По повелению Отдела Благополучия

Они влетели в следующую комнату, словно за ними гналась хвосторогая. На несколько секунд Гермионе показалось, что она ослепла. Настолько темно было в этом помещении, что после теплого света «гостиной» глазам потребовалось время для адаптации. Она все еще чувствовала, как прохладная ладонь Драко сжимала ее пальцы, а ее волосы колыхались от его близкого дыхания. Зрение смогло сфокусироваться, и перед ее взором появилась абсолютно темная небольшая комната. На черной плитке пола с золотыми прожилками медленно переливались их тени. В центре комнаты — невысокий каменный постамент с белой шарообразной сферой. За постаментом виднелась дверь на выход. Бросив взгляд на Драко, она заметила, что все это время он смотрел только на нее, а на скулах поигрывали тени, словно он двигал желваками в раздумьях. Она не знала, что сказать. Только пыталась отдышаться и успокоить магию рун, которая эхом продолжала отдавать где-то в висках. Ноги уже устали от напряжения, а голова раскалывалась от постоянной подпитки магии и стресса. Малфой тоже не решался нарушить молчание, только продолжал держать ее за руку и выжидать. Послышался знакомый шорох, и перед ними появилась инструкция: «Вы можете выйти прямо сейчас, Но также, можете заглянуть в предполагаемое будущее И узнать, к чему в идеальном сценарии может привести ваше сотрудничество» Драко тихо фыркнул, но звук отскочил от стен и оглушающе отозвался в ее голове. Гермиона размяла шею, переступила с ноги на ногу, звонко цокая каблуками и тихо обратилась к напарнику: — Я так устала, что уже не хочу идти ни на какой бал. Давай быстрее покончим с этим. — Тебе еще не надоел этот театр? Мы можем просто выйти отсюда, — устало отозвался он в ответ. — И не узнать, что еще они могли придумать? — насмешливо протянула Гермиона. — Я бы и сам мог тебе рассказать, к чему может привести наше сотрудничество, — краем глаза, она заметила пристальный взгляд Драко, которым он прожигал ее щеку. До нее не сразу дошло, что он имеет ввиду. Но как только уставший мозг сложил слова в предложения и отыскал смысл, ее лицо мгновенно вспыхнуло, а в животе предательски стянулся узел. — Не понимаю о чем ты, Малфой, — цокнула Грейнджер и, отпустив его руку, направилась в сторону сферы. Молча и беспрекословно он последовал за ней. Чем ближе они подходили, тем отчетливей становилось видно, что внутри шара плавают золотистые нити, которые то вспыхивали, то гасли. И чем ближе Гермиона с Драко были к шару, тем быстрее и активнее двигались нити. По логике предсказаний, насколько бы абсурдно это не звучало, им нужно прикоснуться к шару раскрытыми ладонями и с чистыми намерениями. Они встали по обе стороны, внимательно вглядываясь друг в друга. Гермиона заметила, как глубоко он вдыхает и как медленно выпускает воздух сквозь едва приоткрытые губы. Затем, не оставив себе времени на раздумья, Малфой быстро прикоснулся к магической сфере. И Гермиона последовала за ним. Ее заволокло темной густой дымкой, вихрь событий проносился перед глазами, а время словно ускользало сквозь пальцы. Грейнджер пыталась зацепиться хоть за что-то, но магия была взбудоражена. Она металась вокруг девушки, оплетала ее руки, ноги, проникала сквозь нее, а затем снова отталкивалась, будто не принимая. Что-то идет не так. Была последней мысль, перед тем как Гермиона оказалась в баре. И смотрела на себя издалека. Сначала она подумала, что бредит. Или что магия каким-то образом считала ее воспоминания, о которых она думала совсем недавно, но затем Грейнджер почувствовала эмоции. Удивление, интерес, насмешка. Но это точно были не ее эмоции в тот вечер. Осознание прошибло словно током. Она была в его воспоминаниях. Но как вообще она здесь оказалась, если по инструкции сфера должна была показать предполагаемое будущее? Внезапно перед глазами показалась белая макушка. Она наблюдала, как Драко встает из-за своего столика и идет в направлении той Гермионы. Грейнджер смотрит, как он отгоняет подвыпившего мужчину, который пытался угостить ту девушку выпивкой. Словно снежная лавина, эмоции захлестнули Гермиону, и она, словно завороженная, в панике воспроизводила точную картину всех тех событий. Вот они сидят рядом, долгое время молчат. Потом Гермиона начинает говорить. Драко время от времени поворачивает к ней голову, и она чувствует то, что юноша испытывал в тот момент. Если сначала это была ироническая насмешка, то теперь это чистый интерес. Он задумывается, почему ее голос звучит так мелодично и красиво, что он даже не может до конца уловить суть ее слов. Малфой обращает внимание на растрепанные волосы, которые выбились из хвоста, и думает, всегда ли они были такого приятного, теплого оттенка. Грейнджер решается подойти ближе в тот момент, когда их две молодые версии взяли бутылку с виски и направились к выходу из бара. Она последовала за ними. И снова эта ночь. Но уже настолько ярко, настолько чувственно, что она словно переживает это заново. Гермиона уже почти утонула в эмоциях, которые переплелись между собой так, что было не отделить, где ее чувства, а где — Драко из прошлого. На мгновение она задумалась, что же видит сейчас он. И они смеются, разговаривают, передают друг другу бутылку и пьют прямо из горла. Гермиона решается подойти ближе и выхватить побольше их диалогов. — Не-ет, Малфой! Никогда не поверю, что на спор ты поцеловал Забини! — юная Гермиона уже захлебывалась смехом. — Клянусь, Грейнджер, если ты кому-то это расскажешь, я дам интервью в Пророк о том, как ты дралась с бомжом за бытылку виски! — щеки молодого Драко уже раскраснелись и он пытался восстановить дыхание от смеха. В груди тоскливо защемило. Она