобы пришёл его заместитель, но… случилось, как случилось. — Говорите, мистер Поттер, и уходите. Я не желаю больше ничего слышать, — сказала Гермиона бесцветным голосом, не отводя взгляда от пустого стула, где только что сидел Малфой. Её голова начинала болеть, сердце стучало сильнее — стресс снова давал о себе знать. Спустя некоторое время — больше пяти минут, которые дала Гермиона — Поттер закончил свой рассказ о том, как они познакомились, о том, как он и Рональд Уизли спасли её от тролля и как провели первый год в Хогвартсе. Всё это казалось ей чем-то из детской книжки или сном. Но Гермиона заметила, что Дафна каждый раз, когда упоминалось имя Волан-де-Морт, вздрагивала и сжимала её руку сильнее. На вопрос, что случилось, Дафна лишь пожимала плечами, не в силах объяснить свою реакцию. — Теперь понятно, почему этот министр удрал, — сказала Гермиона и откинулась в кресле, потерев глаза пальцами. — Не хотел слушать осуждения за своё поведение. Поттер ничего не ответил. Он смотрел на свои ботинки, будто подбирая слова, чтобы попрощаться и уйти. — Думаю, пора прощаться, мистер Поттер, — решив эту проблему за него сказала Гермиона, вставая с кресла и осторожно потянув Дафну за собой. — Да… да, — он поднялся вслед за ними и слегка улыбнулся. — Очень рад снова тебя видеть, Гермиона… — Мисс Грейнджер, — поправила она его строго. — Извини, — улыбка Поттера исчезла. — Я пришлю письмо о том, как в следующий раз соберусь навестить тебя. — Какая в этом необходимость? — спросила Гермиона. — Я не поверила ни единому вашему слову, мистер Поттер. — Что? — нахмурился Гарри, но ответа не получил. — И больше не хочу слушать этот бред. Спасибо, что рассказали увлекательную историю. Если я когда-нибудь в старости буду писать книги, я обязательно об этом вспомню. А сейчас соберите свои палочки и покиньте мой кабинет. — Не поверила? Что значит «не поверила»? — спросил Поттер, нахмурившись. — Вы слишком туго соображаете, — вставила Дафна. — История сомнительная, мистер Поттер. Я знаю мисс Грейнджер почти десять лет, и никогда не замечала за ней каких-либо чудес. Ум — да, магия — нет. Гермиона лишь кивнула, подтверждая её слова. — Появление нас из камина тоже сомнительно, да, Дафна? — спросил Гарри. — Я могу допустить существование некоего волшебного сообщества, — ответила Гермиона за нее, — но не могу быть в этом уверена. Ваши «фокусы» выглядят слишком натянуто, и я не могу поверить в свою принадлежность к этому миру. — Зачем мне врать? — воскликнул Поттер. — Скажи, для чего мне сочинять эту историю? Ты всегда отличалась умом и рациональностью, так скажи, для чего? — Судя по сжатым кулакам и сведённым бровям, он злился. — Этого я пока не могу сказать, — спокойно ответила Гермиона. — Я могу предположить, что магия существует, но не могу вспомнить то, о чём ты говоришь. У меня была другая жизнь — и её я помню. И раз ты не хочешь рассказать всё, я больше не собираюсь слушать дальше. — Не могу, — сказал Гарри уже тихим голосом. — Я не могу сказать тебе всего. Я только сделаю хуже. — Хуже для кого? — Гермиона отпустила руку Дафны и начала ходить по кабинету. — Поставь себя на моё место. У меня другая жизнь, и то, о чём говоришь ты, — просто бред. Я больше не хочу втягиваться в непонятные вещи. Я много работала, чтобы добиться этой должности, и не позволю одной истории разрушить всё это. Гарри ещё какое-то время смотрел на неё, а затем молча встал. — Наверное, было слишком рано. Надо было уйти раньше. Прости, — тихо сказал он. — Я понимаю, что тебе тяжело это слышать, и не вправе отбирать у тебя реальность, в которой ты живёшь. Он взял палочку со стола. Гермиона даже не отреагировала. — Если захочешь поговорить снова, просто скажи портрету — он меня найдёт. Извини за беспокойство, — сказал Поттер и кивнул. — Дафна… Дафна перевела взгляд с начальницы на него. — Впрочем, ничего, — добавил он, и, повернувшись, так же, как Малфой, исчез в камине. В кабинете воцарилась тишина. Гермиона стояла, смотрела на камин, где только что исчез Гарри Поттер, и в её голове жужжал рой мыслей. Голова начала болеть сильнее, сердце стучало учащённо. Такие приступы происходили с ней три года назад , но последние два года она не вспоминала ничего подобного. Тогда врачи говорили, что это последствия стресса, назначили отдых, витамины и снотворное. Видимо, подумала Гермиона, пора снова обратиться к врачу. Стресс снова ворвался в её жизнь вместе с новой должностью, и с этим нужно было что-то делать. — Что будем делать дальше? — прозвучал знакомый голос, вытягивая Гермиону из водоворота мыслей. — Не знаю… — тихо ответила она. — Думаешь, всё, что они говорят, правда? Я повторюсь: существование их сообщества возможно реально, и на этом всё. — И всё же… почему ты не поверила? Всё было… очень правдоподобно, разве нет? — спросила Дафна, вставая с кресла и подходя к начальнице. — Ты же сама сказала, что никогда не замечала за мной ничего такого, — напомнила Гермиона. — Но что если… что если ты ошибаешься, раз не знаешь всей истории? — осторожно проговорила Дафна. — Как я могу ошибаться? — воскликнула Гермиона. — Ты не понимаешь, Дафна. Я понятия не имею, о чём они говорят. Ни разу в жизни не пропускала школу, университет, работу… Иногда я даже забывала с неё уходить. Как я могла быть в двух местах одновременно и при этом ничего не помнить? — Может, нам стоит выслушать всю историю полностью, — сказала Дафна, не успокаиваясь. — Тогда что-то прояснится, станет понятнее. — Что именно может проясниться? — спросила Гермиона, внимательно глядя на неё. — Даже представить не могу, — покачала головой Дафна. — После всего, что я сегодня увидела, могу поверить во что угодно. До сих пор не укладывается в голове, что он сказал о моем бардаке в сумке… Он утверждает, что это ты рассказала ему обо всём. — Не думаю, — тихо ответила Гермиона, — что я после того, как этот человек ворвался сюда с таким высокомерием, вел себя нагло и ушёл так же дерзко, вообще стала бы что-то ему рассказывать,— Гермиона замолчала на несколько секунд, а затем продолжила, — А ещё он сказал, что встретил Малфоя в магазине мадам Малкин в Косом переулке. А ты знала об этом магазине. Ты ничего не хочешь сказать? Может, знаешь что-то и скрываешь? — Что? Нет! — отнекивалась Дафна. — Я даже не вспомнила бы об этом, если бы ты не увидела человека в мантии,— Она задумалась, — Слушай, он сказал, где находится этот «Дранный котел». Если мы сходим и проверим, то, может, всё окажется правдой. Табличку видят только волшебники… и если ты… ну… — Дафна замялась, боясь произнести мысль вслух, — увидишь её, возможно, они не врут. Гермиона лишь покачала головой. Ей, наверное, и хотелось взглянуть на это, узнать правду, но что-то внутри не давало ей согласиться. Страх потерять привычную жизнь и уверенность в том, что она уже построила, оказался сильнее любопытства. — Я устала… — сказала Гермиона, прикладывая пальцы к вискам и мягко массируя их. Голова раскалывалась. — Мне нужно выспаться. Я поеду домой… Тебя подвезти?