Море, холст и Иви

Моё субботнее утро началось в одиннадцать часов дня. Я кое как отлип от кровати, еле добрался до ванны и с большими усилиями помылся. Родителей не было с самого утра. Они сегодня занимаются чем-то в пекарне и параллельно мама записалась на курсы по ведению документации, или что-то такое. Короче, я один, причем до вечера. Сидя за завтраком, я копался в телефоне. Только сейчас понял, что Альфа так и не прислал мне стих который мы обсуждали. Скорее всего, он просто его не нашел, что не удивительно. Или отвлекся и забыл. Тоже бывает. Пока было свободное время, в час мы должны встретится с Кейт и Карлом в главном парке, я отправил Альфе фотографию своего рисунка, который вчера перенес на холст. Он мгновенно прочитал, отправил палец вверх, а затем позвонил. — Эно, добрый день! Замечательный рисунок. Такой чувственный, такой… знаешь, как бы правильно выразиться… — он замычал, — упоенно блаженный. Люди сливаются, как будто, так и должно быть. Правильная череда событий. Или, может быть, высшая степень любви. — Привет! Тема рисунка — слияние. Я захотел нарисовать двух стеклянных людей, внутри их тел вода разного цвета и на руках она смешивается, а их тела соединяются. Типо того. Ты круто понял тему! — Это хороший рисунок для того чтобы поразмышлять. Я увидел в этом что-то чувственное. Как бу-у-удто ты влюбился, мой милый друг! Как будто… Я закатил глаза и упал лбом на стол. Громко. Очень громко, от чего Альфа усмехнулся и прокашлялся. — Так я прав? — с неким озорством спросил он. — Ты меня видишь насквозь… это не честно. Даже через телефон! — Ого, так я прав! Эно, это замечательно! Я безумно рад за тебя! Расскажешь подробнее? — Блин, я вообще пообещал не рассказывать родителям. Но-о, ты же не родитель, ты друг, поэтому оно не считается, да? Меня задавило чувство вины, хотя я еще ничего не рассказал. Это тревожно, и даже не потому что я наобещал Иви молчать, а потому что это касается парня. Да, папа проговорился об ориентации Альфреда, но лично… мы это не обсуждали. Поерзав на стуле, я отодвинул кружку с кофе дальше, а затем поставил телефон на громкую и уперся щекой о ладонь, водя пальцем по столешнице. — Я твой самый верный друг, Эно. Ты можешь доверить мне все, что только пожелаешь. Если честно, — он зашептал, — я вполне мог бы и убийство скрыть. Я рассмеялся, сухо, с нервными перерывами, но все же взял себя в руки. — Мы познакомились во вторник на литературе. Не знаю… между нами сразу же зажегся огонь. Это странно. Возможно, потому что ребята много болтали об этом человеке, возвели его таинственность личности в куб и всякое такое. Ну и потом его родители вместе с ним пришли в гости к нам. Мы заболтались и так далее… короче… мы встречаемся. — Эно, прости за вопрос, я мог не так понять. Но, что это за человек? Что за «он»? Это… — Да, это парень. Иви, мой одноклассник… — А-а, я тебя понял. Поздравляю, любовь так прекрасна. Я хочу, чтобы твоя любовь никогда не угасала. Преодолейте все сложности, которые судьба вам уготовила, никогда не опускайте руки слишком рано. Порой нужно идти напролом, это в твоем характере и думаю, у тебя все получится. — Получится? Удержаться на плаву? — Вцепиться в свою любовь и никогда не отпускать. В твоем случае, очень много рисков. Я говорю тебе, как друг, как тот, кто разбирается в упущенных моментах и слабостях перед обстоятельствами. — Я так и планирую. Иви… он крутой. Знаешь, классный художник, умный, достаточно разговорчивый. Он… ам, — внутри вдруг все разгорелось пламенем от неловкости, — очень красивый. Классно одевается. Не знаю… как-то вот все нравится. — Иви-Иви… красивое имя. Ивиас? Есть один знаменитый писатель из наших краев — Ивиас Матчер. Ты слышал о таком? Он при жизни написал десятки сборников со стихами, несколько романов и даже парочку сценариев для театральных постановок. Великий писатель был. У него все работы немного горькие, но приправленные сладостью любви. Это всегда было солено-горько-сладко. Как-нибудь на досуге почитай. — Я слышал о нем. В школе мы читали его стих «Плачущие коты», про парня который влюбился в замужнюю девушку, увидев ее вышивку с котом на платке. Если не ошибаюсь, сквозь свои страдания и пытки, он все же смог заполучить её — Знаешь, в этом стихотворении одна важная мораль — никогда не опускай руки, если чувствуешь, что сможешь дойти до финала. Но, здесь есть тонкая грань между любовным достижением и бессмысленным преследованием. Так что, всегда держись за свою грань рукой, пускай она будет на виду. — Ты прав, надо держаться недалеко от красной черты, лучше её видеть, чем стоять на ней. Только… не рассказывай родителям. Я потом сам, может, когда все утрясется. Наши с Иви родители общаются и мне бы не хотелось неприятностей для него. — Конечно, как скажешь. Но, если тебе нужно будет с кем-то это обсудить, ты всегда можешь довериться мне. Я поддержу тебя и дам совет. Рад, что у тебя появился кто-то особенный. Это важно. Любовь подталкивает нас на новые свершения. Тебя уже начала. — Это-о правда. Кстати о свершениях, хотел спросить, а почему ты стих не прислал? — Ох, Эно, совсем вылетело из головы. Надо его поискать. Когда мы с тобой поговорили, я сел его вспоминать, но хоть убей, в