Из мира Бренных в мир забытых

— Пока-что придётся подождать. — Элизабет лежала на кровати и смотрела в окно. На прекрасное ночное небо, усеянное мириадой звёзд Небесной Столицы. — Чёрт. — Фил сидел в кресле за письменным столом. — Ладно, тогда заранее напишу, а ты напомни мне отправить это письмо. — что-то резво начав чертить, граф окунулся в дело с лихвой. — Напомню я тебе, — Элизабет, не меняя положения подлетела к Филу, смотря на то, что он там пишет. — Но если я сама не забуду. — Куда ты денешься, — Фил махнул рукой и продолжил строчить текст. — Ар-р-р-р-р-р-р-р-р-р! — прорычав, девушка обиженно махнула головой, задевая графа своими волосами. — Если ты продолжишь, то окажешься вся в чернилах. Не слово и звука более, как Элизабет вернулась на диван. Даже двигаться и дышать перестала. — Да дыши ты. — А мне и не надо дышать, — девушка указала на свой живот, откуда шло небольшое свечение, пробивавшееся через одежду. — Я использовала энергию, так что мне дышать не надо. — Ладно, а теперь не мешай. Граф снова окунулся в писанину, пока Элизабет молча думала о том, что делать дальше. После вчерашней разминки она получила от Ярила и нескольких других гвардейцев просьбу выйти на дуэль, но Фил сжёг все письма и потому она даже не успела как-то ответить гвардейцам. Но ладно, спасибо хоть Фил дал ей разрешение на пару дней у него в поместье оставаться, а то она бы сейчас, как и он, сидела в кресле и скучала. — Всё, написал. — Фил положил перо в чернильницу. — Высушить чернила? — Давай. — над письмом появился небольшой огонёк, которые быстро высушил чернила. — С тебя сахарная вата. — Конечно. — граф быстро сложил письмо и припрятал его в шуфлядок. Фил посмотрел в ночное небо, останавливаясь на виде огромного количество звёзд. — Мда-м, всё же Авианам повезло жить в небе. Не то что другим расам. — Это тебе так кажется. — Элизабет как-то оказалась рядом с ним, отчего напугала графа. — И почему-же? — Просто… — девушка задумалась, думая, как сказать то, что известно только ей и Императору. — Ты не видел всей их жизни. А я… — она замолчала, вновь задумываясь над словами. — Тебе трудно это сказать? — как граф это понял? Очень просто. Всегда, когда Элизабет вспоминает что-то, что сильно ударило по ней, её лицо, а в частности глаза, наполняются небольшим количеством энергии и светятся, так как пытаются сдержать слёзы. — …………А… — голова у Элизабет наклонилась вперёд, падая на грудь к графу. — Просто… Было неприятно видеть то, как они страдают. У них нет более крыльев, так что дети и пожилые буквально не могут выйти из домов… — Внешние Начала наказали их за то, что те предали обычаи. — консерватизм и религиозные взгляды Фила были важной частью его личности. — Но ведь, — Элизабет посмотрела в глаза графу. — Разве заслужили это те, кто уже давно и близко не связан кровно с грешниками? — девушка отстранилась, вытирая глаза. — Пусть они хотя бы смогут свободно магией ветра пользоваться! А иначе каждый, кто вышел из дома – обречён упасть с неба на землю! — сдерживать крик девушка не собиралась. — Они получили наказание за то, что когда-то пошли против их создателей. Раз они пошли против Внешних Начал, то значит в их геноме было такое, а значит и все будущие поколения могли нарушить обет Богов. — граф стоял на своём, смотря как его подруга плачет, как она смотрит на него с презрением. — Но разве их создали не Боги! Это значит, что Боги были не против такого сценария! Это значит, что сами Боги не идеальны! Это значит, что Авианы просто попали под желание Богов потешить своё ЭГО! — граф стоял и молчал, не зная ответить на слова эрцгерцогини… — Элизабет, прекрати… — он мог с ней спорить даже не смотря на матриархат. Ведь он был тем, кто живёт как Авиан. — Ты не понимаешь, что несёшь! Тебе стоит замолчать вовремя, пока Боги не разгневались на тебя ещё сильнее. — Да плевать мне на Богов! — Элизабет засветилась во всех видах стихийной магии. По краям от неё появилось шесть знаков, каждый из которых был соткан из своей стихии: вода, огонь, ветер, земля, молния, природа. Все знамёна закружились вокруг одной оси. За спиной девушки появился чёрный шар в половину её роста. Вокруг этого чёрного шла искривлялось пространство-время, он притягивал в себя всю пыль и небольшие предметы, которые, почти достигая шара, останавливались на стыке между самой чернотой и внешним миром. — Элизабет, остановись! — Фил хотел двинуться вперёд, но на его ноги подействовало огромное давление. Посмотрев вниз, он увидел, что его ноги удерживали несколько барьеров. Пространственных барьеров. Они крепко держали его, отчего возможности двинуться у него не было. И в отличии от обычных пространственных барьеров, которые он как рыцарь мог легко сломать, этот был гораздо прочнее. — Элизабет, остановись, иначе