Патлом, не будьте таким плохим!

Наконец-то настал день, которого я так ждал. «День выпуска». Я явно накопил отличную карму, постоянно посещая храмы и выпуская рыбок в реку – и всё ради того, чтобы получить этот диплом. Хотя это было невероятно трудно, я справился. Я сдал всё, буквально проскочив по нижней планке, но для меня это ощущается как величайшая победа в жизни. О, и еще кое-кто, кому я бесконечно благодарен: близнецы. У этих двоих мозги уровня Эйнштейна. Они натаскивали меня, вырывая из лап безжалостных профессоров, которые давали на экзаменах задания в сто раз сложнее того, что мы проходили в классе. Если бы не они, я бы оброс «незачетами» и остался куковать с младшекурсниками. И еще кое-кому спасибо: президенту компании «Байян», который обучил меня всем азам, пока я успешно проходил стажировку (и даже получил за неё «отлично»). Если вы спросите, продолжу ли я работать в «Байян» после выпуска, я отвечу утвердительно: определенно да. Это первое и единственное место, где я хочу работать. Хорошая зарплата, отличные бонусы, невероятно вкусная еда в столовой, прохладный офис с кондиционером каждый день, годовые премии, отпуска и корпоративные поездки... Это идеал. Раньше я бы выбрал это место только по этим причинам. Но сегодня у меня есть еще один повод. Мой парень – президент этой самой компании. – Эй, Фон! Чего ты там завис? Мы ждем, пока у нас корни не прорастут, чтобы сфотографироваться! Мы сейчас лужами по асфальту растечемся! – ворчливый голос Да заставил меня захотеть надеть на голову консервную банку и убежать куда подальше. – Если так торопишься, фотографируйся первым. Не тупи, – огрызнулся я, но всё же зашел в кадр. – Ого, посмотрите на него! Какой дерзкий! Может, мне хирургически удалить из тебя «идиота», придурок? Ты называешь меня тупым, но какому придурку понадобилась моя помощь с учебой, а? Ну вы посмотрите на него. Сразу вытащил карту «ты мне обязан». – Прошу прощения, кхун Да, – я поклонился, пародируя извинения слуг перед господами из исторических дорам. – Вот так-то лучше. Извинись ты чуть позже, я бы велел высечь тебя розгами, – заявил Да, скрестив руки на груди и выпятив ее так, будто он важный сановник эпохи короля Рамы V. – Да, может, помолчишь уже? Мне за вас стыдно, – внезапно подал голос Блю, устало потиравшему лоб. – Блю... – только и пискнул Да, прежде чем вернуться на место для фото. М-да. Он крутой со всеми, кроме брата, как обычно. – Итак, начинаем съемку. Все улыбаемся! Раз, два, три! Щелк! Щелк! – Можно посмотреть? – Как только съемка закончилась, Да бросился к фотографу. – Ой, а это что? Почему я такой толстый в кадре?! – Ну так фотографируй сам, – раздраженно бросил наш знакомый фотограф. – А разве ты и так не толстый? – мы с Блю хором подхватили шутку, подкалывая Да. – Почему все меня обижают? Что я сделал не так?! – он разыграл целую драму, прежде чем спрятаться за спину Блю. – Хиа Пат, пожалуйста, не дразните его. Он и так великий актер, – сказал я, подходя к нашему «фотографу». Да, и этим фотографом был Пат, мой парень. – Может, Хиа стоит подразнить Фона вместо него? – прошептал Пат, наклоняясь ко мне так близко, что наши носы почти соприкоснулись. – Ой-ой-ой! Комары кусают! Пожалейте одинокого человека! Ой! – Да, стоя за спиной брата, не удержался от подколки, видя наши нежности. Блю, стоявший впереди, просто молча отступил в сторону. Зачем ему там стоять? Хиа Пат уже направлялся к болтливому Да с весьма многообещающим выражением лица. Если Блю не отойдет, его заденет взрывной волной. – Что ты сейчас сказал? – спокойно спросил старший. – Ничего! Я сказал: «Совет да любовь вам на долгие годы!» – взвизгнул Да и спрятался за нас с Блю. – Выручай, чувак. Ты же не хочешь, чтобы твоему мужу предъявили обвинение в шантаже собственного родственника? – прошептал Да мне на ухо, отчего я передернулся. – Черт, аж мурашки по коже. Отойди от меня, – я отстранился от этого острослова. – Да, просто замолчи. Пи’Пат может и врезать, – невозмутимо добавил Блю. – Да, братик. С