Глава первая. Ключи от Элизиума
6 февраля 2026 г., 12:44
Музыка тихо мурлыкала в наушнике, создавая иллюзию изоляции. Я пытался сосредоточиться на статье, в которой изощрённо доказывалось, что «распространение дипфейков и подобного контента создаёт особые проблемы для функционирования демократий, поскольку подрывает саму идею эмпирической истины». Идеальная тема для человека, который вот-вот перестанет отличать собственные фантазии от реальности, — мелькнуло у меня в голове, и я тут же заставил себя снова сосредоточиться на тексте. Рядом, свесившись на столе, застыл над учебником Скэр. Я мучительно продирался сквозь этот текст, как вдруг услышал глухой стук. Это Скэр приложился лбом о книжный переплет и перевел на меня самый несчастный взгляд из своего немалого арсенала. Арсенал у него и правда был обширный: от щенячьей тоски до ледяного презрения. Этот же взгляд означал: «Готи, мне скучно до смерти, и виноват в этом ты».
Я не поддался на провокацию и снова уткнулся в текст, хотя взгляд уже безнадежно скользил по строчкам, не цепляя смысла. Мозг, несмотря на двойную дозу кофеина, наглухо отказывался работать. Скэр, подперев голову рукой, не отрываясь смотрел на меня.
— Готи?
В его голосе звучала знакомая несчастная нотка, за которой обычно следовали предложения вроде «давай сбежим с пары», «свалим на вечеринку к Оливеру» или «завалимся ко мне с вином и фильмом». Я сделал вид, что не слышу, и упрямо перевел взгляд на статью. Иначе соблазн бросить всё и пойти у него на поводу стал бы непреодолимым.
— Ну, Готи… — он заправил мою выбившуюся прядь за ухо, лишив меня спасительной иллюзии звукоизоляции, а потом всем телом навалился на мой бок, обвив руками талию.
Меня бросило в дрожь — предсказуемая, предательская реакция на его прикосновения. А Скэр, пользуясь моментом, продолжил канючить.
— Готи, не будь садистом, — его дыхание обжигало кожу на шее. — Второй наушник у меня, я знаю, что ты меня слышишь. Нельзя меня так игнорировать.
— Я всё же попробую, — с трудом сдержав улыбку, я попытался звучать решительно. — Нет.
Но с каждой секундой моя твердость таяла, а тяжесть его тела и жар дыхания становились всё нестерпимее.
Сосредоточиться на учёбе было невозможно. Статья сама по себе была снотворной, а близость Скэра — и вовсе добивала последние остатки концентрации. Его горячее дыхание на коже совсем не настраивало на штудирование сотен страниц политической теории. Тем более — откровенной чуши.
— Не будь садистом, — повторил он, и я почувствовал, как его губы коснулись моего уха. — Закончим в пять, а не в семь, как обычно? Сегодня суббота, а лекция аж в понедельник. Статьи никуда не сбегут. Тем более, меня просто убивает читать про связь подрыва интернет-кабелей с гибридной войной.
— Торн точно построит на этом всю лекцию, — я помахал распечаткой перед его носом и с неожиданной для себя самого горечью вздохнул.
Это был не вздох о судьбах демократии. Это был вздох о том, что даже эта скучная статья была предпочтительнее пытки близостью, на которую я добровольно подписывался, оставаясь рядом.
— Я тебе и так могу сказать, о чём будет лекция, — Скэр наконец отпустил меня и, театрально прижав руку к сердцу, изобразил самого Торна. — «Не питайте иллюзий! Любая система уязвима. Я описываю раковую опухоль на теле государства, а не предлагаю пластырь для её сокрытия».
Я фыркнул, отложил статью и посмотрел на него. В его глазах плясали чертики, а пальцы уже заискивающе сжимали мою руку.
— Итак, что на счёт моего плана? Общага, холодное пиво, пицца и марафон «Доктора Кто»? — в его голосе звучало мягкое, но безотказное обещание.
— Никакого пива, — сдался я, наконец позволив себе улыбнуться. — И завтра с утра возвращаемся в библиотеку.
— Есть, мой генерал! — Скэр вскочил, словно его подбросило, и принялся сгребать книги, чтобы отнести их на полки.
Я потянулся, разминая затекшие мышцы, и двинулся вслед за ним, прихватив оставшиеся книги. Не прошло и десяти минут, как я уже упаковывал в сумку свои конспекты, а мы направлялись к выходу из библиотеки.
Мы шли к общежитию через парк в центре кампуса. Листья на кленах уже начинали желтеть, и я хотел было тихо полюбоваться этим, пытаясь отвлечься от руки Скэра на своей талии. Его ладонь лежала там так естественно, будто была частью дизайна моей куртки. А внутри у меня всё сжималось в тугой, трепещущий комок. Осень, блять, листопад. Романтика. А я соображаю, на сколько градусов повысилась температура кожи под его пальцами.
«Да ладно, Готи, мы не в Октавии. В США никто не подумает ничего лишнего, если я тебя обниму», — прозвучал в голове его голос, как будто в ответ на моё напряжение.
Вот именно, мы не в Октавии, — мысленно парировал я. — Здесь меня не сожгут на костре за греховные мысли о полукровке. Здесь меня просто сожрёт изнутри собственная идиотская робость. Черт. Нужно отвлечься.
И тут, словно по вселенскому запросу, пришло сообщение от Оливера. Я отвлекся от дороги и полез в телефон.
«Ты со Скэром? Дуйте в наше кафе. Срочно, дело есть»
«СРОЧНОЕ!»