помнила эти моменты. Уже не так хорошо, как раньше, но они теплой грустью лежали где-то на глубине сознания. Он был таким потрясающим в ту ночь. Тогда Гермиона даже не задумывалась о том, что он Драко Малфой, а она Гермиона Грейнджер. Они были просто двумя уставшими молодыми людьми, которые смогли найти друг в друге мимолетное убежище. И они наслаждались этим. Она не знает, как долго бродила вместе с парой по улицам ночного Лондона, когда осознала, что находится на крыльце дома. Это был небольшой таун-хаус, который она снимала несколько лет после войны, до того, как все-таки решилась вернуться в старый родительский дом. И только сейчас до нее дошло, что, возможно, всего лишь возможно, Драко не пришел больше к ней, потому что она переехала через неделю после этой ночи. Он просто не знал, где ее искать. Грейнджер сделала несколько шагов вперед на негнущихся ногах. Она подошла совсем близко и следила за тем, как Драко гладит Гермиону по щеке и накручивает ее кудряшку на палец. Они молчат и немного пошатываются, из-за чего, он иногда придерживает ее за талию другой рукой. — Грейнджер, это была лучшая ночь за долгое, очень долгое время, — тихо прошептал он. Гермиона этого не помнила. — Да, Малфой, у меня тоже, — Гермиона из прошлого мягко провела ладонью по его пальто и закусила губу. — Прости меня… — Ты уже извинялся, давай оставим это в прошлом, — захихикала она в ответ. Но Драко оставался серьезным, он смотрел прямо ей в глаза. Грейнджер показалось, что начался дождь, хотя она не помнит этого. Подняв руку к лицу и проведя ей по щеке, она увидела на пальцах несколько капель слез. Тоска ужасно сильно сжала грудную клетку, что невозможно было сделать вдох. — Ты придешь туда в субботу? В тот же бар? О нет, нет, нет. Это не может быть правдой. Грейнджер зажала рот рукой, пытаясь подавить всхлипывания. Молодой Драко смотрел на ее юную версию с такой теплотой и надеждой, что ее сердце буквально разрывалось в клочья. Она наблюдала, как Гермиона кивает и улыбается, как Драко наклоняется и нежно целует ее в висок. Перед глазами стояла пелена обидных слез. Она злилась на себя, на Малфоя, на слишком большое количество алкоголя, которое она тогда влила в себя. Грейнджер хотелось накричать на Драко, обвинить его, что он не пришел к ней, не напомнил. Но она также отчетливо помнила свой обжигающий стыд, который она испытала, стоило лишь частично вспомнить что она натворила. Так что, Гермиона могла представить, как тяжело было бы Малфою прийти к ней. Картинка перед глазами закрутилась и воспоминания мельком начали останавливаться перед ней, буквально секундными картинками. Малфой приходит в тот бар, ждет и разочаровано уходит. Приходит снова, но ее нет. Он обижен, зол, ненависть затапливает его душу. Он видит ее в Министерстве, как она флиртует с каким-то новичком, и от злости сжимает челюсти. Малфой видит ее в Пророке, в Ведьмополитене — слухи о ее существующих и несуществующих романах. Он сдается, просто наблюдает. Делает пожертвования на Благотворительных вечерах, на которых она выступает. Вносит большие суммы в Фонды, в которых она становится со-учредителем. Он радуется, что у нее что-то получается, он поддерживает ее, даже на расстоянии. Драко Малфой решает, что ему не место в ее жизни. Ее резко выкидывает из омута, она хватается за постамент и пытается отдышаться. Ноги подгибаются, и Гермиона с трудом удерживает себя в вертикальном положении. До ушей доносится рваное дыхание, и она не понимает чье оно, потому что глаза затянула пелена слез, а мозг еще не восстановился после воспоминаний. Но она слышит, как пронзительно раздаются напряженные шаги Драко и как все дальше он отдаляется от нее. Гермиона вскидывает голову и последнее, что она видит — как Малфой бешено раскрывает двери и вылетает из комнаты.

***

Она даже не осознала, как выбежала за дверь. Рука с рунами неистово горела, а в груди словно осел огромный камень. Распущенные кудри неприятно липли к шее, а глаза щипало после пролитых слез. Гермиона хаотично осматривала зал — она оказалась в бальной комнате, откуда они с Драко уходили в самом начале. Бросив взгляд на большие настенные часы, она в удивлении раскрыла рот — 20:30. Прошел всего лишь час, но она точно осознавала, что на все испытания они потратили не меньше двух часов. Только в третьей комнате они просидели около часа, пока помещение не выгнало их магией. Грейнджер осмотрела метки, они так и не приняли финальный вид, руна Наутиз все так же была ярче, чем Гебо, но не настолько, как в самом начале. Учитывая, что последние два испытания прошли не очень гладко, это даже не удивительно. Какие к черту руны, Гермиона? Снова подняв взгляд на зал, она так и не смогла отыскать белую макушку. — Гермиона! — знакомый голос вырвал ее из мыслей. — Рон? Ты уже закончил с испытаниями? — она облизала засохшие губы и перевела взгляд на друга. — Да, я был в паре с Гвен Джонс, — Рон закатывает глаза. — Она такая зануда. Видимо, Министерство решило, что мы будем отличными партнерами на заданиях. Но она просто гоняла меня как собаку, — его голубые глаза комично расширились от возмущения. — Словно мы не комплименты друг другу говорим, а ловим бедных преступников. — Ох, бедный Рональд, — прыснула Гермиона. — Главное, что ты остался жив. — Это точно! Ну, когда нам нужно было решить загадки с игральными картами, мы просто сидели и пили огневиски, пока эти карты сами как-то не разгадаются, — махнул он рукой и загоготал. — Даже не удивлена… — пробурчала в ответ Грейнджер. — А что с твоей прической? Выглядишь неважно, — пристально начал осматривать ее Уизли. — Этот хорек тебя обидел? Вы провалили задания? Хорек. — Нет, Рон, все в