голове спутались все строки. А потом все, старческие мозги выбросили информацию. — Да брось, старческие ха-ха. Ну, не забудь прислать стих. — Не забуду, теперь так точно. Так, пойду готовить обед. Какие планы у тебя? — Сейчас оденусь и пойду к центру, хочу пройтись пешком, прокачусь на скейте, посмотрю окрестности. Уже в час мы с ребятами встречаемся проведать одноклассника, который болеет. — Хорошие планы, желаю удачи и выздоровлений другу! — И тебе! Удачного дня, Альфа! Когда мы закончили говорить, я отписался родителям, что сейчас ухожу и возможно телефон выключится уже скоро, на что они ответили, чтобы отзвонился от кого-то, если буду позже восьми. Ну, телефон точно выключится, так что придется позвонить от Кейт, тем более нам идти домой в одну сторону. Переоделся, на улице опять жара, что не удивительно. Надел какую-то странную красную футболку без надписей, но рваными краями, ну и спортивные белые штаны, они нормальные, надеюсь не вспотею, тем более, что обещали сильный ветер и возможно дождь. Мне повезло, что Войт научил ориентироваться по картам и названиям улиц, потому что если телефон сядет раньше, чем я доберусь до парка, меня вообще никто не найдет. Как только ступил за порог дома, по коже тут же пробежали мурашки из-за разницы в температуре. Воздух сегодня такой сухой и слегка соленый из-за чего в горле моментально пересохло. На юге жара ощущается совсем иначе, нежели в Войте или где-то там в тех местах, наверное, из-за влажности. Хотя… глупо сравнивать, ведь здесь много воды — целое море. Асфальт, вдоль которого я катился на скейте, тоже полыхал и даже в некоторых местах выглядел мокрым, словно расплавился. Машин мало, по крайней мере в этой части Морвиг-Бесила или же все связано с субботой. В Дианис, в принципе, на выходных мало кто работает. Есть, конечно, некоторые организации, которые не могут закрываться на два дня, но все же. Кафешки если и работают, то только до субботы, в воскресенье у всех всегда выходной, не считая дежурной аптеки или маленьких магазинчиков, которые работают круглосуточно. В Войте так это вообще очень заметно, потому что столица вдруг замирает, отключается и засыпает. Папа вот по субботам всегда сидел за компьютером дома, потому что его юридические дела не имели отлагательств, а постоянное общение с клиентами обрывало телефон до самого вечера. Думаю, так живут все. По крайней мере в нашей стране. Пока я добирался до центральных улиц, не встретил ни одного открытого магазина, но они и не попадались часто. А вот в самом парке, стояло несколько палаток с мороженым, хот-догами, кофе и всякой такой ерундой. Все это, скорее всего по-большей степени сделано лишь для туристов, потому что цены завышены. В какой-то момент я слез со скейты, взял его под руку и просто шел — вдоль палаток с сувенирами, мимо танцоров, музыкантов и художника — на нем остановился. Бородатый мужчина, под рок, рисовал баллончиками. С помощью тарелок, каких-то трафаретов и тряпок. У него получались необычные космические картины, и даже несмотря на то, что на одну картину он тратил не больше десяти минут, выходило нереально круто. Видимо, это отточенное мастерство, но цены за такое художество кусаются. Дабы не впадать в денежную депрессию, я оттуда свалил. Дальше, по каменной дорожке, в сторону колеса обозрения. Оно, к слову, огромное. Было бы неплохо прокатиться с Иви и на пике… И там, где видно весь Морвиг-Белис… поцеловать его? Это страшно. Целоваться не то что страшно, это нереально. Как будто для того, чтобы уметь нужно продать часть души и нервной системы. Меня и так после вчерашнего весь вечер трясло, а я просто шею расцеловал. До сих пор не понимаю, как решился на такое. Тягость мыслей притянула к скамейке. Солнце припекало, и я медленно плавился обливаясь потом. Как вообще можно было додуматься надеть штаны? О-о-ой, какой же дурак! Ладно, хочу мороженое. Я посмотрел по сторонам, ближайшая палатка с мороженом в метрах пяти от меня — далеко. При такой жаре ходить опасно. Но у меня два варианта: умереть от солнечного удара или пострадать от физической нагрузки, прежде чем заполучу мороженое. В конце концов умрут все, разница лишь в том, с улыбкой или нет. Пять метров преодолел на скейте всего за пару секунд. В холодильнике стояли контейнеры с различным мороженым и в целом выбор более чем привлекательный. Стоит тоже нормально, вписывается в мой бюджет. — Здравствуйте, можно мне два шоколадных шарика, — сказал я, медленно переводя взгляд на продавца. — Ого, Эно, привет! — радостно поприветствовал Алекс. — Гуляешь? — Привет, ага, гуляю и жду ребят. Кейт и Карла. — Шоколадные, та-ак, — он указал мне на бумажный стаканчик, и я кивнул. — Ты без Иви? — Ага. — С тебя двести двадцать энгю, — Алекс протянул мне мороженое с ложкой, а я, оплатив картой, хотел уже уйти. — А почему без Иви? Вы не очень дружите? Мне показалось вы близки! — Ам, не, мы дружим, просто я иду по делам. — А, понятно. Это круто, потому что Иви ни с кем не дружит. Он, типо… ну такой, — Алекс покрутил пальцем над головой, — своеобразный. — Ха, своеобразный? Вроде, обычный. — Видимо, тебе повезло. Я усмехнулся. Своеобразный значит? Хотя, удивляться нечему, мы с Иви знакомы неделю. Как