«Тебе понравится»
«Не как в прошлый раз»
Господи, Оливер, научись формулировать мысль в одном сообщении, пожалуйста. Я тяжко вздохнул и начал печатать ответ, но Скэр, заглянув мне через плечо, тут же развернул нас в направлении кафе. Я сдался, подчинившись неизбежному. Оливер был подобен стихийному бедствию — проще было сделать, как он хочет, чем пытаться уклониться.
«Что-то срочное? Мы со Скэром хотели завалиться на диван с Доктором Кто и пиццей», — отправил я, но мы уже почти подошли к кафе, когда пришел ответ.
«Потом потусите дома, голубки. У меня дело государственной важности»
Я прикинул вероятность того, что там действительно что-то важное. Вывод был неутешительным. И вот я уже сидел за столиком перед чашкой зеленого чая, а Скэр — прямо напротив, с нежным, выжидающим взглядом, заглядывающим мне в глаза.
— Ты что-то сказал?
— Спросил, не взять ли тебе пирожное, — Скэр сдул с лица упавшую прядь и улыбнулся. — О чём ты так задумался, Готи?
— О материале и об Оливере, — И о том, что твой взгляд тяжелее любого учебника. Но это я, конечно, оставлю при себе. Я нервно протёр глаза, в которые словно песок насыпали. — Кажется, мне и правда нужен перерыв.
— Вот, а я о чём? — протянул он с таким видом, будто моя усталость была его личным достижением.
Хотелось бы... Да о чём ты думаешь, Готье?
Я пожал плечами и уставился в окно, стараясь не замечать, как наши ноги сталкиваются под непозволительно маленьким столиком.
Появление Оливера в кафе было сродни урагану. Он ворвался, мгновенно нашел нас взглядом, подлетел, шлепнул ноутбук на стол и, открывая его и что-то запуская, принялся тараторить без перерыва на дыхание, пока я задумчиво рассматривал: «Excite my nerves and I'll fuck your brain.» на его футболке.
— Вы сейчас умрете от счастья, дети мои!
— Хоть раз после этой фразы мы умирали от счастья, Готи? — Скэр снова осклабился.
— Не припомню, — я решительно покачал головой, скептически оглядывая Оливера, который что-то яростно печатал.
— Ой, не придирайтесь к словам! — наконец Оливер что-то открыл и с триумфом развернул ноутбук. — Я клянусь, я принёс то, чего вам в жизни очень не хватало! Элизиум!
— Я полагаю, ты не про греческую мифологию? — я вгляделся в экран, и по моим щекам тут же разлился яркий румянец. Прекрасно. Теперь я краснею заранее, ещё до того, как увижу что-то действительно неприличное. Организм работает на опережение. — Оливер, ты серьёзно решил оторвать нас ради какого-то порносайта?
— О, а теперь мне интересно, — Скэр наклонился ниже, пытаясь разглядеть экран. Я скривился.
— Это не порносайт! — мрачно, с видом оскорблённой невинности, провозгласил Оливер. — Это особая среда для общения! Элитарный клуб для обсуждения интимных тем. Ну, и стримы тут тоже есть, да.
— Супер. Мы безмерно рады за тебя и твой сайт. Мы пойдём? — я раздражённо набросил сумку на плечо и привстал, но Оливер тут же оттащил меня обратно на стул.
— Погоди ты так рубить с плеча, Готье, дай объяснить! — он развернул ноутбук и ткнул пальцем в один из форумов. — Смотри, я же сказал: тут не только стримы! Это площадка для общения. Знаешь, чтобы обсуждать свои желания, проблемы в отношениях, всё такое... Я последний год его разрабатывал с коллегами, ну... не суть.
Оливер нервно подпрыгнул на месте и сгреб со стола салфетку, которую тут же принялся суетливо рвать на клочки.
— Вам, голубки, явно не хватает общения, — я раздражённо поморщился. Каждый раз, когда он так говорил, его уверенность, что мы со Скэром пара, впивалась в сердце острым шипом. — Серьёзно, вы даже в братстве не состоите. Третий год пошёл, а вы словно всё ещё в Октавии.
— И как наша консервативность связана с порносайтом? — Скэр втянул в себя коктейль, а я ухватился за чашку с чаем, лишь бы занять руки и отвлечься.
— Это не порносайт, господи! — Оливер раздражённо сдул прядь с лица. — Я же сказал — особая среда для общения!
— Я более чем уверен, что на главной странице видел промо десятков стримов в реальном времени. — Парировал Скэр.
Оливер скрестил руки на груди, а Скэр весело подмигнул мне. Я с трудом скрыл улыбку за своим чаем.
— Ну что вы такие упрямые? — Оливер театрально возвёл глаза к небесам. — Не все ведут разговоры словами!
Скэр подавился коктейлем и закашлялся, явно давясь хохотом. Я же, покраснев, смотрел на Оливера с нарастающим раздражением. А тот, словно ничего не замечая, продолжил:
— Ничего смешного тут нет! Как, впрочем, и плохого — в желании изучить свои фетиши. — Оливер принялся рвать уже новую салфетку.
— Я как-то не вижу связи между интимной сферой и порностримами, — я старался звучать максимально серьёзно, но, судя по взгляду Скэра, получалось это из рук вон плохо. Горящие щёки тоже не помогали.
— Не все такие ханжи, Готи, — весело вставил Скэр. Я демонстративно его проигнорировал.
— Вот! Хоть кто-то меня слушает! — Оливер воодушевился. — Впрочем, если вам так интересна эта тема…
— Вообще не интересна! — попытался я вставить, но кто там меня когда-либо слушал.
— …то вот вам запись одного интересного стрима.
