Миссия Семерых

Дорога оказалась не такой уж и безлюдной, как изначально полагала Лия. На третий день пути встречались в основном мужчины и девушка поначалу побаивалась, но практически никто даже не обращал на неё внимания. Были конечно взгляды, но их Лия могла снести. К полудню Лия сделала привал у небольшого ручья. Она развернула свёрток от Гарда: плотный чёрный хлеб, кусок твёрдого сыра и несколько полосок вяленого мяса. Еда была простой, но сытной. Девушка отломила кусок хлеба, тщательно прожевала и запила водой из ручья, предварительно зачерпнув её в ладони.       "Не пей воду из рек без кипячения", — вспомнила она слова одной из богин. Но жажда была сильнее страха. К тому же, если боги действительно хотели, чтобы она выполнила их задание, вряд ли они позволили бы ей умереть от дизентерии в первый же день. Сомнительно конечно, но Амалия в какой то мере всё таки полагалась на чёртовых богов. После еды она осмотрела свои руки. Волдыри от топора лопнули, оставив красные болезненные участки. Лия порылась в карманах, кроме кремня и огнива там ничего не было. Она смочила серый платок в ручье и обернула им ладони. Помогло не сильно, но хотя бы защитило от дальнейшего трения.       — Я впервые в таких ужасных условиях, и всё из за некоторых, — тяжело вздохнув, Лия вновь запрокинула голову и посмотрела на небо, — Неужели вы такие беспомощные, что не можете спасти принца сами? Тоже мне, боги, — язвительно произнесла Лия и в этот самый момент соседнее дерево оказалось под ударом огромной молнии, которая всё же спилила столетний дуб. Девушка сглотнула, решив что на сегодня перестанет обращаться к Семерым, мало ли, следующая молния придётся по ней самой, в воспитательных целях, как говорится. Дождь обошёл её стороной, что странно, потому как стемневшие облака прямо таки и кричали о скорой непогоде.       — Мне же лучше, — сказав это, Лия попыталась разжечь костёр. Были бы у неё спички, то девушка без проблем развела бы его, но вот незадача, нихрена у неё нет.       — Так, ну дерева здесь вдоволь, хоть весь лес сруби. Осталось только разобраться, как эта штуковина работает. Развести костёр оказалось сложнее, чем она думала. Кремень и огниво требовали навыка, которого у неё не было. Она била камнем о камень, высекая искры на сухую траву, но та упорно не хотела загораться. Через полчаса безуспешных попыток руки дрожали от усталости, а настроение упало ниже плинтуса.       — Ну же, — прошептала она, ударяя в очередной раз. Искра попала точно в центр пучка сухой травы и на мгновение показалось что ничего не произошло. Но после появилась тонкая струйка дыма, слабое оранжевое пятнышко, которое начало расти.       — Ура! — Лия аккуратно поднесла к огоньку мелкие веточки, потом покрупнее. Через несколько минут костёр горел уверенно, отгоняя сгущающиеся сумерки и ночной холод. Глядя на пламя, она пыталась вспомнить всё, что знала о Вестеросе. Бейлор Таргариен. Имя звучало знакомо, но детали всё таки ускользали. Она помнила, что был какой то "Бейлор Благословенный", но это кажется был король, а не принц. Или принц, ставший потом королём? Голову начинало ломить от попыток вспомнить полузабытые детали из книг и сериалов.       — Ладно, — произнесла девушка вслух, обращаясь к костру. — Допустим я найду этого Бейлора. Что я ему скажу? "Здравствуйте, ваша высочество, меня послали боги, чтобы спасти вас от смерти. Кстати, вы умрёте если я ничего не сделаю". Меня же сочтут сумасшедшей и скорее всего прикончат на месте. Она вздохнула, подбросила в огонь ещё одну ветку. Пламя взметнулось вверх, осветив её лицо, усталое, запачканное дорожной пылью, но с упрямым блеском в карих глазах.       — Ну доберусь я до проклятого замка, что дальше то? Как будто к Таргариенам пускают людей вроде меня. — случайно прикусив язык, Амалия скривила лицо от боли, хватаясь за лицо руками.       — Семеро, мне здесь не с кем больше говорить, может хоть кто то из вас спуститься на землю? Как никак вашу прихоть исполняю, — прошептала она, глядя на звёзды которые начали появляться на темнеющем небе. Ответом ей послужил шелест листьев.       — Вы сказали, что он будет тем кому я буду нужнее всего, — вспомнила она последние слова Отца. — И я буду той, кто нужнее всего ему. Что это значит? Что я ему понадоблюсь для чего то? Или он мне? Вопросы снова остались без ответа. Усталость наконец взяла верх. Лия подложила в костёр ещё веток, чтобы он горел дольше, завернулась в плащ и прилегла на землю, подложив под голову свёрток с оставшейся едой. Сон пришёл быстро, но был беспокойным. Ей снились голоса, переплетающиеся в странную мелодию. Семь голосов, говорящих одновременно, но она могла различать каждое слово. Она проснулась от холода. Костер почти погас, остались лишь тлеющие угли. Небо на востоке начало светлеть, окрашиваясь в бледно-серые тона. Лия встала и потянулась. Каждое движение отзывалось болью в мышцах. Завтрак был скудным: последний кусок хлеба и немного сыра. Вяленое мясо Лия приберегла на потом. После еды девушка затушила костёр, тщательно засыпав его землёй и снова вышла на дорогу. Третий день пути оказался труднее двух прежних. Ноги болели, волдыри на руках воспалились, а в горле постоянно стоял ком от одиночества и страха. Дорога стала менее ухоженной, местами размытой дождями. Встречных почти не было, только одинокий путник вдалеке, который даже не приблизился. К полудню она достигла развилки. Две дороги расходились: одна уходила на северо-запад, другая на северо-восток. На развилке стоял камень с высеченными символами, но они были стёрты временем и непонятны.       — Налево к Харренхоллу, направо к переправе, — вспомнила она слова Гарда. — Не сворачивай. Девушка выбрала левую дорогу. Через несколько сотен шагов поняла, что ошиблась: дорога становилась всё уже, почти тропинкой, заросшей кустарником. Она повернула назад, к развилке и теперь последовала вправо. Та была шире, явно более проходимой.       — Отлично, — пробормотала она. — Заблудилась под самый конец. Конечно, по другому ведь и быть не может. Когда дело касается меня, всё идёт по одному месту! Лия поняла, что поспешила с выводами, увидев несколько домов в округе. "Значит это Гард ошибся". Она ускорила шаг, надеясь успеть до наступления темноты. Но солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в оранжевые и розовые тона.       — Как говорится, если изначально всё пошло не по плану, пусть оно и катится в задницу. Амалия не стала спешить, потому что тело её начало подводить. Дыхание еле хватало, в груди кололо, девушка чувствовала что если не остановиться сейчас, то просто задохнётся.       — Спасай себя сам, принц Бейлор, — достаточно громко произнесла девушка, опускаясь возле ближайшего дерева, — Потому что я сдохну прямо здесь. Лия почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Усталость, голод, страх: всё навалилось разом. Вокруг стало темно, из осевшего на лес тумана стали слышны голоса, обрадовавшись такому раскладу, девушка как можно быстрее вскочила с места и начала окликивать прохожих.       — Эй! Пожалуйста, помогите мне! — Лия стала махать двумя руками, а голоса стали ближе. Из тумана вынырнула сомнительная толпа. Впереди стоял человек в кожаной куртке, с лицом покрытым шрамами. За ним ещё несколько, все вооружённые дубинами, ножами, у одного даже ржавый меч висел на поясе. На мгновение, Амалия пожалела о своих действиях. Здесь ей никто не обязан был помогать, а она дура, только привлекла внимание.       — Так так, кто это у нас? — произнёс мужик в кожанке скорее он был среди них самый главный. — Глядите парни, какая ягодка. Нежненькая.       — Да видим уж, — пробормотали сзади.       — Куда путь держишь, дорогуша?       — Я просто путешественница, иду куда глаз прикажет — сказала Лия, стараясь чтобы голос не дрожал.       — Путешественница, — повторил разбойник, оглядывая её с ног до головы. — Ну что ж, путешественница, проезд по нашей дороге стоит денег. Или чего нибудь ценного. У Лии действительно не было ничего ценного. Только еда, кремень и огниво. И задание богов, которое сейчас казалось смешной и нелепой фантазией.       — У меня нет ничего, — честно сказала она.       — Тогда милая, ты сама и будешь платой, — ухмыльнулся шрамованный и сделал шаг вперёд, а девушка отступила.       — Да ну её, Эд, пойдём отсюда, — подошедший к ним юноша был самым молодым из всей шайки, его глаза сочувственно прошлись по девушке.       — Закрой пасть, тебя никто не спрашивал, малец! — оттолкнув парня, мужчина продолжил наступать.       — Испорченная стоит гроши, Эд, — послышался ещё один голос из толпы, — А эта вроде красивая и фигурой вышла, стоит лишь отмыть и за неё дадут несколько сотен золотых драконов. На них мы сможем дюжину раз сходить к шлюхам. Эд поразмышлял над разумным доводом своего сокамандника и доставь верёвку, он начал наматывать её на запястья Лии.       — Отойди, бомжацкое ты лицо! — крикнула Лия, пытаясь вырваться, но его хватка была железной.       — Тише, ягодка, — прошептал шрамованный ей в ухо. — Будешь кричать, я сначало отымею тебя как следует, а после утоплю. Поняла? Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Страх сковал её, холодный и парализующий. Разбойники перетащили Лию в лодку.       — Пока довезём девку до лагеря, — произнёс главный. — Посмотрим, сколько предложат, а коли цена меня не устроит, — он оглядел Лию оценивающим взглядом, — ...