обычного одноклассника его не знаю. И в целом без понятия, как его видят остальные. Ближе к фонтану прикончил мороженое, оно оказалось не очень вкусное, какое-то дешевое и приторно-сладкое. На телефоне осталось десять процентов, время час дня, но ни Карла ни Кейт — нет. Усевшись на скамейку, я написал Иви, пока телефон не выключился, но перед этим Кейт — сообщил ей, что нахожусь у фонтана. Вы: «Иви, приветик, как дела? Что делаешь? Я сижу у фонтана, на телефоне десять процентов, скоро выключится. Ты меня там не теряй» Ивиас: «Привет, все хорошо, я рисую. Ладно» Ивиас: «Сколько вы у Кайла будете?» Вы: «Не знаю, вообще без понятия:) Не скучай» Ивиас: «Это сложно:( Может ночью погуляем?» Вы: «Прям ночью?» Ивиас: «Ну да, ночь — значит ночь, Эно» Вы: «Хз, может меня и не отпустят» Ивиас: «Лол» Ивиас: «Ты будешь спрашивать?:)» Вы: «Может ты просто останешься у меня с ночевкой? Так хотя бы я буду уверен, что меня снова не накажут:))))» Ивиас: «Ок, позвони, когда будешь дом. Останусь» Вы: «Кайф» И все, телефон рипнулся. — Ого, так мило. Я дернулся, уронил телефон и обернулся на ухмыляющуюся Кейт. — Э! Ты нормальная? Я телефон уронил! Бедный… ему и так плохо — Не переживай, он ядерную войну переживет. — Тц… — У тебя сегодня Иви ночует? Я увидела только пару сообщений, честно. Такое искушение, почитать переписки за спиной. — Боже, ты такая… — Классная? Красивая? Умная? Талантливая? Ну же, Эно, не стоит. Перехваливать нельзя. — Наглая. — Что есть — то есть, — она переместилась передо мной и руками помахала, чтобы я встал. Я встал, и мы двинулись куда-то туда, не знаю куда, просто дальше. — Где Карл? — я посмотрел по сторонам. — Он сразу к дому Кайла приедет, потому что бессмысленно ехать назад в парк, а потом еще дальше вперед. Короче, легче сразу к дому Кайла. — Понял. Долго ехать? — Отсюда не очень. А вот от школы — да. Короче, забей на расстояние, лучше посмотри сюда, — она остановила меня и встала передо мной показывая белую футболку, разрисованную красками, причем черепами, розами и всяким подобным. Сразу видно, сама делала, но выглядит круто. — Классная футболка! Ты сама её разрисовала? — Ага, сегодня ночью! Папа чуть с ума не сошел, когда отвозил меня в парк. Он священник. — Охренеть! Ты бы еще перевернутые кресты нарисовала. — О, я хотела, но сдержалась. Если что, против отца я не бунтую. Делаю то, что чувствую! Ночью я чувствовала рок. Представляешь, прислала фотку футболки Иви, а он написал, что это ужасно. Пф-ф… никакой похвалы не дождешься. — Прямо так и написал? — усмехнулся я. Мы остановились на остановке. — Ну почти. Он сказал, что череп выглядит деформированным и глаза стремные. По сути — ужасно. Короче не удивительно. Хер дождешься от Иви приятного слова. — Ты преувеличиваешь. Кейт пожала плечами, взяла у меня скейт и встала на него, схватившись за меня. По всей видимости опыт у нее есть, потому что стоит уверенно. Почти. — Иви странноватый. Он иногда разговаривает практически сквозь зубы. Возможно, половина класса его раздражает. Хотя, даже больше. Было дело, как-то в первом классе старшей школы, Кайл и Иви поругались. — Из-за чего? — Ну, Кайл просто докопался, типо где Иви живет и не хочет ли он погулять с нами. Короче, в манере Кайла. Ну, Иви сказал ему, чтобы отвалил. Матом. Это Кайла задело, слово за слово и в итоге они друг друга послали и полгода не разговаривали. Был трэш. Мы учились с Иви и последние два года средней школы, ну такое… как бы мягче выразиться... — Выразись, как есть. — В тихом омуте черти водятся. Иви пререкался с учителями, доставлял им проблемы, когда уходил с уроков. Он мог просто встать и уйти, за полчаса до звонка. Возможно, ему было некомфортно или… знаешь, может проблемы какие. — Я пока что не замечал таких проблем. Выглядит так будто ты наговариваешь. — Просто, — она обратно вручила мне скейт и нахмурилась, — вы же встречаетесь, поэтому он и ведет себя по-другому. У меня мгновенно похолодели ладони. Жара отошла на дальний план, а я сосредоточился на своем сердцебиении и карих глаз Кейт. Она коротко усмехнулась и треснула меня по плечу. — Я ткнула в небо, Эно, а ты своей реакцией прокололся. — Ам… мы не встречаемся. Мы друзья. — Ха, тогда мы с Карлом тоже. И… — она прищурилась, так ехидно, словно лиса, — как далеко могут зайти друзья? — Далеко что? — Вы целовались? А может… уже успели и чего получше наделать? Секс? Петтинг? Минет? — Мы не… Кейт! Это… у нас ничего… Моя паника достигла апогея и мечась по её лицу, я пытался найти хоть какое-то успокоение, но только сильнее паниковал. Сердце предало, тело тоже, мысли так вообще спутались. Иви расстроится, если все скроется из-за того, что я банально не смог сдержать свои эмоции. Это так тупо. — Расслабься, Эно я никому ничего не расскажу. Отношусь к ЛГБТ нормально, так что только рада за вас. Просто интерес, не более. Не переживай, я это ни с кем не обсуждала и не собираюсь. — Иви не должен узнать об этом разговоре. — Так все знают, что он гей, не вижу проблем. Или, проблема в том, что скрываешь ты? — Нет, просто это личное. Понимаешь? — Ваша тайна? Мило. Хотя, мы с Карлом тоже особо не афишируем. При людях за руки толком не держимся, тем более не целуемся. — Вы целуетесь? Немного