Оливер начал что-то лихорадочно искать, пока я закатывал глаза к потолку, а Скэр беззаботно хихикал. Наконец Оливер театрально воскликнул: «Вот!».
Я тут же отвел взгляд от экрана, сделав вид, что меня поглотил вид из окна.
— Ух ты, чистокровные, и на таком сайте? — Голос Скэра прозвучал с неподдельным интересом.
Я быстро осмотрелся по сторонам — не привлекаем ли внимания? Но в субботний вечер кафе рядом с библиотекой было практически пусто, и никому до нас не было дела. Я позволил себе один короткий, воровской взгляд на экран — и тут же отвернулся, но увиденное уже врезалось в сетчатку.
— На этом сайте в основном сидят чистокровные, — Оливер, наконец-то нашедший благодарного слушателя в лице Скэра, весь так и сиял, подпрыгивая на стуле, словно довольный щенок. — Я же говорил! Это особая среда. Способ понять свои желания, обсудить их с теми, кто не осудит. Ну или… продемонстрировать. Неважно. Когда мы концепцию придумывали, мы хотели создать что-то вроде… безопасной зоны.
"Безопасная зона", — мысленно передразнил я. — Это для особо одарённых? Если тебе мало просто смотреть порно и нужно ещё и философски его обсудить, а потом продемонстрировать.
— Пока не очень вижу связь между идеей общения и… — я растерянно махнул рукой в сторону экрана, где парень с энтузиазмом заглатывал дилдо, глядя в камеру. Слава богу, звук был выключен. — …этим. Слушай, выруби уже. Мы в публичном месте, я не хочу, чтобы нас сюда перестали пускать. Как в прошлый раз.
Я раздражённо отвёл глаза от ноутбука и уставился на Скэра, который с невозмутимым любопытством изучал происходящее на экране. Я поджал губы и сердито покачал головой.
— Господи, расслабься, Готье! Никто тут никого не осуждает, помнишь? — Оливер с грохотом захлопнул крышку ноутбука и скептически меня оглядел. — Что ты так нервничаешь? Парень, конечно, чем-то на тебя смахивает, но…
— Не приписывай мне… — я запнулся, тщетно пытаясь подобрать слова.
— Тут Готи прав, — легко вставил Скэр, привычно подперев щеку рукой. Его взгляд, полный какой-то болезненной нежности, скользнул по мне. — Это не его уровень.
Я застыл, словно громом поражённый.
Не мой уровень?
Это ещё что должно значить?
Какой уровень? Уровень отчаянности? Уровень распущенности? Или уровень отчаяния, на котором уже не стыдно заглатывать дилдо на камеру? И самый главный вопрос: "Значит, есть какой-то уровень, на котором я — этот я — был бы ему интересен?"
Я перевёл взгляд со Скэра на ноутбук, потом на Оливера и снова на ноутбук.
Блестяще. Чего ты ждал, Готье? Что Скэру захочется увидеть такое в твоём исполнении? Размечтался. Не твой уровень. Сука.
— Ладно-ладно! — Оливер замахал руками, как отбиваясь от ос. — Не буду покушаться на твою невинность, Готье. И всё же… я дам вам ключи. Золотого уровня. Полная анонимность. Даже я не буду знать ваших ников, пока вы сами не расколетесь или не нарушите правила.
— Спасибо, конечно… — я тут же попытался отказаться от сомнительной чести.
— Правила? — Скэр влез одновременно со мной.
Ему что, правда интересно?
— Ничего особенного. По сути, сводится к «не будь мудаком», — Оливер снова открыл ноутбук. Я мгновенно отвел взгляд, уставившись в Скэра. Тот улыбался, глядя прямо на меня.
Это ещё что значит?
— Вот, — Оливер, наконец, вырубил видео и открыл страницу с правилами. — Говорю же, ничего особенного. Не разводить срачи, не нарушать анонимность, не угрожать стримерам, не давить на них.
— «Не разводить политические дискуссии»? — прочёл Скэр.
Когда он успел вчитаться? И главное — зачем?
— Ну, вы уж постарайтесь, — усмехнулся Оливер. — Если очень хочется, всегда можно уйти в приват. На него часть правил не распространяется. Он не отслеживается админами в реальном времени, только пассивными алгоритмами. Да и они не вмешиваются в происходящее, просто отправляют пострадавшей стороне уведомление, о возможности обратится к админам за работой третейского судьи. Ну, знаешь, на случай если происходящее не было для участников их желанием.
— Ты сказал про золотой ключ? — снова вступил Скэр.
Господи, Скэр, почему этот диалог ещё не закончен?
— Ага. Золотой, серебряный, медный, — Оливер загибал пальцы. — Золотой — для тех, за кого ручается админ или разработчик. По сути, клуб для своих. Защищён социальными гарантиями. Но вести себя как дебил всё равно не советую — отследить владельца ключа при таком-то ограниченном количестве — пара пустяков.
— Что возвращает нас к главному вопросу: зачем ты даёшь доступ нам? — я вставил как можно более ровно, но мой голос предательски дрогнул. Искренний интерес Скэра сводил меня с ума.
— А почему я не должен делиться своим достижением с любимчиками? — Оливер сиял.
— Потому что мы не совсем подходим под определение людей, выкладывающих порнуху на всеобщее обозрение? — я изо всех сил старался сохранить невозмутимость.
— Друг мой, у меня ощущение, что у тебя гиперфиксация, — Оливер сделал театральную паузу. — Впрочем, если есть желание попробовать — я не осуждаю.
— Оливер!
Я вспыхнул, как мак. Скэр закатился хохотом. Я раздражённо скрестил руки на груди.