порядке. Прости, мне нужно найти Драко, — она легонько дотронулась до руки друга, и направилась к выходу из зала. — Драаако? — ошарашено протянул Рон, оглядываясь на подругу. Гермиона тем временем потянула на себя тяжелую дверь и выскочила из зала. Оглядевшись по сторонам, в отдалении рядом с коридором, который вел к рабочим кабинетам, она заметила знакомую фигуру. Малфой о чем-то агрессивно разговаривал с Забини, но рядом был еще кто-то. Подойдя ближе, Гермиона узнала Теодора Нотта, который явно был максимально раздражен. Это была самая его раздраженная версия, которую она видела за все эти годы знакомства. Учитывая, что Нотт работал в Отделе Тайн, у нее была масса неудобных вопросов к нему. А судя по тому, как Драко тыкал в него пальцем — Теодору уже досталось по самые гланды. Хихикнув собственным мыслям, Грейнджер направилась твердым шагом к своему соулмейту. Звонко цокая по мраморному полу, она быстро привлекла к себе внимание парней. И если Нотт просто раздраженно закатил глаза, то цвет лица Малфоя за несколько секунд отобразил все оттенки радуги, начиная с дальтонических цветов. Но она резко затормозила, когда молодая девушка со светло-каштановыми волосами и в бледно-голубом платье нежно обвила предплечье Драко и что-то ему сказала. Не то, чтобы он обратил на нее хоть кроху внимания — его взгляд сверлил Гермиону. Он то поджимал губы в раздражении, то передергивал плечами, но не отрывал своих холодных глаз от ее лица. Руны продолжали жечь кожу, кажется, их испытания так и не завершились, хотя должны были, учитывая, что они покинули последнюю комнату. Судя по всему, размышляла Грейнджер, магия ненастоящих соулмейтов сыграла с ними не по правилам. Возможно, хотя это только ее предположения, на эту шуточную магию наложились их нешуточные чувства, которые создали полный диссонанс в магических настройках Отдела Тайн. Проведя по предплечью несколько раз, Гермиона тихо выдохнула и, развернувшись на каблуках, прошмыгнула в коридор, а оттуда направилась к своему кабинету. Ей точно уже было не до бала, и она была на сто процентов уверена, что друзья не оставят ее в покое, пока не добьются всех ответов. Открыв дверь, она прошептала заклинание и зажгла свет в лампе на столе. В кабинете стояла долгожданная тишина. Окинув взглядом помещение, в глаза бросились огромные стопки папок и документов, которые Гермиона не успела разобрать за неделю. У стены справа, небольшой стеллаж, где хранились личные книги, какие-то безделушки и несколько бутылок с выпивкой. Гермиона не была алкоголиком, но иногда она так сильно засиживалась на работе, а мозг уже отказывался обрабатывать информацию, что она прибегала к помощи нескольких бокалов вина или даже огневиски. Взяв бутылку белого сухого, кажется, французского, она призвала палочкой бокал и села на небольшой диванчик, который стоял напротив — у левой стены, чуть повернутый к ее рабочему столу, который располагался перед магическим окном. Сделав пару глотков вина, Гермиона поставила бокал на небольшой круглый столик у дивана и почувствовала, как потихоньку начинает расслабляться тело и успокаиваются руны. Теперь перейдем к анализу. Что мы имеем? Я здорово облажалась, не только 3 года назад, но и сегодня. Возможно, я должна была повести себя сегодня иначе. Но как? Что я должна была сказать ему? Как-то оправдаться? Что он видел в воспоминаниях, если я видела такие подробности его переживаний? Грейнджер буквально замутило и она согнулась пополам. Не могла же эта гребанная сфера показать ему, как она забывалась в мужчинах? Как смотрела на них и каждый раз думала: Не то. Это все не то. Они не такие как он. Трясущими руками она снова схватила бокал и сделала жадный глоток, вытерев рот рукавом. Первые полгода ей действительно было дерьмово. Она буквально умирала от стыда и ненависти к себе. Все ее мысли крутились только возле того, что: Я почти поцеловала Драко Малфоя. Я хотела поцеловать Драко Малфоя. Я хотела, чтобы он вошел в мой дом и трахнул прямо на ковре. Но она не могла хотеть Драко Малфоя, чистокровного наглого засранца. Кого угодно, только не его. Опустошив бокал, она налила еще. Грейнджер отрицала любые чувства и эмоции, которые у нее вызвал тогда Малфой. Он был пьян, расстроен, она тоже. Гермиона Грейнджер все еще грязнокровная заучка для Драко Малфоя, и она была уверена, что то, что он шептал ей тогда на ухо, было что-то вроде: Давай забудем про эту ночь. Скажешь кому-то, и я прокляну тебя. С разочарованным и уставшим стоном, она закинула ноги на подлокотник дивана, а голову опустила на сиденье. Рука с бокалом свисала на уровне пола. — Лучше бы так все и было… — прошептала в пустоту она. Прислушиваясь к тикающим настольным часам, Гермиона продолжила мозговой штурм, размеренно покачивая бокалом вина. Связывающее заклинание Отдела Тайн точно дало резонанс, потому что натолкнулось на уже существующую связь. Оно было нацелено на сглаживание углов между двумя почти или совсем незнакомыми людьми, у которых не было определенной истории, но у них с Драко все оказалось сложнее. Сфера должна была проиграть какой-то исход будущего партнерства, но тогда почему она дала сбой на нас? Была ли это проблема только с нашей парой? Магия последнего испытания тоже срезонировала на эмоциях и считала наши намерения? Мы оба думали только о той ситуации, и она показала нам истину. Это звучит логично, но так ли оно было на самом деле? Имеет ли Малфой какое-либо отношение к этим испытаниям? Нет, он точно выглядел взбешенным не меньше меня. — Мерли-ин, — протянула Грейнджер и потерла виски свободной рукой, снова опустошив бокал. Взмахнув палочкой, она обновила напиток и закрыла глаза. Ситуация становилась