расходится со словами Карла. — И не только, — усмехнулась она, будто я ерунду спросил. — Так вы, — я прошептал, — спите? — Ну не-ет, — она снова наклонилась ближе и зашептала в ответ. — Я просто кое что делаю для Карла. Понимаешь? — она подмигнула. — Зачем ты это делаешь? — Ну знаешь, очень тяжело целоваться несколько часов. Поверь, будет сложно. А так хоть какая-то разрядка. — А что тебе с этого? Ты то только тратишься. — Ну, я получаю что-то другое. Это отвратительно. Карл соврал. Он сказал они не близки и только на словах встречаются. А сейчас я узнаю, что Кейт перед ним на коленях стоит. И эта идея явно не её. — Почему тогда вы еще не переспали? — Страшно как-то… что-то постоянно тревожит. О! — она выпрямилась. — Наш автобус! И хорошо, что тревожит. Карл поступает мерзко, отвратительно, настолько гнусно, что хочется втащить. Кейт не заслуживает такого отношения. Карл не просто изменщик, он редкостное говно. Я не удивлюсь, если он тоже самое проворачивает с Люси. Даже если он действительно оказался в такой ситуации, что не мог отказать Кейт в отношениях, я все равно не понимаю, как он уговорил Люси застрять в этом капкане. Вот что можно такое наговорить? Не хочу участвовать в этом грязном водовороте. Если Карл сегодня же не расскажет Кейт о том, что происходит в его жизни, то мне плевать, это сделаю я. И Люси… что делать с ней? Он практически спит с Кейт… Господи, какой это ужас. *** Все двадцать минут проведенные в автобусе, оказались для меня адом. Кейт что-то рассказывала, но оно шло фоном, потому что я думал и размышлял. Хочется обсудить это с Иви, даже несмотря на то, что я знаю его категоричное отношение к этой теме. Но, он ведь тоже думает, что ребята, как малявки за ручки держатся. Возможно, новые обстоятельства поменяют его мнение. Хотя, смысла нет, телефон разряжен, а я точно заставлю Карла говорить. Тут только одно слово в голову лезет. Пиздец… — Здаров! Карл встретил нас на остановке, мы затянуто пожали руки, а затем разошлись по разные стороны от Кейт. Она взяла Карла под руку, а я сжал кулаки. Честно говоря, я впервые так яро ощутил желание подраться. Но вот хрен знает, смогу ли победить, Карл выше меня. Так стоп… сейчас не вариант драться. Район, в который мы приехали, в целом казался достаточно обычным. Единственное примечательное было в том, что домики здесь старые, по-большей степени небольшие и деревянные. Но, частенько встречались и заброшенные, полностью заколоченные досками или же с примечательной вывеской «продается». Дорожка вглубь района разбитая, но более-менее приличная. Почему-то по краям много пней — вырублены деревья и пальмы. Пальм в городе и так мало, они скорее специально посажены, как декоративные, но здесь зачем-то спилены. Странно. Скорее всего самодеятельность. Мы остановились у небольшого обшарпанного синего одноэтажного домика, во дворе которого какие-то сгнившие сухие доски, старый ржавый велосипед и всякие непонятные вещи, а в центре диван от машины и импровизированный столик заваленный какими-то проводами. Ребята здесь не первый раз, поэтому уверенно прошли вглубь и громко постучали. По ту сторону играла музыка, но громкость убавилась и послышались легкие быстрые шаги. Дверь со скрипом открылась, на пороге стояла молодая женщина с волнистыми черными волосами, усталыми голубыми глазами и одетая в форму официантки местной кафешке, которую знаю даже я — «Кафе у Бобби». Она смачно затянулась сигаретой, медленно выдохнув дым куда-то в сторону, а затем указала ей на нас. — Вас двоих я знаю, а кто ты? — она указала на меня и смахнула пепел. — Аника, здравствуйте, это Эно, наш новый одноклассник! — представил Карл. — Круто, я Аника, — она протянула ладонь, и я её пожал, выдав нерешительное «здрасте». — Мы пришли проведать Кайла, а заодно Хоупкин передал ему лекарства, — Кейт потрясла крафтовым пакетиком и широко улыбнулась, женщина улыбнулась в ответ и отступила пропуская нас. — Контуженный в комнате. Но, вы лучше сначала постучите, потому что полчаса назад он щеголял в одних трусах и халате. Кейт усмехнулась, Карл показал палец вверх, и ребята смело прошли вперед. В целом, почти ничего особенного, кроме небольшого бардака, старой деревянной мебели, ярких желтых штор в цветочек и запаха сигарет. Сразу после входа кухня и гостиная, а дальше по коридору три двери — ванная, спальня и комната Кайла. Я поплелся за ребятами, под ногами скрипели половицы, а у двери Кайла так вообще, как будто прогнулись. Карл постучал по двери, а затем резко открыл дверь, даже не дождавшись ответа, из-за чего стало неловко… кто знает, что там происходит. Кайл дернулся. Он сидел на кровати, ел чипсы и смотрел сериал. Комната в полном хаосе, вещи на полу, на стуле, на столе. На столе так вообще все завалено учебниками и кружками. Окно занавешено желтой шторой из-за чего вся комната погрузилась в этот самый желтый. В общем, атмосфера, конечно, максимально Кайловская. — Ну что ты, умирающий, — усмехнулся Карл и смахнув что-то со стула, сел на него. Кейт прыгнула на кровать к Кайлу и сразу же перехватила пачку чипсов. Кай пытался отобрать, но она не отдала — отвернулась. А я остался стоять у двери, совершенно не зная куда себя деть. Кайл