Вне иерархии: Игра на понижение

​Город за окнами ресторана «Aura» казался нереальным, словно нарисованным на холсте. После недель безумного бега, запаха гари и привкуса металлической тревоги, тихий звон хрусталя и приглушенный джаз воспринимались как нечто инопланетное. ​Хёнджин забронировал весь верхний этаж. Сегодня здесь не было прессы, не было акционеров и даже Бан Чан с Сынмином предпочли уехать в свой тихий пригород. За столом сидели только четверо. ​Повседневность: Вкус триумфа ​Феликс чувствовал, как напряжение, державшее его позвоночник стальным стержнем, медленно отпускает. Он сменил строгий серый костюм на мягкий черный шелковый джемпер, который делал его взгляд менее колючим, но не менее глубоким. ​— Ликс, ты понимаешь, что завтра твой «тест с водой» будет на первых полосах всех бизнес-изданий? — Джисон с аппетитом уплетал десерт, полностью расслабленный под боком у Минхо. — Тебя уже прозвали «Железным Ли». ​— Главное, чтобы они не забывали, что эта вода была чистой благодаря твоим алгоритмам мониторинга и фильтрам Сынмина, — Феликс пригубил вино, бросив взгляд на Хёнджина. ​Альфа весь вечер не сводил с него глаз. В его взгляде больше не было охотничьего азарта — только глубокое, спокойное признание. Хёнджин накрыл руку Феликса своей под столом, переплетая их пальцы. ​— Знаешь, — негромко сказал Хёнджин, обращаясь ко всем. — Я долго думал, что «H&M Global» — это вершина. Что мне больше некуда расти. Но глядя на то, как вы двое, — он кивнул на Феликса и Джисона, — перевернули правила игры, я понял: мы только в самом начале. ​— Кстати о начале, — Минхо отставил бокал и посмотрел на Джисона. — Хани, я проверил логи Пака еще раз. Его связи в Европе глубже, чем мы думали. Но сейчас не об этом. Я официально подаю в отставку с поста главы СБ «H&M». ​Джисон поперхнулся: — Чего?! Ты уходишь? Куда? ​— В «Химеру», — Минхо коротко улыбнулся. — Если Феликс не против. Мне надоело охранять скучные коридоры Хвана. Я хочу работать там, где создают будущее. И где мой главный хакер всегда под присмотром. ​Джисон просиял так, что, казалось, в ресторане стало светлее. Феликс же лишь кивнул: — Твоё резюме одобрено, Минхо-ши. Испытательный срок — вечность. ​Чувства: Право на тишину ​Позже, когда ужин подошел к концу, Минхо и Джисон решили прогуляться по ночному набережной, оставив Феликса и Хёнджина одних. ​Они стояли на открытой террасе. Ветер трепал волосы Феликса, и Хёнджин подошел сзади, обнимая его за талию и утыкаясь носом в шею. Запах вишни теперь был спокойным, сладким, без примеси горечи. ​— Ты счастлив? — прошептал Хёнджин. ​Феликс прислонился спиной к его груди, закрывая глаза. — Я чувствую себя... на своем месте. Впервые за долгое время мне не нужно оборачиваться, чтобы проверить, не летит ли мне нож в спину. ​— Теперь за твоей спиной стою я, — Хёнджин развернул его к себе, нежно снимая очки с его лица и убирая их в карман. — Ликс, контракт с Дюраном — это большая победа. Но моя личная победа — это то, что ты позволил мне быть рядом. ​Он коснулся губами лба Феликса, затем кончика носа. Феликс выдохнул, его пальцы запутались в длинных волосах Хёнджина. В этом жесте больше не было борьбы за лидерство — только принятие. ​— Я всё еще буду невыносимым партнером по бизнесу, — прошептал Феликс в самые губы альфы. ​— Я на это очень надеюсь, — ответил Хёнджин, прежде чем накрыть его губы своими в долгом, глубоком поцелуе. ​Переход: Новые горизонты ​Они вернулись в лофт вместе. В квартире было тихо и уютно. Джисон еще не вернулся — видимо, Минхо решил серьезно обсудить его «трудоустройство». ​Феликс зашел на кухню, чтобы налить воды, но Хёнджин остановил его, мягко прижав к столешнице. Свет в коридоре был приглушен, создавая интимную, густую атмосферу. ​— Мы обещали друг другу отпуск, — напомнил Хёнджин, его руки скользнули под джемпер Феликса, касаясь горячей кожи. — Никаких звонков. Никаких отчетов. Только ты, я и океан. У меня есть небольшой остров на юге... ​— Звучит как план, — Феликс закинул руки на плечи альфы, притягивая его ближе. — Но при одном условии. ​— Каком? — Хёнджин прикусил мочку его уха, вызывая у Феликса тихий стон. ​— На этом острове мы не будем «господином Хваном» и «директором Ли». Только Хёнджин и Феликс. ​— Идет, — выдохнул Хёнджин. ​В эту ночь в лофте не было места для стратегий и графиков. Была только истинность, доведенная до совершенства. Они познавали друг друга заново — не как игроки на шахматной доске, а как две части одного целого, которые наконец-то нашли свой ритм.