отвратительной. Она даже не понимала, хотела ли бы она что-то исправить. Нужно ли это Драко, а самое главное, нужно ли это было ей самой. Прошло не мало времени, это была всего лишь одна ночь, которая оставила на них обоих заметный отпечаток. Они оба это пережили и двигаются дальше. Был ли какой-то смысл ворошить прошлое? — Как Малфой вообще допустил это все? — тихий вопрос повис в воздухе тяжелым камнем. — Почему он так легко позволил своим чувствам появиться ко мне? Как такое вообще возможно? Гермиона медленно села на диван и с напряженным вздохом опустила голову в раскрытые ладони. Все звучало до невозможности абсурдно. Скажи кому-то такое, он покрутит у виска и заклеймит ее законченной идиоткой. Но время утеряно, он собирается женится. Она читала ту статью раза четыре, пока не сожгла газету от раздражения. Журналистка в красках описывала, какую прекрасную пару составляет Астория Гринграсс завидному холостяку Драко Малфою, который почему-то очень сильно затянул с поиском невесты, ведь чистокровные наследники стараются как можно быстрее заключить выгодные, идеальные браки. Хотя в той статье было также предположение, что все их поколение, которое пережило войну, стараются наслаждаться жизнью и не торопятся создавать семьи. Даже из Золотого Трио в брак вступил только великий и всеми обожаемый Гарри Поттер, и то только в прошлом году. Из раздумий ее выдернул внезапно протянувшийся сквозняк. Она быстро вскинула голову, обратив внимание на дверь, которая слегка приоткрылась, и в полумраке показалась темная фигура. Первой мыслью было то, что Гарри отправился ее искать. Но он не был таким высоким, а его волосы не отсвечивали белизной в теплом свете настольной лампы. — Миленько, — протянул он с ленцой, осматривая кабинет Гермионы. — В твоем стиле. Малфой медленно передвигался по кабинету, держась от нее на небольшой дистанции. Взяв с полки миниатюрную фигурку «Грейнджер», которую ребята подарили ей на день рождения в качестве шутки, Драко тихо гоготнул и бросил на девушку насмешливый взгляд. — Зачем ты здесь, Малфой? — она неуютно поежилась и обняла себя руками, оставаясь сидеть на диване и неотрывно следила за ним. — Результаты этого цирка уже объявили, нам нужно подойти к Лавгуд, чтобы она сняла с нас эти метки, — он поднял руку и слегка ей потряс. — Оу, хорошо, конечно. Встав с дивана, Гермиона несколько раз провела руками по платью, приводя его в порядок и незаметно стирая выступивший пот на ладонях. Смотреть на Малфоя больше не хотелось. Только быстрее избавиться от этого клейма и спрятаться в своей постели на все выходные. Прочистив горло, она направилась к двери, но почувствовала мягкую хватку на своем запястье. Обернувшись, она заметила, что Драко не сдвинулся с места, его взгляд был опущен вниз, в область их соприкосновения, а грудная клетка двигалась в ускоренном темпе. Взглядом проследив, как нервно двигается его кадык, когда Малфой с усилием пытается сглотнуть, Гермиона снова ощутила жгучую пульсацию рун. — Давай поговорим перед этим, Гермиона, — его надрывная, но тихая просьба будто перевернула весь ее мир с ног на голову. Медленно потянув ее за руку на себя, Драко поднял взгляд и хаотично забегал им по ее лицу, словно ожидая сопротивления. Но Гермиона уже давно сдалась перед ним. Очевидно, и перед собой тоже. Поэтому она смело сделала несколько шагов ему навстречу, оставив совсем небольшое пространство между ними. Она медленно подняла голову, смотря прямо в его бездонные бледно-голубые глаза, всем существом ощущая его немое отчаяние и преданность. — Да, я думаю нам все же стоит это сделать, — отозвалась Гермиона, нервно прикусывая губу. — Я не знаю, что ты видела там, но это все… — отпустив ее руку, он зачесал, упавшие на лоб волосы, назад. — А что там видел ты, Малфой? — паническим полушепотом спросила Гермиона. Она все еще отчаянно пыталась поймать его взгляд, которого избегал Драко, смотрят в пол, на стены, куда угодно. Но только не на нее. — Много чего. Но это не важно, или, — он глубоко вздохнул и откинул голову назад, сверля потолок. — Нет, это важно. Конечно, важно… Она продолжала слушать его сбившееся дыхание, заламывая пальцы, боясь услышать его ответ. — Понимаю, что ты забыла последние фрагменты нашей встречи, но… — Драко все также боялся вернуть на нее взгляд. — Почему ты не пришла? Куда делась твоя храбрость? Почему ты не спросила у меня, Грейнджер? Последние слова он произнес с таким надрывом, что Гермиона почувствовала, как разбилось ее сердце. В груди стало так больно и пусто, что хотелось залезть туда руками и вырвать то, что уничтожало ее изнутри. Губы уже тряслись от обиды, от злости на саму себя. Гермиона осознавала, что не знает что ему ответить. Нет, она знала, но не хотела озвучивать это ему в лицо. Как она может ему сказать, что ей было стыдно? Стыдно быть с Драко Малфоем. Он же видел это. Гермиона уверена, что он видел тот вечер, когда она собиралась на работу со стойким решением подойти к нему и поговорить, но после, вечером — рыдала на полу в гостиной, сложившись пополам. Она не смогла. — Прости. Прости меня. Мне так жаль, Драко, — потянув его за рукав пиджака, Гермиона все же добилась того, чтобы он посмотрел на нее. Такие пустые и разочарованные глаза у Малфоя, Грейнджер не видела очень давно. Возможно, последний раз это было во время Битвы за Хогвартс. Но до того их совместного вечера, она никогда не смотрела на него по-настоящему. А после — не могла смотреть иначе. — Мы потеряли столько времени, Грейнджер, — усмехнувшись, он покачал головой. — Ты прав. Я… я очень сильно ошиблась. Мне так жаль, я просто… — Хорошо. — Что? — она неверяще уставилась на него, ожидая что это