— Ладно, оставим в покое перспективы Готи как порноактёра, — Скэр наконец более-менее успокоился. Я, впрочем, всё равно показал ему средний палец.
— Я тебя тоже люблю! — весело парировал он.
Я вздрогнул. Эта шутка была как укол адреналина прямо в сердце. Болезненно, заставляет трепетать, но не убивает. Пока не убивает. Только вселяет жестокую надежду.
— А если без шуток, — Скэр снова стал серьёзен, — зачем нам доступ к твоей фетиш-платформе?
— Площадке для общения! — снова начал было Оливер, но я уже не слушал. Сердце колотилось где-то в горле. Я знал, что Скэр несерьёзно, но не мог от этого отделаться.
— Короче, вам точно нужно ознакомиться, — Оливер с решительным видом захлопнул ноутбук, встал и положил перед каждым из нас по листку бумаги. — Если не для порнокарьеры, то для общего развития. Серьёзно.
Он неожиданно сменил тон, став на удивление проникновенным:
— Вы оба слишком закрытые. Вроде бы уже не в «Нельзявии», — он не удержался от колкости, — но к себе никого не подпускаете. Общение — это важно, знаете ли.
— Тебе это Оливия сказала? — я раздражённо поддел ногтем бумажку, уже мысленно отправляя её в мусорное ведро.
— И она права. По крайней мере, в этом, — Оливер вдруг стал говорить торопливо, собираясь. — Серьёзно, ребят, просто зарегистрируйтесь. Это ни к чему не обязывает, но, может, хоть немного расслабитесь.
Слово "расслабиться" прозвучало как приговор. Расслабиться — значит утратить контроль. А что, если мой контроль — единственное, что меня ещё держит на плаву?
— Ладно, я побежал, надо код допилить… Кстати, ждать вас на вечеринке в следующую субботу?
— М-м-м… Возможно, — я перевёл вопросительный взгляд на Скэра. Мы это ещё не обсуждали.
— Мы постараемся, — подхватил Скэр с такой загадочной интонацией, что я на секунду и сам поверил, будто у нас в эту субботу важный семинар. — Но не факт, что после учёбы выберемся…
— Отмазки у вас всегда найдутся, — иронично заключил Оливер. — Ладно, приходите, если решитесь. Ребята из братства не кусаются. Побежал!
Когда Оливер скрылся за дверью, за столом повисла тягостная тишина. Я уставился в свою чашку, не в силах отвести взгляд.
Перед глазами всё ещё стоял тот стример. Чем-то отдалённо похожий на меня.
Не мой уровень. Надо же.
Интересно, что в нём такого? Что Скэр в нём увидел? Что делает его «уровень» достаточным? Смелость? Отсутствие стыда? Или просто то, что он делает это, а не только мечтает об этом, стиснув зубы?
— Готи?
Его лицо внезапно оказалось в сантиметре от моего. Я дёрнулся от неожиданности.
— А? Что?
— Не загоняйся так, — Скэр смотрел на меня с той самой раздражающе-нежной заботой. — Мы с Оливером просто дурачимся. Никто не ждёт от тебя ничего такого.
А это ещё как понимать? «Ничего такого»? Что, я слишком скучный? Слишком обычный для порно? Ну спасибо, Скэр. Как всегда, твоя поддержка вселяет уверенность. Хочется встать и крикнуть: "А я хочу, чтобы ты ждал! Ждал от меня именно такого! И чтобы это было не "такое", а особенное!" Но я, конечно, молчал.
— Я не… — я с трудом сглотнул ком в горле. — …Не важно. Марафон «Доктора Кто»?
Скэр кивнул, и мы направились к выходу.
Нет. Я не буду спрашивать. Не стану выяснять, что он имел в виду. И зачем он забрал свою бумажку с адресом… Хотя свою-то я сунул в карман. Она, кажется, прожигала ткань, и я чувствовал её жгучее присутствие сквозь джинсы.
Может, Оливер в чём-то и прав? Может, просто посмотреть — не так уж и страшно? Это была та самая мысль, с которой все самые плохие идеи и начинаются. Я почувствовал, как по спине пробежал холодок, но это был холодок азарта, а не страха. Или наоборот?
Пока я размышлял, мы почти дошли до общежития. Едва мы зашли в холл, как у Скэра зазвонил телефон. Мне даже не нужно было смотреть на экран — всё стало ясно по мгновенно изменившемуся, напряжённому выражению его лица.
Джером.
Раз. Два.
— Готи, я на минутку, — он затараторил, его взгляд беспокойно метался между мной и экраном телефона. — Подождёшь у себя? Я быстренько выясню, что там у Джерома, и сразу приду, ладно?
— Конечно, — я сделал шаг назад, давая ему пространство для манёвра. — Я пока выберу, что заказать.
И постараюсь не сгрызть все ногти до самого мяса. Хотя, если подумать, это была бы достойная замена тому, чтобы начать грызть стены от беспомощности или кидаться на свои же глупые иллюзии.
