Лолофобия

Город погружался в ночь, но напряжение, которое витало между ними, было куда сильнее, чем любое внешнее темное покрывало. Эван сидел на краю старого каменного фонтана в центре заброшенного парка, руки скрещены на коленях, лицо скрыто в темноте, но его глаза не отрывались от туманного горизонта. Он не был готов к тому, что происходило с ним. Не был готов признать. Того дня они не встретились, но мысли о Саблезубом не оставляли Эвана. Каждый взгляд, каждое слово, каждое касание — всё это возвращалось к нему, как заклинание. И вот снова шаги. Точные, уверенные. Он не должен был ожидать его, но всё же почувствовал, как воздух вокруг изменился. Саблезубый был рядом, тихо и без предупреждения. Его присутствие — это не просто фигура в темноте. Он был чем-то большим, чем просто человек. Он был силой, которая заставляла мир вокруг сжиматься, притягивая внимание. Саблезубый остановился рядом с Эваном, не задевая его, но его дыхание, его тень — всё это было так близко. — Ты был занят своими мыслями, Эван, — сказал он, не пытаясь скрыть насмешку в голосе. — Не боишься, что я снова тебя настигну? Эван чуть повернул голову, встречая взгляд Саблезубого, который оказался слишком интенсивным, слишком проницательным. Он чувствовал, как его сердце ускоряет свой ритм, но всё-таки постарался сохранить видимость спокойствия. — Думаешь, я не могу защитить свои мысли от тебя? — произнес он, но в голосе звучала неуверенность, которую он старался скрыть. Саблезубый усмехнулся, но теперь его улыбка была не такая яркая, как обычно. Он не смеялся, не издевался. Он просто был рядом, и его присутствие, с каждым моментом, становилось всё более ощутимым. Он сел рядом с Эваном, слишком близко, почти касаясь плеча. Их тела не соприкасались, но напряжение, которое возникло, когда его тело так близко, почти можно было почувствовать. — Ты боишься признать, что ты хочешь, чтобы я был рядом? — спросил Саблезубый, и его голос звучал гораздо мягче, чем обычно. Он не был жестким, не был колющим. Он был... заботливым. Эван почувствовал, как его дыхание перехватывает. Он молчал, потому что не знал, что ответить. Он не знал, как признаться в том, что его собственное тело уже выдавало слабость. Как изнутри что-то тянуло его к Саблезубому, не позволяя убежать, не давая уверенности в собственных мыслях. Всё, что он мог сделать, это закрыть глаза на секунду и почувствовать, как воздух тяжелеет. Саблезубый наклонился немного вперед, его голос стал тише, едва слышным. — Ты такой закрытый, Эван... И я хочу узнать, что скрыто внутри. Ты мне не всё показал. Эван почувствовал, как его сердце подскочило, а грудь сжалась. Он почти не заметил, как рука Саблезубого, осторожно, но уверенно, скользнула по его ладони. Касание было легким, но оно заставило его вздрогнуть. — Ты знаешь, что я чувствую, — ответил Эван тихо, но от этого не менее решительно. — Я... я боюсь этого, Саблезубый. Боюсь, что всё, что я пытаюсь скрыть, станет слишком сильным. Я боюсь того, что может произойти, если я откроюсь тебе. Саблезубый, несмотря на свою привычную доминантность, вдруг замолчал. Он не отступил, но его взгляд стал мягче. Он видел, как Эван борется с собой. Видел, как он медленно распаковывает свою уязвимость. — Ты не боишься меня, Эван. Ты боишься того, что я заставлю тебя почувствовать, — сказал он, его рука теперь полностью охватила запястье Эвана, как бы заключая его в мягкое, но решительное прикосновение. — Ты боишься, что не сможешь контролировать это. Эван закрыл глаза, отпуская последние остатки самообладания. Слова звучали правдой, и он почувствовал это всем телом. Он медленно повернул голову, и их взгляды встретились. Теперь не было никакой дистанции. Всё было открыто, даже если они оба этого не осознавали до конца. Саблезубый не отступил, а наоборот, наклонился ещё ближе, его дыхание стало горячим, и он задержался на мгновение, будто ожидая разрешения. Когда Эван ничего не сказал, он тихо прошептал: — Ты можешь довериться мне. Эван сделал слабый вдох, его ладонь чуть коснулась груди Саблезубого. Сердце пульсировало в его висках. Он почувствовал, как напряжение в воздухе переросло в нечто другое. Его рука сжала ткань на груди Саблезубого, почти неосознанно притягивая его к себе. Мгновение — и их губы встретились. Всё было сначала неуверенно: поцелуй был осторожным, почти не верящим в происходящее. Но когда их тела слились, когда в воздухе вспыхнула электрическая искра, всё вокруг стало ясно. Этот момент был неизбежен. Поцелуй углубился, и теперь, хотя и с робкой страстью, он был уверенным. Всё, что они скрывали, вырвалось наружу. Эван ощущал тепло Саблезубого, его сильное, уверенное присутствие. И в этом моменте, который стал чем-то больше, чем просто поцелуй, Эван понял одно — его чувство, его привязанность, больше не было случайным. Он обхватил плечо Саблезубого, подтягивая его к себе, и их тела, наконец, нашли друг друга. И когда они оторвались от поцелуя, оба были на грани чего-то нового, чего-то важного. Их взгляды встретились, и в этих глазах было нечто гораздо глубжее, чем страсть или желание. Это было понимание того, что эта связь уже не может быть оборвана. Саблезубый, с дыханием, сбившимся от поцелуя, наклонился и прошептал: — Это серьёзно, Эван. Мы оба это знаем. Эван кивнул, хотя и был всё ещё немного сбит с толку. Но что-то внутри него уже отдало свою победу. Это было неизбежно. — Да, — сказал он тихо, но уверенно. — Я знаю. И в этот момент они оба поняли, что то, что начиналось как столкновение, теперь стало чем-то гораздо большим. И ничего уже не могло это остановить.