шутка. — Все в порядке, Гермиона. Это ведь ты, — Драко неопределенно махнул рукой и криво усмехнулся. — С тобой и не должно было быть легко, верно? Малфой сделал еще шаг ближе к ней, и она снова почувствовала знакомый мятный запах его дыхания. Только теперь отчетливо прослеживались нотки огневиски. Он рассматривал ее всю, жадно поглощал каждую черту ее лица, спускался глазами ниже, словно видел ее насквозь. Гермиона ощущала его блуждающий взгляд сквозь тонкую ткань платья. Все тело горело от нервов, возбуждения, желания. Он был другим. Малфой всегда был другим. Отличался от обычных мужчин. Если он что-то хотел, то брал это. Забирал себе и даже не спрашивал. Даже если это занимало не мало времени. — Почему, Драко? Как вышло, что ты так просто принял меня? — Просто? — хохотнул он в ответ и покачал головой. — Это не было так просто, Грейнджер. Я прошел через гребанные 7 кругов Ада Данте, пока пытался уложить в голове хоть одну мысль о том, что я желаю такую как ты. Тихо хмыкнув, Гермиона кивнула, осознавая, что этой фразой он не хотел ее обидеть, а только обозначал огромную пропасть между ними. — Я думал и думал, и снова думал. Пытался осознать реальность того вечера, твою реальность. Но только натыкался на очередные стены и предрассудки, которые, как я предполагал, были стерты временем, — Драко отпустил ее запястье и мягко прокрутил пружинистый локон, словно проверяя его текстуру. — И казалось, что все это бесполезно, пока я просто не принял, что проиграл. — Проиграл в чем? — Грейнджер с жадность рассматривала каждую черточку его лица, чтобы отпечатать его в своей памяти на случай, если они больше никогда не будут стоять на близко. — Скорее кому. Тебе. Он прошептал это настолько тихо, что Гермиона могла поклясться, она бы не расслышала ответ, если бы не задержала дыхание. Потому что сердце громыхало уже где-то в горле, а в ушах стоял такой звон, словно в голове несется Хогвартс-Экспресс. Невозможно было проследить эту нить, и понять, кто потянулся первым, но Гермиона не успела до конца моргнуть, когда ощутила его прохладные губы на своих. Крепко схватившись за его пиджак правой рукой, а левой потянувшись к его шее, она сделала отчаянный шаг вперед, прижавшись к нему всем телом. Предплечье уже почти онемело, настолько руны сходили с ума от пронизывающей их магии и вихрем чувств, которые проходили сквозь Гермиону. Драко целовал медленно, каждые несколько секунд отстраняясь, позволяя горячему дыханию обволакивать ее влажные губы. Но ей катастрофически нужно было больше. Ощущая его длинные пальцы, запутанные в ее кудрях, Грейнджер не сдержала порывистый стон, который вибрацией раздался по их телам. Движения его губ стали грубее, а вторая рука больно сжала ее талию. Но это была не та боль, от которой хотелось убежать, скорее наоборот, она манила к себе сладкими обещаниями. Своими пальцами Гермиона зарылась в его мягкие волосы, который были чуть короче на затылке, и шире открыла рот, когда почувствовала напор его языка. Поцелуй больше не казался нежным, он был жадным, жаждущим, требующим. Драко требовал больше, он сжал сильнее ее волосы и притянул еще ближе к себе, хотя казалось, что больше некуда. Его тело пылало сквозь плотный костюм и тонкую ткань ее платья, что Гермиона ощущала будораживающее возбуждение, которое пружиной затягивалось в ее животе. Последовав за Драко, когда он начал делать медленные шаги назад, она оторвалась от его губ с влажным звуком и сбитым напрочь дыханием. Он продолжал тянуть ее за собой до того момента, когда они оказались возле рабочего стола. Резко развернув Гермиону, он усадил ее на стол, попутно смахивая мешающие папки с документами, пока Грейнджер отчаянно вцепилась в его бабочку. За упавшей в ноги бабочкой, последовал его пиджак, затем жилет. На удивление ловко у нее получалось расстегивать его рубашку дрожащими руками, ощущая на шее влажные губы Малфоя, который в этот момент уже раздвигал ее ноги, устраивавшись между ними. Горячие ладони Драко нежно, но по-собственнически прошлись по гладкой коже ее ног, задирая платье выше. Между ними только прерывистое дыхание и влажные звуки поцелуев. Гермиона слегка зацепилась ногтями за его бледную кожу на груди, когда он слегка прикусил мочку ее уха. Она чувствовала как застежка на спине медленно поползла вниз, а затем длинные пальцы Малфоя обжигающее прошлись по ее оголенным лопаткам. — Драко… — на секунду в ней проснулся трезвый разум. — Драко, что мы делаем? Хриплым голосом она пыталась достучаться до него, но Малфой уже спускал ее платье с плеч, прочерчивая поцелуями дорожку по открывшейся коже. Шокированными глазами она пыталась оценить обстановку, но проигрывала каждый раз, когда Драко возвращался к ее губам. Он закинул одну ее ногу себе на талию, и резко придвинул ближе к себе. Металическая пряжка ремня неприятно холодила кожу бедра, и Малфой начал расстегивать ее когда заметил, как Гермиона поморщилась и слегка отстранилась. — Грейнджер, пожалуйста, просто отключи свой маленький компьютер, — прохрипел он ее в ухо, чем только вызвал табун мурашек по всему телу. — Откуда ты знаешь про компьютер… — сбившимся дыханием удивилась она. — Я чистокровный, а не умственно-отсталый, — пробурчал Драко в ответ, еще выше поднимая ее платье. — Но ты помолвлен! Мы не можем так поступить, — закатывая глаза от удовольствия, Грейнджер пыталась отыскать крупицы своей совести. Сжав обе ее щеки пальцами, Малфой повернул ее голову так, чтобы она смотрела прямо ему в глаза. Тень от лампы завораживающее очерчивала его острые скулы, а красные искусанные губы сверкали от головокружительных поцелуев, что Гермиона не смогла сдержать свое тело и потянулась к его