ты тут всё уничтожишь! — но девушка его не слушала. Она укуталась головой в руки и плакала, пока за её спиной росла чёрная дыра. Если не поторопиться, то через минута чёрная дыра полностью просочится в мир и уничтожит здесь всё! — Чёрт! — Фил сконцентрировался и скопил энергию, после чего нанёс её на себя тонким слоем. Но его план обрушился, так как чёрная дыра поглотила всю ту энергию, что он высвободил. Всё стало ещё хуже, значит эта чёрная дыра была создана не простой пространственной магией, а с участием нескольких видов математических, а ещё и магией долей. — Стоять! — вдруг на Элизабет налетела Дельфа, которая появилась неизвестно откуда. Но, видимо, было поздно. Чёрная дыра уже могла самостоятельно жить, так что простое смещение концентрации мага-создателя не поможет. Благо барьеры на ногах Фила подались ему. Он рванул к Элизабет и Дельфе, оттянув их подальше от чёрной дыры. — Дельфа, бери Элизабет и убегай отсюда куда подальше! — Нет! Ты уйдёшь только с нами! — девушка схватила Фила за руку, но тот отдёрнул её. — Я сказал убегать – значит убегать! — он сконцентрировал энергию на телах двух дам, после чего хотел было откинуть их куда подальше отсюда, но… — … — Элизабет, что была без сознания на руках у Дельфы, подняла руку в сторону чёрной дыры. Чёрная дыра уменьшилась в объёме, растягиваясь и подлетая к руке девушки. То, что ранее было чёрной дырой, а ныне похоже на длинный провод, медленно втянулось в указательный палец эрцгерцогини. Она поглотила чёрную дыру, что сначала обрадовало… но потом Фил спохватился. — Нужно проверить её пульс! — граф сел перед Дельфой и коснулся двумя пальцами места, где проходила сонная артерия. Пульс был. — С ней же будет всё в порядке? — Дельфа выглядела напуганной. В её сердце царило волнение за Элизабет. — Не знаю! — Фил рявкнул, склоняясь вперёд. — Чёртовы Боги! Будь вы все прокляты! — кулак Фила ударил по полу, оставив в дереве дыру. — Бляди, бляди, бляди! Дельфа смотрела на Фила. Она понимала его чувства. Всю жизнь покорно служить Богам, а теперь те навредили дорогому тебе человеку – большое потрясение. А тут они прокляли Элизабет, даже несмотря на то, что Фил глубоко в душе молился за Элизабет и то, чтобы её пронесло. Дельфа видела и слышала весь разговор Фила и Элизабет. Она понимала их обоих… Элизабет в детстве лишилась своего младшего брата и старшей сестры из-за того, что представители Церкви Эрга обвинили их в Ереси. А ведь это из-за того, что маленький мальчик, брат Элизабет, которому было 3 года, описался в штаны, так как увидел картину убийства одного пожилого мужчины… Церковь посчитала, что ребёнок насмехается над Эргом, потому хотела казнить и его. Сестра Фила пыталась защитить ребёнка и донести до служителей, что её брат ничего не понимает и что он просто испугался. Но тогда её саму тоже обвинили в прикрытии Ереси. Казнь прошла на месте. Элизабет только помнит момент, как её сестру разорвало на части взрывом изнутри, что создал один из служителей Церкви Эрга огненной магией. И как все внутренности её сестры: кости, кишки, части органов, жировые ткани, кровь, мозг – разлетелись по сторонам, попав и на саму Элизабет. Брат Элизабет погиб от того, что его заживо сожгли. Он мучился и крутился на земле, истошна крича от боли. Он кричал имя Элизабет и просил спасти его. Он кричал имя старшей сестры, Парфенос, и просил спасти его. Но ему никто не помог. Спустя минуту ребёнок сгорел, от него осталось только обугленное месиво. Кости и расплавившееся мясо с кожей, булькающее и вздувающее от ветра. Лица тех, кто убил брата и сестру, Элизабет запомнила на всю жизнь. Как и этот самый момент. Дельфа слышала эту историю от самой Элизабет. Когда она тогда помогала ей примеряться, эрцгерцогиня рассказала об этой истории и просила молчать, дабы не узнал граф. А ещё там она и узнала, что Элизабет влюбилась в Фила, но готова была отдать Дельфе его. Девушка благодарила Элизабет, но не смогла принять её жертвы собой. Потому договорилась, что пусть сам Фил выберет ту, к кому его ведёт сердце. Или, на крайний случай, если он так пожелает, то выберет обоих… Но всё же… Дельфа посмотрела на Фила, который ещё не пришёл в себя и продолжал материть богов. «Он. Сам. Виноват.» Выстроилось предложение в голове у Дельфа. И хоть сначала она не хотела это признавать, но… Это правда. Он сам решил завязать спор с Элизабет. Хотя мог просто молча с ней согласиться. Или попросить её не говорить об этом в его присутствии… «Он сам виноват.» Пришла к выводу Дельфа. Теперь жалость к Филу на половину улетучилась, сменившись презрением. Пусть будет думать в следующий раз о том, что стоит сказать или промолчать. Теперь же из-за него пострадала девушка, которую он сам в глубине души ценит и чувствует к ней тёплые чувства…