Академия меча и магии: бирюза и золото

И вот наступило утро. Наоми вынырнул из сна с трудом, будто из густой воды. Первым ощущением был жар — не просто высокая температура, а всепоглощающий огонь под кожей. Голова гудела, тело ломило так, словно его долго били, а потом забыли добить. Он тихо застонал и тут же почувствовал на лбу что-то прохладное. Влажную тряпку. Он нахмурился, попытался пошевелиться — вышло плохо. Ресницы дрогнули, глаза с трудом открылись, и мир перед ним расплылся, прежде чем обрести четкость. Тряпку держал плюшевый голубой кот. Наоми несколько секунд просто смотрел на него, без удивления, без эмоций. После ночи это казалось… логичным. Если ночью кот поил его лекарством, то почему бы утром не ухаживать за ним? — …ну конечно, — прохрипел он. — А я уж подумал, что брежу. Кот сидел у изголовья, чуть наклонив голову, лапы были неловко приподняты, будто он не совсем понимал, как ими пользоваться. Тем не менее тряпка лежала ровно и холодила приятно. Наоми сглотнул. В горле пересохло. — Эй… — тихо позвал он. — А ты вообще кто? И тут кот открыл рот. — Хэппи, — прозвучал тонкий, слегка пищащий голосок. Наоми моргнул. Один раз. Второй. Потом медленно, очень медленно вдохнул — насколько позволяли лёгкие. — …понятно, — выдохнул он. Ни крика, ни паники. Только странное, болезненное понимание, щёлкнувшее в голове, как вставший на место кусок мозаики. Все странности сразу выстроились в логичную, пугающе цельную картину. Проклятие Небес. Комната, в которой когда-то жил ребёнок. История про умершего сына. Игрушки. Кот. И ночная боль. Настоящая, смертельно близкая. — Ты… — Наоми замолчал, собираясь с силами. — Ты ведь не просто игрушка, да? Кот задумчиво склонил голову. — Не знаю. Я просто появился ночью и знал, что должен тебе помочь. Наоми закрыл глаза. Не от усталости — от осознания. Случилось то, о чём пишут в старых гримуарах мелким шрифтом, как о легенде. Крайне редкое явление: душа умершего, не ушедшая до конца, откликнулась на аналогичные страдание живого — и нашла якорь, став фамильяром. — Значит… ты был его сыном, — тихо сказал Наоми. — Ась? — Нет, забудь... Наоми слабо усмехнулся. Губы дрожали. — Ну… — прошептал он. — Прости, что втянул. — Я только рад помогать тебе! Наоми приоткрыл глаза и посмотрел на кота. — Тогда… — он сглотнул. — Добро пожаловать, Хэппи. Кот тепло улыбнулся. Потом Наоми почувствовал, как напряжение медленно спадает. Тело всё ещё горело жаром, но присутствие Хэппи рядом, его мягкий, слегка насмешливый взгляд и маленькие движения лапками придавали силы. Он осторожно взял кота на колени и разложил шахматную доску, которую нашёл в комнате. К удивлению Наоми, Хэппи оказался довольно сообразительным. Сначала он шатал фигурки, как будто проверяя их на прочность, потом слегка сдвинул ладью, будто намекая на ход. Наоми не смог сдержать улыбку. Кот излучал доброту, но в его действиях чувствовалась озорная хитрость — словно он знал, что каждый ход Наоми можно слегка "испортить", чтобы повеселить обоих. — Ладно, — сказал Наоми, осторожно переставляя пешку. — Как-нибудь потом я познакомлю тебя с Банни. Он тоже фамильяр. Хэппи дернул ушами и, будто соглашаясь, слегка приподнял лапку. Он не говорил много, но его поведение ясно дало понять: знакомство с плюшевым другом Эйса его заинтриговало. Игра шла медленно. Наоми делал ходы осторожно, ещё привыкая к новому союзнику, а Хэппи периодически подталкивал фигурки лапкой, слегка меняя позиции, что вызывало у Наоми смех. В какой-то момент Наоми заметил, что это ощущение спокойствия и доверия, которых он не испытывал уже давно, наполняет его грудь. И тут дверь тихо открылась, и в комнату вошли Дэвон и Тич. Дэвон держал в руках набор лекарств, а Тич — еду. Ожившая игрушка либо не удивила их, либо они очень хорошо это скрыли. — Вот, — сказал Дэвон, аккуратно ставя лекарства на тумбочку. — Ты должен принять это вовремя, чтобы жар спал. — И ужин, — добавил Тич, ставя тарелку с едой на стол. — Не хочу, чтобы ты голодал. Наоми кивнул и поблагодарил их. Хэппи слегка повертел ушами и дернул его рукой к шахматной доске, будто говоря: "Сначала игра, потом еда". Тич, наблюдая за их маленькой дуэлью, хмыкнул и, покачав головой, оставил комнату. Дэвон остался ненадолго, убедившись, что Наоми в порядке, и тоже вышел, оставив их вдвоём. Наоми посмотрел на Хэппи, слегка улыбнувшись. — Знаешь, Хэппи, — сказал он тихо, — мне кажется, мы с тобой справимся. Неважно, что дальше будет.