губам. Но Драко лишь сильнее сжал ее щеки, не давай сдвинуться с места. — Я скажу это только один раз, Грейнджер, — он пронзительно смотрел в ее опьяненные глаза. — И тебе лучше запомнить, чтобы больше не возвращаться к этой теме. Грейнджер лишь закивала как болванчик, насколько позволяло положение ее головы. В уголках губ уже начала скапливаться слюна, от сжатия щек длинными, но сильными пальцами. — Мы с Тори сходили на свидание лишь два раза… — продолжил он, но был прерван. — Цц, То-ори, — цокнула Грейнджер, закатив глаза, но Малфой снова дернул ее голову еще ближе. — Салазар подери эту чертову газетенку за сплетни, но мы не помолвлены, и мы не собираемся жениться, — процедил сквозь стиснутые зубы Драко. — По крайней мере, на данный момент. Так что, будь любезна, открывай свой прекрасный ротик только в нужных местах, и дай мне сделать то, что должен был еще три года назад. Ты все поняла, ведьма? Гермиона Грейнджер была точно из понятливых, поэтому резко сбросив со своего лица его руку, она схватила Драко за расстегнутую рубашку и вцепилась в его губы глубоким поцелуем. Удовлетворенно замурчав, он снова подхватил ее ногу, а другой — схватился за ее горло, прямо аккурат под челюстью. Грейнджер чувствовала, как его потрясающие аристократичные пальцы уже нежно поглаживали кожу возле кромки ее белья, втирая обильно выступившую смазку. Они застонали в унисон, продолжая поглощать оставшийся кислород хаотичными поцелуями. Его губы перешли на ключицы, когда он откинул ее голову назад, а Гермиона вцепилась в его оголенный торс, проводя короткими ноготками по четкому рельефу пресса. Отодвинув промокшую ткань трусиков в сторону, Драко нежно провел двумя подушечками пальцев по ее складкам, аккуратно нажимая на клитор. Сладкая волна удовольствия прошла через все тело Гермионы, и она в немой просьбе пошевелила бедрами. Спасибо Мерлину, ее напарник был догадливым и опытным, потому что движения его пальцев стали быстрее и настойчивее. Он поглаживал ее по краю входа и ловко нажимал на клитор в нужном темпе. Грейнджер уже задыхалась от возбуждения, ей нужно было больше, быстрее, жестче. Ловко расстегнув пуговицы его брюк и потянув вниз ширинку, она аккуратно пробралась за каемку его нижнего белья и обхватила горячую шелковистую плоть. Гермиона провела пальцами по выступающим набухшим венам, затем нежно взяла в кольцо головку и слегка сжала. Сдерживаемые стоны Драко только подбадривали ее продолжать, поэтому, обхватив его член сильнее, она сделала несколько движений, слегка прокручивая кистью. Большим пальцем, она захватила выступающую жидкость и растянула ее по всей длине, не останавливаясь в поступательных движениях и ускоряя темп. На краю сознания она слышала его сбившееся дыхание и приглушенный стон, молясь всем магловским и не очень богам, чтобы мальчики или Джинни не отправились ее искать, потому что никто из них обоих не наложил Запирающее и Заглушающее на кабинет. Все тело вибрировало от ошеломляющего возбуждения и осознания того, что мужчина, который так потрясающее ее ласкает и облизывает все открытые участки ее тела — Драко Малфой. Тот самый Драко Малфой, который со второго курса называл ее грязнокровкой. Тот, кто не упускал ни одной возможности, чтобы оскорбить ее и унизить. Тот самый мужчина, который носит на левой руке Темную Метку. Драко вошел в нее пальцем, продолжая делать круговые движения по клитору, когда Грейнджер, не сдержавшись, громко засмеялась, прикрывая рот ладонью, а другой — все еще держась за его достоинство. — О, а я не знал, что чтобы тебя рассмешить, нужно засунуть пальцы в твою вагину, — Малфой слегла отодвинулся от нее, чтобы заглянуть в глаза и вопросительно поднял брови. — Просто… — пытаясь сдержать смех, поперхнулась Гермиона. — Можешь, пожалуйста, опуститься на колени и томным голосом сказать что-то типа «А ты неплоха на вкус, грязнокровка»? Малфой вытащил из нее палец и ошарашено уставился на, уже хрюкающую от смеха, Грейнджер. — Я сейчас нагну тебя над этим столом и кричать ты будешь, похлеще, чем на полу Мэнора, — подавившись слюной, она подняла голову, не веря, что он действительно это сказал. Но что-либо ответить она не смогла, так как Драко рывком стащил с нее насквозь промокшие трусики, которые скатались и неприятно прошлись по голым ногам. Затем, также резко, он дернул ее за талию, стянув со стола и развернул к себе спиной, плотно прижимая ее грудь к уже теплой части столешницы. Ахнув от неожиданности, Гермиона не успела осознать свое уязвимое положение, когда услышала шорох одежды и почувствовала, как он поднял подол платья, закинув на ее поясницу. — Будь прилежной девочкой, Грейнджер, — прошептал Драко ей на ухо. — Получай удовольствие достаточно тихо, чтобы сюда не сбежалось все Министерство. — Наложи Заглушающее, — прохрипела она, потому что Малфой слегка сжал ее горло и потянул на себя, заставляя выгибаться в спине. — Так интереснее, — он прикусил ее плечо, определенно оставляя след своих дельных зубов. Разум Грейнджер боролся с рациональной частью, которая пыталась обдумать каждое их решение, и в то же время, желал отпустить повод контроля и довериться этому мужчине безоговорочно. Жар его обнаженной груди оставлял приятное покалывание на ее голой спине, когда он прижимался к ней, а между ее ног уже вернулись его ловкие пальцы. Он больше не ждал и не пытался быть нежным, всю его жадность и желание можно было ощутить, когда Малфой вошел в нее двумя пальцами и сразу взял нужный темп, большим пальцев поглаживая набухший комок нервов. Его твердый член скользил между ее, влажными от выделений, ягодицами, а хриплое сбившееся дыхание только повышало градус возбуждения. Пытаясь