Миссия Семерых

      — Она что, спит? Кто её так приложил? — грозный голос прозвучал в пустоте.       — Ох, моё милое дитя, зачем же вы с ней так? Я молила о пощаде для неё, — отозвался нежный женский голос, полный материнской тревоги.       — Хватит вам обоим! — взорвался третий, хриплый голос. — Сами сказали: "Перенеси сюда!" А теперь как всегда делаете из меня невесть кого!       — Быть может, следовало послушать меня? Я побольше вашего разбираюсь в юных девах, — прозвучал тонкий, почти девичий голосок.       — Посмотрим, как ты с этой справишься, — процедил хриплый голос, полный скепсиса.       — Как же голова болит! — снизу донёсся новый голос, полный страдания. — Если это наказание за грехи, – подумала она, сжимая виски пальцами, — То отрубите её и покончите с мучениями.       — Нельзя по земле ходить без головы, ты ведь не будешь видеть дороги, — невозмутимо ответил мужской баритон, уверенный и спокойный.       — Я бы посмотрела на тебя, мужик, если бы тебя так приложило! — грозно парировала девушка, хватаясь обеими руками за голову. Она шипела от боли, пытаясь справиться с пульсирующим ушибом.       — Как ты смеешь с нами так разговаривать? Братья, сестры, дайте я ей вправлю эту чёртову голову!       — Не смей! Она моё дитя! — женский крик заставил голову Лии загудеть с новой силой.       — Заткнитесь оба! — крикнула она сама, с трудом поднимаясь. — Я едва открыла глаза, а вы уже меня задолбали. Кстати, кто вы такие?       — Ну наконец то! Я уж думал ты вечность будешь валяться у наших ног, — прозвучал недовольный звонкий голос. — Не подумай, у нас в запасе есть не одно тысячелетие, чего не скажешь про тебя. Амалия оглянулась, но видела лишь светло-бежевую пелену. Она была в просторной комнате, однако источников звука нигде не было. Девушка начала сомневаться в собственном рассудке.       — Если это какая то шутка, то мне сейчас не смешно, ой как не смешно! — ответа не последовало. — Вы где? Ау!       — Не ори! — прикрикнул на неё мужской голос. — Не овец посёшь, девка!       — Это же леди, обращайся с ней нормально, Неведомый или я попрошу старшего нашего брата удалить тебя из священного зала.       — Сидела бы и помалкивала, Дева!       — Замолчите оба! Мы здесь не для того, чтобы вновь разругаться.       — Ну так молви, Отец, чего мы ждём.       — Какой отец? Какая дева? Какой... кто это там меня ненавидит? Вы кто такие? И где это я? Почему я не вижу ваши лица?       — Так много вопросов. Оставь некоторые при себе. Мы здесь собрались с благим делом, — прозвучал старческий голос, принадлежавший, судя по всему, пожилой женщине.       — Откуда здесь взялась старая бабка? И где это "здесь"? Знаете, мне сейчас ничего не понятно и пока я не пришла к выводу, что я просто-напросто сошла с ума, вам всем следует объясниться, — скрестив руки на груди, произнесла Лия, смотря наверх, туда, откуда доносились голоса.       — Старица права. Перейдём к делу, а то мой топор так и норовится к новым свершениям, — Лия сглотнула, услышав слово "топор", произнесённое столь грозно и нетерпеливо.       — Ты спросила, кто мы. Мы — это я, и я — это мы. Брови Лии полезли наверх. Ничего из сказанного предложения она не поняла. Она даже начала сомневаться в адекватности этих голосов.       — Я точно не в себе, — пробормотала девушка и по очереди ударила себя по щекам — сначала вправо, потом влево.       — Бедное, бедное моё дитя, — всхлипнул нежный голос.       — Довольно, Матерь, не ной.       — Ты в себе, — сказал один из них, — Хоть я и не вполне понимаю, что ты под этим подразумеваешь. Однако ты – это точно ты.       — Ну спасибо и на том, — саркастично бросила Лия, хмыкнув.       — Ты что нибудь слышала о Семерых? Ведь люди всё ещё верят в богов.       — Эмм... я что, умерла? — глаза Лии расширились. — Сейчас все мои грехи будут взвешивать, а вы отправите меня либо в ад, либо в рай? Голоса притихли. Видимо, они не ожидали такой реакции. После паузы кто то вздохнул, звук, похожий на скрип металла по камню.       — Ты жива, — произнёс новый голос, грубый и практичный. — Иначе ты бы уже лицезрела наши лики. Такое дозволено лишь мёртвым.       — Тогда зачем я здесь? Может, мне это снится...       — Ты пришибла сама себя у нас на глазах, — язвительно заметил хриплый голос. — Всё ещё думаешь, что это сон? Зачем нам такая глупая девчонка? Она тупая как пробка!       — Эй, ты! — вспылила Лия. — Неведомый, кажется? Чем я тебя так задела, что ты меня так яростно ненавидишь? Я тоже могу храбриться, прячась за невидимой ширмой!       — Тебе лучше не видеть его истинного облика, сестра, — вмешался юный голос. — Тот, кто взглянет на моего брата, более не пробуждается. А ты нам ещё нужна.       — Нужна? — Лия уставилась в пустоту. — Может вы уже скажете, зачем я вам потребовалась? И я потопаю обратно домой. Такси надеюсь, у вас в округе найдётся?       — Такси? — переспросил кто то, звуча искренне озадаченно. — У нас есть лошади, если ты об этом...       — Придержи своих коней, братец! — рассмеялся другой. — Она сюда не на лошади прискакала. Ни одному смертному не под силу подобное.       — Слушай меня, смертное дитя, — голос Отца прозвучал прямо у неё над ухом, заставив вздрогнуть. — Мои братья и сёстры изрядно тебя запутали. Ты не умерла. Ты сможешь уйти отсюда, как только выслушаешь наши условия. Тебя сюда перенёс Неведомый, лишь он может себе такое позволить. Лия кивнула, давая понять, что слушает. Когда все голоса смолкли, Отец продолжил:       — Ты была избрана нами для особой миссии. Мы потребуем от тебя многого, но лишь одно условие будет самым важным.       — И какое же? — смирившись со своим положением, Лия решила хотя бы подыграть им.       — Ты должна изменить судьбу человека, которому предначертана смерть. У девушки отвисла челюсть.       — Кто тут боги: я или вы? — наконец выдохнула она. — Если верить религии, то только бог решает, кому жить, а кому умереть. Просто не дайте этому человеку умереть! Я то тут при чём?       — Мы не можем напрямую влиять на решения людей, — объяснил Отец. — Мы оказываем влияние, ибо многие из наших последователей верны нам. Однако то, что мы увидели нас не устраивает. Этот мужчина должен выжить, во благо мира.       — Мужчина? Какой мужчина?       — Один из выродков драконьей крови, — прошипел Неведомый. — Я забрал стольких из них, что думал они уже должны были перевестись. Но им всегда удавалось избежать полного истребления.       — Неведомый не жалует Таргариенов, — пояснил Отец, — ибо они не слишком набожны, но стоят во главе государства. Он давно не может смириться с тем, что еретики правят истинно верующими. Будь его воля, драконий род вымер бы давным-давно.       — Таргариены? — переспросила Лия, морща лоб. — Короли, что ли? Вроде что-то знакомое, но не могу вспомнить.       — Они правят Семью Королевствами уже более двух столетий, — сказал Отец. — Однако если Бейлор Таргариен умрёт, со временем падёт и вся его династия. А они нужны миру для его равновесия, а возможно и спасения. Воздух вокруг сгустился, наполнившись значимостью этих слов. Лия почувствовала, как по спине пробежали мурашки.       — И что я должна сделать? — тихо спросила она. Тьма вокруг сгустилась и в ней замерцали семь пар глаз, все разных цветов, все смотрящие на неё.       — Всё, что в твоих силах, дитя, — прошептала Матерь. — И немного больше. Лия медленно обрабатывала информацию. Таргариены. Драконы. Короли. Вестерос. Кусочки пазла начали складываться в пугающую картину.       — Погодите, — она подняла руку, словно останавливая невидимых собеседников. — Вы говорите о том самом Вестеросе? С Железным Троном, Белыми Ходоками и... — она запнулась, вспоминая смутные обрывки из книг и сериалов, — и всем этим?       — Ты знаешь о нашем мире? — удивился голос Девы.       — Знаю, то есть не знаю, — Лия запуталась в собственных мыслях. — У нас есть предания. Вымышленные истории. Я думала, что это всего лишь фантазии авторов. Раздался низкий, бархатный смех.       — Вымышленные, говоришь? — это смеялся Кузнец. — Интересно, что бы сказали миллионы жителей Семи Королевств, узнав, что их жизнь, страдания и радости всего лишь чья-то выдумка.       — Но как? — Лия почувствовала, как земля уходит из-под ног в прямом и переносном смысле. — Как я могу изменить судьбу принца? Я обычная девушка из другого мира. У меня нет ничего, что помогло бы ему.       — У тебя есть кое что более ценное, — сказала Старица. — Знание. Ты знаешь, что должно случиться. Знаешь ловушки, которые ждут на пути. Знаешь сердца людей, хотя они ещё не совершили поступков, о которых ты осведомлена.       — Но это же нечестно! — возмутилась Лия. — Это как играть в покер, зная все карты противника!       — Справедливость это понятие растяжимое, — сухо заметил Воин. — Особенно когда на кону стоит судьба целого континента. Неведомый заговорил снова, и его голос звучал как скрежет камней:       — Драконий выродок должен жить не потому, что он этого заслуживает, а потому что его смерть откроет врата для куда больших зол. Ты видела эти "вымышленные истории". Ты знаешь, что последует за гибелью Таргариенов. Лия задумалась. Она действительно помнила обрывки: Восстание Роберта, Война Пяти Королей, Дейенерис с её драконами, Король Ночи. Но всё это было перемешано, как картинки из разных пазлов.       — А если я откажусь? — спросила она, уже зная ответ.       — Отказаться? — Неведомый засмеялся, и этот звук заставил её содрогнуться. — Милое дитя, ты уже здесь. Ты уже часть игры. Единственный путь назад – через выполнение задания.       — Но почему именно я? — в голосе Лии прозвучала нота отчаяния. — Миллиарды людей в моём мире и вы выбрали меня? Девушку, которая последний раз занималась спортом на школьном уроке физкультуры десять лет назад? Я, если что физически никак не смогу посодействовать вашему принцу.       — Случайность, — просто сказал Отец. — Или судьба. Или каприз Неведомого. Неважно. Важно то, что выбор сделан. Матерь заговорила мягко и утешительно:       — Мы не оставим тебя без помощи, дитя моё. Ты получишь дары: язык этого мира станет твоим родным, твоё тело обретёт силу, необходимую для путешествий. А в твоей памяти останутся знания, которые помогут не совершать грубых ошибок.       — Но предупреждаю, — добавил Воин. — Мы не можем сделать тебя воительницей за одну ночь. Не можем вложить в твою голову мудрость веков. Ты должна будешь учиться, расти и становиться сильнее. Лия закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Голова всё ещё болела, но теперь боль отступила перед осознанием масштаба происходящего.       — Ладно, — наконец сказала она, открывая глаза. — Предположим, я согласна. Что дальше? Вы отправляете меня прямиком в Красный Замок с табличкой "спаситель принца"?       — Если бы всё было так просто, — вздохнул Кузнец. — Нет, тебе предстоит долгий путь. Ты появишься в Речных Землях, недалеко от Харренхолла. Оттуда тебе нужно будет добраться до Королевской Гавани, найти способ попасть ко двору и устроиться на службу к принцу.       — Устроиться на службу? — Лия фыркнула. — В качестве кого? Придворной шута? Прачки? Или может, дегустатора ядов на случай покушения?       — Ты найдёшь способ, — уверенно сказала Дева. — У тебя есть ум, а у нас немного времени, чтобы подготовить тебя.       — "Немного" это сколько? — насторожилась Лия.       — До рассвета, — ответил Отец. — Когда первые лучи солнца коснутся земли, ты очнёшься уже в Вестеросе. Лия почувствовала, как по спине пробежал холодок. — До рассвета? Но я ничего не знаю! Как одеваться, как говорить, как не попасть на кол за ересь!       — Успокойся, — голос Старицы звучал как тёплое одеяло в морозную ночь. — Мы дадим тебе основы. Остальному научишься сама. Люди удивительно адаптивные существа. Особенно когда альтернатива — смерть.       — Прекрасный мотиватор, — саркастически заметила Лия, но уже без прежней злости. Она начинала понимать, что сопротивляться бесполезно. — Ладно. Говорите. Учите. Что мне нужно знать в первую очередь? Раздался звук, похожий на то, как несколько людей переглядываются, хотя видеть их было невозможно.       — Начнём с языка, — предложил Отец. — Хотя ты будешь говорить на всеобщем наречии как на родном, есть нюансы, которые выдадут в тебе чужеземку.       — Запомни, — сказал Воин. — Женщины в Вестеросе не смотрят в глаза незнакомым мужчинам. Не спорят с лордами. Не ходят с непокрытой головой в знатных домах.       — И не говорят "задолбали", — добавила Дева с лёгкой усмешкой. — Это слово вызовет как минимум недоумение, как максимум обвинение в оскорблении. Лия кивнула, стараясь запомнить.       — Деньги, — сказал Кузнец. — У тебя не будет ни гроша. Тебе придётся искать работу или проявить изобретательность.       — Не воруй, — предупредила Матерь. — Воровство в Вестеросе карается отсечением пальцев. А повторное – руки.       — Отлично, — пробормотала Лия. — Так, что ещё? О, да! Как не умереть от какой нибудь средневековой заразы? У нас там антибиотики есть, а здесь?       — Гигиена, — сказала Старица. — Мой руки перед едой. Не пей воду из рек без кипячения. Избегай больных. И молись нам, иногда это действительно помогает.       — Молиться? — Лия подняла бровь. — Вам? После того как вы меня похитили и отправили на верную смерть?       — Есть альтернатива: молиться Утонувшому Богу или Повелителю Света, — сухо заметил Неведомый. — Думаю, мы всё же более надёжные покровители. Часы пробили где то вдалеке — низкий, гулкий звук, от которого задрожал воздух.       — Время истекает, — сказал Отец. — Есть последние вопросы? Лия задумалась. В голове крутились десятки вопросов, но самый важный вырвался сам:       — А если я всё таки не справлюсь? Если принц умрёт, несмотря на все мои усилия? Наступила пауза. Длинная, тяжёлая.       — Тогда, — наконец сказал Неведомый, и в его голосе впервые прозвучала не угроза, а нечто похожее на сожаление, — Ты останешься в Вестеросе навсегда. Жить в мире, который погрузится в хаос. И знать, что этот хаос частично твоя вина.       — А если я умру раньше? — спросила Лия почти шёпотом.       — Тогда, — мягко сказала Матерь, — мы встретим тебя снова. Но уже по настоящему. Лицом к лицу. И обсудим твои успехи и неудачи. Ещё один удар часов. Ближе. Громче.       — Пора, — сказал Отец. — Запомни наши имена, дитя. Отец, Матерь, Воин, Дева, Кузнец, Старица и... — он запнулся.       — И Неведомый, — закончил тот самый хриплый голос. — Хотя тебе лучше молиться остальным. Со мной шутки плохи. Лия почувствовала, как пол под ногами начал терять твёрдость. Свет вокруг заколебался, поплыл.       — Подождите! — крикнула она. — Как мне найти принца? Как его узнать?       — Он будет тем, кому ты будешь нужнее всего, — прозвучал ответ, но уже как эхо из глубокого колодца. — И ты будешь той, кто нужнее всего ему. Голоса слились в единый гул, свет растворился в темноте. Лия почувствовала падение, долгое, бесконечное, как падение в сон, из которого не знаешь, проснёшься ли.