этого момента Да будет тихим и послушным, как и велел мой любимый брат Блю. Как трогательно. Он припрятывает свои собачьи повадки для всех, кроме брата. Как только эти двое встали рядом, толпа студентов – и парней, и девушек – окружила их, выпрашивая автографы и фото, будто они мировые звезды. Мы с моим парнем, наблюдая за этим со стороны, не знали, куда себя деть. Поэтому я предложил Хиа пойти в столовую факультета неподалеку: там можно было укрыться от жары под кондиционером. К счастью, большинство людей разбрелось по улице ради эффектных снимков, так что в столовой было довольно тихо. – Хочешь пить, Хиа? Я схожу куплю воды, – сказал я, когда мы нашли свободный столик. – Воды Фона. – А? – я замер в полном недоумении. «Воды Фона»? При таком палящем солнце, откуда взяться дождевой воде? И зачем Хиа пить дождевую воду? Она же полна вредных примесей! Что не так с моим Хиа? – Хиа имеет в виду «соки» Фона, – пояснил Хиа Пат, указывая рукой на мой пах. КРИК! Я закричал внутри себя. Почему Хиа стал таким?! Куда делся прежний серьезный Пат? Верните мне его! Я не справляюсь с этой версией. Мое сердце работает на износ. Я что, сейчас умру? – Но если Фон не хочет, чтобы Хиа пил его воду, тогда Фон может сначала выпить воду Хиа, – добавил он, подперев подбородок рукой и глядя на меня в упор. – Ах, Хиа Пат! Не смейте вести себя так извращенно на людях! Я ничего вам не куплю. Сидите здесь и караульте стол! – выпалил я и поспешно ушел за водой. Поначалу у меня голова болела от того, что у Хиа было слишком много личностей и перепадов настроения. Я думал, что если что-то и изменится, он станет спокойнее. Но нет, он не вернулся к прежнему состоянию – стало только хуже! С тех пор как мы стали парой, Хиа больше не ведет себя как хамелеон. Теперь он превратился в озабоченного кролика. Он постоянно лапает меня, постоянно пытается затащить в машину... Неужели он не может подумать обо мне? О моей бедной пояснице, которая ноет днями и ночами?! Может, ему кто-то подсыпает афродизиаки в еду? Иначе почему он такой? – Эх... Одну красную газировку, пожалуйста... сумасшедший дом, – вздохнул я, возвращаясь в реальность. Заказал свой любимый напиток у продавщицы, у которой покупал воду с первого курса. Ожидая заказ, я оглядывал столовую, словно собирая воспоминания за все 4 года учебы. Вообще-то, я нечасто здесь бывал, потому что она ужасно далеко от моего факультета. Мой корпус в самом конце территории университета, а эта столовая – в самом начале. Но почему я всегда готов был проделать этот путь? Во-первых, еда здесь самая вкусная. Во-вторых, кондиционер работает весь день, а не только в обед. Здесь прохладно, как на Северном полюсе. В-третьих, близнецы любят «навещать» студентов этого факультета. Не надо объяснять зачем – вряд ли им так нужны друзья с других специальностей, скорее они ищут приключений на одну ночь. Ну а я, как вечный «третий лишний», в итоге таскался за этими озабоченными друзьями за компанию. Друзья всё-таки. У меня их немного. Если бы не эти двое, не было бы вообще никого. Вскоре мой напиток был готов, и я побрел обратно к столику. Подойдя, я обомлел от количества вещей, которые там появились. – Хиа Пат, откуда всё это добро? – я сел рядом и протянул ему красную газировку, чтобы он утолил жажду. Старший поднял взгляд от айпада, открыл рот, поймал трубочку и начал пить. Пил он, пока я продолжал держать стакан. – Не знаю, кто это принес. Хиа не обращал внимания, – невозмутимо ответил Пат, продолжая работать рукой на планшете, пока его рот был занят газировкой. Ого, у него же есть руки, верно? Если он отложит айпад, тот что, улетит в облака? Я мысленно проклял его и надулся. Увидев лицо своего парня, Пат не выдержал: отложил планшет и потянулся ущипнуть упрямого ребенка за щеки так, что губы выпятились уточкой. Он также забрал стакан из моей руки и поставил его рядом – побоялся, что если его парень начнет смущаться, он опрокинет напиток и разольет всё до последней капли. – Ммм... – Ты опять тайно проклинал Хиа