улыбнулся и сильнее затянув халат, посмотрел на всех по очереди. На его лице красовался не хилый такой кровоподтек и несколько ссадин, будто его прокатили по асфальту. Карл тут же залился смехом на что Кайл закатил глаза. — Че с лицом? — Не поверите, я вчера вечером залез на крышу, хотел поправить гирлянду и свалился. Это было круто! Но, результат на лицо. Мама, когда вернулась с работы, чуть не померла. В итоге ездили в приемный покой, теперь я на больничном, у меня типо легкое сотрясение. — Ты головой вниз что ли? — спросил я, вспоминая, как в понедельник приложился о что-то в воде, но у меня хотя бы не так страшно выглядит, не болит и синяка нет. — Да, как стрела, проехался по крыше щекой и плашмей на траву. Вроде даже сознание потерял. — Тебе противопоказана самодеятельность, — усмехнулась Кейт, пихая Кайлу в рот один чипс. — Уже не первый раз так происходит. — Я каждый раз забываю, что крыша скользкая. У меня с прошлого раза до сих пор рука болит. — Так ты не так давно уже падал? — я сел на край кровати. — Летом еще. Руку тогда потянул и возможно сломал палец, но он зажил сам. Главное гитару держать могу. — Лошара, вот твое призвание, — усмехнулся Карл и вальяжно закинул ногу на ногу. — Хорошо не помер, а то ты медленно и верно идешь к своей цели. Разочаруешь. — Кстати о разочаровании! — громко вскрикнула Кейт и села ровнее, наклоняясь к Кайлу, ткнув пальцем ему в плечо, из-за чего он поморщился. — Вчера в клуб заходил Алекс, ты не поверишь, что он сказал. — Что? Мы с Карлом переглянулись. Он тяжело медленно выдохнул и сел ровно, крепко сомкнув руки в замок. Я знаю, что Кейт хочет сказать и останавливать не буду. — Забей, херня, — нервно выдал Карл. — Херня? Не-ет! — Кейт поднесла к Кайлу лежащую рядом футболку, как бы вместо платка и затем положила руку на плечо. — У Люси есть парень. — Что? Парень? Да-а-а бли-и-ин! Кто? Кто этот человек? Такого быть не может! Она ни с кем кроме Алекса толком и не болтает. Блин… — Не знаю, но это точно не Алекс. Короче, я предлагаю тебе забыть. — Как я забуду? Карл, — он посмотрел на друга, — Люси же рядом живет, может ты видел кого-нибудь? Мне нужно знать кто это! Срочно! — Боже, — ядовито выдавил Карл, — забей ты уже наконец-то. Все равно Люси на тебя бы даже не посмотрела. Ты… прости дружище, но вы разного поля ягодки. Понимаешь о чем я? Бесит! — Поля разные, но ягоды все равно одни. Где бы ягода не росла, вкус у нее будет один, как и свойства, — встрял я. Только сейчас заметил, как сильно сжал кулаки. Карл вопросительно нахмурился и таранил меня взглядом так, будто от этого разговора зависит уже моя жизнь, а не его. — Ну-у, справедливости ради, — лояльно начала Кейт, переложив пачку чипсов на колени Кайла, — у Кая хорошенькое лицо и есть некоторое ощущение, что он входит в типаж Люси. Но, большой минус в том, что вместо того чтобы сохнуть годами, надо было хотя бы написать, а не подсовывать шоколад на День Святого Валентина. Хоть бы раз подписал, балбес! — Да блин! Я капец младше её и она это знает, мне стремно было. А еще мы с ней почти одного роста, я комплексую! — Ты младше её меньше чем на год, странно, что это для тебя «капец как». Типо, не парься, уже в мае тебе восемнадцать. — Тебе семнадцать? — удивился я. — Ты когда в школу пошел? — Ну, как мама отдала, так и пошел. Какая разница? — Просто… — запнулся я, пытаясь в уме посчитать эти сложные примеры, — ай, пофиг. Короче, Кайл, возраст вообще ничего не значит. И рост… глупости. Ты же все равно повыше. — Что ты несешь? — громко возмутился Карл, дернув меня за плечо, чтобы я посмотрел на него. — Ты… — Что? — я оттолкнул его руку и снова посмотрел на Кайла. — Может, порой просто нужно признаться. Вот и все. Карл громко усмехнулся, а затем встал со стула, сложив руки на груди. — Ты специально, да? — Специально что? — я тоже встал и подошел к нему. — Не заткнешься? Дальше продолжишь? А как же наш разговор? — Пошел на хуй! Я не собираюсь участвовать в этом. Знаешь, одна австрийская писательница когда-то написала: “Доверие — признак мужества, и верность — свидетельство силы”. В тебе, получается, ни мужества, ни силы. — Ребят? — обеспокоенно покосился Кайл. — О чем речь? — Карл? — Кейт хотела встать с кровати, но Карл громко раздраженно выдохнул и махнул рукой, чтобы она не вставала. — Эно, ты хочешь из меня врага сделать? — мы продирали друг друга взглядом, Карл наклонился, громко хмыкнул и выпрямился, снова плюхаясь на стул. — Тц… бред, хотя, может это и к лучшему. Тогда я буду свободен. Я сел обратно на кровать, ближе к Кейт и мы переглянулись. Возможно, она подозревает, что следующий разговор не будет приятным и радужным. Её взгляд мечется по мне, как будто я спасательный круг где-то посередине океана. Кайл, неожиданно для всех хмыкнул и прокашлявшись спросил: — Ты изменяешь Кейт? — нервно усмехнулся. — Давайте по-порядку, лады? — Карл ведет себя так непринужденно, что страшно. Это ужасная отличительная черта человека, которому плевать на потери. Нарцисс. — Начнем с Войта. Кайл, ты же знаешь, что помимо вступительного музыкального экзамена, нужно предъявить результаты государственного общего? — И? Как это связано с тем, что ты изменщик? — Ты мне изменяешь? Это