держать губы сжатыми, Гермиона тихо постанывала от нарастающего удовольствия, закатывая глаза каждый раз, когда он мягко проходился по стенкам влагалища, нажимая в нужных местах. Она чувствовала, как напряжение внизу ее живота скручивало узлом, и начала покачиваться бедрами навстречу его руке. Введя в нее третий палец, он схватился второй рукой за ее волосы и сильнее потянул на себя, наклоняясь ближе, чтобы прикусить губы в поцелуе. Пик наслаждения разлился внутри нее кипящей лавой, ноги задрожали от напряжения, и стон застрял где-то в горле. Но Малфой был жестоким человеком, поэтому он не дал ее оргазму продлиться достаточно долго и с влажных звуком вытащил пальцы, резко заменив их членом. От внезапности Гермиона громко застонала, не сдержавшись, и упала грудью на, оставшиеся на столе, пергаменты, когда Драко отпустил ее волосы и для удобства подхватил ее бедра второй рукой. Схватившись за край стола обеими руками, Грейнджер пыталась удержаться, чтобы не съезжать вперед, потому что Малфой сразу же начал входить в нее в бешеном темпе. Звук шлепков похотливо раздавался в пустом кабинете, и только хриплое дыхание выдавало насколько они оба были возбуждены. Тихо постанывая, Драко провел костяшками по ее хребту, начиная от поясницы и заканчивая шеей, плавно, но быстро вдавливаясь в ее, истекающее смазкой, лоно. Закатывая от всепоглощающего удовольствия глаза, Гермиона закусила пальцы, чтобы заглушить вырывающиеся стоны. Ноги тряслись то ли от напряжения, то-ли от надвигающегося оргазма, но Малфой не сбавлял темп, переодически шлепая ее по ягодицам. — Смотри на меня, — едва слышно прохрипел Драко, снова поднимая ее над столом, натягивая за волосы. Он смотрел прямо в ее глаза, которые, она готова поклясться, были расфокусированы, потому что Гермиона не видела ничего, кроме черной бездны его зрачков. Малфой ускорился, входя в нее до самого основания, создавая громкие хлопки соприкосновениями их бедер. Его член идеально растягивал стенки ее влагалища, заставляя Грейнджер удивляться, что она сейчас получит оргазм без дополнительной стимуляции клитора. Еще несколько резких движений членом и она чувствует, как блаженное удовольствие растекается до самых пальчиков ног, а тело становится ватным. Продолжая смотреть Драко в глаза, Гермиона испытала такой сильный оргазм, что на несколько секунд буквально перестала что-либо видеть. Разум уже полностью отключился и где-то на подсознании, она ощутила внезапную пустоту между ног, а затем — горячие капли на бедрах, которые медленно начали стекать вниз. Тяжело дыша, Малфой навалился на нее всем телом, опираясь одной рукой о столешницу сбоку от нее, а другой продолжая делать рукой поступательные движения по члену. Через какое-то время, когда они немного отдышались, Драко прошептал заклинание, очистив их обоих от следов бурного секса. Осторожно он опустил ее платье, прикрывая оголенные участки, предварительно проведя по ягодицам Грейнджер обеими руками. Когда она поднялась со стола и, поправляя безнадежно испорченную прическу, обернулась на Малфоя, он уже застегнул брюки и подобрал ее трусики с пола. Которые, к слову, тоже уже приняли ужасно потрепанный вид. Смущенно хихикнув, она протянула к нему руку, чтобы забрать белье, но Драко лишь цокнул и покачал головой, убирая вещь в карман. Он был греховно прекрасен. Раскрасневшиеся от возбуждения щеки, взлохмаченные, но по-прежнему идеальные, волосы, опухший от укусов и поцелуев рот. Гермиона поймала себя на мысли, что не хочет его отпускать сегодня. Возможно, даже и завтра тоже. Малфой только ехидно улыбался и бегал оценивающим взглядом по всему ее телу. Облизав губы, которые определено горели, он подошел ближе. — Повернись, — прочистив горло, скомандовал он. — Опять? — взвизгнула в ответ Гермиона. — Я застегну платье, сумасшедшая, — рассмеялся Драко в ответ. Стыдливо поджав губы, она развернулась на негнущихся ногах к нему спиной и перекинула гриву кудрей на плечо. Малфой снова провел по ее спине костяшками пальцев, подцепив снизу застежку, застегнул платье, оставляя на плече невесомый поцелуй. — Но нам определенно нужно поговорить обо всем, Малфой, — разворачиваясь обратно, она сложила руки на груди и строго посмотрела на него снизу вверх. — Полагаю, теперь у нас достаточно времени для этого, Гермиона, — он мягко провел большим пальцем по ее щеке. Недовольно поджав губы, Грейнджер поправила упавшую на нос кудряшку и покачала головой. — Это звучит странно. Давай пока без имен, мне нужно привыкнуть, — неопределенно махнула она рукой. — Я только что трахнул тебя на твоем рабочем столе, — засмеялся Малфой, — А тебе неловко, когда я называю тебя Гермионой? Раздраженно закатив глаза, она ткнула его в плечо, когда Драко дразняще наклонился к ее лицу. Обратив внимание, что он стоит со все еще расстегнутой рубашкой, Гермиона потянулась к пуговицам. Каждый раз, бросая на него беглый взгляд, она замечала как Малфой наблюдал за ее движениями с блаженной улыбкой, сцепив руки сзади, и легко покачивался на пятках. Закончив с его рубашкой, Грейнджер призвала палочку и, взмахнув ей, придала их одежде более или менее аккуратный вид. Подхватив с пола пиджак и жилет, Драко все еще пожирал ее взглядом, безостановочно пожевывая нижнюю губу. — Пошли, Малфой, — подхватила Гермиона, упавший в порыве страсти клатч. — Сегодня ты ночуешь у меня. С важным видом, она прошла до двери, не обращая внимания на пораженный смех Драко, который точно не ожидал услышать от нее такое. Оценив нанесенный кабинету ущерб, она с обреченным вздохом погасила настольную лампу заклинанием и подумала о том, что приведет все в порядок в понедельник. Малфой уже открыл дверь и приглашающие