You Belong Somewhere Close to Me

— Я устал, пап, — наконец шепчет Питер.   — Малыш-паучок хочет спать, да? — Игриво спрашивает Тони всё ещё тихим и приглушённым голосом. Он беззвучно вздыхает, когда Питер кивает ему в шею. — Что ж, тогда мне нужно уложить моего малыша спать, не так ли?   Тони как можно аккуратнее снимает Питера со своих колен, а затем встаёт и помогает Питеру сделать то же самое. Однако, как только он видит, что у сына подкашиваются ноги, он начинает действовать. Он подхватывает его и, тихо крякнув, несмотря на то, что Питер был удивительно лёгким из-за укуса паука, поднимает его на руки. Сразу после этого он выходит из столовой. Он неторопливо идёт по пустому коридору, безмерно радуясь тому, что Мстители, судя по всему, освободили весь этаж.   Когда он заходит в лифт, то пользуется возможностью и покрывает лицо Питера нежными поцелуями, вызывая у мальчика лёгкую улыбку. Он всё ещё сидит с закрытыми глазами, явно уставший и готовый вот-вот заснуть. Его слуховые аппараты снова выключены, так что, по крайней мере, его уши не перегружены.   Тони внезапно ощущает прилив нежности и тепла, но самое главное — он чувствует себя счастливым. Когда он вспоминает их с Питером прошлые отношения (то есть до Щелчка), он не может поверить, что когда-то держал юного мстителя на расстоянии вытянутой руки. Сейчас, когда они находятся в одной комнате, Питер, кажется, может находиться только в объятиях Тони, где его балуют вместе с Морганом. Дуэт отца и сына — очаровательное зрелище, где бы они ни появлялись. Пеппер, Мэй и Роуди постоянно (и не очень-то скрытно) просят Пятницу сфотографировать их, когда они вместе лежат на диване или работают в лаборатории.   Питеру потребовалось несколько недель, чтобы перестать стесняться, когда Тони и Пеппер проявляли к нему нежность. Он привык к тому, что Тони лишь взъерошивал ему волосы и похлопывал по плечу, а однажды Тони сказал ему, что они ещё не готовы, так что об объятиях не могло быть и речи. Ему также было непросто привыкнуть к тому, что Морган называет его своим старшим братом.   Теперь он проводит время в доме Старк-Паркер (Тони настаивает на том, чтобы называть его так), допоздна смотрит фильмы всей семьёй, устраивает чаепития со своей младшей сестрой и сопровождает Пеппер в её делах. Он часами сидит с Тони в лаборатории, смеётся, учится и громко подпевает их плейлисту. Тони учит его готовить его любимые итальянские блюда из детства, а Мэй и Пеппер наблюдают и дегустируют.   Он создаёт воспоминания вместе со своей растущей семьёй, и Питер, и Тони никогда не были так счастливы и довольны.   Тони испытывает некую гордость от того, что может помочь Питеру в такой момент, когда ему действительно нужно на кого-то опереться и убедиться, что он в безопасности и дома. Он счастлив быть домом для Питера.   — Мы почти на месте, малыш, — бормочет Тони, выходя из лифта. Он поднимает голову и смотрит в одну из многочисленных камер Пятницы. — Пятница, милая, активируй протокол затемнения. И ещё, где Пеп?   Почти сразу же свет в пентхаусе становится приглушенным, а окна затемняются. Тони создал этот протокол на случай, если у Питера случится сенсорная перегрузка.   — Миссис Босс сейчас в комнате Питера, босс.   — Спасибо, Пятница.   Он как можно тише входит в пентхаус и направляется в коридор, по пути кивая Мстителям и Морган, которые с обеспокоенными лицами собрались в гостиной. Он расскажет им позже. Сейчас он полностью сосредоточен на Питере.   Когда они заходят в комнату Питера, они видят, что Пеппер взбивает подушку мальчика, повернувшись к ним спиной.   — Привет, Пеп, — тихо здоровается Тони.   Пеппер оборачивается и выпрямляется. На её лице читается глубокое беспокойство, когда отец с сыном подходят к ней. Она протягивает руку и гладит Питера по щеке, а мальчик прижимается к её прохладной ладони, закрыв глаза и расслабившись. — С ним теперь всё в порядке? — Тихо спрашивает Пеппер.   Тони кивает и целует Питера в макушку. — С ним всё в порядке. Мы все в порядке, верно, Ру? — Тони улыбается, когда Питер кивает, прижавшись к руке Пеппер.   Пеппер тоже улыбается и ведёт Тони к кровати, которую она приготовила для Питера. На самом деле она уже подготовила всё необходимое для Питера, как только Пятница и Тони узнали от него о том, что Питеру плохо. Тони молча благодарит её за это. Она положила три батончика мюсли (специально приготовленных для ускоренного метаболизма Питера), обезболивающие усиленного действия, две бутылки воды и светозащитные очки Питера. Она также принесла утяжелённое одеяло мальчика.   После того как Пеппер откидывает одеяло, Тони нежно и осторожно укладывает Питера на кровать, помогая ему устроиться поудобнее. Он накрывает Питера утяжелённым одеялом, и подросток довольно вздыхает.   Тони и Пеппер присоединяются к Питеру в постели, ложатся по обе стороны от него и улыбаются, когда подросток тут же прижимается к Тони и сворачивается калачиком у него под боком, а Пеппер обнимает их обоих сзади.   — Спасибо, что заботитесь обо мне, мама и папа, — бормочет Питер в уютной тишине. — Вы, ребята… — Он делает паузу, чтобы зевнуть, — придаёте мне сил, чтобы я мог противостоять своим страхам. Не знаю, где бы я был без вас и Мэй, — признаётся он.   Тони слегка улыбается и смотрит на Пеппер, у которой наворачиваются слёзы. Он целует Питера в лоб. — Что ж, хорошо, что тебе никогда не придётся об этом беспокоиться, потому что мы никуда не уходим, малыш. И тебе никогда не придётся сталкиваться со своими страхами в одиночку, — Тони убирает несколько прядей с лица Питера. — Я встречу их вместе с тобой. Железный Человек покажет им, кто здесь главный, — шутит он.   Питер смеется, устало, но счастливо, и это все, о чем мог мечтать Тони: счастье своего сына.   — Спасибо, пап, — шепчет Питер. — Я люблю тебя. И тебя тоже люблю, мама.   Тони дважды целует Питера в лоб. — Как всегда говорит мудрая Морган Старк, я люблю тебя 3000 раз, бамбино. А теперь отдохни. Мы с Пеппер приготовим ризотто, когда ты проснёшься. Пеппер кивает и целует Питера в щёку, нежно шепнув: — Я люблю тебя.   Довольная улыбка Питера вскоре сменяется умиротворением, когда он засыпает. Тони несколько минут смотрит на умиротворенное лицо сына, а затем протягивает руку, чтобы погладить его по волосам.   Нет места лучше, чем здесь.