Кажется, что все рушится

Перед тем, как малыш отпразновал своё тринадцатилетие и оказался один замерзшим в лесу под Рождество, жизнь его протекала славно, тепло и уютно. Он не терялся один в лесу своего сознания. Он был как все: милым и беззаботным малышом с ярко-рыжими волосами, который славился мягкостью характера. Его родители всегда гордились своим сыном, для них он был самым лучшим подарком судьбы. Но, как часто бывает, не всё так сладостно, как в детстве, когда из проблем у тебя, чтобы по телевизору шёл твой любимый мультик, чтобы манная каша была без комочков и чтобы мамины руки вечно обнимали тебя. Так же часто бывает, что беззаботных малышей ломает жизнь, судьба и всё то, во что верят люди, дабы оправдать тягость собственной линии жизни.

***

— Мам, а в школе интересно? - спросил сонный мальчик, во время того, как его мама нежно расчесывала его небрежные длинные волосы и собирала на его первую в жизни школьную линейку. — Очень интересно, тебе понравится, вот увидишь! - любезно отвечала белокурая женщина, после чего аккуратно гладя макушку сына. — Думаешь, у меня будет много друзей? - тот посмотрел на женщину в отражении зеркала, по-дурацки детски улыбаясь. — Конечно будет, пусть не сто-сто штук, но один верный точно найдется для такого мальчишки, - женщина развернула мальчика лицом к себе, потрепав его за щеки. — давай одевайся, школьник, папа наверняка уже заждался тебя. Первый школьный звонок всегда яркое впечатление для детей: те в предвкушении начавшейся новой, совсем другой жизни. Вот и Кирилл теперь был одним из тех детей, что с цветами ждут своего первого в жизни урока, пока его родители стояли в стороне, думая о том, как быстро взрослеет их ребенок. Хотя, многие ребятки не сильно взлюбили школу, ведь первое хорошее впечатление быстро сменяется рутиной, азбукой и прописями, Кириллу очень даже нравилось учиться, поэтому первый год он ходил туда с великим удовольствием. У Кирилла было явное стремление к знаниям, поэтому тот сразу получил авторитет хорошего ученика. Как полагается, у него появились некоторые товарищи по классу, как он думал, поэтому времяпровождение в школьном здании его ещё больше радовало. Но статус "сраная школа" Кирилл дал этому зданию уже во втором классе. Это было его второе "первое сентября" и тот, как и в том году, пришёл в таком же глупом костюме и с букетом, что был больше него. После длинных каникул (три месяца для ребенка – это ого-го сколько времени!) возвращаться в непривычный ритм жизни, конечно, было трудно, но мальчишка радовался возможности пообщаться со своими друзьями, поэтому тот не сильно горевал по прошедшим каникулам. Но знаете, как бывает, когда ты маленький и еще глупый, ты не сталкиваешься с грубостью в полной мере, ты делишь мир на плохое и хорошее и чаще всего, хорошее перевешивает, но ударом под дых становится то, что когда-то эти весы перевесят на плохое. Вот во втором классе судьба решила, что пора. В их классе стал числиться новенький – Дмитрий Горев. Можно догадаться по фамилии, что хорошего от него не жди. Но Кирилл всего второклассник и не знал, что такое эти ваши "говорящие фамилии", поэтому, как воспитанный мальчик, тот подсел к новенькому в первый же день. —Привет! А как тебя зовут? - с искренней улыбкой поинтересовался Кирилл, сидя за партой рядом с неизвестным ему мальчиком. — Дима, а тебя как? - представился тот, с каким-то хитрым взглядом оглядывая Кирилла. — А я Кирилл! - радостно ответил ему мальчишка. — Хаха, Кирюша-свинюша! - звонко засмеялся тот в ответ. Не на такой ответ рассчитывал он.. Кирилл невольно поник, не понимая, почему именно это сказал Дима. — Почему свинюша? - грустно спросил у него парень. — Да ты во какой пузатый! - Дима указал пальцем на тело Кирилла. До этого момента Кирилл никогда не обращал на это внимания, да никто не обращал, поэтому он не знал, как реагировать. Его никогда не дразнили за вес, поэтому такое его очень обидело. Он сам не заметил, как по щеке покатилась слеза. Кирюша отвернулся и утер её ладонью. Желание дружить у него отпало сразу же и тот отсел от своего уже не-товарища. Кирилл толком ничего и не сделал, чтобы стать объектом для ненависти, просто Дима был человеком несколько странным. Был он таким человеком, что в любом случае шутил глупые шутки про какашки, да и в принципе юмор у него был плоским.. Они нравились остальным, но не нравились учителям. Одобрение класса Горева волновало больше, чем успеваемость. Дима, после нескольких месяцев пребывания в новом коллективе, стал так называемым «лидером» группы. Было у него что-то ораторское, раз тот смог водить за нос детей, заставляя делать тоже, что