Часть 1. Стеклянный потолок и запах дождя
7 февраля 2026 г., 14:46
Серое сеульское небо обещало затянувшийся ливень. Феликс стоял у панорамного окна их лофта, наблюдая, как первые капли разбиваются о стекло. В отражении он видел их гостиную: высокие потолки, открытый бетон и горы профессиональной литературы по экономике, разбавленные игровыми приставками и уютными пледами Джисона.
— Ликс-и, ты опять впал в меланхолию? — Голос Джисона прозвучал глухо из-под одеяла на диване. — Мы опаздываем. А ты знаешь, как альфы любят пунктуальность. Это их единственный повод почувствовать власть над временем.
Феликс обернулся, едва заметно улыбнувшись. На нём был безупречный светло-серый костюм, который подчеркивал его узкую талию, но скрывал мягкость движений.
— Я просто думаю о том, что сегодня наше последнее «свободное» утро. Если мы подпишем контракт с Хваном, следующие полгода мы будем принадлежать корпорации.
— Или корпорация будет принадлежать нам, — Джисон наконец выпутался из своего кокона. Он выглядел дерзко: черная шелковая рубашка, расстегнутая на пару пуговиц больше дозволенного, и взгляд человека, который знает секретный пароль от твоего банковского счета.
Они выпили по чашке крепкого кофе в тишине. Это был их ритуал — пять минут полного молчания перед тем, как надеть маски «акул». Феликс поправил воротник Джисона, а тот в ответ коротко сжал его ладонь. Без слов. Просто поддержка, которая была им нужнее кислорода.
Офис «H&M Global» встретил их слишком холодным кондиционированным воздухом. В приемной пахло амбициями и дорогим парфюмом. Когда их пригласили в святая святых — кабинет генерального директора, Феликс почувствовал это кожей.
Тяжелый, подавляющий запах кедра и горького шоколада.
Хёнджин сидел в кресле, небрежно перелистывая документы. Рядом, прислонившись к столу, стоял Ли Минхо. Его взгляд, острый, как скальпель, прошелся по Феликсу сверху вниз, задержавшись на шее, скрытой высоким воротом рубашки.
— Ли Феликс и Хан Джисон, — голос Хёнджина был подобен виолончели — низкий, бархатный и пугающе уверенный. — Ваши рекомендации впечатляют. Но давайте будем честными.
Он закрыл папку и наконец поднял глаза на Феликса. В этот момент в кабинете будто выкачали воздух. Искры истинности — едва уловимые, болезненные — прошили пространство. Но Хёнджин лишь прищурился.
— Нам нужны люди, которые живут работой. А омеги... — он сделал паузу, и Минхо понимающе усмехнулся. — Омеги слишком зависимы от своей природы. Нам не нужны проблемы с течками, перепадами настроения или тем, что вы внезапно решите, что карьера — это слишком сложно для ваших «нежных натур».
Феликс почувствовал, как Джисон рядом с ним напрягся, словно натянутая струна. Но Ликс не позволил себе даже дрогнуть. Он сделал шаг вперед, вторгаясь в личное пространство Хвана.
— Господин Хван, — голос Феликса опустился до его самого низкого регистра, заставив Хёнджина непроизвольно сжать подлокотники кресла. — Моя «нежная натура» за последние три года увеличила прибыль компании «L-Corp» на сорок процентов. А мой коллега, господин Хан, знает о ваших уязвимостях в системе безопасности больше, чем ваш IT-отдел. Мы пришли сюда не просить у вас приюта. Мы пришли предложить вам интеллект, который вы, кажется, не можете себе позволить из-за своих предрассудков.
Минхо сделал шаг к Джисону, пытаясь подавить его своей аурой, но Хан лишь наклонил голову вбок, глядя на него с вызовом.
— Вы пахнете так, будто очень хотите доминировать, Минхо-ши. Но в бизнесе доминирует тот, у кого в руках ключи. А ваши ключи... — Джисон покрутил в пальцах свою флешку, — ...уже наполовину мои.
Хёнджин медленно встал. Он был выше Феликса, и его присутствие заполняло собой всю комнату.
— Вы смелые. Но в этой компании я устанавливаю правила. И моё первое правило: я не доверяю тем, кем не могу управлять. Идите домой, мальчики. Найдите работу попроще.
Когда за ними закрылись тяжелые дубовые двери, Феликс не взорвался. Он шел по коридору спокойной, размеренной походкой. Только костяшки пальцев, сжимающих сумку, побелели.
Они вышли на улицу, где уже вовсю лил дождь. Джисон шумно выдохнул, подставляя лицо прохладным каплям.
— Ну что? Теперь на Бали?
Феликс повернулся к нему. В его глазах, обычно теплых, сейчас плескалось холодное стальное пламя.
— Нет. Теперь мы покупаем офис в здании напротив.
— Ликс-и... — Джисон широко улыбнулся, его глаза азартно блеснули. — Ты ведь понимаешь, что это война?
— Это не война, Хани. Это урок. Мы научим их, что интеллект не имеет пола. А потом... — Феликс посмотрел вверх, на 40-й этаж, где в окнах отражались молнии. — Мы заставим Хван Хёнджина лично прийти к нам и признать, что он совершил самую большую ошибку в своей жизни.
Они пошли к парковке под одним зонтом, тесно прижавшись плечами друг к другу. Дождь смывал запах кедра и шоколада, оставляя только их собственные ароматы и твердую решимость перевернуть этот мир с ног на голову.
