Глаза, что видели конец всего.

***

Драго и Ардхель стояли на вершине высокой скалы. Ветер порывами поднимал пыль и мелкие камешки, которые кружились в воздухе, постепенно оседая на выступах и расщелинах. Под ними раскинулась долина с полями и редкими деревьями, а извивающаяся река блестела в сером свете солнца, переливаясь серебристой лентой и отражая облака, лениво проплывавшие по небу. Солнце стояло низко, светило прямо в глаза Драго, и он слегка прищурился, морща морду. При этом он едва заметно дернул крылом, чтобы ветер трепал перепонку. Хвост лениво коснулся поверхности скалы, оставляя едва заметный след на камне, и дракон тихо фыркнул, словно выпуская часть накопленного раздражения. Он поднял переднюю лапу и ударил когтем по выступу камня. Звук разлетелся эхом, и мелкие осколки подпрыгнули, скатившись вниз. Из груди вырвался низкий, короткий рык, напряжённый, чуть скользящий в шипящий оттенок, как будто Драго не столько выражал злость, сколько пытался выпустить накопленное напряжение. Он глубоко вдохнул, воздух свистнул в его ноздрях, и ветер закрутил пыль вокруг его лап и хвоста. — Чёрт… — пробормотал он, опуская голову почти на камень. — Века за веками всё одно и то же. Поля, деревья, реки… и я всё ещё стою здесь. И зачем? Ардхель сделал шаг ближе, его копыта мягко коснулись шероховатой поверхности камня, а рога слегка наклонились к Драго, отражая свет солнца. Оленеподобный наклонил голову, внимательно наблюдая за драконьими движениями, прислушиваясь к коротким рыкам и тихому шипению, вырывавшимся из груди. — Всё ещё раздражён? — тихо спросил он. — Конечно, — потерянно сказал Драго. — Всё одно и то же. Разрушал одно и то же. И теперь… теперь просто стою и смотрю. Он медленно присел на камень, хвост вытянулся вдоль поверхности, слегка сдвигая мелкие обломки. Голова опустилась на лапы, глаза были прищурены, а уголки губ слегка дернулись, отражая усталость и раздражение одновременно. Ветер играл с перепонками крыльев, трепал чешую, а солнечные лучи попадали в глаза и заставляли морщить морду. — Даже сейчас, — тихо сказал Ардхель, наклонив голову, — ты смотришь на мир и наблюдаешь. — Наблюдаю? — переспросил Драго, тихо фыркнув сквозь зубы. — Скорее привычка. Я смотрю, что есть, и это всё равно мало что меняет. Он слегка поднял крыло, и ветер слегка зашевелил перепонку, создавая лёгкий шелест, а потом снова сложил его вдоль спины. Взгляд скользнул по долине, по реке и по деревьям, тихо колыхавшимся на ветру. — Иногда проще разрушать, — тихо продолжил он, короткий рык прорезал воздух, на этот раз с лёгким шипением, — разбил — и вопросов нет. Но теперь это не радует. Ардхель слегка наклонил голову и едва коснулся рогами плеча Драго — почти незаметное прикосновение, но достаточное, чтобы дать понять: он рядом. — Я рядом, — тихо сказал он. — Даже немного, но рядом. Драго фыркнул и дернул хвостом, слегка сбрасывая пыль. — Конечно, — тихо сказал он. — Но это мало что меняет. Веками был один. Одним и останусь. Он поднял голову, солнце в это время клонилось к закату, а свет обжигал глаза. Ветер терзал чешую и крылья, создавая ощущение живости. Драго щурился, слегка дернул мордой и снова тихо фыркнул. — Иногда приятно просто смотреть, — добавил он спустя паузу. — Да и хоть кто-то живой рядом. Ардхель присел рядом с Драго, взгляд у него был мягкий, но внимательный, следящий за каждым движением Драго. — Мне достаточно, — тихо сказал он. — Просто видеть тебя. Драго тихо фыркнул, короткий рык вырвался из груди и голова снова опустилась на лапы, а хвост вытянулся вдоль скалы. Ветер поднимал пыль, создавая маленькие вихри. — Ладно, — сказал он наконец, глаза прикрыты. — Может, я и разрушал и видел слишком много, но хоть кто-то рядом делает это немного легче. Он медленно провёл крылом по воздуху, ловя порыв ветра, а затем снова сложив его вдоль спины. — Всё равно остаёшься собой, — сказал Ардхель, слегка улыбаясь. — Конечно, — тихо сказал Драго. — И это единственное, что остаётся. Он поднял голову, глубоко вдохнул воздух. Ветер терзал крылья и чешую, напоминая, что он жив. — Иногда я думаю, — сказал он почти шёпотом, — что лучше бы исчезнуть. Слишком много времени. Слишком много разрушений. Пустота… Он ударил когтями по камню. Трещина слегка расширилась, а мелкие обломки подпрыгнули. — И это не меняет ничего внутри. Ардхель слегка наклонил голову, копыта едва коснулись поверхности. — Я рядом, — сказал он мягко. Драго тихо издал короткое урчание. Голова снова лежит на камне, а хвост вытянулся вдоль поверхности. — Иногда пустота кажется легче, чем всё остальное, — сказал он, — но и это скучно. Он повернул голову, взгляд скользнул по долине. — Разрушение проще, чем сидеть и наблюдать, — тихо добавил он. Ардхель коснулся рогами плеча Драго. — Даже так, — сказал он, — ты жив. И я рядом. Драго тихо фыркнул. Хвост лениво скользнул по поверхности. . — Да, — сказал он, — может, это не делает меня счастливым, но есть кто-то рядом. И это немного облегчает. Он закрыл глаза, прислушиваясь к ветру, шуму воды, шороху травы и щебету птиц. Два существа остались на вершине скалы. Усталые, раздражённые, но живые.