и он. Все старались быть с ним в хороших отношениях, иначе «будут как Кирилл» — имя Травникова будто стало именем нарицательным, так называли всех, кто, по мнению одноклассников (мнению Димы) был странным или просто страшным. Ребята делились с ним конфетами, чтобы заработать его уважение, и поддерживали травлю Кирилла, ведь, если так делает Дима, то это правильно — думал детский, не окрепший мозг. Да, заставить детей верить во что-то очень легко. Они обхаживали Димочку, чтобы тот не стал шутить и над ними, ведь когда с тобой делают тоже самое, никому почему-то не нравилось, поэтому, лучше быть в атакующей позиции. К Кириллу от Димы и класса прицепилось куча прозвищ, начиная от самого безобидного «свинюша», что появилось еще в первый день, до «китаёза», из-за разреза глаз, «свинтус» (где они вообще услышали это?), «плакса», из-за мягкого характера Кирилла, что все воспринимал слишком близко к сердцу и чуть что начинал плакать. Откуда в детях столько злости? Кирилл не понимал, что с ним не так и за что с ним так поступают. С каждым днём, месяцем и годом желание ходить в школу у Кирилла пропадало всё больше и больше. Да, во втором классе он уже отзывался о школе как о «сранной». Кирилл — все же мальчик тихий и спокойный, поэтому он просто старался не обращать внимание на слова одноклассников. Он пытался быть «выше» этих людей — как учил его папа. «Не всем людям суждено быть умными и воспитанными, дабы поддерживать статистику глупцов» — значение этой фразы до Кирилла дошло только со временем, когда он стал старше. Кирилл, конечно, всё рассказывал только ему. Почему-то с детства Кирилл был ближе именно к отцу и все свои секреты доверял именно ему. И именно ему Кирилл пожаловался, что его недолюбливают в классе, но не стал вдаваться в подробности, дабы не нагружать его этим - ведь он взрослый! А у них так много забот и проблем... С умным видом писать что-то, подписывать документы... В общем, дел куча! А тут ещё Кирилл со своим Димой и его шутками про какашки... Он прислушался к его совету "не обращать внимание на глупцов", поэтому продолжал Кирилл терпеть все нападки своих одноклассников до четвёртого класса, до того момента, когда безобидные шуточки и подколы переросли во что-то более серьёзное. Сначала это были обычные подсечки, ничего такого. Кирилл даже ни разу не упал от них, так что это его скорее смешило. «Даже не могут нормально что-то сделать, тупицы» — слово «тупицы» возникло у него в лексиконе от отца, когда тот с кем-то яро беседовал по телефону, а Кирилл совершенно случайно подслушал. Точкой кипения послужила одна, с одной стороны, ничем не примечательная, но неприятная ситуация. Это случилось после первого месяца осени, в начале октября. Был как будто самый обычный день. В окно кабинета падал свет с улицы, от чего Кирилл жмурился. В класс заходили его одноклассники: кто-то общался, кто-то досыпал, лёжа на парте. Всё, как всегда... Но тревога распирала мальчика в тот день, его «шестое чувство» подсказывало, что что-то случится. И это «что-то» правда случилось. Закончились уроки, счастливые дети стали расходиться. Кирилл последовал их примеру и, быстро собравшись, закинул рюкзак на одно плечо и хотел было выйти из класса, как в него с бешеной скоростью полетел Дима, сбивая с ног. И нет, это не было случайностью, ведь тот полетел целенаправленно, рассчитывая траекторию... Не настолько, но в любом случае — это было сделано специально, и дураку понятно! По итогу, когда Кирилл опомнился, что произошло, Дима с такой же скоростью убежал подальше от него, оставляя его валяться на холодном полу с кровью из носа. Пока Дима летел, видимо, успел засадить ему кулаком по лицу. Это быстро замяли благодаря отцу Кирилла, который уже не стал терпеть, в отличие от Кирилла, ведь тот до последнего не хотел сознаваться, что Дима не случайно в него врезался, а специально, и что Дима не просто его не «недолюбливает», а ненавидит. После серьёзного разговора, как со взрослым, Анатолий пошёл в школу, чтобы заступиться за сына и поговорить с «безответственными родителями» Димы. И о чудо: после небольшого разговора взрослых «за дверью» (родители, никакие двери во вселенной не способны заглушить ваши секретные диалоги. Дети всё слышат!) шуточки Димы и правда прекратились. Конечно, никто с Кириллом не стал дружить, ведь репутация его всё равно была на дне, но мальчика радовало, что его никто больше не трогает, а дружат с ним или нет — как-то мало волновало, он и не сильно хотел после такого. пускай, под влияние Димы попали не все ребята. Мальчику ещё было тепло, хотя под теплый свитер уже начал проникать холодный ветер перемен.