так? — Кейт наклонилась вперед, и я немного остановил ее, потому что побоялся, что она сделает что-то глупое. — Я же сказал по порядку. Раз ваш новый друг захотел, чтобы я был честным, тогда закройте рот и слушайте. — Не разговаривай с ними так! Нахрен юлить. Чего-чего, но начинать ты должен с другого! Похер! Ты сейчас хочешь выиграть. Решил ребят оскорбить, унизить за оценки или за то, что они экзамены не сдадут? В угоду себе? Ты не выкрутишься. Итог один — ты долб… — Да я и не собираюсь выкручиваться, мне это не нужно. Я лишь говорю правду. Всё это тупизм, эта группа, какие-то планы на звездное будущее, тот же самый Войт. — он посмотрел на ребят. — Вы же понимаете это? Кайл не сдаст экзамены, а у Кейт банально нет возможностей уехать в другой город. Вы же в этой стране всю жизнь живете. Еще не поняли, что бесплатный сыр только в мышеловке? В музыкальном только льготы за хорошие баллы, но освобождать вас от полной оплаты никто не будет. И будем честны, это прямая дорога в бедность. Поэтому, я не буду поступать в Войт. И я не поеду туда. У меня другие планы и видит бог, я хотел помочь вам, хотел выступить на конкурсе в мае, но-о, — он перевел взгляд на меня и повел бровью, — у нас тут борец за справедливость. — У нас у всех есть шансы! — воскликнул Кайл и тут же вскочил на пол. — Мы и без тебя справимся. Просто ответь… ты изменил Кейт? Эно прав? — У Люси действительно есть парень и это я. Всё, точка. Обсуждать, выслушивать нотации или вытирать слезы я не собираюсь. Кейт молчала. Все замолчали, как будто проглотили языки. Карл встал, поправил футболку и вытащил телефон из кармана. — Давайте будем вести себя, как взрослые люди. Вы мои друзья и без моего участия не сможете выступить на конкурсе. Давайте продолжим жить дальше и утрясем недоразумение. Шлепок. Кайл вскочил, и так смачно ударил Карла, что тот от удивления расширил глаза, а потом приложил ладонь к щеке и зашипел. — Су-у-ука-а! — Пошел нахер, понял? Иди развлекайся. — Кайл, тебе я ведь ничего не сделал! Какого… — Я же сказал — пошел нахер, разве непонятно? Дверь, — он указал на неё, — там! — Окей, только потом не нойте, что у вас ничего не получилось. Кайл снова показал на дверь и Карл злобно хмыкнул, задел меня плечом, а затем вышел, громко хлопнув. — Когда… когда ты узнал? — Кайл повернулся на меня и практически крикнул в лицо. — Ам… в четверг мы с Иви увидели его и Люси в автобусе. Потом я поговорил с ним, сказал, чтобы он рассказал все Кейт, но он такую дичь мне нагородил… — Надо было сразу рассказать! Карл бы никогда не рассказал, — продолжал он на повышенных тонах. — Я же не знаю его так, как вы. Я дал ему шанс рассказать самому! — я повысил голос в ответ. — Ладно, — тихо подала голос Кейт, — Эно не виноват в происходящем. То, что случилось… во всем виноват Карл и никак никто другой. Мы обернулись на нее. Кейт вытерла глаза и упала спиной на кровать, полностью укрываясь одеялом. — Он не стоит твоих слез, ты же понимаешь это? — прыснул Кайл. — Конечно, — нервно усмехнулась она и посмотрела на нас, — просто неприятно. Я знала, что наши отношения какие-то не такие. Он не хотел гулять, не хотел показывать это на людях, пропадал в переписках, обещал и не выполнял. Так что… знаете, это было вот здесь, — она приложила руку к груди, — предчувствие. Не зря меня с утра сегодня так колбасило. — И что дальше? — спросил я, меня самого начало трясти, будто Карл наговорил гадостей только мне. — Мне жаль, что конкурс накрылся. Вы ребят и без него справитесь. — Да хер там, Карл прав, лично у меня шансов ноль, — Кайл показал ноль пальцами. — Я экзамены-то не сдам, скорее всего. У меня табель не на дне только потому, что Карл помогал. А теперь кирдык. — Я помогу… у меня оценки не на высоте, но явно выше среднего. Или попросим Иви. А с конкурсом что-нибудь придумаем. Придумаем же? — Ох, не чего придумывать, просто не будем участвовать, — прошептала Кейт и отвернулась к стене. — Будем! Я сказал будем! Значит вдвоем! Мне плевать, выйдем на сцену вдвоем, нас не выгонят, а там порвем всех на тряпки! Оценщики эти… — Судьи, — поправила Кейт. — Судьи… нам десяток наставят! И все! И мы молодцы! Плевать на правила! Так что, Кейт, выше нос. Нахрен растопчем самомнение Карла. Тем более, у нас есть Эно! — Я если что не буду ни на чем играть, тупо не умею и от музыки далек. — Не ссы, я имел ввиду ты наш друг, поэтому зачем нам лицемер, если есть нормальный человек. — Что, правда будем участвовать? — Кейт повернулась обратно и поджала губы, а потом резко вскочила. — А знаешь, что, Кай, мы с тобой сделаем то, что хотели — начнем вести странички в инсте. Карл раньше говорил, это тупая затея, типо нельзя по-отдельности что-то выкладывать. Поэтому, я хочу выложить ту песню, которую ты снял! И все остальные тоже! — О, да, круто! И меня поснимаешь, надо показать всему миру, какую классную гитару мама подарила на день рождения! Ребята оживились, не то чтобы они отошли и тут же забыли обо всем, что Карл наговорил, но музыка для них успокоение. Возможно, она поможет им, не сразу, но быстрее чем просто страдать и плакать. — А что, кстати, будем делать с Люси? — Кайл почесал голову, сморщился от боли и лег к Кейт, уставившись в потолок. — Типо, Карл