***
Я проследил, как дверь в комнату Готи закрылась, и только тогда поднес телефон к уху, чувствуя, как тепло его тела, недавно бывшего в моих руках, сменяется ледяным комом в груди. Голос срывался на низкое, сдавленное рычание. — Если ты сейчас не скажешь, что кто-то умрёт, я буду пытать тебя медленно и мучительно, Батлер. — Я надеюсь, я прервал твою свиданку. — Голос Джерома в трубке был искажен и перебивался шумом волн. — Короче, Джером. Откуда ты вещаешь? Еле слышу твой бред. — Я уже шагал по коридору к своей комнате, сжимая телефон так, что казалось треснет корпус. — Это глушилки. Я сейчас очень весело наблюдаю, как «Тень Авроры» штурмуют шавки Лафара. Красиво. — Судя по шуму, Джером затянулся. — Блять. Ты на корабль, конечно, не успел? — Я влетел в свою комнату и с размаху хлопнул дверью, чтобы заглушить собственный голос. Звук грохотом отозвался в тишине — чужой, не из того уютного мира, что находился буквально за стенкой. — Прости, крыльев нет. — Батлер звучал до идиотизма жизнерадостно. — Делать что будем, Босс? — Вежливо подойди к Франку и попроси доступ к грузу, что ж ещё! — Я швырнул телефон на кровать, сорвал с себя свитер и швырнул его в угол. Ткань душила, как петля. — Отличный план, и как он мне в голову не пришел? Могу ещё сразу в воду прыгнуть с грузом на шее. — Джером это почти пропел. — Будешь ерничать — я тебя сам утоплю. С двумя другими поставками что? — Я прошёлся по комнате, сжимая и разжимая кулаки. — Пока жду отчёта, но, судя по сообщениям Валери, прибудут вовремя. Толку-то? Они меньше — это как глоток воздуха для обреченного. — Вот и подышите немного, я придумаю, что делать. — Я с силой дернул прядь волос, пытаясь болью заглушить ярость. — Идеи, как они узнали про «Аврору», есть? — Были бы — сразу сказал. Я, по-твоему, люблю информацию прятать? — Лучше бы ты любил проблемы предсказывать. Все, закончили, вали оттуда, пока не загребли. — Ты приедешь? — В голосе Джерома прозвучала надежда. Оставалось понять, на что: на то, что я приеду, или что не смогу? — Нет, пока. Постарайся узнать, как они пронюхали. — Лучше бы тебе не приезжать. — Голос Джерома звучал чётче. — Что, прости? — На секунду мелькнула мысль: а он, блять, прав. Но признать это — значит признать, что я уже ничего не контролирую. Ни здесь, ни там. — Ты не охренел, случаем? — Я сказал, лучше бы тебе не приезжать. — Я услышал, как Джером сделал ещё одну затяжку, и ждал, пока он пояснит. — Не надо так злобно дышать в трубку. Я серьёзно, Скэр, ты же сам понимаешь, что всё, что могло было пойти по пизде, — пошло. Оставайся уже в безопасности. — Спасибо за совет, Джер. Сам разберусь. — Всегда пожалуйста. — Чёрт, да что он такой, до идиотизма веселый? — Ах да, Джером? — Что? — Не попадись! — Я с силой ударил по экрану, сбрасывая вызов, и раздражённо щёлкнул языком. Вот только этого не хватало. Руки тряслись от злости, в висках стучало. От желания разнести комнату вдребезги меня удерживало только то, что Готи был за стенкой. Там, наверное, уже льётся заставка «Доктора Кто». Здесь — тишина, в которой звенит от ярости. Две вселенные, разделённые пятнадцатью сантиметрами гипсокартона. И я застрял в той, что хуже. Я заставил себя сделать несколько глубоких вдохов, представляя, как выхожу в коридор, иду к его двери, сажусь рядом на диван и делаю вид, что всё в порядке. Картинка не складывалась. Получится хреново. Придётся либо придумывать очередную ложь, либо весь вечер из последних сил сдерживаться, чтобы не сорваться на него. А так хотелось просто забить на всё, ворваться к нему, прижать к стене и впиться в губы, чтобы хоть на пару минут забыть, как всё это бесит. Превратить эту едкую, чёрную ярость во что-то простое и жадное. В прикосновения, в которые можно вложить всю эту ярость, не объясняя словами. Но я знал — сломаю его. Или себя. Или нас обоих. Это было под самым жёстким запретом. Тяжело вздохнув, я поднял телефон с сомнутого одеяла и написал, глядя на сообщение с ненавистью к самому себе: «Сори, Готи. Давай в следующий раз, тут срочное дело появилось» Он расстроится. Но так — лучше. Нельзя срываться на Готи, он тут точно ни при чём. А я сейчас на взводе, любая мелочь выведет из себя. Я плюхнулся на кровать и уставился в потолок. Про «Аврору» знали только свои. Значит, искать нужно либо среди своих, либо у поставщика. Очевидно. Неочевидно было только одно — кто, сука? Все были проверены по тридцать раз. Всех расчётов было недостаточно. С проклятием я оторвался от кровати, схватил ноутбук и принялся последовательно пробивать всю цепочку. Спустя ворох шифрованных сообщений и гневных тирад в чатах я наконец нашёл того, кто не отвечал. Не показатель, конечно, но уже повод лично наведаться с «вежливым» визитом. Но, видимо, уже не сегодня. Я посмотрел на часы — почти девять. Готи, наверное, уже спит. Я достал сигарету — датчики дыма я отключил ещё пару недель назад — и закурил прямо на кровати. Настроение было паршивым. Отсутствие лекарств на месте сулило как минимум проблемы. В Октавии и так неспокойно, чистокровки решили повыяснять отношения, а страдают, как всегда, запретные земли. И обратно не сорвёшься. Задолбало всё это выслеживать дистанционно, ощущение, что всё идёт мимо тебя. Всё идёт мимо, а я сижу в этой стерильной американской коробке и пытаюсь командовать пожаром на другом конце света через мессенджер. Как будто я не Скэриэл Лоу, а какая-то техподдержка апокалипсиса. Я принялся стаскивать джинсы, и из кармана вывалилась бумажка Оливера. "Элизиум. Золотой ключ". Я замер, сжав бумажку в кулаке. Готи, наверное, уже выбросил свою. Он правильный. А я... Мне нужно было не правильное. Мне нужно было что-то, что выбьет эту херню из головы. Что-то простое, примитивное и без последствий. Ладно. Подрочить и отрубиться звучало как вполне себе план.***