вытянул руку вперед. — Ц, какой джентельмен, — Гермиона прошла мимо, выходя в пустой коридор. Ну, или ей казалось, что он пустой, потому что сразу же на нее уставились три пары недовольных глаз. — Я же чистокровный, помнишь? — послышалось насмешливое сзади. — Хотя после такого мероприятия, я уже сомневаюсь, насколько я… джентельмен… Последнее слово повисло в воздухе, когда Малфой поравнялся с Гермионой, а две пары ошарашенных глаз переместились на него, пока черные глаза все еще весело сверлили лицо Грейнджер. — Я, блять, даже не знаю, как прокомментировать… — сдавленно прошептал Рон. Земля словно ушла из-под ног, когда осознание ситуации догнало заторможенный, после нескольких оргазмов, мозг. Они с Малфоем еще сами все не обсудили, так каким драккловым образом, она должна объяснить это друзьями? В панике бегая глазами от одного лица к другому, Гермиона судорожно пыталась сообразить что должна сказать. Лицо Джинни уже было цветом волос Драко, а Гарри поджимал губы, словно боясь разразиться смехом. Хотя изредка выскакивающие хрипы из его рта, прямо доказывали, что он искренне пытался сдержаться. — Гермиона, как же так? — смешно вытаращил под очками глаза Поттер. — Ты же лучшая по Заглушающим и Запирающим заклинаниям! Как мы выжили, если в стрессовой ситуации ты забываешь такие банальные вещи? Раздраженно закатив глаза, Грейнджер почувствовала, как с плеч словно спадает булыжник. Малфой рядом превратился в каменную статую и, казалось, даже не дышал. Им определенно еще предстоит пройти все эти барьеры, если из их отношений что-то получится. — Могу предположить, что это какой-то фетиш? — гоготнул Рональд. — Ме-ерлин, я в полном шоке, — простонала Джинни, закрывая лицо руками. Гарри осматривал двоих нарушителей, продолжая посмеиваться. — Как заместитель Главы Аврората, я должен немедленно арестовать вас за нарушение общественного порядка, — сбоку послышался сдавленный смешок, пока Грейнджер уже во всех красках представила картину, как все Министерство обсуждает ее секс с Драко Малфоем на рабочем месте. — Но как твой лучший друг, Гермиона, я понадеюсь, что вы использовали чары контрацепции. — Будем на это надеяться, — ее рыжий друг с ног до головы оглядел Драко. — Мир не вынесет кого-то с их общими генами. Миссис Поттер отвесила брату смачный подзатыльник и ткнула мужа под ребра, пока те хохотали в унисон. Гермиона готова была провалиться под землю от стыда, а щеки уже горели пламенем. — Не переживай, Поттер, у меня хорошая реакция, — самовлюбленно ухмыльнулся Малфой, засовывая руки в карманы брюк. — Все-таки лучший ловец. — Если только среди змей, — хмыкнула Джинни. — Мерлин вас побрал, прекратите сейчас же! — воскликнула Гермиона, ошеломленно осматривая присутствующих. — Нам нужно избавиться от меток, а затем я собираюсь покинуть этот чертов бал! — Их нет, — отозвался Малфой. — Что? — Меток больше нет, Грейнджер, — он поднял ее руку, оттянув манжету. — Пойдем домой. — О-о-о, так у вас планируется продолжение банкета? — Гарри уже откровенно издевался над ними. — Иди в задницу, Поттер, — процедила Гермиона, рассматривая чистое предплечье и уже строя предположения, что могло спровоцировать их исчезновение. — Предоставлю эту возможность Малфою, — хохотнул Гарри, а затем ойкнул, когда Джинни хлопнула его по плечу. — Ну что за сборище полоумных, — закатил глаза Малфой, подхватывая Гермиона под локоть. — Пошли уже, ведьма, в понедельник разберемся. Он потащил ее мимо друзей, пока Грейнджер отмахивалась от кривляний Уизли, который изображал всевозможные блевательные позывы. Забегая в пустой лифт, который придерживал Драко, Гермиона в прострации шевелила своими извилинами, пытаясь осмыслить произошедшее за весь этот вечер. Она так и не встретилась ни с одним чиновником, их заставили участвовать в какой-то глупой детской игре, в которой ее партнером стал Драко Малфой. С которым у нее было самое странное прошлое, которое только можно представить. Она успела поплакать, пережить огромное эмоциональное потрясение открывшейся правдой о событиях, произошедших несколько лет назад. Грейнджер была разочарована тем, что упустила мужчину, запавшего ей в душу, когда увидела его с другой женщиной. И в этот же вечер, он страстно взял ее сзади, пока она прижималась грудью к пергаменту, на который потратила несколько дней работы. А теперь, она едет с ним в лифте до Атриума, чтобы воспользоваться камином и переместиться в ее дом, в котором она когда-то жила с родителями. Жалеет ли она хоть о чем-то? Маловероятно. Гермиона пристально посмотрела на Драко, который не отрывал от нее взгляд с момента, как они зашли в лифт. Слегка помятый, но довольный блеск его голубых глаз отчетливо намекал на то, что эта ночь еще не закончена. И, возможно, если когда-нибудь они сядут и обсудят все как взрослые люди, эти ночи закончатся еще не очень скоро. Лифт оповестил о прибытии в Атриум. Часы показывали 21:58. Прошло всего лишь 3,5 часа, а казалось, что пролетели дни. Гермиона уверенно цокала каблуками по мраморному полу, всем телом ощущая сзади расслабленную необъятную фигуру Малфоя, который тенью следовал за ней, изредка прикасаясь к ее кисти. Атриум был почти пуст, а те, кто там находился, не обращали на двух волшебников никакого внимания. Гермиона аккуратно переплела пальцы с Драко и затащила его в камин, называя адрес, когда зеленое пламя унесло их в будущее. В то будущее, которое они возможно построят. А возможно, не справятся с давлением оставшихся предубеждений. Но в одном Гермиона была точно уверена, завтра она хочет проснуться рядом с ним. Драко же был уверен в том, что ни в одном из вариантов их будущего, он больше не проснется без нее.

***