пригодится для других дел. Лия закрыла глаза. Мысли путались, но одна была ясной и чёткой: "Вот и всё. Даже до Харренхолла не добралась. Принца не спасла. Какой к чёрту принц? Возможно это её последняя ночь в жизни". Девушка мысленно обратилась к богам: "Вам что, наплевать на то, что произойдёт, если меня продадут как рабыню? Вас даже колышет тот факт, что Бейлор умрёт? Что же вы молчите, твари?" Ночь в лагере разбойников была долгой и тревожной. Лию бросили в маленькую палатку, привязав к центральному столбу. Верёвка впивалась в запястья, но хуже было чувство беспомощности. Она слышала, как снаружи смеялись, пили, спорили о добыче. Иногда кто то подходил к палатке, заглядывал внутрь, но пока что её оставляли в покое. Самый молодой член компашки принёс флягу с водой и помог выпить, осторожно поднеся к её губам.       — Вы уж простите меня, м'леди, — опустив стыдливо голову произнёс он, — Я сделал всё, что было в моих силах. Эд мой старший брат, он редко меня слушает. Вообще никогда не слушает. Не удостоив мальчугана ответом, Лия просто прикрыла глаза и тот ушёл. Из за стенки палатки доносились обрывки разговора:       — ...а этот Бейлор опять где то шляется, — говорил хриплый мужской голос. — Слышал, в Харренхолл направляется.       — Принц Бейлор? — это был голос Эда шрамованного предводителя. — Что ему в наших краях делать?       — Говорят, король послал. Разбираться с налогами или что то такое. Лорд Лотстон, мол, слишком жадничает.       — Ну и пусть разбирается, — фыркнул главный— Нам то что? Только лишние патрули по дорогам, как заноза в наших задницах.       — А если он с армией? — тревожно спросил первый голос.       — С какой армией? — послышался смешок. —Принц путешествует с небольшой охраной. Десяток рыцарей, не больше. Он и сам грозный воин, забыл? Лия затаила дыхание. Принц Бейлор. В Харренхолле. Так близко к её цели и так недостижимо прямо сейчас. Мужчина сам шёл к ней в руки, это могло бы обрадовать девушку, будь она сейчас на свободе.       — А правда, что он... — голос понизился, словно боясь, что его услышит сам принц, — Не совсем Таргариен?       — Что значит "не совсем"? — засмеялся вновь Эд. — Родился от Таргариена, значит Таргариен.       — Да нет, я про внешность. Говорят, ни серебряных волос, ни фиолетовых глаз. Как простой смертный.       — Мать у него была из Дорна, кажется. Или из Штормовых земель. Не помню я. Но да, похож на обычного человека. Только титул королевский.       — Странно как то. Все Таргариены как с луны свалившиеся.       — А этот умный, говорят. И справедливый. За что народ его любит. А вот некоторые лорды не выносят принца за то, что тот добр с челядью. Она попыталась снова ослабить верёвки, но узлы были затянуты туго. Руки онемели почти полностью. Лия прислонилась к столбу, закрыла глаза. Спать не хотелось, но усталость брала своё. Её разбудил шум. Не обычный утренний гамм, а крики, лошадиное ржание и звон металла. Лия открыла глаза. Снаружи творился хаос. Кто то кричал: "Королевские! Королевские здесь!" Другие: "К оружию! К оружию!" Палатку разрезал сверху. Свет утреннего солнца ударил в глаза. Перед ней стоял молодой разбойник. — Вставай! — крикнул он, перерезая верёвки. — Беги! Как можно быстрее и дальше! Он толкнул её в спину и Лия вывалилась из палатки. Лагерь был в смятении. Всадники в доспехах с трёхглавым красным драконом на щитах прорывались через палатки, сметая абсолютно всё на своём пути. Разбойники пытались сопротивляться, но были плохо вооружены и неорганизованны. Лия прижалась к земле, пытаясь сориентироваться в такой суматохе. Она поползла к ближайшим кустам, стараясь не привлекать внимания. Мимо проскакал всадник, мелькнули копыта, брызги грязи. Лия замерла, пока он не скрылся за палатками.       — Сдавайтесь! — раздался громкий, командный голос. — Во имя короля Дейрона! Лия выглянула из за куста. Посреди лагеря, на чёрном коне восседал человек. Не в полных доспехах, как окружавшие его рыцари, а в практичной кожаной броне поверх тёмно-красного дублета. На плече был закреплён плащ бордового цвета. Волосы были короткие, чёрные с проседью, лицо резковатое, но черты были приятные и мужественные. Высокий, стройный, с прямой осанкой. Ему могло быть лет сорок, не больше. Решив что ей пора уносить ноги, Лия поспешила скрыться в другом направлении, надеясь что дорога в этот раз её не подведёт. Тем временем на поляне резня подходила к логичному концу. Мужчина не вступал в бой. Он просто сидел на коне, наблюдая как его люди зачищают лагерь. Спокойный и уверенный.       — Ваша высочество, — подъехал к нему рыцарь в серебряных доспехах, он снял своей шлем, обращаясь к принцу. — Большинство сдались. Несколько пытались бежать в лес, догоняем. Человек на чёрном коне кивнул, его взгляд скользнул по лагерю, оценивая результаты.       — Пленных не убивать. Отправим в Харренхолл, пусть лорд Лотстон разбирается. Это его земли, его проблемы.       — А добычу?       — Вернуть тем, у кого отняли, если найдутся хозяева. Остальное в королевскую казну.