в своих мыслях? Черт, почему Хиа такой проницательный? Как он узнал? Если он такой точный, может, он мне номера лотереи на следующий раз скажет? Я всю жизнь мечтал выиграть джекпот хотя бы разок. – Нет, Хиа, – я покачал головой, отрицая свою вину, пока он всё еще сжимал мои щеки. – Правда? – Да. Пат больше ничего не сказал. Он просто встал и перегнулся через стол на мою сторону. А затем начал целовать мои губы снова и снова, даже не выпуская мои щеки из своих ладоней. – Ммм... Хиа, отпустите! – я пытался вырваться. – Черт возьми, Хиа, мы посреди столовой! Вы умудряетесь перелезать через стол! Вы что, совсем столы не уважаете? Они созданы, чтобы разделять людей, а не чтобы кто-то через них перепрыгивал! Когда президент вдоволь нацеловался, он вернулся на свое место. Только тогда мне удалось высвободиться из хватки этого «гигантского кальмара». Эх... Мои губы наверняка опять опухли, как будто меня пчела ужалила. Пока я потирал губы, к нашему столику подошла группа девушек – видимо, первокурсницы или второкурсницы. Они обратились к нам... точнее, не ко мне. Они звали Хиа Пата. – Извините... – произнесла одна храбрая душа, обращаясь к Хиа, и протянула розовую коробочку, похожую на подарок. – Положи туда, – бросил Хиа, не сводя с меня глаз и даже не удостоив их взглядом. – Э-э, а вы не могли бы взять его из рук? – умоляющим тоном спросила та же смелая особа. Я, слушая это, невольно скривился. Ох, девочка, ты сама напрашиваешься на неприятности. – Мои руки заняты, – ответил Хиа Пат. А заняты они были тем, что продолжали удерживать и щипать мои щеки. Серьезно, это руки или что? Как они вообще дотягиваются через весь стол? Увидев, что Хиа ни капли не заинтересован в подношениях, девушки быстро сложили их к остальной куче подарков, уже высившейся на столе. Я думал, на этом они сдадутся. Но где есть воля... – А кто вы друг другу? – снова спросила «храбрая», и в её голосе затеплилась надежда. Она явно ждала, что Хиа скажет, будто мы просто знакомые. Но, увы, ответ был другим. – Муж и жена. Удача была явно не на стороне этих младших. Услышав ответ, который шел вразрез с их планами, девушки пулей вылетели из столовой. – Хм. Какой же ты популярный. Даже не будучи здесь студентом или выпускником, ты набрал больше подарков, чем я, который здесь и учился, и вот-вот выпустится. – Потому что Хиа красавчик. – С этими словами Хиа Пат наконец убрал руку, встал и пересел ко мне, положив голову мне на плечо. Ладно, мистер Красавчик. Валяй. Черт, я хотел поспорить, но не смог. Это правда. – Не хочу больше сидеть один. Хиа раздражен, – пробормотал Хиа Пат, не открывая глаз. – Тогда, может, вернемся? – предложил я. – Отличная идея. Хоть здесь и прохладно, людей слишком много. У Хиа болит голова. – А как же подарки? – я указал на гору вещей на столе. Не знаю, зачем я это сделал, ведь хозяин всё еще сидел с закрытыми глазами, полностью их игнорируя. – Попрошу кхун Пингджай раздать их сотрудникам компании. – Дарительницы будут так разочарованы... – Хиа даже не запомнил ни одного лица. И Хиа не нужны эти вещи, – голос Пата стал чуть строже. Но Фона это ни капли не испугало. Напротив, это вызвало у него еще больше нежности. Нежности к этому высокородному президенту, который прильнул к его плечу и вел себя как ласковый щенок, не меньше. – Тогда чего же Хиа хочет? – спросил я, убирая прядь волос с его лица (сегодня он не стал делать укладку). Мой взгляд случайно упал на еще одну группу девушек, направлявшихся к нам с подарками. Я приложил указательный палец к губам, давая знак новеньким молчать и не звать Хиа. – Я хочу Фона. Хиа хочет свою жену. – «...» Услышав это, новая группа немедленно развернулась и выбежала из столовой. Видя это, я смог только прочистить горло, хотя на самом деле мне хотелось орать от триумфа и удовлетворения. – Ладно, тогда едем домой? Пора «Фону побеждать», Хиа Пат. Вы знаете о проекте «Победа Фона»? Если нет, приходите посмотреть, как Хиа Пат заставляет его побеждать. Тогда вы поймете, что это за проект такой.