же рога вам двоим наставил. — Давайте мы с Иви напишем ей сообщение? — Вы с Иви? — заинтересованно хмыкнул Кай. — Это когда? — О, кстати, надо поставить телефон на зарядку! Дай зарядку. — Где-то на столе, там поищи. — Слушай, Эно, только не пишите Люси грубо. Думаю, она не виновата в том, что произошло. Скорее всего, он запудрил мозги и ей. Это ужасно. — Ага… — я поставил телефон на зарядку и сел ждать. — Мне жаль, правда. Простите, если сказал лишнего, возможно, надо было сделать это в другое время и при других обстоятельствах. — Так! Давайте не думать об этом! Хотите перекусить вафлями? Кофе? Чай? Кейт, а может быть, вина-а? — О! А твоя мама уже ушла на работу? Когда она вернется? — Утром! — Кайф, тогда я остаюсь у тебя! Мы придумаем план по завоеванию мира и Люси! — Сначала Люси, потом весь мир, — подмигнул он. — Вы такие странные, — усмехнулся я. — А ты хочешь вина? Или тебя ждут? Я отмахнулся. — Не, я сейчас заряжу телефон до двадцати процентов и пойду. Чем быстрее заберу Иви к себе домой, тем быстрее можно будет лечь. — Заберу-у-у Иви к себе-е-е! Ха-ха, Эно, это так… — начал дразнить Кайл, но Кейт толкнула его. — Ну всё, давай тише. Покорми меня! — Вафли с вином, м-м, это будет замечательно! — Не-ет, Кайл, неправильно! Вино с вафлями! Сегодня будем двигаться по хардкору! Пойдем провожать Эно на остановку, зайдем купим еще бутылку и этих, — она хлопнула в ладоши, — как их там! — Рыб сухих? — Сушеная рыбка! Да! Супер! Хочу рыбу… Эно, когда ты пойдешь? — Вы хотите от меня избавиться? — Не, но мы хоти-и-им рыбу-у! — Сейчас напишу Иви и тогда пойдете провожать! Не буду вас задерживать в возможности напиться раньше четырех. *** Я и сам не хотел долго сидеть. Ребята вели себя так будто ничего не произошло, но их истеричная радость не была настоящей. Это заметно. Возможно, сейчас будет лучше, если они напьются, поболтают, наснимают всяких дурацких видосов и уснут. Пускай подумают о своих чувствах с холодной больной головой. Может, так лучше. Мы с Иви договорились встретиться в автобусе. Я сел на девятый, а через пару остановок пересел на тринадцатый, в который потом подсел и Иви. На эмоциях я выложил все, что произошло, а он лишь хмурился и неодобрительно качал головой, но в целом не возражал. Как я и думал, его расстроила близость Кейт и Карла, он тоже был уверен, что между ними ничего. А еще, мне понравилось, что он не стал отговаривать меня писать Люси и пообещал помочь с текстом, но не сегодня, а завтра. Иви думает, нужно это обсудить с Алексом, потому что он знает правильный подход к Люси. Родители оказались очень рады тому, что я позвал Иви ночевать, папа написал, что мы можем устроить киновечер и заказать пиццу, но мама перебила отца в чате и написала, что приготовит пиццу сама. А Иви отказался от киновечера, точнее, ему неловко находиться в чужой семье, как в своей и в принципе оно понятно. Не всем по-вкусу. Поэтому, мы решили — закроемся в комнате и посмотрим что-то вдвоем. У дома я предложил Иви прокатиться на скейте, но он тактично слился. Пока что, я эту идею отложил, но вернусь к ней, как только он будет готов. Точнее, когда я решу, что он готов — на следующей неделе. Уже к шести часам, тучи плотно застилали небо и мы ужинали под первые удары капель о стекло. А к семи, дождь конкретно разыгрался и нас с Иви придавило к дивану в гостиной. Мы не хотели вставать и решили посидеть хотя бы полчаса, прежде чем решимся подняться на второй этаж. Папа смотрел сериал, мама мыла посуду, а я еле держал глаза открытыми. Атмосфера дома вечером всегда такая — сонная. И это еще при том, что мы сейчас только поздно пообедали, впереди нас ждет лазанья и какой-то там салат с чем-то типо авокадо или что-то такое. А на десерт, мама скормит нам пирог с яблоком. Иви вяло смотрел в телевизор и иногда закрывал глаза, папа тоже, он так вообще скорее всего скоро уснет. Поспит до часов девяти, поест и обратно сядет смотреть сериал, а мама с ним. И так до поздна. Любят они это дело. — Спишь? — покосился я. — Нет, но периодически… закрываю глаза. — Пошли ко мне в комнату и там поспишь нормально. — А ужин? — Ну, во сколько захочешь во столько и поедим. — Они не обидятся? — Конечно нет, это же не обязательное совещание. — я обернулся назад. — Мам, мы пошли в комнату, возможно уснем. — Хорошо, давайте, я там постелила тебе на пол. Если вдруг проснетесь и захотите кушать, ты либо меня разбуди, либо все вот здесь на столе будет. Может чая? Я могу вам в комнату принести. — Иви, чая? — Нет, спасибо. — Хорошо, давайте, отдыхайте. — Пап, мы пошли, заранее сладких снов. Папа махнул рукой и мы с Иви ушли наверх. Иви скинул рюкзак на стул и плюхнулся на кровать, укладывая руки на живот. — Я переел… — Понимаю… мама чертовски вкусно готовит. — Ага… что посмотрим? — Уже не хочешь спать? — Вроде хочу, но чувство будто просто впустую потрачу время. Что насчет фильма про инопланетян? Который вышел в том году. — «Вторжение 2025»? Давай, я не против. Родители ходили на него в кино вместе с Лорой, а я проспал этот поход. — В кино спал? — Не, дома, просто не смог встать, поздно уже было. Иви переоделся во что-то свое домашнее, льняной белый костюм из футболки и шорт, я тоже надел свою эту