Вне иерархии: Игра на понижение

Поцелуй у двери спальни был коротким замыканием. В нем не осталось ничего от вежливых переговоров или осторожных касаний на террасе. Это была чистая, необузданная химия омегаверсии, помноженная на месяцы интеллектуального противостояния. ​Феликс вцепился в плечи Хёнджина, чувствуя под пальцами жесткую ткань его футболки и перекаты мышц. Хёнджин же, казалось, пытался вдохнуть его целиком, его руки собственнически легли на талию омеги, прижимая того к дереву двери так плотно, что Феликс чувствовал каждое движение его тела. ​Переломный момент: За закрытыми дверями ​Они переместились в спальню почти вслепую. Хёнджин не отрывался от его губ, словно боялся, что если он сделает паузу, Феликс снова воздвигнет свои зеркальные стены. Но Феликс не собирался отступать. Его пальцы нырнули под край футболки Хвана, касаясь горячей кожи, и он почувствовал, как альфа прерывисто выдохнул ему в губы. ​— Ликс... — голос Хёнджина был похож на рокот далекого грома. — Ты уверен? Я не хочу, чтобы завтра ты проснулся с мыслью, что я воспользовался моментом. ​Феликс отстранился всего на пару сантиметров. Его глаза, лишенные очков, блестели в полумраке, как два темных омута. В них не было страха или сомнения — только вызов. ​— Хёнджин, я никогда не делаю того, чего не хочу, — Феликс медленно, не сводя взгляда с альфы, начал расстегивать пуговицы своей рубашки. — И если ты думаешь, что можешь «воспользоваться» мной, значит, ты всё еще меня плохо знаешь. Мы здесь на равных. Помнишь? ​Хёнджин сглотнул. Эта непоколебимая уверенность Феликса даже в такой уязвимый момент восхищала его больше всего. Он сорвал с себя футболку, отбрасывая её куда-то в темноту, и снова притянул Феликса к себе. ​Запах горького шоколада и ледяной хвои заполнил комнату, смешиваясь с нежным ароматом вишни, который теперь исходил от кожи Феликса особенно интенсивно. Это был аромат истинности в её высшей точке. ​Чувства: Падение и взлет ​Всё, что происходило дальше, было лишено спешки. Это было похоже на сложный танец, где каждое движение выверено и наполнено смыслом. Хёнджин касался его так, словно изучал самую ценную карту в своей жизни, а Феликс отвечал с той же страстью, доказывая, что омега может быть ведущим даже в постели. ​Когда их тела наконец сплелись в едином ритме, Феликс запрокинул голову, впиваясь ногтями в спину Хвана. Это была не просто физическая близость — это было окончательное признание связи. Барьеры рушились, и на их месте вырастало нечто неразрушимое. ​— Мой... — прошептал Хёнджин, прижимаясь лбом к плечу Феликса. ​— Твой партнер, — выдохнул Феликс, и в этом уточнении была вся его суть. Он не был «парой альфы», он был его продолжением, его равноценной частью. ​Повседневность: Утро нового мира ​Солнце медленно заливало спальню золотистым светом. Феликс проснулся от того, что кто-то осторожно убирал волосы с его лица. Он открыл глаза и увидел Хёнджина. Альфа лежал на боку, подперев голову рукой, и просто смотрел на него. В этом взгляде было столько неприкрытого обожания, что Феликс на мгновение смутился. ​— Доброе утро, — голос Хёнджина был мягким. ​— Доброе, — Феликс потянулся под одеялом, чувствуя приятную ломоту во всем теле. — Который час? ​— Десять. Минхо и Джисон уже внизу, судя по звукам, они пытаются приготовить блины и, кажется, опять спорят о кодировке. ​Феликс рассмеялся, садясь в кровати и натягивая на плечи простыню. — Нам нужно спуститься, пока они не разнесли твою кухню. ​— Подожди, — Хёнджин перехватил его руку и надел на него очки, которые вчера аккуратно положил на тумбочку. — Вот теперь ты снова готов захватывать мир. ​Дружба: Завтрак чемпионов ​Когда они спустились, сцена на кухне действительно была эпичной. Джисон в огромном фартуке с надписью «Kiss the Cook» пытался перевернуть блин в воздухе, а Минхо скрестил руки на груди, с видом эксперта комментируя его траекторию. ​— Ты слишком рано его подбрасываешь, Хани. Центр тяжести смещен. — Заткнись, Минхо! Это авторский метод! ​Увидев вошедших Феликса и Хёнджина, пара мгновенно замолчала. Джисон внимательно оглядел друга, заметил едва видный след на его шее и хитро прищурился. — Вижу, «выездная конференция» прошла успешно? ​Феликс, ничуть не смутившись, подошел к столу и взял уже готовый блин. — Вполне. Мы обсудили долгосрочные инвестиции. ​Минхо хмыкнул, обмениваясь понимающим взглядом с Хёнджином. Между альфами больше не было напряжения — только молчаливое мужское соглашение. ​— Слушайте, — Джисон посерьезнел, отставляя сковородку. — Пока вы «инвестировали», мне пришло уведомление. Французы подтвердили дату визита. Они прилетают через три дня. И они хотят увидеть нашу мануфактуру в действии. ​Феликс кивнул, его взгляд мгновенно стал деловым. — Хорошо. Чан и Сынмин уже там. Мы вернемся сегодня вечером. Хёнджин, нам нужно подготовить пресс-релиз о нашем слиянии до их прилета. Мы должны ударить первыми, чтобы у конкурентов не было шанса вбросить дезинформацию. ​Хёнджин подошел к Феликсу со спины и обнял его за талию, положив подбородок на плечо. — Мы сделаем это вместе. Но сначала — доешь свой завтрак. Это приказ генерального директора. ​— Я не подчиняюсь приказам, Хван, — улыбнулся Феликс, откусывая блин. — Я только принимаю во внимание конструктивные предложения.