Я закрыл за собой дверь и медленно сполз по ней на пол, словно у меня подкосились ноги. В голове назойливым калейдоскопом крутились все те «минутки» Скэра, что затягивались на дни, недели, месяцы. Та самая, последняя, — на три месяца. Когда он «на секунду отлучился поговорить», а потом прислал СМС из самолёта: «Надо на пару дней в Октавию. Всё ок». Всё лето я провёл в ожидании хотя бы строчки от него и в лихорадочном просмотре новостей, где от «окей» не оставалось и следа. С трудом заставив себя подняться, я плюхнулся перед ноутбуком, чтобы выбрать пиццу. Выбирал наугад — стоило попытаться сосредоточиться, как мысли снова увязали в трясине тех бесконечных дней ожидания. Дальше оставалось только ждать. Смотреть на телефон. Ждать. Иногда удавалось отвлечься на мысли о том, чем он занят, но стоило представить, как он говорит с Джеромом — о чём? всегда о чём-то важном, о чём мне никогда не рассказывают, — как мозг прожигала беспричинная, тяжёлая ревность. В раздражении я швырнул телефон на кровать и принялся мерить комнату шагами, как загнанный зверь. Когда от метаний закружилась голова, я рухнул на матрас и замер, бессмысленно прислушиваясь к стене. Не в надежде что-то услышать — звукоизоляция тут отличная, — а в тщетной попытке ощутить хоть какую-то связь с той частью его жизни, в которую мне нет доступа. Телефон пиликнул. Я замер, сглотнув ком в горле. Плохое предчувствие сдавило виски. Спустя пару вечных секунд я посмотрел. «Сори Готи, давай в следующий раз, тут срочное дело появилось» На секунду я остолбенел, а потом с силой швырнул телефон в стену. Смартфон жалобно звякнул и укатился под кровать. Конечно. Никаких проблем. «Срочное дело» всегда важнее. Был я для него когда-нибудь «срочным делом»? Кажется, нет. Стоило мне поверить, что он останется рядом, как он исчезал, словно песок сквозь пальцы. Я свернулся калачиком на одеяле, нервно прикусывая ноготь большого пальца. Не хватает общения… Спокойствия мне не хватает, Оливер. Словно мы всё ещё в Октавии. А мы уезжали? Даже если бы я мог забыть о еженедельных звонках отца и Гедеона, как забыть, что Скэр при первой же возможности рвётся обратно, к этому своему проклятому дому? Я тяжело вздохнул, перевернулся на спину и тряхнул головой, пытаясь выбросить дурные мысли. Но вместо этого вспомнил, с каким интересом Скэр смотрел на экран Оливера. На меня бы он когда-нибудь так посмотрел? Хотя бы в дружеском смысле? Размечтался, Готье. А если бы посмотрел иначе — что бы ты сделал? Голос в голове, похожий на его, но отравленный моей же неуверенностью, тут же язвительно добавил: Скэр же намекал пару лет назад, а ты что? Правильно, сделал вид, что не понял. Я сжал виски. Настоящий Скэр не намекал. Он шутил. Или проверял воду. А я её ледяной сделал, испугавшись. Хотя намекал ли? Если бы он чего-то хотел, он бы этого добился. Просто ты ему не настолько нужен. Наслаждайся дружбой и не жалуйся. Я с размаху брякнулся головой о подушку. Легче не стало. Как же хочется вырубиться на неделю и проснуться в другом мире. Мысль тут же материализовалась в образе пузатой бутылки карамельного ликёра, оставшейся после нашего последнего сабантуя. Какое там первое правило братства по мнению Оливера? «Трезвый студент — плохой студент». Я нервно подскочил к столу, отодвинул потайную панель и достал бутылку. Открыл и сделал пару длинных глотков. На языке разлилась приторная сладость. На секунду мелькнула мысль заказать все же еду — с утра во рту не было ни крошки, — но я отбросил её. Какая разница? Я не собираюсь напиваться, просто хочу уснуть. Пока алкоголь не сделал своё дело… Я… Я сдёрнул с плеч рубашку, оставаясь в одной майке. Стало жарко. Из кармана джинсов выпала бумажка Оливера. Точно. А пока — зарегистрируюсь на его сайте. Может, он прав, и это и правда площадка для общения. Пообщаюсь с кем-нибудь, кроме Скэриэла. Спустя пару секунд я вбивал адрес в анонимный браузер. На мгновение мелькнуло сомнение, но я затолкал его поглубже очередным глотком ликёра. Комната поплыла. Я закончил регистрацию, отказался от «слепка материи» и вбил пароль, за простоту которого Оливер принародно линчевал бы меня. Наконец я оказался на главной. Увидев превью стримов, я вскочил и наглухо, дважды проверив, закрыл дверь. Не хватало ещё, чтобы кто-то заметил. Однако, покопавшись, я