пижаму дурацкую и мы сели на кровать вместе с ноутом. Фильм нашли быстро, благо он входит в обычную подписку и доплачивать не нужно. Я люблю кино про инопланетян или апокалипсисы, но сосредоточиться рядом с Иви невозможно. Мы держались за руки, гладили пальцы, сжимали и разжимали их. Запах Иви дурманил и мне его мало, даже несмотря на то, что мы сидим плотную друг к другу. В какой-то момент показалось фильм тянется настолько медленно, что я начинал чаще дышать и понимал это только тогда, когда становился громче. Иви же внимательно смотрел и иногда улыбался, когда были забавные моменты. Мы переглядывались и снова смотрели. Время перевалило за девять. И ближе к десяти все закончилось. Титры. Облегчение. Мой победоносный выдох. Я как будто сражался с инопланетянами вместе с героями и в итоге выдохся. Иви закрыл ноутбук, переставил его на стол и лег, поманив меня рядом. Перспектива уснуть не на полу — радует, но есть некоторые переживания, что родители могут что-то заподозрить, если наткнутся на запертую дверь. Надеюсь, никто не захочет нас тревожить. Я лег рядом, мы укрылись и обнялись. Иви прижался сунув колено между моих ног, а я уткнулся носом в его шею. — Понравился фильм? — прошептал он. — Нормальный, а тебе? — Хороший, мне зашел, но всякие старые намного лучше. — Согласен… Мы замолчали. Болтовня здесь не нужна. Я прижал Иви к себе, скользнул ладоням по его спине и ущипнул — он в ответ и мы начали щекотаться. Сначала я навалился на него и щипал, наблюдая за тем, как он пытается не смеяться вслух и стискивает челюсть, а затем он от отчаяния простонал и когда я потерял бдительность, перевалив меня на спину сел сверху. — Иви! Иви! Не-е-ет… ах-ха-ха-а-а, — закашлялся я и схватил его за запястья. — Я сейчас от смеха икать начну. — Икать? — усмехнулся он и наклонился, чтобы лучше слышать шепот. — Ты икаешь от смеха? — Ага… Мы замолчали. В полумраке комнаты наши взгляды устремились друг к другу и не хотели рассоединяться. Я отпустил руки Иви, и он выпрямился немного поерзав, из-за чего я дрогнул и неосознанно сжал одеяло. — Аккуратнее, ты же не на лошади, — сквозь выдох, прошептал я. — Прости… — и снова поерзал. — Иви… аккуратно, ты сидишь на мне. Понимаешь? — Прости… Руки сами непослушно скользнули по его коленям и чуть дальше под шорты, совсем немного. Я сжал его кожу и Иви зажмурился чуть закинув голову назад. Тяжесть тела Иви давила на меня так приятно, что кровь активно отливала из головы. Он положил ладони мне на живот и немного пошевелился, вызвав у меня приглушенный стон. Это приятно… Не знаю специально или нет, но он постоянно ерзал, а я хоть и пытался сопротивляться, в итоге сдался и закрыл глаза, в надежде, что хотя бы часть разума останется свежей. — Ты когда-нибудь переживал о чем-то так сильно, что думал, лучше умереть? — прошептал он… не в самый подходящий момент. — Думал ли я о смерти? — я посмотрел на него, Иви выглядел слегка подавленным, будто что-то очень сильно расстроило. — Мгм… — Нет, но тема смерти почти ежедневная в нашей семье… мама тревожный человек. А что? Ты думаешь об этом? — Ам… мама сегодня сказала, что я самое большое разочарование в её жизни, и она жалеет о моем рождении, – его голос дрогнул, как будто сорвался. — Что? — сердце сжалось. Иви упал на бок и уткнулся лбом в мое плечо, а затем горячо выдохнул. — В том году я узнал, что мама изменяет папе. Увидел ее вместе с мужиком из тренажерного зала. Долго не решался рассказать отцу, думал все закончится. А через время подумал, что лучший вариант — написать письмо. Указал время, когда они встречаются, место и что делают. Хотел сделать это анонимно, но не подумал, что мой почерк он узнает сразу. Короче, в итоге отец застал тех двоих и подал на развод. Я замер, боясь спугнуть искупление Иви. Он взял меня за руку и привстал на локте, заглянув мне в глаза. — Ты винишь себя? — Не я изменял, но мог промолчать. Мама, наверное, поэтому придирается ко всему, что я делаю, чем занимаюсь. Она видит во мне разлучника, но не сына. И в целом, я сложный для них. Не буду отрицать, что сам делаю много всего назло. Но, — его голос снова задрожал, — разве я заслуживаю всех тех слов? — К-конечно нет, Иви, этого никто не заслуживает! Ты поэтому участвуешь в этом конкурсе каждый год? Хочешь уехать? — Да… но будет ли мне так хорошо? — Это глупо, но я… Иви, я могу поехать с тобой, — я крепко сжал его руку и повернулся набок, наши лица так близко, что можно сойти с ума. — Я не думал о своем будущем, но перспектива поступить хоть куда-то — радует. Правда, если там есть какие-то бюджетные специальности. — Зачем обещать это… вдруг ты уйдешь или передумаешь? — Не, сто пудов — нет! Ты мне так сильно нравишься, что я плавлюсь, в прямом смысле! Еще немного и сожру тебя. Иви громко сглотнул, а затем нагло накинул плед на мою голову и поцеловал прямо через ткань. Мимолетом, просто чмок, но этого было достаточно, чтобы мозг перезагрузился. Я стянул плед с лица и посмотрел на Иви, даже в темноте заметно, как он покраснел. И я… скорее всего и я. — Победи в конкурсе и тогда… думаю, мы сможем… сблизиться еще сильнее. — Запомни, Иви, даже если я проиграю, твои губы будут гореть адским пламенем. — Это угроза? — Это факт.