понял, о чём говорил Оливер. Половина главной страницы была занята форумами. Темы были такими разными, что я завис, просто листая их. Взгляд зацепился за обсуждение сложностей отношений между полукровками и чистокровными. Я сделал ещё глоток, с трудом подавив тошноту, и отставил на четверть пустую бутылку. Кружилась голова. Я не был уверен, виноват ли в этом алкоголь или моя жизнь. Покопавшись в столе, я нашёл пачку чипсов, оставленных Скэром. Подавив желание швырнуть её в стену, я механически догрыз всё до крошки. В голове была пустота. Я вспомнил кафе и окончательно загрустил. Вернувшись на главную, я ткнул в случайное превью. На экране парень, немногим старше меня, под подбадривающие комментарии чата на камеру облизывал… Твою мать. Я вырубил видео, чувствуя себя не в своей тарелке. Чего я хотел добиться? Понять, что Скэр нашёл в таком «контенте»? А ты не знал, Готье? Раскрепощённость. Свободу. А ты чего ждал? Что ему понравится твоя застенчивость? Мало общаемся, Оливер? Я вспомнил, как на первом курсе однокурсник пытался со мной подружиться. Его шутки казались мне такими неуместными, что я шарахался от него, как от прокажённого. Я так и не смог, как Оливер, встроиться в эту систему. И чего я хочу? Чтобы Скэр захотел меня? Каким образом? Я сам не знаю, чего хочу от него. Я отошёл от ноута и рухнул на кровать. Словно у меня когда-то были шансы. Я снова вспомнил, с каким взглядом Скэр смотрел на экран. Вот кто мог бы ему понравиться. Свободный. Сексуальный. Такой же, как он сам. Я вспомнил его улыбку, тёмные глаза с вечной хитринкой, то, как его рука лежала сегодня у меня на талии… Я накрыл голову подушкой и глухо, в ярости, закричал. Нет, Готье. Мы не будем дрочить на лучшего друга. Держи себя в руках. Ты же не такой, как эти стримеры. Которые понравились Скэру. На секунду в голове мелькнула мысль… Но я отшвырнул её, как прокажённую. Да и толку? Я не хочу дрочить перед кучей незнакомцев. Разве что перед одним Скэром. Я перевернулся на бок. Голова перестала кружиться. Было душно. Я сдёрнул и майку. Каково бы это было? Раздеться перед Скэром. Не как всегда — уставшим и вымотанным, а красиво. С желанием. Чтобы ему понравилось. Чтобы он испытал желание. Размечтался, Готи. Какое по отношению к тебе желание? Да какого чёрта! Я вскочил и вернулся к ноутбуку. Что в них такого? Я сделал ещё глоток. Комната поплыла окончательно. Я запустил другой стрим. Парень рассказывал о своих фантазиях. Ему нравилось чувствовать себя связанным и беспомощным. Я вздрогнул. Следующий. Девушка засовывала в себя дилдо чудовищных размеров. Я вырубил. Это уже слишком. Опираясь на стол, чтобы не упасть, я просмотрел превью и выбрал стрим, где парень скрывал лицо. Чистокровный, судя по светлым волосам, стонал, насаживаясь на дилдо. Покраснев, я вчитался в чат. Его хвалили, подбадривали, желали ему... Я вырубил стрим и сделал ещё глоток. Чего я добился? Понял, зачем люди тут сидят? Ой, нафиг это всё. Узнай об этом Гедеон или отец — убили бы на месте. Даже за мысль. Я сделал ещё глоток и представил себя таким перед Скэром. Как он выглядит, когда сидит на таких сайтах? Серьёзный. С тяжёлым взглядом. Мышцы на руках перекатываются, когда он ведёт ладонью вдоль своего возбуждения… Я прикусил губу, а потом пару раз стукнулся головой о стол. Готье, ты в своём уме? Но мысль уже завладела мной. Член стоял колом, в голове — только эта фантазия. Фантазия, в которой образ Скэра был лишь куклой, а кукловодом было моё отчаяние, любопытство и обида. Каким бы я был перед ним? Если бы он не знал, что это я? Пока мысль кружила в голове, я открыл личный кабинет. Буквы плыли. С трудом нашёл, как запустить стрим. Подумал о нике… Gothik_Prinz69. О, а вот за это Гедеон точно меня убьёт. Я подавился смешком и закашлялся. Какой бред. Я правда собираюсь это сделать? Мысль исчезла, не успев оформиться. Я проверил дверь. Настроил камеру так, чтобы лица не было видно. Я же ничего не буду делать. Просто почувствую себя на этом месте. Я опёрся о стену. Мысли путались. Вспомнился пьяный Оливер, вещающий о безопасных нюдсах. Я, спотыкаясь, дошёл до шкафа, нашёл рубашку с открытой грудью — его подарок. Застелил компьютерное кресло однотонным пледом, убрал всё лишнее из кадра. Врубил громкую попсу. И замер, глядя на кнопку запуска. Я правда собираюсь это сделать? Я снова представил Скэра по ту сторону экрана. Один раз. Всего один. Никто не узнает. Сил думать не было. Я почти физически видел его перед собой. Просто фантазия. Ничего страшного. Я запустил эфир. Передо мной появилось окно стрима. Я глубоко вздохнул и растерянно замер. В голове — пустота. Зачем я это начал? Несколько секунд я просто сидел, пока в голове не прозвучал знакомый, но какой-то смазанный насмешливый голос: «Не теряйся, Готи. Что ты как ребёнок?» Я поджал губы и медленно провёл рукой от горла вниз. Это должно быть сексуально. В голове тихо рассмеялись. Да чёрт тебя дери. Делай уже. «Куда тебя несёт, Готи? Это не твой уровень». Я дёрнул головой, прогоняя мысль, и уронил взгляд на чат. LustyDemon: Ого, а это что за новенький? Смотрится дорого. Стало неловко. Я представил Скэра с преувеличенно насмешливым взглядом, который никогда не видел на его лице. «Серьёзно, Готи? Пойдём лучше сериал посмотрим. Хотя нет, я занят». Я прикусил губу до металлического привкуса. И зачем это всё? Cynical_Observer [Донат 500 монет]: Эй, шёлковый мальчик, ты тут надолго или просто посмотреть пришёл? Hater_666: Скучно. Двигайся уже, кукла. Я тяжело вздохнул, покачнулся и выбросил всё из головы. Оставил только Скэра — уставшего, вымотанного, того, кого только я видел. Того, чью голову я укладывал себе на колени, чтобы прогнать прочь его мысли. Такому Скэру я бы понравился? Хоть отвлёк бы? Я снова провёл рукой от горла до ключиц, затем ниже, задевая кожу ногтями. Мурашки побежали по телу. Расстегнул первую пуговицу. Представил, как он отвлёкся бы на меня. Мелькнул бы в его взгляде тот интерес, которого я никогда не видел? The_Nudge: Ты снимешь ее сегодня или нет? Не то. «Знаешь, это даже красиво — смотреть на твои попытки». Скорее всего. Я перестал смотреть в чат. Расстегнул ещё пуговицу. Разгорячённую кожу обдало холодом. Я снова провёл рукой вниз, задел сосок. По телу прокатилась волна возбуждения. Смотрел бы Скэр? Нет. Если бы я его интересовал, он бы дотронулся сам. Провёл бы рукой следом, только крепче, сжимая. Я попытался повторить это движение, надавив сильнее. Член в штанах напрягся, но чего-то всё равно не хватало. GachiBoss [Донат 1000 монет]: Сними эту пафосную тряпку. Хочу видеть кожу. Не то. «Смелее, Готи. Раз решил показать — дай мне попробовать». Я почти слышал его голос. Я провёл от груди вниз и торопливо сдёрнул рубашку. Воображаемый Скэр отступил. «Ты же хотел показать мне шоу? Почему всё делаю я?» — прозвучало с преувеличенным, театральным укором. Не знаю, чего хотелось сильнее — закричать или заплакать. Дыхание сбилось, кожа горела. Я снова провёл рукой, отчаянно пытаясь найти недостающий фрагмент. Psycho_Analyst: Он не смотрит в чат. Он вообще не здесь. Интересно, кого он перед собой видит? TrueRomantic: Какая грусть в этих движениях... Будто выполняет долг. Идите к чёрту. Что бы сделал Скэр? Pay2Win [Донат 2000 монет]: Вот так лучше! Крути соски, давай. Покажи, что ты не просто картинка. Anonymous_44: Да ему вообще похуй на ваши донаты. Он в своём кино. Я словно почувствовал его за спиной. «Ты знаешь, что это уже просто жалко?» От этого слова сердце ёкнуло, будто меня и правда ударили. «Ты сам не можешь справиться со своей же идеей». Это твоя идея! — защищаясь, мысленно закричал я этому призраку, но он только усмехнулся в ответ, и эта усмешка обожгла. Я представил, как его рука скользит у меня по животу, под джинсы. Как он сжимает мой член, прижимая к себе. Меня качнуло. «Ну же, Готи. Дай волю воображению. Представь меня совсем близко. С желанием. В реальности его никогда не будет». Что-то внутри, какое-то последнее сопротивление, сломалось с тихим хрустом. Но вместе с болью пришло и странное облегчение: наконец-то это прозвучало вслух. В уголках глаз выступили слёзы. Возбуждение не отпускало. Я снова представил его за спиной, откинул голову ему на плечо. «Ну раз ты не справляешься». Его рука сжала меня. Жёстко, почти больно. Повела. «Ну же, Готи, представь, каково это». Я закрыл глаза, почти физически чувствуя его за спиной. Его дыхание. Его тело. ShadowLurker: Он сейчас кончит просто от своих фантазий. Забавно. DaddyIssues [Донат 1500 монет]: Проснись, красавчик! Нас тут много, а ты один. CuriousCat: Интересно, он вообще понимает, где находится? Или ему просто захотелось адреналина? Я попытался отрешиться от звуков сообщений в чате. Надо их нахрен отключить в следующий раз. «Зачем тебе следующий? Ты и в этот раз не справляешься. Помнишь, ты думал о том, что было бы, если бы я смотрел?» Стало обидно. Я знаю, что Скэр бы так не сказал, но все же. «Продолжай. Быстрее закончишь — быстрее отмоешься». Слеза скатилась по щеке. Я двигал рукой в истеричном ритме, лишь бы поскорее всё закончить. LustyDemon: О да, наконец-то! Давай, игрушка! Cynical_Observer: Сейчас финал, и мы больше никогда его не увидим. Гарантирую. Я выгнулся и кончил. Болезненно. Из последних сил встал, дотянулся до монитора и завершил стрим. Настроение было гадкое. Cynical_Observer: …и сбежал. Я же говорил. TrueRomantic: Это было... интенсивно. Жаль, что он не остался. Psycho_Analyst: Он пришёл для кого-то одного. А мы просто свидетели. Ах, если бы… Если бы тот единственный был здесь не в виде этой язвительной карикатуры, а по-настоящему. Я тяжело вздохнул и, прежде чем закрыть сайт, потянулся к бутылке, чтобы запить горечь фантазии. Новое сообщение в чате заставило меня поперхнуться. Shadow_Raven: Ты никогда не был для них. И никогда им не будешь. Жду следующей исповеди. Что?.. На секунду мелькнула мысль. Скэр? Но нет. Ему тут не место. «Серьёзно, Готи? Решил начать новую карьеру? Брат и отец обрадуются». В ярости я захлопнул ноут, схватил бутылку и рухнул на кровать. Сны были тяжёлые, полные насмешливых голосов и мутных перемещений.
